Солнечная угроза и его семеро друзей-мафиозников.(The Sunshine Menace & His Seven Mafia Besties.

На третий день они ждали его. Не то, чтобы они признались бы в этом. – Пять минут,- пробормотал Сынмин, проверяя часы. – Он не придет,- сказал Чан, скрестив руки на груди, пока его глаза были приклеены к входу в переулок. – Возможно ему стало скучно,- добавил Хенджин, стараясь выглядеть беспечно,- Хорошо. Он утомительный. – Он опаздывает,- заметил Джисон, жуя семечки,– Это… глупо. Затем… – Привет, лучшие друзья! Я принес кексы! Крик прозвучал как взрыв, покрытый сахарной глазурью. Семь голов повернулись в унисон, будто они вызвали призрака из глазури и блесток. –… ты, должно быть, шутишь,- пробормотал Сынмин. – Почему он продолжает возвращаться?,- спросил Чонин с каменным выражением лица. – Он как бездомный кот,- проворчал Минхо. – Очень сияющий,- добавил Джисон. – Настойчивый ребенок,- сказал Чан, жуя жвачку так, будто она задолжала ему за аренду. Феликс выскочил в поле зрения, держа в руке розовый ланчбокс, а на его лице сияла все та же ослепительная улыбка. Щеки его были покрыты мукой и усеяны веснушками. – Угадаешь, что я приготовил в этот раз? – Нет,- невозмутимо сказал Минхо,– Мы не будем заниматься этим опять. Феликс проигнорировал его и эффектно перевернул крышку. Внутри: кексы. Идеально покрытые глазурью, нелепо яркие. У некоторых была какая-то загадочная начинка. Один сверкал. Съедобные блестки… скорее всего. – Та-да! – Они пахнут хорошо,- пробормотал Чанбин, наклоняясь ближе, а потом выпрямил спину, словно он коснулся огня. – Я назвал эту партию «Крутые парни и кексы»!,‐ рассказал Феликс,– Потому что вы все крутые и эти кексы тоже и еще…,- он остановился, широко раскрыв глаза,– Я буду кормить вас, пока вы не признаете, что мы друзья! – Этого не случится,- равнодушно отметил Чонин. – Посмотрим,- подмигнул Феликс. – Я сделал по одному для каждого из вас! Попробуйте угадать какой из них ваш! – Что, если мы не хотим этого делать? – Тогда я заплачу,- ласково ответил Феликс. – Он – зло,- прошептал Джисон. – Что ты добавил в них?,- возмущаясь, спросил Сынмин. – Я проявил креативность,- Феликс просиял,– И не волнуйся, таинственный парень…Я сделал один с тофу только для тебя! Сынмин просиял. – Как ты…? – Я не знал,- прощебетал Феликс,– Просто было ощущение, что сегодня день тофу. Никто не сдвинулся. Феликс надулся. – Вы ведь не собираетесь заставлять меня плакать? Хенджин вздохнул и схватил кекс. – Неважно. Если я умру, я буду охотиться за тобой. Они сдались. Один за другим. Скрепя сердцем. За считанные минуты глазурь размазалась по костяшкам их пальцев, а обертки от кексов полетели на землю. Феликс лучезарно улыбнулся. – Вам нравятся мои кексы! – Мы этого не говорили,- проворчал Минхо, облизывая большой палец. – Ваши рты сделали это,- пропел Феликс. Потом он наклонился, подперев подбородок руками, глаза его блестели. – Что ж… скажите мне ваши имена, пожалуйста? Я запомню их как программу лояльности! Парни обменялись взглядами. Опасными взглядами. – Нет,- ответил Чан. – Я так не думаю,- добавил Чонин. – Это засекречено,- сказал Джисон, ухмыляясь. – Пожа-а-а-а-а-алуйста?,- Феликс надул губы. – Хорошо,- вздохнул Хенджин, явно забавляясь,– Ты хочешь имена? Ты получишь имена. Остальные послали ему предупреждающие взгляды, но поверили, что он красиво солжет. Он драматично указал пальцем. – Это Гадюка,- сказал он, кивнув на Минхо. Минхо пожал плечами. – Не худшее, что я слышал. – Бегемот,- для Чанбина, который неосознанно напрягся. – Ворон,- для Чонина. – Призрак,- добавил Хенджин, лениво махнув Сынмину. Феликс моргнул. – Подожди-ка, кто? Сынмин не ответил. Он просто смотрел. –…ладно, страшно,- сказал Феликс, нервно посмеявшись. – И Волк для угрюмого человека… – Да, называй меня Волком,- пробормотал Чан и замер. Феликс засиял. Чан ткнул Хенджина локтем под ребра. – А я,- прохрипел Хенджин, хватаясь за бок,– Хорек. Феликс ахнул. – Хорек? – Быстрый. Резкий. Непредсказуемый. Великолепный,- сказал Хенджин, принимая позу. – А я Белка! ,- добавил Джисон, показывая знак мира. Феликс снова ахнул. – Ух ты! Ты слабак! Мне нравится! Джисон выглядел преданным. –…что? Хенджин так рассмеялся, что чуть не выронил кекс. Сынмин, все еще непривлеченный, пробормотал под нос: – Он либо самый смелый, либо самый тупой человек, которого я когда-либо встречал. Феликс обернулся к нему, склонив голову. – Ты Призрак? Или Ворон? Ты ничего не сказал. – Я никто,- равнодушно отметил Сынмин. Феликс засветился. – Это так смело. Мне это нравится. Чан простонал. – Мы никогда от него не избавимся. – Нет, если только мы не переедем на другой континент,- вздохнул Джисон. Феликс лишь улыбнулся шире. – Вы, ребята, говорите такие приятные вещи! Он достал маленький блокнотик и быстро записал прозвища. – Это так весело! У меня никогда не было пугающих животных друзей до этого! – Тебе нужно быть более рассудительным,- пробормотал Сынмин. – Вам нужны прозвища получше,- резко ответил Феликс. Хенджин хихикнул. – Он тебя поймал. Чан застонал. – Это закончится пожаром. Феликс отдал последний кекс. – Потом мы пожарим маршмеллоу!