Сто тысяч дорог к тебе

Когда зрение восстановилось, вокруг было темно. Комната, в которой я оказалась, была пустая и заброшенная. Голые стены, мусор в углу, дверь болталась на одной петле. Наконец-то вернулись. Сидеть там и понимать насколько неизбежно то, что я больше никогда не увижу Сергея, было совсем мучительно. А так…хоть что-то…мое время, моя жизнь. Но сердце все равно болезненно стукнуло в ребра. Я толкнула облезлую дверь, и та со скрипом распахнулась. Вышла в коридор, настороженно озираясь. Это несомненно было здание КГБ, но давно заброшенное. Значит, авария произошла, и ничего нам изменить не удалось. Ну, может и к лучшему.Еще неизвестно, какие были бы последствия этого вмешательства. Ладно, это все уже неважно. Где-то здесь недалеко должен быть Пашка. И остальных надо найти. Я оглянулась по сторонам. Вдруг на чуть более светлом приёме коридора возникла молчаливая темная фигура. От неожиданности я заорала. После всего произошедшего нервы сдали совсем. Сердце заколотилось в два раза быстрее и ладони похолодели. - Лера, не кричи, это я,- сказала фигура Аниным голосом, подходя ближе. Господи, она точно меня до инфаркта доведёт. Я чуть со страху не умерла. Зачем она капюшон то на башку напялила, кретинка? Замерзла что ли? - Аня... - выдохнула я, пытаясь дышать глубоко, что бы успокоить сердцебиение. - Это ты? - Прости, пожалуйста, - в голосе девушки послышалось виноватые нотки, - Я не хотела тебя пугать. И что с ней делать? Ничего она не хочет, все как то само получается. Машину угонять не хотела, но угнала, пугать не хотела, но напугала так, что до сих пор руки трясуться. - Да ладно, - я махнула рукой, - Все нормально, забей. Я осмотрелась. - Здесь где то должен быть Паша, - сказала Аня, - я слышала его голос, перед тем, как нас выбросило. - Да, знаю. Я слышала ваш разговор до того, как нас выбросило,- я кивнула, направляясь дальше по темному коридору. Под ногами противно хрустел мусор. - Давай поищем. Найдем Пашку, остальных, наши вещи. А что потом? Мы в городе, моя машина где-то на выезде из города. На улице темно. Ночью, через Припять я не пойду пешком никуда. Это совершенно точно. Я еще не сошла с ума окончательно. Совсем недалеко раздались тихие шаги. Мы с Аней переглянулись, замерев. - Лерка? - громко позвал Горелов, неясной тенью показываясь в коридоре. Меня отпустило. - Лёша, блин!- с облегчением воскликнула я, и в порыве чувств обняла его за шею и поцеловала в щеку. Он на секунду застыл, потом прижал меня к себе, и его руки скользнули с талии ниже. Не растерялся, паршивец. - Так, не увлекайся, - я отстранилась, хлопнув его по руке. Он хмыкнул, а потом спросил, оглядываясь по сторонам: - А Пашка где? - Не знаю, - ответила я, -  где-то здесь. Сделала шаг дальше вглубь коридора. Увидела, как Аня открыла одну из дверей и проскользнула внутрь. - Нашла! - послышался ее крик. Мы с Лешей рванули к ней. Я быстро выбежала в комнату. Пашка лежал на полу, Аня стояла на коленях рядом, держа его голову в руках. - У него кровь,- растерянно сказала она, подняв на нас испуганные глаза. Мама дорогая! У меня похолодело все внутри.  Я бросилась к брату. Лешка за мной. - Паш! Паша! - приложила ладонь к шее, кожа была тёплой, пульс бился под пальцами. Господи, живой! Пашка пошевелился и открыл глаза. -Э, блин, ты жив! Что с тобой? У тебя кровь на башке. Тебя били? - спросил Горелов, присев на корточки рядом с ним. - Меня? – Пашка ответил медленно, фокусируя на нас взгляд, видимо, еще плохо соображал, - Нет, а что? Провел рукой по затылку – на пальцах осталась кровь. Мне на секунду стало нехорошо. Я всегда очень плохо реагировала, когда брат в детстве разбивал коленки. А тут – разбитая голова. Но я взяла себя в руки. Раз очухался и может связно говорить, то все не так плохо, как выглядит. Да и времени не было на эмоции. Надо было искать остальных и решать, что делать дальше.   - Там в прошлом нары были, я стоял, в окно смотрел, когда …ну….