Аромат дорого парфюма

В голове — пустота. Ветер путается между пролетающими машинами. Как и она, потоки воздуха, смешанные с дымом, не могут решиться, в какую сторону направиться. Над макушкой горит красный огонь, предупреждая об опасности, что всего в шаге от неё. Тоска не уходит, мысли беспорядочно крутятся в голове. Раньше было сложно решиться, теперь сложнее сдерживать себя. Глаза закрыты, дыхание тяжёлое, сердце бьётся бешено. «Я это уже чувствовала… Сейчас нужно вернуть контроль. Медленный вдох на четыре… и выдох на восемь». Девушка ощущает приятный аромат, но прежде чем успевает понять его источник, — резкое давление на плече. Вздрагивает и оборачивается на владельца нежданного прикосновения. — Я дам тебе сто тысяч долларов, если ты не станешь этого делать, — говорит человек с прикрытым капюшоном лицом, наклоняясь к её уху с весёлой улыбкой. Его лицо кажется знакомым. Девушка в замешательстве переваривает слова, лихорадочно пытаясь вспомнить, где она могла его видеть. Незнакомец, похоже, ожидал совсем иной реакции. — Идём, горит зелёный. Улыбка не исчезает с его лица. Пальцы смыкаются вокруг её запястья. Туман в голове, заторможенные мысли — она даже не сопротивляется, позволяя вести себя через дорогу, как сонного ребёнка. — Ты как? - Весёлый голос, но глаза — безэмоциональные. Где-то она его точно видела, — Извини, ты глухая? Не можешь говорить? Если так, то нам будет слож... — Я могу... Голос срывается. Она откашливается, отбрасывает волосы с лица. Зелёный сигнал начинает мигать, готовясь смениться красным. — Я могу говорить. Кто вы? Мы... раньше встречались? Он пристально смотрит на её губы, ловя каждое слово. Машины поднимают клубы пыли, заглушая её шёпот. Мужчина всматривается в глаза, стараясь поймать эмоции — они пусты и широко раскрыты. Его это настораживает. Замечает, как девушка краснеет. Она суетливо отводит взгляд и отступает, увеличивая дистанцию. Её губы ярко алеют помадой цвета венозной крови. Сама девушка невысокая, хрупкая — почти подросток. Он не осознаёт, как откровенно её разглядывает, будто пытается уличить в обмане. Рука девушки непроизвольно дергается и в ответ его пальцы впиваются в запястье еще крепче, словно боясь, что она вырвется. Но, спохватившись, возвращается к роли: — Эй, полегче... — он принужденно смягчает голос, но взгляд остаётся аналитически-острым, будто сканирует её микродвижения. Девушка отводит глаза, цепляясь взглядом за свою руку в его хватке — слишком долгий контакт после месяцев одиночества. Последний раз, когда кто-то касался её так долго, был враждебен и настроен на ужасные вещи — ровно 293дня назад. Ком в горле - символ новой волны паники. — Мы... не знакомы... — Странно, —он слегка наклоняет голову, ловя малейшие изменения в её мимике. — Ты уверена? - Пауза. Ни тени узнавания в её глазах. — Как тебя зовут, мисс? — Сильва Николсон, — выдыхает она, слишком поздно понимая, что назвала полное имя. Его пальцы на мгновение ослабевают — явная нестыковка с его ожиданиями. Но голос сохраняет искусственную лёгкость: — Николсон... — повторяет он, будто проверяя звучание. — А ты... пользуешься интернетом? Губы Сильвы дрожат. Она не понимает, почему этот вопрос кажется ему таким важным, но взгляд незнакомца буквально прожигает кожу — слишком пристальный, слишком... обманутый? — Извините, мне правда нужно идти… - слишком тихо, незаметно для него на гудящей жизнью улице. Красный свет начинает мигать. Он всё ещё держит её за руку, но теперь словно машинально - пальцы сжимаются и разжимаются в нерешительности. — А я вот... — внезапная пауза, сбой в уверенной манере, быстрый взгляд в сторону. - ..