Синеглазая сестра

Примечание: Всё совпадения с реальностью случайны. Это альтернативная вселенная действие происходит в X веке. Морскую гладь рассекают несколько десятков кораблей охотников на драконов, чьи паруса трепетали под порывами холодного ветра. Тёмная ночь и серебристая Луна это всё, что находится в поле зрения людей, которые посвятили остаток, либо начало своей жизни охотой на крылатых существ. На борту драккаров бродят охотники, проверяя пленных зверей среди них — белая как снег с розоватым оттенком и голубыми тоскливыми глазами — Фурия, которая пыталась спрятать под своими крыльями морду от любопытных глаз шкуродёров. В каюте, освещённой тусклым светом масляной лампы, верхушка которой прыкрывал маленький череп с большими глазницами, и тоненькой линией между ними. За столом из тёмного дуба сидел Ганс Нахтфалке — человек, чьё имя внушало страх и уважение среди охотников на драконов. Его лицо, покрытое шрамами, с повязкой на правом глазу, казалось высеченным из камня. Бурого цвета глаз внимательно скользил по листу бумаги, где он делал заметки, вычерчивая планы и схемы. На стене за его спиной висели три черепа Ночных фурий — маленький, средний и большой, каждый из которых был трофеем, историей добытой в кровопролитных схватках с рептилиями. Под ними красовалась карта Северогерманского союза, его родины, с выжженной меткой деревушки близ Ганневера. Лампа, стоявшая на столе, была сделана из металла, украшенного сверху черепом его первой убитой Фурии — маленькой, с изумрудными глазами, чей взгляд до сих пор преследовал Ганса в кошмарах. На стуле весит его накидка с драконьей чешуи сделанную из тех самых поверженных драконов. Охотник одет в тёмно-синию тунику, тёмные штаны и такого же цвета сапоги. Волосы Нахтфалке имеют темноватый цвет, которые коротко подстриженны. Через небольшое окошко слева пробовал попасть лунный свет, залить ету тусклую каюту своей белезной. Дверь каюты скрипнула, и в проёме появился Астер — худощавый паренёк с одного острова, чьи глаза горели смесью любопытства и страха. Он был новичком, только недавно присоединившимся к отряду Ганса. Его одежда выдаёт в нём человека с архипелага: грубая шерстяная куртка, потёртые сапоги, пропахшие солью и рыбой. Он мнётся у порога, не решаясь шагнуть дальше. Страх. Ганс не поднимая единственный глаз от бумаги, произносит свою речь. Голос живодёра низкий, с лёгкой хрипотцой: — Что ты там топчешься парень? Входи, не заставляй меня тратить своё время на приглашение. Астер шагнул вперёд, но страх перед этим человеком был велик. Всё таки парень решил произнести неуверенно свои первые слова: — Г-господин Нахтфалке… Меня зовут Астер. Я… я встретил господина Рейса на Северных рынках. Он сказал, что вы… что вы можете взять меня к себе на обучение. Ганс поднимает взгляд, его глаз изучает Астера, словно хищник добычу. — Рейс, значит... Мой старый друг любит подбирать всяких бродяг с рынков.– он усмехается, обнажая зубы. Садись, Астер. И не называй меня «господин». Ганс. Просто Ганс. Юноша садится на скрипнувший стул, стараясь не смотреть на черепа на стене. Ганс откладывает перо, откидывается на спинку стула, скрестив руки на груди. Его взгляд не отпускает парня, и в нём читается смесь любопытства и холодного расчёта. — Итак, Астер. Что заставило мальчишку с архипелага искать таких, как мы? Как я?– он замолкает, но затем продолжает свои предположения,–Деньги? Скука от жизни на острове? Или, может, ты хочешь славы? — охотник делает паузу, его голос становится тише, почти змеиным.– Или мести? Парень чувствовал на себе взгляд охотника. Его единственный глаз словно копьё пытается пробить его кожу, узнать, раскопать истинную причину по которой юноша вступил на борт этого корабля. — Я родом с острова Хофф. Это недалеко от Нового Света. Моя семья… они рыбаки, продают рыбу на Северных рынках, но у меня есть мечта, была и есть! Стать как... вы...– юноша остановился, но продолжил,– Я слышал о вас, о ваших подвигах. О том, как вы охотитесь на Ночных фурий, как вы перебили их на архипелаге … Хочу стать частью этого. Доказать, что я не просто сын старого рыбака. Хочу… чтобы моё имя знали как ваше. Ганс молчал, его взгляд не отпускал Астера. Наконец, он кивнул, словно подтверждая что-то для себя. — Хофф, говоришь? Маленький остров, суровый край, и достаточно красивый... Люди там крепкие, но упрямые, как и все в ваших краях. — Он наклонился ближе, его голос стал ещё тише. — Но знаешь, Астер, охота на драконов — это не слава о которой кричат на право, и на лево. Это кровь, крики, смерть... И... не только драконов. Ты правда готов к тому, что твои руки будут в крови, а сны — полны глаз тех, кого ты убил? Астер вздрогнул, но кивнул. — Я готов учиться. Слушать ваши советы, указания! Ганс рассмеялся — коротко, резко, почти безрадостно. — Вот как заговорил? Ты точно готов к... этому? Он приподнял свою повязку двумя пальцами правой руки, вместе где должен был находиться глаз, там не было ничего. Пустое, тёмное пространство, где должно было находиться глазное яблоко. — Это тебе не сказки от торговцев, которые чудом выжили при нападении этих крылатых демонов, парень.