и видимо упал, башку пробил, - запинаясь, пояснил Пашка, оглядываясь по сторонам. Аня помогла ему подняться, поддерживая за локоть. Заботушка, прям. Хотя, чего я злословлю. Пусть лучше так. - Ну ты лох, - усмехнулся Горелов, - Это же это… четвертое измерение. Так, ну чё? Надо сваливать? Прекрасная и своевременная мысль...Ага…Интересно куда и на чем?  Правильные фразы говорили все. Но никто ничего не делал. - Иди первый, - предложила Аня, слегка замешкавшись. Мы с Лешей направились к выходу, когда она тихо позвала Пашку. Я закатила глаза. Нашла она время, конечно. Лёша притормозил, но я подтолкнула его в спину: - Идём... пусть побудут наедине, - прошипела тихо, выходя из комнаты за ним. Но не успела я сделать и пяти шагов по коридору, как Лёшка вдруг развернулся, схватил меня, прижал к обшарпаной стене и начал целовать. Да, ё-мое! Охренел что ли? Что на них всех нашло? Я, с силой оттолкнула его: - Лёша, да отвали ты от меня, наконец! Всего пару часов назад я была в объятьях совсем другого мужчины, и сейчас Лёхин очередной наглый подкат вызвал только глухое раздражение. И куртку о стену испачкала, скорее всего. - Лер, ты чего? - удивился Горелов. Явно не ожидал такой резкости от меня. Привык, мерзавец малолетний, что все сходит с рук. - Ничего, - огрызнулась я. - Просто отстань от меня и все. Если раньше я реагировала на его подкаты, пусть даже и слишком откровенные, лёгкой провокацией и негласным разрешением на дальнейшую игру с подтекстом, то сейчас на меня снова накатили воспоминания о том, что произошло в комнате для допросов. Я едва сдержала слезы. Всё было кончено. Сергей остался там. Внутри все сжалось в тугой комок. - Ну, чё? Где вы там? – крикнул Горелов, отступая от меня на шаг. - Идем, - откликнулась Аня. Мы не стали их дождаться и поднялись из подвала наверх. Там было немного светлее. Я увидела Настю. - Лёша! Где вы были так долго? - накинулась она на нас, - Чуть с ума со страху не сошла. У нас проблема. Я закатила глаза. Да сколько же можно то? У нас их мало? Настя подвела нас к двери. В отличии от остальных дверей в здании, некоторые из которых вообще висели на одной петле, эта была плотно закрыта. Как будто запечатана. - Короче, здесь Гоша, но выйти не может, тут петли заело намертво. Мы и толкали и тянули, - пояснила девушка. К нам подошли Паша с Аней. Неужели оторвались друг от друга? Я с неприязнью посмотрела на них. В душе поднималось раздражение. - Надо петли сбивать, без вариантов, - сказал брат, изучив дверь. - Лёха, здесь где-то наши вещи должны быть. Пойдём, поищем. Они ушли, и, естественно, Аня увязалась за братом. Похоже, теперь она от него не отстанет. Мы остались с Настей около двери Гошиной камеры. Я прислонилась спиной к шершавой стене, уже не заботясь о куртке, и закрыла глаза. Провела руками по волосам, будто пытаясь стереть воспоминания. Как будто это было возможно. Глубоко вздохнула. - Лер, - вопросительно протянула Настя, коснувшись моей руки. Я открыла глаза и посмотрела на нее. Удивительно, конечно. Мы никогда не были подругами. Я ее никогда не интересовала, она меня тоже не более, чем одноклассница брата. Но после всего, что с нами случилось, они все стали мне… как Пашка. Как его неотъемлемая часть. Странное ощущение. - У тебя все в порядке? – с беспокойством в голосе спросила она. - Да, - я кивнула, не вдаваясь в подробности. Я теперь не знала, как это – в порядке. Или порядок стал другим. Или я сама изменилась. Вскоре вернулись ребята с нашими документами, телефонами и сумкой с прибором для перемещения. - Гоша, слышишь меня? - крикнул брат, проверяя патроны в пистолете, – отойди в дальний правый угол, если стоять спиной к двери, я буду стрелять! - Понял, - крикнул в ответ Гоша. «Не пристрелил бы кого ненароком», - мелькнуло у меня. И Пашка, будто прочитав мои мысли, обернулся к нам и сказал: - И вы отойдите подальше, мало ли срикошетит. Осталось пять патронов, должно хватить, - взгляд у него был серьезный, суровый даже. Мы с Аней отскочили от двери. Паша вытянул руку с пистолетом и прицелился. Но