Джейк. Меня зовут Джейк. Девушка впивается в него взглядом, будто пытаясь разгадать шифр. «Джейк» замечает, как её зрачки сужаются — она поймала эту паузу. Молчание. Он снова всматривается в её глаза, ищет ответ на невысказанный вопрос. Обычно после одного взгляда на него люди уже лепечут комплименты или просят автограф. Голова раскалывается от нарастающего гула, в котором сливаются звуки города и собственный кровоток, веки подергиваются от напряжения. Она изо всех сил пытается не отводить взгляд — безуспешно. — С тобой всё в порядке? Его голос внезапно становится глубже, теряя подделку под дружелюбие. Но дежурная улыбка застыла на месте. — Да... Простите, мне нужно идти. Вырвать руку не получается — его хватка только усиливается. Сильва мечется глазами в поисках спасения. Женщина с собачкой отвернулась, ускорив шаг, парень в наушниках проходит мимо, уткнувшись в телефон. Джейк продолжает испытующе смотреть, а она упорно избегает прямого взгляда в глаза. Её руки дрожат, а его железная хватка лишь раскаляет тревожность. Губы Сильвии дрогнули — словно она хотела что-то сказать, но передумала в последний момент, яростно закусив нижнюю губу до кровавого пятна. — Эй... — его голос внезапно сорвался. Взгляд скользнул с черных точек зрачков на искусанные губы и хрупкое запястье девушки. Его широкая ладонь сжимала её тонкую кость. "Боже, я делаю только хуже" — мысль ударила Джейка, когда он увидел, как она втянула голову в плечи. Напряжение продолжало клубиться между ними. Красный сигнал погас сменяясь оранжевым — и в этот миг его пальцы рефлекторно разжались, не до конца, но достаточно, чтобы она ощутила просвет. — Прости... — он отступил на шаг, впервые разорвав дистанцию. Рука всё ещё тянулась к ней, но теперь ладонью вверх — призрачный белый флаг в их войне непонимания. — Я не хотел... Сильва остолбенела. Шанс для побега висел в воздухе, но ноги прилипли к асфальту. Она впилась взглядом в его силуэт, выискивая подвох в полумраке. — Просто... — он сглотнул, торопливо сдёрнул дорогие часы, будто показательно разоружая себя. — Я подумал, что… Над ними загорается зелёный. Такси резко бьёт по тормозам в сантиметре от перехода. Сильва вздрагивает всем телом — визг клаксона взламывает её ступор. — Постой! — Джейк делает порывистый шаг вперёд. — Я должен объ… Его движение резкое, неотрепетированное становится спусковым крючком: она срывается с места, как ошпаренная. Ее телефон выскальзывает из кармана, разбиваясь об асфальт с стеклянным хрустом. Девушка ныряет в кипящий поток людей на зебре. "Стой!" — крик тонет в рёве моторов. Он бросается следом, рука тянется не чтобы схватить, а остановить, разбить металлические оковы недопонимания. Толпа школьников расступается волной. Велосипедист орет проклятия, едва не сбивая её. Офисные работники чудом избегают столкновения. За спиной — его шаги, ускоряющиеся, но теряющиеся в толпе. В запотевшей витрине — отражение: его лицо, искаженное звериным отчаянием, руки, застывшие в когтях захвата и ее голубые глаза в безумии паники. «Не оборачиваться, не тратить драгоценные секунды». Сердце девушки колотится в висках, лёгкие обжигает каждый вдох. Сильва вжимается в сырую стену переулка. Останавливаться — безумие, но острая, колющая боль под рёбрами гвоздит к земле. Язык скользит по пересохшим губам: во рту — привкус прогорклой масляной помады и соленого металла. Туннельное зрение. Дыхание редкое, как у больного астмой. Пальцы в слепой ярости сжимают ключи в кармане — остриё впивается в ладонь. Последний аргумент отчаяния. Тень — вытянутая, чужая — ползёт по мокрому асфальту...