– опустил свою повязку на место охотник,– Но раз уж ты здесь… расскажу тебе, как я стал тем, кем стал. Может, передумаешь... Он откинулся назад, его взгляд стал далёким, словно он смотрел сквозь годы в прошлое. — Я родился в деревушке близ Ганневера, в Северогерманском союзе. Мой отец был охотником на драконов, как и его отец. Это наш семейный промысел, ничего удивительного. Но когда мне было двенадцать, отец принёс домой маленькую Ночную Фурию, пойманную им. Её глаза… были изумрудные, как драгоценные камни, полные страха и боли. Её крылья были сломаны, а сама она пищала, как щенок. Отец велел мне убить её. Сказал, что это мой первый шаг, чтобы стать мужчиной, продолжить благое дело нашей семьи! Но... я не хотел. Она была такой... маленькой, такой хрупкой и безобидной. Охотник положил левую руку на череп Фурии, и указательным пальцем провёл по кости давно поверженного детёныша. – Но отец смотрел на меня, и в его глазах было только одно — долг. Я взял нож… Ганс замолчал, его пальцы сжались в кулак. – Помню как кровь стекала на пол и крик её, слёзы. Мои и её. Капли упали на пол смешиваясь с красным пятном под звуки от которых кровь стынет. Я до сих пор вижу её глаза во снах, как и тех кого лишил жизни... Тогда я чувствовал, как дрожал клинок в моей руке. Отец хлопал меня по плечу, говорил, что я молодец, что теперь я один из них. Но я не спал три ночи. А он… он сделал из её черепа эту лампу, — Ганс кивнул на светильник, и в его голосе мелькнула тень сожаления. — Чтобы я никогда не забывал. Юноша молчал, не зная, что сказать. Ганс продолжил, его голос стал твёрже: — С тех пор я убивал снова и снова. Это как... вино... сначало кислое, невкусное, но потом...ты привыкаешь...– охотник улыбнулся хищной улыбкой. Теперь поведаю тебе о тех, на кого я охочусь... Ночные Фурии злобное порождение молнии и самой смерти! Жутко, правда?– живодёр посмотрел на застывшего паренька. Ночные Фурии — они умны, Астер. Я бы сказал даже так: умнее нас — людей. Они не простые зверушки, как на Большой Земле, архипелаге или Северном Норде. Они думают, чувствуют, осознают. Как и всё, но по особенному. Спустя долгие годы тренировок и наблюдений я смог научится предугадывать их движения, их атаки и поведение. Я стал лучшим, потому что не мог позволить себе быть слабым среди остальных! Это дало свои плоды: новые возможности, и уважение среди остальных. Мой хороший друг, Вигго Гримборн, и его брат Райкер — они были со мной с самого начала. Я знал их ещё мальчишками. Пятнадцать лет назад... мы с отцом Вигго его отрядом охотников, и моими подопечными напали на остров Ночных Фурий. Это была бойня. — Его глаз потемнел. — Мы убили десятки, но потеряли большую половину своих людей в этом сражении. Драконы сражались, как демоны или как у вас называют порождением Хель. Они оставили свои метки: когти, ожоги и конечно же глаз. Но после той ночи моё имя стало легендой. Ганс Нахтфалке — охотник на Ночных Фурий. Только я никогда не говорил, что убил их всех. Это миф, парень, который придумали люди, чтобы объяснить, куда подевались эти тёмные демоны. Но драконы всё ещё где-то там, в тенях. Прячутся от глаз людских. Он замолчал, глядя на Астера. — А теперь скажи, парень, ты готов к такому? К тому, что твои руки будут в крови не только драконов, но и людей? Юноша замер, его лицо побледнело, а глаза расширились от слов Ганса. Его пальцы нервно сжали край шерстяной накидки, а дыхание стало прерывистым, словно он пытался проглотить ком в горле. Вопрос Ганса — о крови не только драконов, но и людей — повис в воздухе, тяжёлый, как морской туман. Парень опустил взгляд, уставившись на потёртые доски пола каюты, где лунный свет, пробивавшийся через маленькое окошко, отражался в неровных щелях. Его худощавые плечи слегка дрожали, но он заставил себя поднять голову и встретиться с единственным глазом Ганса, в котором теперь читалась не только холодная расчётливость, но и что-то ещё — усталость, тень старых ран. — Я… я не знаю, готов ли я, — выдавил Астер, его голос дрожал, но в нём чувствовалась искренняя решимость. — Но я хочу попробовать... Я не хочу возвращаться на Хофф, с ничем. Хочу измениться. Если это значит… убивать, я научусь. Я смогу! Ганс внимательно смотрел на него, его лицо оставалось неподвижным, как гранитная скала, но уголок рта чуть дрогнул — то ли в усмешке, то ли в одобрении. Он медленно кивнул, постукивая пальцами по столу, где лежала бумага с записями. Его движения