Я просто моб! (I'm Just A Mob!)

      У Тсуны также было несколько коротких встреч с персонажами из манги.       Однажды, гуляя по парку, он встретил крикливого Ламбо Бовино. Тсуна видел, как маленький Гроза с радостью наводил хаос, раскидываясь гранатами, как цветами, пока Гокудера и Асари убегали со стороны леса.       Это означало, что их, вероятно, в этот момент тренировал Реборн, поэтому Тсуна немедленно покинул то место.       Его встреча с Ядовитым Скорпионом Бьянки прошла более мирно, чем он рассчитывал. Тсуна встретил девушку, листающую кулинарные журналы, в магазине. Киллер увидела, как он сам выбирает журнал, и попросила совета о том, в каком из них лучше описана современная японская кухня.       Они немного поболтали о журналах и вскоре разошлись. Тсуна даже сомневался, что девушка запомнила его лицо.       Тсуна — как одноклассник — пересекался с Гокудерой и Ямамото. Как обычно, Гокудера был груб и презрителен к любому, кто не был Десятым-самой, но Ямамото оказался достаточно дружелюбен.       Он знал мальчика, потому что его мать была постоянным гостем в "ТакеСуши". Шатен был рад, что Ямамото в эти дни выглядит гораздо счастливее.       Его общение с Асари Иеясу было таким же обычным, как и у любого безымянного моба-ученика. Настолько, что если бы его ввели в мангу, он, скорее всего, был бы представлен как "Моб А" Савада. Его наиболее определяющая черта — один из лучших друзей Сасагавы Кёко, которая сама по себе редко появляется в манге, разве что чтобы подчеркнуть невинную детскую влюблённость Асари.       Асари был добрым и являлся образцом протагониста с золотым сердцем, у которого больше мускулов, чем мозгов. Тсуна искренне желает ему всего наилучшего.       Он даже однажды случайно заехал в лицо Трайденту Шамалу, к своему ужасу. Но будь у него второй шанс, он бы сделал это снова.       Тсуна поймал извращённого медика-киллера в попытке сблизиться с его матерью на пороге их дома.       И когда рука Шамала двинулась ниже талии… что ж, по крайней мере, в пакете, которым он ударил мужчину по голове, были только овощи.       Тот обернулся, чтобы кинуть в Саваду злобный взгляд, но по какой-то причине побледнел, увидев его, и убежал так быстро, словно за ним гналась стая собак. Хмф, как он вообще посмел флиртовать с женщиной перед её сыном. Флирта Шамала с мамой Асари не было в манге, но, может быть, что-то изменилось.

***

      Сегодня пятница, и Тсуна был очень рад наступающим выходным. Вся неделя была утомительной, и он больше всего хотел просто выспаться завтра. Но, увы, день только начался.       Тсуна радовался, что сегодня не обычный учебный день. Школа организовала мероприятие, на которое пригласили лектора, который должен будет поведать о своём пути к успеху в бизнесе.       Послеобеденные занятия были отменены, и всем было поручено собраться в спортзале для прослушивания лекции.       С учётом того, что это манга "Репетитор-Киллер Реборн", оратор — киллер, нанятый Вонголой для проверки роста наследника. Он должен был притвориться злодеем, который собирается взорвать школу, чтобы посмотреть, как Асари его остановит.       Обед только закончился, и девочки уже направлялись в спортзал. Тсуна решил немного погулять снаружи, чтобы подышать свежим воздухом. Математика всегда была и будет его слабостью. Тсуна просто радовался, что Незу уволили после того, как доказательства его мошенничества распространились, когда он попытался отчислить Асари и его команду, как в манге.       Инстинкты Тсуны слегка затрещали, и он повернул голову вправо — навстречу ему шёл Хиб- Кёя с недовольным выражением лица.       Возможно, если подобное произошло ещё месяц назад, Тсуна бы с криками убежал. Но сейчас он просто улыбнулся и поприветствовал раздражённого Жаворонка.       Он знал, что причина не в нём, иначе Кёя бы не шёл к нему — он бы бежал с тонфа наперевес.       — Зверёк, вот.       Когда он подошёл достаточно близко, Кёя бросил в него свёрток белой ткани, и Тсуна поспешно поймал его.       Только когда свёрток оказался у него в руках, он понял, что это не просто белая ткань с чёрными вкраплениями, а ребёнок.       — Хи-и-и-и! К-Кёя! Какого- Погодите, сенпай! Вы не можете просто бросить в меня ребёнка и уйти. Откуда он у Вас вообще?!       Он бросился за префектом, в то же время следя за бедным ребёнком. Боже, кто подумал, что оставить ребёнка на Кёю — хорошая идея? Даже домашняя кошка или собака справились бы с этой работой лучше.       