Синеглазая сестра

Ночная Фурия очнулась в лесу, не на выступе над морем, где погрузилась в сон. Дракониха не поняла как сдесь оказалась. Вокруг лёгкий туман, негустой. Тёмные крона столетних деревьев и тишина. Пугающия. Она стала вслушиваться в посторонние звуки ушами, паралельно поднявшись на свои лапы. Пошла в глубь. Через кусты, деревья. Буря учуяла носом — запах. Родного для неё существа. Её чутьё подсказывало, что надо бежать. Она быстро начала перебирать лапами, ступая по опавшей листве, грибам и ягодам. Фурия смогла разглядеть в тумане, очертание сломанных стволов деревьев, и услышать голос. Знакомый для её ушей. Она осторожно подползла к холму прижав к своей макушке уши. За ним показалась следующия картина: небольшая поляна скрытая листвой, слева большой камень, справа спуск с камней и кустов. Посередине лежал её брат на боку, вокруг его тела словно змея — канат. Беззубик был без сознания. Рядом был Иккинг, который медленно начал подходить к дракону приговаривая: – я сбил её! Ночную Фурию! Дракониха вошла в непонимание. Значит... этот человек, и есть проблема, которая лешила возможности летать младшему. По её телу прошла ярость, злоба, которую нельзя было усмирить.–«Сбил значит...тварь...»– прошипела она, постепенно готовя выстрелить плазму в него. — Я убью тебя дракон, и принесу твоё сердце своему отцу...я викинг! Викинг!– на этом моменте, огонь летевший в викинга прошёл сквозь, словно он был призраком. Огонь ударился об дерево, которое с характерным треском, упало на землю. — «Что за?» – спросила, она саму себя. Буря рассправила крылья и с рёвом бросилась на викинга. Она подпрыгнула как кошка, но движения драконихи были слишком медленные словно её замораживали. Беззубик простонал, и положил свою голову на холодную землю. Блеснул кинжал в руках Иккинга, который начал опускаться к чешуе. Фурия почти достигла своей цели, но нож был быстрее. Из тела дракона пошла кровь на траву, почву. Её тело прошло сквозь викинга, а затем крик. Рёв боли... Перед ней вырос камень, откуда-то из под земли. Удар. Темнота... Темнота недолго господствовала над её разумом. Её веки были тяжёлые, но она почувствовала прикосновение к своей шеё, и голос полон мольбы. Она приоткрыла глаза. Всё было размыто, словно сейчас находилась под водой. Рядом расплывчатый силуэт. Астрид, которая прижалась к ней, гладила своей рукой по чешуе. В вверху раздался рёв. Красная Смерть. Зрачок её сдвинулся к силуэту, подходящему к ним. Стоик Обширный. В её голове сразу включился инстинкт самосохранения, попытаться избавиться от приближающейся угрозы, либо сбежать. Но силы словно испорялись из её тела. Со стороны воина прозвучали слова, которые ударили словно молот об наковальню,— Тебе конец...демон! Она не поняла за что? За то что хотела показать их другую сторону? За то что пыталась уберечь их от монстра? Силуэт стал чётко виден. Густая бурая борода, черная броня, топор который был поднят правой рукой. Широкоплечий, крупный — Вождь племени Хулиганов. Девушка отстранилась от драконьей шеи. — Вождь не надо! – прокричала девушка сквозь рёв Красной Смерти,— она защищала нас! Пожалуйста... — Она демон, а демонам место в аду. – сказал Вождь, и топор начал опускаться к голове дракона. Буря прикрыла свои глаза, силы покидали её. Она ожидала своего конца. Прозвучал крик, отчаяния и боли. Нет... Дракониха между глазами почувствовала холод, метал, и предательство... Темнота. Боль. Рёв. Ночная Фурия открыла свои глаза. Сердце стучало быстро словно выскочит сейчас из груди. Она мотнула головой, тяжело дыша. «Боги за что мне это» - спросила саму себя, надеясь на ответ. Ответом был солнечный диск, который поднимался из воды освещая землю,и морскую гладь. Розовато-жёлтое небо и ванильные облака, прохладный ветерок и шум листьев. Удары волн об тёмный каменный выступ. Крик птиц. Это всё что сейчас окружало её. Мирная, спокойная жизнь. Она вздохнула, положила свою морду на лапы, и стала смотреть туда. За горизонт, за солнцем. Глаза сомкнулись. Тело подрагивало словно это сейчас сон, кошмар, который длиться много лет. Сейчас она откроет глаза и перед ней будет мордашка мамы. Но нет... Открыв глаза был только горизонт, солнце,и холодный воздух... В её головушку пришло осознание. Это возможный исход событий, который мог произойти, но не произошёл. Убийство Иккингом Беззубика, и её смерть от Вождя племени. — «Значит это, он его сбил... Иккинг... Карма...» - прозвучали её мысленные догадки. Младший не говорил как тот лишился плавника. Теперь у Иккинга не было ноги. Карма для человека. Но Иккинг отпустил его получается? А Беззубик его неубил... Всё сходится... разошлись как в море корабли. — Ему стало жаль за свой поступок, и он сделал новый плавник ему, но от судьбы не убежал...– она лишь улыбнулась, и поднялась с земли на четыре конечности. Прохладный ветерок, намекает на скорейшую зиму. Морской воздух — солёный, приятный, возвращал её подсознание в норму. В реальность, какая она не была. Ночная Фурия рассправила свои крылья, и разогнавшись взлетела над синим морем.