были размеренными, но в них чувствовалась сдерживаемая сила, как у хищника, который пока не решил, нападать или отступить. — Хорошо, парень, — произнёс он наконец, его голос был низким, хриплым, но теперь в нём мелькнула тень тепла. – Решимость и желание — это уже половина дела. Но запомни: охота на драконов — это не просто убийство. Это война. Война с существами, которые умнее, быстрее, смертоноснее, и возможно... благороднее нас... И с людьми, которые встанут на их сторону. Парень нахмурился, его брови сдвинулись, а глаза вспыхнули любопытством. — Вы имеете в виду… тех, кто защищает драконов? Ганс откинулся на спинку стула, его единственный глаз блеснул в тусклом свете лампы, отражая её мерцающее пламя. Он медленно потянулся к черепу на лампе, провёл пальцем по его гладкой поверхности, словно вспоминая что-то далёкое. — И не только те которые защищают. А и те которые убивают. Соперничество между нами — охотниками. Мы готовы рвать друг другу глотки за редкую рептилию, которую можно продать в три дорога. Этот бизнес — это война в которой каждый сам за себя.– он сделал паузу, его взгляд стал тяжёлым, как будто он вспоминал что-то далёкое, но затем охотник резко перевёл тему. – Слышал когда-нибудь о Поднебесной империи? Астер кивнул, хотя неуверенно. Его руки всё ещё сжимали шерстяную накидку, но он наклонился чуть ближе, жадно ловя каждое слово. — Слухи. Рассказы торговцев на рынках. Говорят, там… люди и драконы живут вместе. В гармонии. Змеивики, Шторморезы, Громелли, Ужасные чудища и виды которые не водятся сдесь — все они там, и никто их не трогает. Но… это же сказки, правда? Ганс усмехнулся, но в его смехе не было веселья — лишь горькая ирония. Он встал, его высокая фигура отбрасывала длинную тень на стену, где висели черепа Ночных Фурий. Он подошёл к карте, провёл пальцем по выжженной метке, а затем повернулся к Астеру, скрестив руки на груди. — Сказки? Может быть... А может, и нет... Поднебесная империя — это не просто старая легенда. Это место, где, если верить слухам, драконы не боятся людей, а люди не боятся драконов. Они якобы строят города вместе, делят небеса и землю. Но я не верю в эту гармонию. Драконы — это хаос. Они не могут жить с нами. Не после всего, что мы сделали в их сторону. И теперь у меня есть затея... Парень сглотнул, его глаза блестели от смеси страха и восхищения. — И… вы хотите туда отправиться? Чтобы проверить? Ганс вернулся к столу, сел и снова взял перо, но не стал писать. Он постучал им по бумаге, словно собираясь с мыслями. Его лицо стало серьёзнее, а голос — тише, почти заговорщическим. — Не просто проверить. Охотники со всего известного нам мира собираются в Галлии, в Бресте. Большая встреча на нейтральной территории. Самая большая за многие годы. Там будут лучшие из нас — из Северогерманского союза, с Архипелага, даже из далёких восточных земель. И мы будем смотреть в глаза друг другу, нам придется объединиться, забыть старые обиды, и несогласия, отправиться туда. Он наклонился ближе, его глаз впился в Астера. — К Поднебесной. Попытаться найти этот проклятый рай, где драконы якобы живут с людьми. – Ганс замолчал, затем продолжил. Не для мира... Для войны. Самой великой войны в истории человечества! Астер почувствовал, как по спине пробежал холод. Его руки задрожали, но он не мог отвести взгляд от Ганса. В словах охотника была сила, которая одновременно пугала и завораживала. — И… я могу быть с вами? — спросил Астер, его голос был едва слышен, но в нём чувствовалась искренняя надежда. Охотник рассмеялся — на этот раз искренне, с лёгкой хрипотцой. Он откинулся назад, его тёмная туника натянулась на широких плечах, а накидка из драконьей чешуи, висевшая на стуле, тихо звякнула, когда он случайно задел её рукой. — Конечно! Тебе крупно повезло, парень! Попасть на борт моего корабля в канун такого события — это как найти золотую чешуйку в куче рыбьих костей. Но не обольщайся. В Бресте ты увидишь настоящих охотников. Жестоких, безжалостных, с руками по локоть, или даже выше в крови. Придется быть внимательным неизвестно, что нас там ждёт. И если ты готов быть с нами, тебе придётся доказать это, что ты не просто сын рыбака с Хоффа. — Он указал на черепа на стене. — Каждый из них — это история. Каждая история — это боль. Ты готов написать свою, кровавым пером? Астер кивнул, хотя его сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди. Его глаза горели решимостью, но в них всё ещё мелькал страх. Он сжал кулаки, стараясь унять дрожь, и выпрямился на стуле. — Я готов, Ганс. Я докажу. Тебе и себе! Живодёр улыбнулся — тонкой, почти хищной улыбкой. Он встал, подошёл к Астеру и положил тяжёлую руку ему на плечо. Его пальцы сжали ткань куртки, и в этом жесте чувствовалась смесь поддержки и предупреждения. — Тогда, добро пожаловать наборт!