Кёя остановился лишь затем, чтобы метнуть в него взгляд и поднять тонфа в угрожающем жесте. Его глаза с отвращением посмотрели на ребёнка в руках Цуны, и он скрипнул зубами.       — Присмотри за этой штукой. Я заберу его после занятий. Не обращай внимания на травоядных, толпящихся в спортзале.       Затем Кёя развернулся и побежал в сторону спортзала. Вероятно, чтобы навести "порядок" и избить непослушных травоядных.       Тсуна остался на школьном дворе в полнейшем замешательстве. У него не было большого опыта общения с детьми, но он уже встречал их достаточно, чтобы понять — похоже, он унаследовал от матери умение легко нравиться малышам. Он надеялся, что и этот ребёнок будет таким же.       Янтарные глаза посмотрели вниз на ребёнка, и мальчик не смог сдержать шокированный вздох.       Этот ребёнок был точной копией двухлетнего Кёи. Настоящий мини-он.       С длинными волосами, заплетёнными в косу, в белой китайской формальной одежде. Узкие тёмные глаза, бледная кожа — всё выдавало в нём китайское происхождение. В его объятиях оказался мини-Кёя.       Который смотрел на него с круглыми глазами и маленькой ручкой тянулся к его щеке.              — 你好天空.       Маленький ангелочек мило улыбнулся, его глаза изогнулись в полумесяцы. У Тсуны задрожали губы от умиления.       Он тут же прижал к себе этого вежливого малыша и подумал, что, пожалуй, это лучшее, что Кёя когда-либо на него сваливал.       Словно это был более милый и вежливый Кёя. Говорите что угодно о кровожадном Жаворонке, но это не изменит того, что подросток был довольно красив.       Но тут он замер. А вдруг ребёнок вообще не знает японского, раз так его поприветствовал?       — Ах, ты понимаешь японский? Пожалуйста, скажи "да", — прошептал он последнюю часть себе под нос почти как молитву.       Маленький ребёнок усмехнулся, прикрывая рукавом рот. Его глаза всё ещё оставались сощурены в виде полумесяцев.       — Не волнуйся. Я хорошо говорю и понимаю японский.       Сказал ему двухлетний ребёнок.       Тсуна моргнул, посмотрел наверх. Потом снова вниз, на малыша, говорившего более грамотно, чем некоторые школьники.       Ребёнок, кажется, понял его замешательство и с вежливой улыбкой, которая словно была частью его лица, объяснил:       — Я старше, чем выгляжу. К тому же, я Хибари.       В ответ Тсуна, который живёт в мире манги, просто кивнул и принял это как есть. Честно говоря, фамилии Хибари достаточно, чтобы заставить его поверить почти во что угодно. Хибари были устроены по-другому.              — Ты не знаешь, почему Кёя оставил тебя со мной? Н-не то, чтобы мне не нравилась твоя компания. Просто…       Ребёнок, чьё имя он до сих пор не знал, с пониманием кивнул и сильнее прижался ближе к мальчику.       — Юу сказала Кёе остаться со мной, пока я выздоравливаю. Боюсь, я никогда ему не нравился. Возможно, это из-за его облачных наклонностей, моего внешнего вида или чего-нибудь ещё. Так что не удивительно, что он оставил меня кому-то другому. Хотя в прошлый раз этим кем-то оказался вежливый подросток Кусакабе. Приятно познакомиться с тобой, Савада-кун. Я Фонг.       Затем Фонг слегка поклонился, а его спокойная улыбка приобрела немного озорной оттенок.       — Мне тоже приятно познакомиться с тобой, Фонг. Похоже, тебе придётся немного потерпеть мою компанию, — усмехнулся он. — Ты уже обедал?       — Да. Не стоит беспокоиться, Савада-кун.       Тсуна кивнул, затем направился обратно в кабинет с ребёнком на руках. Лучше всего дать Фонгу отдохнуть, раз уж его сюда отправили именно для восстановления.       Хотя ученикам было приказано идти в спортзал, некоторые решили это проигнорировать, так что его присутствие снаружи не было чем-то необычным.       Не то чтобы они могли сказать ему идти в спортзал, ведь у него было своеобразное разрешение от Хибари на пропуск. С учётом того, сколько времени он проводил с Жаворонком, в это даже поверили бы.       Когда они добрались до комнаты, он был удивлён внезапно вспыхнувшему пламени Урагана от малыша в его руках.              — Фонг? Что случилось?       В глазах малыша мелькнул острый блеск — точь-в-точь как у госпожи Хибари и Кёи.       — В этой комнате была большая концентрация пламени. Я просто немного прибрался.       — Прибрался?       Ах, верно, способность пламени Урагана — дезинтеграция. Они могли развеять другое пламя.       В кабинете и правда была высокая концентрация пламени, потому что Ямамото, Гокудера и Асари часто находились здесь. Они были подростками, которые всё ещё не умели контролировать своё пламя, поэтому логично, что они буквально фонтанировали им.       