выстрелить не успел – внезапно, по окнам, из темноты, ударил свет фар. Послышался хруст гравия под колёсами. Рядом со зданием КГБ остановилась машина. Двигатель продолжал работать, и фары ярко горели, освещая помещение внутри. Мы замерли и переглянулись. Час от часу не легче! И кто это мог быть? Идей не было. Зато появились плохие предчувствия. Внезапно, по зданию прошла автоматная очередь. Треск выстрелов разорвал тишину и дробью отозвался в голове. Я на секунду остолбенела. - Бежим! – крикнул Пашка, хватая меня за руку. Мы рванули по широкой лестнице на второй этаж, перепрыгивая через ступеньки. Я споткнулась о кусок штукатурки на полу, но Пашка упорно тащил меня за собой. Это был какой-то непрекращающийся кошмар. Кто опять по нам стрелял? Господи, за четыре дня, я была под дулом огнестрела уже четвертый раз! И самый безобидный из них – табельное оружие в руках советского милиционера! Да что ж такое-то? Внизу, на входе, послышался стук двери, и шаги. Кто-то зашёл в здание. Спокойно, не торопясь и не скрываясь. Паша, лег на пол, держа наготове пистолет, осторожно выглянул посмотреть. Куда он полез, ненормальный?! Я напряглась. И, кажется, перестала дышать. - Он один, - тихо проговорил он, осторожно возвращаясь. – Вроде один. - Слушай, может, попробуем через окно вылезти? – предложил Горелов. Он был бледен, но глаза горели решительным огнем. Идея была так себе. А ничего, что это второй этаж? Но с выбором было плохо, да. Или ногу сломать или угодить под пулю. Зашибись, перспективы! - Давайте, – коротко ответил Паша, - я за вами. - Паш, - я растерялась, – Я не пойду без тебя. - Лерка, уходи! – рявкнул брат, все еще прижимаясь к полу. Да, сейчас! Как он себе это представляет, что я его здесь одного оставлю? И тут по ступенькам лестницы, выбивая куски бетона на уровне пола, прошла автоматная очередь. Пашка вскочил на ноги и, схватив меня за локоть, потащил за угол. Вернулся Лешка. Он дышал тяжело, то ли от бега, то ли от страха. - Там везде решетки, - выдохнул, согнувшись, упираясь руками в колени. Шаги незнакомца раздались совсем близко с лестницей. - Он идет, прячьтесь! – крикнул Павел и толкнул меня в комнату. Остальные вбежали следом. Пашка, с пистолетом наготове, встал у двери. Я присела на пол. Дежавю…В нас снова стреляют. Кошмар вчерашнего дня повторялся снова. Меня трясло. На лестнице раздались осторожные шаги. Совсем недалеко. Человек поднимался к нам. - Ну всё, мальчики и девочки! – донеслось до нас, - Дальше бежать не куда. Тут везде решетки. Это здание Управления КГБ СССР! В голове щелкнуло – я точно знала этот голос. Прислушалась внимательнее. - Я надеюсь, вы поняли, что я шутить не буду? – снова заговорил незнакомец.- Я этого момента 27 лет ждал. Я пока не понимала, кто он, но была уверена -  я слышала его тембр и интонацию раньше. Осторожно вытянула шею и увидела тёмный силуэт в длинном светлом плаще. Человек вышел из тени. И тут моё сердце подскочило к горлу. - Сергей? - выдохнула я. Все разом сложилось в голове. Это, несомненно, был Костенко, только теперь он выглядел на лет 45-50. И в руках у него был автомат. - Лерка, ты его знаешь?- спросил Паша, мельком взглянув на меня с изумлением. - Д...да, - дрожащим голосом ответила я и снова посмотрела на человека в плаще, словно желая убедиться, что ошиблась. Но нет, это, безусловно, был он - мужчина на "Тахо", именно его я встретила в магазине на заправке. Именно он спас меня от насильника. Его движения, его голос, его манера говорить. Мне даже показалось, что я уловила аромат его необычного парфюма – сандал и корица. Я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. Чего ему было надо от нас?  