***

Я проснулся на удивление рано. Весь разговор с Нахтфалке, был необычным. Об этом человеке говорили, что он скрывает за собой тайны, которые неизвестный самим смертным. Весь его разговор о охоте, истории и многое другое, заполняли мою рыбацкую голову. За маленьким окошком был виден ещё один корабль, который плыл ровно по курсу на восток. Небо окрашено в розовато-жёлыте тона, которые оттесняли синию тёмную ночь. Комната была маленькой, но вполне уютной. Слева кровать на которой я спал, справа у вдоль стены у двери, небольшой шкаф с ручками и замком, где-то по пояс мне. Там же бочка. Да обыкновенная, деревянная пустая бочка. Напротив двери окно, квадратное со стеклом. Я ещё долго валялся, но всё же решил пройтись и осмотреться. Встав с кровати накинул на себя шерстяную накидку и одел ботинки, открыл дверь в слабо освечеванный коридор. Идя по коридору слышал храп, и потрескивание дерева корабля, дойдя к лестнице, она предательски скрипнула. Всё же поднялся на следующий ярус, где манил аппетитный запах гречки и курицы. Поднявшись на ярус с "привлекательным" запахом, я вошёл в проём. У своих казанов стоял человек явно родом из Архипелага. Он был повернут спиной, ко мне и что-то бубнил себе под нос. Широкоплечий, с наплечниками, и накидкой с драконьей чешуи, ботинки имел коричневого цвета, и тёмные волосы которые падали на его плечи. Рядом с ним сидел кот или кошка? Я так и не понял. Зверёк был покрыт белой шерсткой, с пятнами рыжего и чёрных цветов. Он сидел облизывая свою лапу. Неожиданно дёрнув ухом, кот перестал заниматься своим делом, уставился на меня. Его зелёные с золотистым цветом глаза смотрели в душу. Котик мяукнул привлекая к себе внимания повара. Тот уставившись на зверька сказал басом. — Я тебе уже давал мясо, скотина ненасытная! Но заметив, что он смотрит в сторону проёма, обернулся. Небольшая тёмная борода с зелёными глазами и носом-картошкой смотрели на меня словно призрака увидел. Повар прищурился, и произнёс первое слово в мою сторону. — Новенький? Я на вопрос кивнул, хотя если честно растерялся. — Есть будешь? Почти всё готово.– сказал, он разворачиваясь к казанам на углях. — Да...,–коротко и тихо ответил ему и присел за первый стол вдоль которого по обе стороны стояли лавки. Усевшись на скамье, погрузился в свои мысли хотел разобраться в этом всем, готов ли я к этому? Но из них вывел мурк. Рядом со мной сел пятнистый кот, сев на жопку и уперевшись передними лапами об скамью. Потом котяра продолжил вылизывать себя. — Откуда будешь?– спросил повар не отрываясь от своего занятия. — С Хоффа, рыбацкий островок. — Хофф, значит? — переспросил он, не оборачиваясь. Суровый народишка, но море вас закаляет. Меня зовут Торг. Торг Харальдсон, с острова Скогвергем. Чуть севернее от ваших краёв, так что, можно сказать, мы почти земляки. Я улыбнулся, хотя всё ещё чувствовал себя не в своей тарелке. Торг, наконец, повернулся, вытирая руки о грубую ткань передника. Его зелёные глаза, обрамлённые тёмной бородой, внимательно меня разглядывали, но в них не было той холодной расчётливости, что у Ганса. Скорее, любопытство и лёгкая насмешка. — Ганс уже успел тебя напугать своими байками, да? Он всегда так с новичками. Любит расписывать, как всё будет кроваво и жутко. — Торг хмыкнул, возвращаясь к казанам. — Не бери в голову. Он не злой, просто… ну, Ганс есть Ганс. Его жизнь — это охота, а охота — это он. Я всё-таки принялся за еду, чувствуя, как тепло каши согревает меня изнутри. Кот, сидевший рядом, мяукнул, явно надеясь на кусочек. Я отломил маленький кусок курицы и протянул котику. Зверёк подошёл чуть ближе, и мордочкой начал принюхивается, а затем схватил его, и принялся жевать, довольно урча. — Спасибо, Торг, — сказал я, проглотив ложку каши, затем решил поинтересоваться. — А вы сдесь очень давно находитесь? Торг хохотнул, снимая один из казанов с огня и накрывая его тяжёлой крышкой. Его движения были уверенными, привычными, как у человека, который провёл половину жизни у очага. — Да...