Синеглазая сестра

Утро на Олухе, холодный ветер. Тёмные тучи и голоса викингов. После недельной метели, и приручению скота к мирному со существованию с рептилиями, всё удалось как не странно. Сейчас обычное утро для жителя деревни Хулиганов. Только оно не спокойно у одной особи— Бури. Злобное порождение молнии и самой смерти скулит, скребя своими когтями по камню, дёргаясь ушами. Астрид встала чуть раньше, и заприметила это поведение. До этого Фурия либо просыпалась и смирно ждала, либо уходила вниз, но сейчас... Иккинг говорил ей про её состояние, частенько они между собой разговаривали, как и с Рыбьеногом на тему Фурии. Смена поведения, ночные прогулки, и злобное отношения к людям (не ко всем). Девушка поднявшись с кровати медленно начала подходить к Ночной, присев на колени протянула свою руку к драконьей голове. Над шрамом из трёх когтей. Чешуя была шершавой, тёплой, небольшие шрамики и вмятины. Заметны и шрамы на левом глазу, что они каким-то образом не повредили веко. Уши дёрнулись, стали торчком. Левый глаз распахнулся — тонким зрачком уставившись на двуногую. Дыша ровно, тёплым пламенем. Валькирия убрала руку, а Фурия посмотрела на неё синими глазами, с зрачками щёлками, которые со временем стали овальными. Гляделки продолжались до того момента когда дракониха положила свою голову на колени девушки — простонав. Жалобно и с болью. По этим жестам можно понять одно, что ей нужна поддержка. Даже человека. Младшая Хофферсон положила руку на лоб, и стала гладить к тому месту где было мягкое скопление чешуек. Рубашка намокла из-за Бури, которая двинулась ближе ткнувшись в живот. Явно драконьи слёзы. — Что её грызет? Кошмары с далёкого прошлого или с гнезда? Ответ был перед ней, урчащий от почесуек. Прикрыв глаза, немного виляя хвостом. — Всё хорошо... ты дома...– почти шепотом сказала Астрид гладя по голове Ночную Фурию, которая немного поменяла её. В лучшую сторону. Буря приподняла голову, и посмотрела прям в глаза. Вопросительно уркнув. — Да... ты дома...– повторила она. Умному существу, которое было заложником в лапах Королевы. Которое ещё и успевало воспитывать Беззубика. Особенно на тренировках, когда Ночной любил подшутить над ней, побыть ещё детёнышем, которому всё интересно. Не вытягивая на максимум своих когтей била по носу, либо хвостом по дракону, которому не особо нравилось это. Такое вот воспитание. Всё как у людей. Рыбьеног пытался её изучить, но кроме Иккинга и Астрид она не подпускала ближе, всем людям довериться для неё было проблемой. Но несмотря на это она позволяла себе побыть миленькой, вызвать улыбку. По вечерам заходит в дом Хэддока старшего, к Беззубику, и к Иккингу, который всё время занимается протезом для друга, который с любопытством и детской наивностью стаскивает со стола вещи на пол, обнюхивая. Старшая самка тоже этим занималась всё таки мир людей для них в новинку. Плевака из-за своего опыта рассказывал, что часть олуховчан подались к охотникам на драконов ещё за долго до рождения подростков. Поведал и о Ночных Фуриях что раньше кошмарили Архипелаг. Найдя записи хорошо спрятанные от глаз людских. Теперь это всё легенды, которые сгинули. Были и неутешительные вести о том, что возможно это последние представители своего вида. Что не сильно радовало Иккинга, который поставил, как вторую цель найти самку/самца, хотя бы для одного из них. Это заготовки на будущее, а сейчас надо разобраться с настоящим. Скоро Сноглток. Древний праздник к которому приказал приготовиться Вождь. Рыбаки отправились ещё до начала метели на Большую Землю, за пряностями, фруктами и всякими вещичками. Астрид отстранила руку от почесуек Фурии. Голова драконихи приподнялась, открыв сапфировые глаза на неё, в душу. Благодарность и понимание. Прозвучал рык, и голова спрятались под правым крылом. Вызвав при этом небольшую улыбку. Девушка приподнявшись пошла переодеваться