Оружие в его руках весь его вид, чётко говорило о том, что на этот раз он не спасать нас пришёл. Молчание затянулось. - Чего тебе от нас нужно? - крикнул ему брат, озвучивая мои мысли. - Отдайте мне прибор для перемещения, - ответ Костенко был неожиданным. Мы с Пашкой удивлённо переглянулись. - И ты нас всех отпустишь? – задал брат идиотский вопрос. - Разумеется, - усмехнулся Сергей. Но по его интонации я поняла, что делать этого он не собирается. - Зачем тебе прибор? - спросил Паша. – Ты ничего не сможешь изменить! Зачем он вообще с ним разговаривает? Тянет время и обдумывает план? Я стояла у стены, сжимая пальцы. И не могла придумать что нам делать. Не было вообще никаких идей. Все было слишком непонятно. - Ошибаешься. Вы же изменили для меня. Просто отдайте мне этот прибор, - потребовал Костенко. – И тогда никто не пострадает. Даю вам минуту на размышления. Время пошло. Я посмотрела на ребят. Настя сидела на полу, прижавшись к Лешке, он поглаживал ее плечо, успокаивал. Бледный Гоша вжался в стену. Аня стояла ближе всех к нам. А. скорее, к Паше. - Давайте просто отдадим ему то, что он просит, - дрожащим голосом сказала она. Впервые я была с ней согласна. Но Пашка покачал головой. Упрямый баран. Чего он так вцепился в этот прибор? - Ладно, все. Время закончилось, - крикнул Сергей. Я услышала, как металлически лязгнуло оружие. Мы молчали. Никто так и не принял решение, что нам делать. И тут Костенко дал короткую очередь из автомата. Звук оглушающе прокатился по зданию. Я дернулась. Это было очень убедительно. - Вам все равно не выбраться из Припяти, - крикнул он снова, - я выкрутил предохранители в вашей машине. Так что даже если вы до неё доберётесь, уехать все равно не сможете. Да твою ж мать, подумала я. Зачем он это делает? Зачем ему прибор? И что будет с нами, когда он его получит? То, что он отпустит нас, верилось с большим трудом, если вспомнить все его предыдущие действия. И автомат в руках. Но, похоже, убивать он нас, все же не собирался. Иначе давно бы расстрелял всех как мишени в тире. - Последний раз повторяю, - крикнул он, -  Прибор! Путь Валерия вынесет мне прибор! И никто не пострадает. Я вздрогнула. "Валерия"... Меня редко кто так называл. Но Костенко не знал об этом. А в паспорте, который он видел, было написано именно так. Мы с братом снова переглянулись. Надо было что-то решать. Тянуть время было совсем не вариант. Было очевидно, что Сергей не шутит. И, если принять во внимание, с какой беспощадностью и хладнокровием он убивал ранее, не было сомнений, что он не остановиться ни перед чем. Оставалось надеяться, что меня он не тронет. - Паша, - я решительно выдернула сумку с прибором у брата из рук,- Надо отдать ему. - Лерка, нет! Я сам, - дернулся Пашка, но я остановила его. - Ты слышал его, – я покачала головой. Зачем-то ему нужна была именно я. Перехватила прибор удобнее в руке. Шагнула к выходу. Ноги подкашивались, сердце бешено колотилось, не только от страха, но и от его присутствия тоже. - Давай, иди сюда, - сказал Костенко, увидев меня, не опуская автомата, нацеленного мне в грудь. Я медленно вышла и пошла по коридору, не отрывая от него взгляд. Лицо хмурое, усталое, в глазах жестокость и твердая решимость. Ничего общего с тем, кому я отдавалась на столе несколько часов назад. - И без глупостей там! – крикнул он снова, скорее Пашке, чем мне, - Я помню про ваш ствол! Я сделала еще несколько шагов и подошла ближе. Протянула прибор. Но он не взял. Резко опустил автомат, свободной рукой схватил меня за руку, дернул, разворачивая и прижимая к себе. - Она пойдет со мной, - процедил он сквозь зубы. - Нет, - ответил брат, выходя из-за стены, и вскинул пистолет. - Ты получил что хотел, отпускай нас. Господи! Ну, куда он вылез под автомат! Сумасшедший! Я задрожала. Сергей снова поднял автомат. Другой рукой прижал меня к себе крепче. Теперь я ясно чувствовала запах его одеколона. - Не делай глупостей, парень, - спокойно сказал Костенко. Я ощущала спиной тепло его тела, как поднимается и опускается его грудь. - Отпусти ее, - твердо ответил брат. Он стоял напротив, переводя взгляд то на меня то на Сергея. Челюсти сжаты, лицо бледное. Я почувствовала, как рука, прижимающая меня под грудью, чуть скользнула по телу. Меня немного трясло, но не от того, что я боялась его, а от того, что он был