достаточно долго, я ещё служил если можно так сказать с его отцом — Отто. Крепкий мужчина, и всегда справедливый. Именно он зачистил Большую Землю от Ночных Фурий,— Он повернулся ко мне, вытирая руки о передник. — Теперь это дело продолжает Ганс, жаль конечно, что у него нету приёмника, но такова жизнь. Благодаря этому, он может плавать в далёкие земли. Вот сегодня должна произойти встреча с главарями охотников. Все они съедутся, чтобы обсудить эту… Поднебесную империю и как добраться туда. Ганс, конечно, хочет туда отправиться за Фуриями, но не всё так просто. Там будут такие же, как он, — жёсткие, хитрые. И поверь, они не дружелюбны. Охотники — народ гордый, каждый хочет быть первым любой ценой. Будет много споров, сделок… и, может, крови так, что будь окуратнее. Он подмигнул, но в его голосе чувствовалась серьёзность. Я кивнул, пытаясь представить эту картину: десятки кораблей, сотни охотников, каждый со своими шрамами и историями. От этой мысли по коже пробежали мурашки. Всё таки решил перевести тему, спросить у старого моряка о драконе которого я заметил на палубе. — А где вы поймали, ту белую Фурию? — спросил я. — С розоватым таким оттенком… она спала, когда проходил мимо неё. Какая её дальнейшая судьба? — Белую Фурию… — Он замялся, словно подбирая слова. — Это первая такая, что нам попалась. Белая, как снег, с этими голубыми глазами… Красивая, слов нет. Поймали её около Северного Норда, попала под сети. А вот её судьба туманная...– Торг замолчал, но всё таки ответил про её дальнейшую судьбу. — Фурию продадут на шкуру. Либо отправят на драконьи бои. На Большой Земле есть арены, где богатые ублюдки платят, чтобы посмотреть, как драконы рвут друг друга. Я почувствовал, как желудок сжался, несмотря на тёплый и приятный завтрак. Образ белой Фурии, прячущей морду под крыльями, всплыл перед глазами. Её тоскливый взгляд, её дрожащие крылья… Я сглотнул, стараясь прогнать это видение. — Драконьи бои? — переспросил я, мой голос прозвучал тише, чем я ожидал. Это получается её могут отправить в сам Колизей? Торг кивнул, его лицо стало мрачнее. Он подошёл к бочке у стены, достал из неё пару вёдер и начал наливать в них какую-то смесь из мешка — похоже, рыбу и остатки мяса. — Да, парень. Это мир охотников. Жестокий, грязный, но прибыльный. Ганс тебе уже говорил, что тут не о славе. И он чертовски прав. — Торг выпрямился, держа вёдра в руках. — Пойдём, поможешь мне покормить пленных. Заодно сам увидишь, с чем придётся иметь дело. И, может, поймёшь, готов ли ты к этому аду, о котором Ганс так любит рассказывать новичкам. Я встал, чувствуя, как сердце снова заколотилось. Кот спрыгнул с лавки и потрусил за нами, словно решив, что и ему найдётся, чем поживиться. Повар толкнул дверь, ведущую на палубу, и холодный морской воздух ударил мне в лицо. Где-то вдали, под розовато-жёлтым небом, плыл второй корабль, а за ним — ещё несколько десятков кораблей, их паруса трепетали на ветру, словно крылья тех самых драконов, за которыми мне представляло научиться охотиться.