***

В доме вождя на Олухе царила тяжёлая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня в очаге. Иккинг лежал на кровати принесённой со второго этажа. Его кожа бледная, как морская пена. Повязка на месте левой ноги была аккуратно завязана, но кровь всё ещё проступала сквозь ткань. Он не шевелился, лишь грудь медленно поднималась и опускалась, подтверждая, что он жив. Рядом, свернувшись в кольцо, лежал Беззубик. Его чёрная чешуя тускло блестела в свете огня, исходящего из печи. Время от времени дракон издавал тихий жалобный звук, его зелёные глаза были полузакрыты, но он не отходил от мальчика ни на шаг. Вождь и по совместительству отец сидел на массивном деревянном стуле рядом с кроватью, его широкие плечи сгорбились под тяжестью мыслей. Вождь не ложился спать, взгляд был прикован к сыну и дракону. Вождь, чья жизнь была битвой с драконами, теперь смотрел на Беззубика с непривычным чувством — смесью вины и благодарности. Он заковал это существо в цепи, когда тот спасал от смерти, то что осталось у него. Два человека в его жизни пытались доказать обратное, но Вождь был слеп, и упрямым как як. Отказывался принимать реальность. Из-за этого он мог лишиться всего. Племени, драконов, и Иккинга — слишком похожим на любимого им человека. В его памяти всплывали слова Валки, его жены, которая годами твердила: «Драконы не враги, Стоик. Они такие же, как мы — живые, чувствуют, любят». Он отмахивался от её слов, считая их безумием. Но теперь, после того, как Ночная Фурия спасла его сына, после того, как они вместе одолели Красную Смерть, он не мог отрицать правду. Валка была права. — Ты была права, Валка, — прошептал он, глядя в огонь. Его голос дрожал от сожаления. — Я был слеп... Прости меня дурака... Он поднялся, его тяжёлые шаги эхом отдавались в тишине дома. Подойдя к Беззубику, он осторожно опустился на одно колено и положил широкую ладонь на голову дракона. Дракон приоткрыл один глаз, его зрачок сузился, но он не отшатнулся. В этом взгляде не было угрозы — только усталость и что-то, похожее на доверие. — Ты спас моего сына, — сказал Стоик, его голос был низким, но тёплым. — Я клянусь, Ночная Фурия, что больше не подниму оружие на твой род. На тебя. Ты... ты теперь часть нас. Беззубик издал тихий, почти мурлыкающий звук, словно принимая клятву. Стоик задумался, его мысли кружились вокруг Валки. Где она теперь? Жива ли? И если жива, то как она жила среди драконов все эти годы? Он чувствовал, что должен найти её, должен сказать, что понял её правоту. Даже если на её месте будут кости... Но пока его место было здесь, рядом с сыном в родной деревне. Вождь взглянул на остатки второго элариона. Его сделал "Рыбья кость", позорище как многие считали в деревне. Весь механизм был сделан с любовью, каждый винтик, проволка, шестерёнка. Всё это сделал — Иккинг. Для существа, которого всё так боялись. Стоик подошёл к дракону, который так и уставился изумрудными глазами на викинга. Вождь сжал кулаки, чувствуя, как тяжесть вины и ответственности давит на его плечи. Он знал, что должен что-то сделать — не только ради своего сына, но и ради этого дракона, который доказал свою преданность. Стоик глубоко вздохнул. — Я найду способ всё исправить, загладить всё это...— пробормотал он, обращаясь скорее к себе, чем к кому-либо. — Плевака... он поможет. Тебе и ему. Беззубик указал на эларион, положив перед собой хвост. Викинг аккуратно расстегнул кожаный ремень, и снял повреждённый механизм. Вождь вышел из дома, прикрыв за собой тяжёлую деревянную дверь. Холодный ветер Олуха ударил в лицо, но его взгляд устремился к небу. — Один помоги ему,– обратился тихо викинг, и пошёл вниз в деревню, которая просыпалась под новым началом.