в уличную так сказать одежду. Дракониха наблюдала за ней одним глазом, но как только голубые глаза встречались с синим взглядом, пряталась под крыло. Будто "тебе показалось". Заплестив золотистую косу, пошла к двери, а за ней увезался хвост. Судя по стуку когтями. Спустившись по лестнице, внизу занималась своими делами Ингрид, занимаясь готовкой. — Доброе мам,– сказала младшая Хофферсон. — И вам доброе,– ответила мать. Ночная проурчав что-то пошла к двери, где схватившись пастью открыла себе путь на охоту. Быстро прошмыгнув в образовавшуюся щель. Долгий скрежет и отделяющая от мира деревяшка, закрылась. Пустив холод в тёплый дом, который лишь шёпотом прошёлся по спине. Старшая Хофферсон, помешивала что-то в казанке по запаху понять можно — козье молоко. На столе пару мисок и деревянных ложек. Не отрываясь от дела, спросила. — Опять кошмары?– спокойно спросила Инга. — Да...– ответила Астрид натягивая нарукавники.– Она как котёнок с Большой Земли, боится и требует ласки. — Сравнила конечно кота и дракона.– хмыкнула мать. — По повадкам я имела ввиду... — Я поняла, что ты имела ввиду. Садись. Дочь отодвинула стул и села на него, Инга взяла миску, стала наливать молоко. Поставив на место приняла набирать себе. Bygggrautr — густая ячменная каша на молоке или воде, подслащённая мёдом. Любимое блюдо покойного мужа. Было. — Достаточно умная она, понимает что можно, а что нельзя. – похвалила женщина Ночную. — Ну в сторону Иккинга это не работает,– хихикнула Астрид.– Они любопытные даже слишком. — Это всё таки животное, которое через многое прошло. Не ты, не я незнаем что было в её жизни. Когда прийдёт момент она тебе скажет, либо покажет...– рука женщины мягко сжала руку дочери. — Ей нужно время... Мы тоже поздно осознали что эти... звери... способны мыслить и понимать нас. Она покажет тебе когда сама будет готова. — Ты так спокойно об этом говоришь...– тихим голосом сказала девушка. — А я должна бегать с секирой за ней?– удивилась Инга. — Нет просто... что про это подумал бы... папа? Про Громгильду и Бурю. Как бы принял? Ингрид немного повисла размышляя и вспоминая любимого человека. — Думаю бы принял, поколебался, подумал, но принял их, как мы. Конечно я бы надавила на него, вместе с тобой. Астрид посмотрела на мать, пытаясь уловить её эмоции. В её голове мелькнула другая мысль. — А если как... Гнилец...? Женщина немного опустила взгляд что-то припоминая себе. — У Гнильца своя история, о которой знают только старожилы. — А что за история? – поинтересовалась дочь. — Хочешь знать?– поинтересовалась старшая Хофферсон, на что младшая кивнула. — Это давно было, когда я была маленькой... меньше тебя... Изгой не все время был один, ну как овец он завёл себе после многих лет, когда он немного свихнулся.– сделав короткую паузу продолжила. — У него была жена и сын, красивый темноволосый юноша двадцати лет — драконоборец. И жена Свильвия. Подросток задумалась припоминая кое-что. — Её как его овцу зовут. — Вот, после гибели в их доме, а дом Гнильца находился раньше с видом на море, это уже потом поселили его на окраине деревни. Дом сгорел при нападении драконов. Семья погибла сгорев в пламени, и тогда началось. Стал сам с собой разговаривать, потом начал воображать что тут Свильвия, и Астер рядом ходят и говорят. Все крутили у виска. Но потом его пересилили, надоело выслушивать бредни. Там старик завёл себе овец, двух с которых он назвал на честь своей семьи. Ну а потом сама понимаешь что дальше. У него свои счета с драконами. — А если... – начала младшая Хофферсон, но старшая немного сдала руку. — Не надо... Это совершенно убежденный человек в своей правде, вы его не измените. Правда.– повисла тишина, только небольшое потрескивание углей. – Лучше следите за своими драконами. Так будет лучше. — Так будет лучше. – эхом прозвучали слова мамы. Примечание: Сам не понял что хотел этим сказать.