***

Пасмурная Бритень встретила корабль Ганса холодным ветром и тяжёлыми серыми тучами, что нависли над гаванью Бреста. Утро, ещё недавно казавшееся безоблачным, сменилось угрюмым небом, а море неспокойно билось о причалы, где качались сотни кораблей. Драккары с резными драконьими мордами, пузатые каравеллы, украшенные яркими вымпелами, и тяжёлые галеоны с золотыми крестами на мачтах, они стояли на якоре или медленно подходили к берегу. Гавань бурлила: охотники таскали ящики с оружием и сетями, проверяли арбалеты и крючья на кораблях, крики рептилий и громкие разговоры. Над всей этой суетой возвышался замок Бреста, угрюмо стоящий на скалистом мысу. Его тёмные каменные стены, потемневшие от морских ветров, казались частью самой скалы. Двенадцать башен с красной черепицей, словно кровавые пятна, тянулись к небу, а над главным донжоном реял флаг с золотой лилией, трепещущий на ветру. К воротам вела длинная каменная лестница, извивающаяся по склону холма, словно змея. Узкие бойницы и массивные ворота, укреплённые железом, придавали замку вид неприступной крепости, но в сером свете он казался ещё более мрачным, будто хранил в своих стенах древние тайны. Корабль Ганса, пришвартовался на внешнем рейде, вдали от переполненной гавани. Чтобы добраться до берега, Ганс, Рейс, Астер и несколько охотников спустились в шлюпку. Волны бились о борта, весла скрипели, а Астер, сидя на корме, не мог отвести взгляд от замка. Его сердце колотилось — от страха перед неизвестностью и от предвкушения. Ганс, напротив, был спокоен, его холодный глаз следил за горизонтом, а рука то и дело касалась рукояти меча на поясе, увешанном ножами. Шлюпка пришвартовалась около одного из кораблей, и рыбак с охотниками вступил на деревянную гавань. Вокруг уже были первые разборки с разбитыми мордами охотников между собой. Множество языков звучали, как на тех же Северных рынках, и практически каждый из охотников выглядел по особенному имел свою изюминку. Группа Ганса подошла к одному из драккаров, где на белых парусах с вишетым красным драконом которого пронзает меч, рядом с кораблём находились двое охотников. Первый высокий, крепко сложенный мужчина, очень похож на Рейса, но без бороды. Одет в безрукавку, вероятно, сделанную из драконьей кожи. На поясе имеет небольшой череп дракона, а нарукавники и правый шипастый наплечник представляют собой черепашьи панцири. Сам он лысый с усами и маленькой бородкой. Второй охотник был ниже, но с тёмными волосами, и бородой которая аккуратно подстрижена. Одет в тёмную безрукавку с шипастыми наплечниками. Охотники переговаривали между собой. — Приветствую братья Гримборны на Большой Земле! – сказал охотник двум братьям, которые обратили свое внимание на охотника на Ночных Фурий. — Ганс, сколько лет! — отозвался младший, Вигго, с улыбкой. Его старший брат, Райкер, лишь молча кивнул, сохраняя привычную сдержанность. — Вигго, Райкер, рад видеть вас в добром здравии, — продолжил Ганс, подходя ближе. Его голос был твёрд, но в нём чувствовалась искренняя теплота.— Тоже по приглашению прибыли? – спросил у охотников Нахтфалке. Вигго усмехнулся, скрестив руки на груди. Его глаза хитро блеснули. — И да и нет,– ответил младший Гримборн,– у нас встреча с французским купцом, а потом поплывём обратно на архипелаг. Деловые встречи как никак. А у тебя что слышно старина Ганс? Сколько Фурий перебил? А то неслышно уже много лет характерного свиста.– рассмеялся Гримборн. — Ну слушай, пятнадцать лет назад мы с твоим отцом достаточно много их перебили на том острове.– ответил на вопрос охотник.– сейчас в активных поисках для начала в Поднебесную надо, а дальше как пойдёт.– старший брат прокашлял привлекая к себе внимание.– Entschuldigung, господин Райкер, Вашим совместным отцом с Вигго, царство ему небесное... Хороший человек.. был...– с грустной ноткой сказал Ганс. — А как ваш бизнес господин Вигго? Деньги текут рекой? На Северных рынках, вас вспоминают с добрым словом. — Прекрасно всё идёт, Ганс. Бизнес отца идёт вверх, новые лица и возможности! Вот поэтому мы с Райкером не можем присутствовать на встрече. Дела на Архипелаге надо решить, и провести встречу с некоторыми покупателями...– ответил младший брат. — Это прекрасно! Я передам французам, что вы не будете присутствовать на встрече...– сказал одноглазый. — Могу пожелать успехов в развитии господа! Но нам надо спешить, встреча как никак серьёзная. – С виду Вашей любезности, хочу пожелать вам удачи в походе в далёкие земли.– немного наклонился вперёд, положив правую руку на грудь младший Гримборн, а затем сказал брату, чтобы те шли. Охотники молча наблюдали, как два брата скрываются с поля их зрения в торговых рядах. Группа Нахтфалке, прошла через мордобой и пьяных охотников к лестнице ведущей к замку. Юноша которого Ганс взял с собой хотел спросить, если так уважает братьев почему не сказал ничего о Фурии? Почему обманул, как он говорит хороших друзей? Астер хотел уже открыть рот, но охотник остановился, и поднял свою правую руку ладонью вверх на уровне плеча, приказывая остановиться. – Я знаю о чём ты думаешь, мой юный друг.– начал он тихо. И знаю что ты хочешь спросить. Что ж... Отвечу на этот вопрос. В бизнесе не всегда можно открывать всё карты, даже проверенным людям. Эта карта должна побыть в колоде, а потом её можно выкинуть на поле боя.– сказал спокойно охотник, затем двинулся дальше, а парень пробует разобраться в сказанном Гансом, понять смысл и игру, которую задумал шкуродёр. А пока они шагали по скользковатным ступенькам к воротам тёмного замка над которыми висел герб с драконом, которого пронзает с одной стороны копьё, с другой — меч.