***

Деревня просыпалась постепенно, в кузнеце стал ударять молот, кто-то пошёл работать в огород, рыбаки готовились отплывать на рыбалку. Ночная Фурия заметила, как крупный викинг выходит из дома на холме, она сразу последовала туда. Буря приоткрыла дубовую дверь, осторожно просунула голову, и замерла, увидев Беззубика, свернувшегося у кровати Иккинга. Её уши слегка дрогнули, а зрачки сузились, когда она заметила бледное лицо мальчика и кровавую повязку на его ноге. Дракониха тихо подошла к брату и опустила голову, почти касаясь его морды своей. Беззубик приоткрыл глаза, издав слабый, усталый мурлыкающий звук. — Ты скрывал от меня правду, — тихо прорычала Буря, её голос был низким, но полным сдерживаемой боли. — Иккинг... это он тебя подстрелил, так ведь? Беззубик медленно поднял голову, его зрачки расширились, но он не отвёл взгляд. Он издал тихий, почти виноватый звук, словно подтверждая её слова. — Я видела это во сне, — продолжила Буря, её хвост нервно дёрнулся. — Ты, связанный, он с ножом... Ты мог умереть. Почему ты не сказал мне? Беззубик опустил голову, его уши прижались к голове. — Он не стал, как другие, — наконец ответил он, его голос был слабым, но твёрдым. — Он... изменился. Иккинг стал моим другом. Вернул возможность летать. И ты могла его убить. Буря фыркнула. — Другом? Он чуть не убил тебя! А теперь посмотри на него... и на себя. Вы оба заплатили за свои поступки! И да я могла его прибить, за то что он человек, от них нельзя ожидать чего-то хорошего. — Это была не его вина, — тихо возразил Беззубик. — Это была война. Люди и драконы... мы все были слепы. Из-за Королевы. Но он спас меня, сестра. И я спас его. Я прекрасно понимаю, что от них нельзя ожидать чего-то хорошего, но он показал обратное! Буря замолчала, её взгляд скользнул к Иккингу, который всё ещё лежал без сознания. Она видела, как его грудь медленно поднимается, как Беззубик охраняет его, словно верный страж. Что-то в её сердце дрогнуло. Она знала, что её брат прав, но ярость и страх всё ещё бурлили внутри. — Ты слишком доверяешь им, младший, — наконец сказала она, её голос смягчился. — Я всё прекрасно видела, как и ты. Люди они странные, но способны меняться в лучшую сторону. Так что молодец, что показал им другую нашу сторону. Беззубик слабо улыбнулся, его зубы чуть блеснули в свете огня. — Спасибо, сестра. — Как ты, и он?– указала Фурия на шатена. — Дышит, но без сознания. Его отец всю ночь не спал. А я...волнуюсь...вдруг не проснется?– грустно сказал Беззубик. Буря подошла к нему и ткнулась в его мордашку носом.– Всё будет хорошо, не думай о плохом,– сказала она, и улеглась рядом накрывая того левым крылом.– Поспи мой хороший. Беззубик уркнул и прижался к боку сестры. Семейная атмосфера, потрескивание углей, запах древесины, и трав. Ночная не могла злиться на него, как и на зеленоглазого паренька. Всё таки, он неубил её часть, когда была возможность. Фурия пришла в состояние покоя. Дракониха с интересом рассматривала помещение в котором, они находились: высокие потолки, казанок над очагом, печь. Рядом с кроватью стол с четырьмя стульями. А дальше небольшой кухонный уголок, где готовилась еда. На стенах находились топоры и мечи, небольшая книжная полка с книжками, и шлемом с рогами. Она лишь опустила свою голову на лапы, и прикрыла свои сапфировые глаза. В спокойной атмосфере... Примечание: Его нет