Попаданец

Зелёные глаза смотрели внимательно. Сфинкс в четверть уха слушал разговоры за столом, пока остальной частью глаз и ушей следил за соседствующим с ними. Особенно его интересовали двое вполне конкретных людей. Курильщик, ныне окольцованный ошейником поперек шеи, с отсутвующим видом жевал булку, изредка поглядывая на такого же конкретного человека. Ошейник непривычно сдавливал шею, от чего было трудновато дышать, или, по крайней мере, казалось что трудно, и обладатель пусть важного, но неудобного атрибута вечно поправлял этот самый атрибут. – Что, Сфинкс, решил заняться самобичеванием? Жалеешь свернувших с праведного пути? – Шакал, отвлекаясь от бутерброда с колбасой,хитро прищурился, глядя на недовольное лицо Сфинкса. – Пытается убедится что Курильщика не съели живьём голодные до свежей плоти псы. – Подала голос чумазая тень, которая ещё пару часов назад была Слепым, пряча белое лицо в пятнах грязи. Как бы Македонский не пытался по-тихому оттереть с вожака неясно откуда появившиеся загрязнения, на любую попытку приблизить к нему смоченую водой салфетку, Слепой щетинился, не даваясь. – Ради Бога, прекрати, Слепой.. – Тихий стон послышался от Горбача. Он,и так изъевший себя терзаниями о бывшем состайнике слушать о жестокости псовых нравов был не в настроении. Македонский, оставивший попытки спасти себя от дополнительной стирки, понимающе кивнул. – Что с ним станется? В шестой Чёрный.– Шакал глянул на пёстрый коллектив предметов обсуждения, и задумчиво хмыкнул, тоже замечая внимание Курильщика к белёсому вожаку. – Это мне и не нравится.– Сбросив ложку в пустую плошку от каши,зеленоглазый покачал головой, теряя всякую надежду разобраться в том, что же все таки так раздражает его. Курильщика изначально трудно было видеть и слышать, а сейчас можно просто не слушать и не смотреть. А он, почему-то, слушает и смотрит. Это раздражало.– Споются вдвоем, и будет второй Чёрный. А я одного едва выносил. По столу пронёсся вздох. Никому не хотелось лицезреть двоих Чёрных. Табаки с интересом оглянулся на стол Шестой, выглядывая Курильщика в толпе цветастых рубашек, и тоже заметил незамысловатое внимание Курильщика к вожаку во главе стола. – Ах! Смотрит как на настоящего мессию, а нам,сиди и наблюдай как бывший состайник сходит с ума! – С придыханием, и таким видом будто Курильщика уже не спасти, лепетал Шакал, в своей тираде забывшись, и кренясь в сторону как дерево на ветру. – А ты не наблюдай.– Предложил Лорд, отпихивая Табаки,который чуть на него не лёг – Он нуждается в наблюдении! Он же доверчивый как дитя. Чёрный плохо на него влияет! – Чересчур громко возразил косматый сострадатель, до треска теребя воротник жилетки. – Он сейчас тебя услышит, Табаки. Угомонись. Курильщик и правда слышит, хлопает ресницами, замерев с надкусанной булкой в руке. От того что на него без стеснения таращится четыре пары глаз, он нервно оглядывается, и ссутуливает плечи. Табаки снова вздыхает, но тираду не прекращает, лишь снизив её до бормотаний под нос. Вся стая молчит, переваривая и разжевывая каждый своё беспокойство. Только Толстый пыхтя тянеться к особенно симпатичной ему булке, истекая слюнями на розовый слюнявчик. Молчание тянулось густой нугой, пока Шакал снова не оживает, выводя всех из оцепенения. – Чего это мы в гадалок играем? Ну-ка, Лэри, наш почётный разведчик, поведай нам, какие новости у шестых на повестке дня? Бандерлог поднимает глаза, и с набитым ртом интересуется какими такими заслугами обратил на себя внимание почти шести(Толстый был больше заинтересован в булке чем в "полезных сведениях,а Лорд в отпихивании от себя вновь заплутавшего в пространстве Табаки) пар глаз. Дважды чуть не подавившись, он решает все же проглотить, прикрыв рот, а прийдя к способности коммуницировать, все же переспрашивает. – А чё я то? – Что говорят твои товарищи о бытие Курильщика в новой стае? – Любезно повторяет Табаки. – А.. Ниче такого. Москит говорил подозрительно тихий пацан, и всё. – Пожав плечами, Лэри чешет зелёный затылок, озадаченно глядя на Табаки. – Всего-то? – Разочарованно тянет Шакал, растягиваясь на столе поверх крошек. – Ничего интересного? Конфликты, секреты, расследования, истерики, припадки? Тряся шевелюрой, озадаченный такими ожиданиями, Лэри покачал головой.– А что, думаешь, он такой.. М.. – Интересный? Нет. Но может мы просто чего-то о нем не знали. Не раскрыли потенциал. Никто не стал говорить что трудно раскрыть то, чего нет.