***

Пройдя сквозь ворота и стражу, группа вышла к просторному дворику. Где под стенами стояли клетки с рептилиями, и охотники, которые выясняли между собой отношения. Были и небольшие торговые ряды со всякими вещичками, которые пригодятся в охоте: оружие на любой цвет и вкус, какие-то шкуры и зелья. К Гансу подошёл паренёк лет двадцати, на его подбородке были две татуировки в виде линий, волосы тёмного цвета связаны сзади пучком, лицо овальное и нос-картошка. Одет в накидку с драконьей кожи с мехом, на поясе висел нормальный такой меч. — Я Эрет сын Эрета,– начал он обращаясь судя по всему к Гансу, который даже не обратил внимание на паренька. Рейс оттолкнул того, сказав при этом, чтобы тот не путался под ногами. Судя по всему это был начинающий охотник, какого-то там Эрета. Смотрящий на их спины со злобой и отвращением.

***

Внутри замок был столь же необычен, как и снаружи. Коридоры, выложенные мозаикой из чёрного и красного камня, извивались, словно змеиные тропы, и вели в залы, где стены украшали трофеи: чешуйчатые шкуры, когти размером с кинжал, и даже заспиртованные глаза драконов, плавающие в стеклянных сосудах, которые светились в полумраке. Были и картины, гербы разных племен. Весело и разное оружие под которым находились маленькие деревянные таблички подписанные рунами. По углам коридоров стояли жаровни, в которых тлели угли, источая аромат смолы и крови, а в воздухе витали отголоски древних заклинаний, от которых волосы вставали дыбом. Окна выходили во внутренний дворик, позволяя следить за обстановкой снаружи. Группа Нахтфалке повернула на лево в один из коридоров, освещённым светом свечек находившихся по кругу на небольших круглых люстрах, которые весели на цепях под потолком, одбивая тусклый свет об серые стены. Большой зал, куда привели Ганса и его спутников, был сердцем замка и его гордостью. Он был огромен, словно пещера, высеченная в горе, с потолком, уходящим ввысь, где терялись тени и отсветы факелов. Стены зала покрывали фрески, изображавшие сцены охоты: драконы, распахнувшие крылья, падали под ударами копий, а охотники в сияющих доспехах поднимали их головы в триумфе. Пол был выложен плитами из чёрного мрамора, отполированного до зеркального блеска, и в центре возвышался длинный стол, вырезанный из цельного ствола древнего дерева, чья поверхность была испещрена зарубками и пятнами от пролитого вина и крови. За столом восседали главари охотников, собранные хозяином замка, французским охотником — Леоном. Каждый из них представлял отделение охотников на драконов: Конфедерацию Британских островов, Французское Королевство, Византию, Лехии, Славянское Королевство, Мадьярское Государство, Пантонию и Иберийский Союз. Каждый из них был окружён свитой, и воздух в зале искрил от напряжения. Эти люди не были друзьями — их взгляды, полные ненависти и подозрения, метали между собой молнии. Британцы, с их холодной надменностью, сидели напротив французов, чьи лица выражали высокомерие. Византийцы, в пурпурных плащах, шептались между собой, бросая презрительные взгляды на мадьяр, чьи руки покоились на рукоятях сабель. Славянские охотники, с бородами, заплетёнными в косы, и иберийцы, чьи плащи были расшиты золотом, обменивались колкостями, едва сдерживая гнев. Пантонийцы, с их странными амулетами, по слухам якобы те защищали их, от крылатых демонов, и шляхтичи Лехии, их взгляды были полны недоверия к собравшимся, лишь добавляли масла в огонь. Леон, хозяин замка, восседал во главе стола. Его фигура, облачённая в мантию из синей драконьей кожи и золотистой лилеей , излучала властность. Лицо, изрезанное шрамами, и глаза, горящие фанатичным огнём, выдавали в нём человека, который не просто охотится на драконов, но живёт ради этого. Он созвал этих враждующих охотников, отправив каждому приглашение, написанное кровью на пергаменте из драконьей шкуры. Его цель была дерзкой: объединить их ради авантюры, какой ещё не знал мир. Он предлагал отправиться в далёкую Поднебесную Империю, где обитают драконы, невиданные ни на архипелагах, ни на Большой Земле, ни в Северном Норде. Там, за синим морем, их ждали не только чудовища, чья чешуя прочнее стали, но и сокровища, укрытые в пещерах, в палацах, которые охраняли эти звери. Золото, драгоценные камни, древние артефакты — всё это манило, как мираж, но цена была высока, а путь полон опасностей. Леон поднялся, его голос, низкий и рокочущий, разнёсся по залу, заставив всех замолчать. — Приветствую вас, господа в Бресте! – прокричал хозяин замка, бросая взгляд на охотника на Ночных фурий, который молча сел рядом с делегацией из Византии. — Сегодня я собрал вас непросто так, и вы прекрасно понимаете о чём я. Далёкий поход, забыть всё эти разногласия, ссоры, недоверие и отправиться в далёкую загадочную землю. – обратился тот к собравшимся. — Вы серьёзно?!