Что за внезапное появление детей с активным пламенем? Их же не было в манге. Единственным ребёнком с активным пламенем был Ламбо, и тот мог управляться с ним и сражаться только благодаря Базуке Десятилетия.       Может, они появятся под конец манги? Что-то вроде милого филлера?       — Савада-кун. А что за бинты у тебя на шее? Ты ранен?       Фонг потянулся маленькой ручкой к бинтам у него на шее.       Он неловко рассмеялся и осторожно убрал руку. По крайней мере, этот маленький Хибари был гораздо вежливее Кёи.       — Ты можешь называть меня Тсуной. "Савада-кун" звучит чересчур официально. Бинты… От сезонной аллергии. Я не ранен, Фонг.       Фонг посмотрел на него секунду, а потом вновь вежливо улыбнулся. Тсуне показалось, что малыш ему не поверил.       Следующие два часа он развлекал и разговаривал с малышом, который, несмотря ни на что, настаивал, чтобы его носили на руках. Это было мило.       И тут в открытую дверь вошёл Реборн — как обычно, в идеально сидящем чёрном костюме. Уверенной походкой он зашёл в класс с ухмылкой на лице.       До тех пор, пока его взгляд не упал на ребёнка в его руках.       Ухмылка превратилась в презрительную насмешку, а в глазах промелькнул жёлтый оттенок.       — Фонг.       Слово слетело с губ Реборна, как проклятие. Тсуна инстинктивно прижал малыша крепче к груди. Инстинкты защиты зашипели на недобрый взгляд киллера, брошенный на ребёнка.       Сейчас у Тсуны было полное право дунуть в свисток, если Реборн попытается что-нибудь сделать.       Фонг заёрзал у него в руках, и Тсуна чуть ослабил хватку. Он посмотрел вниз на малыша, который всё ещё спокойно улыбался, несмотря на едва сдерживаемое убийственное намерение от киллера напротив.       — Не переживай, Тсуна. Реборн – хороший друг.       Реборн — хороший друг — фыркнул с насмешкой:       — Подбери другое слово.       Уголки губ Фонга приподнялись на несколько градусов, но тепло в его глазах наоборот уменьшилось. Малыш повернулся к киллеру, и шатен мог поклясться, что видел, как между ними пролетела молния.       В это время протагонист вошёл в комнату, выглядя хуже некуда — его одежда обуглена, а на щеках синяки.       — Реборн, что делать со спортзалом? Он разрушен.       Асари резко остановился и, побледнев, уставился сначала на Тсуну с ребёнком, подозрительно похожим на Кёю, затем на Реборна, который с явным презрением смотрел на малыша.       — Что за чертовщина?       Тсуна отреагировал каменным лицом. Точнее и не скажешь.       — Привет, Тсуна! Ты теперь нянька у Хибари?       Шатен кивнул, всё ещё держа малыша, в глазах которого теперь читалась весёлая насмешка.       — Эм, Кёя попросил меня ненадолго присмотреть за ним. Как прошла презентация в спортзале, Асари-кун?       Асари побледнел, и его тело пронзила резкая дрожь.       — Ах, всё прошло… Нормально.       Тсуна, конечно, плох во лжи, но Асари — просто ужасен. Судя по тому, что Реборн цокнул языком, он подумал о том же.       — Беги к своим хранителям, дурак-Иеясу. И научись врать лучше.       Асари тяжело сглотнул и убежал так быстро, как только мог. Теперь в комнате остались только они втроём.       — Ты не должен доверять каждому встречному, bambino cielo.       — Знаете, то же самое мне говорили про Вас, — Савада выдал это прежде, чем успел себя остановить. Он и так достаточно терпел привычную одержимость Реборна, но пусть он и сильнейший киллер, Тсуна не собирался позволять ему обижать тех, кого он защищает.       Это была его граница. Пусть пугают и нападают на него сколько угодно, но если кто-то тронет тех, кем Тсуна дорожит — до конца будет стоять на защите.       Фонг довольно прижался к нему ближе. Пламя Урагана малыша кружилось и прилипало к тёплому пламени Неба, скрытому у Тсуны внутри.       — 你听到了天空, — радостно пропел Фонг. — 你真的不擅长这个，是吗?       Тсуна не понимал китайский, и интонация Фонга была довольно беззлобной, но ему всё равно показалось, что малыш издевается над киллером. Хотя это ведь абсурд, правда?       — 烂在地狱里，你这个骗子, — прорычал Реборн. — 稍后我会抹去你脸上平静的笑容.       Солнце вылетел из комнаты, а Фонг тихо хихикнул, прикрывая рот длинным рукавом белых одежд.       — Фонг, что ты натворил?       Ребёнок нацепил невинный вид со своими большими обсидиановыми глазами. Но инстинкты Тсуны, в отличие от него самого, было не так легко обмануть.       — Просто поприветствовал друга, Тсуна.       И вот тут уж его нельзя было винить за то, что он ущипнул за щёки этого милого маленького врунишку.