так близко, что ощущала его собой, его дыхание на своей шее… так близко. - Паш, - дрожащим от напряжения голосом сказала я, глядя брату в глаза, - Опусти пистолет. Я пойду... с ним. - Лера, нет, - голос брата был твердым, но в глазах непонимание. - Паша, - в моем голосе была мольба, - Вам надо вытащить Гошу. Со мной всё будет в порядке. Он мне ничего не сделает. Просто поверь. Я старалась убедить брата, но сама так уверена не была. Если бы это было не так, он не стал бы подставлять меня под пистолет. Или знал, что Пашка не выстрелит? - Зачем тебе Лера? – спросил Паша, его бровь дернулась. Я видела, что он стоял как струна, весь сжавшись от внутреннего волнения. Я почувствовала спиной, как Сергей дернулся. Не выпуская меня и не поворачиваясь спиной к моему брату, он отступил к лестнице. - Она сломала мне жизнь, - выдохнул резко. От этих слов я замерла и забыла, как дышать. Это было слишком неожиданно. Он снова дернул меня, мы спустились по ступенькам вниз и вышли из здания. Сергей продел через ручки толстую металлическую цепь и замкнул концы замком. Все было новое, явно приготовленное заранее. Он все спланировал. - Зачем? - тихо спросила я, не понимая его жестокости. - Чтобы не было сюрпризов, - без эмоций ответил он, забрал у меня из рук сумку с прибором. Подтолкнул к своей машине, - Садись. Открыл заднюю дверь и положил прибор на сидение. Я села на пассажирское кресло, думая о ребятах. Ладно, вытащат Гошу и найдут способ выбраться через окно. Найдут мою машину. Может Лешка сможет с ней что-то сделать. А дальше что? Пашка без меня не уедет, это факт. Но сейчас главное, что бы они просто смогли выбраться оттуда. Будто прочитав мои мысли, Костенко бросил на меня хмурый взгляд и сказал: - Это здание КГБ СССР, на окнах решётки. Я вздохнула и отвернулась к окну. Он завёл машину, фары прорезали темноту. - Куда мы едем?  - спросила я, не глядя на него. Он не ответил. Просто вел машину и смотрел вперёд. Я различала в темноте за окном полуразвалившиеся постройки . Куда он меня везет? И зачем? Он сказал, я сломала ему жизнь… Как это могло получится? Почему? Одни вопросы… Ехали мы не долго. Машина подъехала к большому зданию, черной громадой возвышавшемуся на фоне тёмного неба, и остановилась у входа. - Что это? - спросила я, вглядываясь в строение перед собой. - Бассейн, - коротко ответил Сергей и заглушил двигатель. - И зачем мы здесь? – я посмотрела на него. Но он не удосужился ответить. Вышел из машины, взял с заднего сидения сумку с прибором и открыл мою дверь. - Идём, - он почти грубо вытащил меня за локоть наружу. Я дернула плечом, вырываясь, и горько усмехнулась. Еще несколько часов назад, я плавилась в его руках, настойчивых, нежных... а сейчас… наверное останутся синяки… Но между этим было целых 27 лет. Неужели это был тот Сергей, в которого я влюбилась с первого взгляда? Сейчас рядом был холодный, хмурый, сосредоточенный на чем-то своём человек. Только его короткое, почти неуловимое движение, когда рука скользнула по моему телу, напоминало о той страсти, которая случилась между нами. Разница была лишь в том, что мои воспоминания были ещё очень свежие, а у него было почти тридцать лет, что бы забыть. Мы поднялись по разбитым ступеням, и зашли в тёмное здание бывшего городского бассейна. Под ногами громко хрустела облупившаяся плитка и куски бетона. Сергей взял меня за руку и уверенно вёл по коридорам. Мы вышли в помещение, где располагался сам бассейн. Я огляделась. В полутьме увидела пустой резервуар с мусором на дне. Мы стояли на бортике, недалеко от небольшой вышки. Костенко вытащил прибор из сумки и теперь внимательно разглядывал его в руках. - Что ты задумал? - напряглась я. Прибор потрескивал и жужжал. На табло горела надпись "Перемещение возможно". Сергей вдруг одной рукой обнял меня за талию, прижал к себе и нажал на кнопку. Пораженная его действием, я отшатнулась от него, делая шаг в сторону... Ослепительная вспышка, хлопок... моя нога шагнула в пустоту и… я упала в воду.