– вскрикнул мужчина в фиолетовой мантии.— После вашего нападении на наш отряд, когда мы поймали несколько золотых Скользкокрылов, потеряли сотни людей, вы как последняя крыса, вторглась на Крит и выпустила в город Шёпота Смерти?! Забрали наш улов за последние месяцы! И после всего этого, что вы сделали, наши люди должны смириться? Рисковать своими жизнями ради похода, туда не знаю куда?! – возмутился византийский охотник. — Я прекрасно понимаю ваше недоверие ко мне, мисье Константин, так что предлагаю для всех равную сделку...– он вытянул из-за пазухи десяток свитков с отметками, и передал их своему подчинённому. Подчинённый вручил византийцу свиток, как и всем остальным собравшимся. Нахтфалке развернул бумагу, на нём были отметки с Большой Землей, где были разделены зоны влияния и охоты, а также приблизительный маршрут на восток, по морю и суше. — Мисье Ганс,– обратился француз к охотнику на Ночных Фурий.– скажите пожалуйста, братья Гримборны будут присутствовать на мероприятии? — Нет, – твёрдо ответил Ганс охотнику. — Как жаль...– сказал Леон с ноткой издёвки и сожаления.– я понимаю. Пан Войцех, шляхтич из Лехии, ударил кулаком по столу, отчего кубки задрожали. — А как насчёт того, что ваши французские псы украли наши карты гнезд на севере?! — прорычал он, его усы топорщились от гнева. — Вы думаете, мы забыли, как ваши люди, нападали на нас? – Лехи, вы тоже с грехами за своей спиной,– подорвался с места иберийский охотник.— Без какой либо чести, отправляли к нам своих шпионов! Лорд Артур, британец, холодно улыбнулся, но его глаза сверкали сталью. — Забавно слышать о чести от тех, кто сам грабит караваны на море, — процедил он, глядя на иберийца дона Альваро. — Или вы, дон, забыли, как ваши корабли потопили наш флот у берегов Корнуолла, присвоив наши трофеи? Дон Альваро вскочил, его плащ заколыхался, а рука легла на рукоять рапиры.— Ложь! — выкрикнул он. — Это ваши пираты напали первыми! Мы лишь защищали свои воды! Зал наполнился криками, обвинениями и угрозами. Казалось, ещё мгновение — и зал превратится в бойню, где охотники, привыкшие сражаться с драконами, начнут рубить друг друга в клочья. Леон поднял руку, и его голос, прогремел, как гром, заставив всех замолчать. - Довольно! — рявкнул он.- Мы — охотники! Наша добыча — драконы, а не мы! Взгляните на себя: вы готовы перегрызть глотки из-за старых обид! Мы со своей стороны предлагаем так: каждый получит по своей доле, и пакт о ненападении и сотрудничестве. Или вы предпочитаете и дальше тонуть в этой грязи мелочных ссор? Напряжение в зале не спадало, но слова Леона заставили охотников замолчать, хотя их взгляды всё ещё метали молнии. - Это мой залог мира, — продолжил Леон, его голос стал тише, но не менее властным. — Я предлагаю выгодную сделку: равные доли добычи, чёткие границы угодий и общий поход. Мы либо объединимся, либо сгинем поодиночке. Выбор за вами господа. Константин, всё ещё пылая гневом, скомкал свиток в руке.— Вы думаете, карта смоет кровь с ваших рук, Леон? — прорычал он. — Византия не станет плясать под вашу дудку! — Я прекрасно понимаю вас мисье, но я протягиваю руку мира — не войны. Я недавлю на вас, и вы можете спокойно покинуть зал. Но учтите, вы можете передумать, даю каждому полгода. Пусть каждый из вас взвесит всё за и против и решит, закончить кровопролитие или продолжить междоусобицу. — Свободны! – закончи Леон. Хозяин замка взглянул на охотников, его губы тронула лёгкая улыбка. Зал снова загудел, но теперь в воздухе витала не только ненависть, но и искры сомнения и интереса. Охотники переглядывались, их руки всё ещё лежали на оружии, но взгляды уже скользили по свиткам, где были начертаны земли, полные опасностей и обещаний. Атмосфера оставалась взрывоопасной, но Леон сумел заронить в сердца собравшихся зерно алчности и амбиций, которое могло либо объединить их, либо окончательно разорвать на куски. И пока охотники думали над заманчивым предложением отправиться к далёкой земле, на архипелаге разворачивалась новая история... Примечание 2: Жду критику