Заманчивое предложение

Минутами ранее

У обочины все еще стояла машина. Мерт Рамазан был молчаливым, словно становился частью пустой улицы, уже растворяясь в ней. Руки слабо сжали руль, а взгляд неотрывно был устремлен вверх, туда, где все еще горел свет из квартиры Афры.  Мужчина находил странным абсолютно все произошедшее. Он чувствовал как изменился за последние месяцы. Тот, который любил тишину и одиночество в квартире, стал искать знакомую тень, которая ходила по его дому босиком в его одежде. Рамазан чувствовал ее отсутствие в себе так остро, будто потерял часть своего дыхания. Совсем недавно они были вместе, а затем он провел ее взглядом до самого входа в дом. Как странно было ощущать, что минутами ранее он чувствовал ее пальцы на своей шее, а еще горячее дыхание на своей коже. Слова, которые он не забудет, и тот самый взгляд, который принадлежал только ему.  Мерт Рамазан сидел с опущенными веками, совсем потерянный в мыслях и воспоминаниях, но услышав легкие приближающиеся шаги, открыл глаза. Знакомая девушка шла прижимая небольшую сумку к себе, и, увидев машину, замедлилась. В ее глазах было мягкое удивление, потому что девушка не ожидала встретить его в такое время возле дома подруги. Мужчина приоткрыл окно автомобиля. Их взгляды пересеклись, и она не сдержавшись, наклонилась ближе и спросила:  — Мерт Рамазан..? Доброй ночи. Вы что тут сидите? — И тебе добрый, Неслишах, — улыбнулся он уголками губ. — Не смог уехать, сам не знаю почему..  — С Афрой все в порядке? — спросила девушка мягко.  — В полном, она уже дома.  — Тогда.. почему вы не подниметесь?  — Я.. не хочу нарушать ее покой, — его голос охрип.  — Напротив, нарушая покой, вы даете ей гораздо больше, чем Афра могла бы даже предположить. Я знаю свою подругу, и вы стали тем самым домом, который она так долго искала..  Мерт Рамазан включил фары и свет вырвал Неслишах из тени. В ее глазах он увидел правду, что было достаточно для всего.  Стать ее домом. — Я не знаю вас, Мерт Рамазан.. но, знаете, как это выглядит со стороны? Вы думаете, что охраняете ее свободу, а на самом деле.. будто боитесь в какой-то момент быть отвергнутым. Раскрыться, предстать таким, какой вы есть. И это выводы не из статьи журнала Мерт Рамазан Демир.. а из рассказа моей подруги.  Он кивнул, будто подтверждал ее слова, не осмеливаясь произнести вслух. — Спокойной ночи, Неслишах.  — И вам, — она смотрела, как он отъезжает, пока свет фар не исчез в конце улицы. Девушка подняла голову к окну Афры — там все еще горел свет.  Дверь медленно открылась с легким щелчком. Афра смотрела с затаенным волнением в груди.   За дверью стояла ее подруга, разглядывая Афру с головы до ног и сразу замечая ее растерянность.  — Афра..? — прошептала подруга.  Тишина стала вязкой. Все трое смотрели друг на друга и каждый не знал какую реакцию выдать. Мерт закатил глаза, закрывая футляр, и бросил холодный и раздраженный взгляд на Неслишах.  — И что ты тут делаешь в такое время? — его голос был почти ядом. — Может ли быть хоть один день без твоего присутствия?  Несли не сдвинулась с места, лишь перевела взгляд на Афру, читая в глазах боль и предупреждение.  — Ты во сне увидишь такой день, — колко ответила Несли, закрывая дверь за собой. — Да и что с тобой такое?  — Всегда там, где не должна быть! — резко выразился Мерт, медленно приближаясь к девушке. — Займись уже своей жизнью..  — Мерт! — воскликнула Афра не сдержавшись.  — Разве не так? Она везде в самые ответственные моменты в нашей жизни!  Афра смотрела на Мерта не узнавая его. В ее груди бушевал настоящий ураган — стяжение, гнев, разочарование во всем и все же болезненная благодарность за то, что когда-то был рядом, но теперь ощущала только отчуждение.  — Мне нужно.. подумать, Мерт. Уходи.. пожалуйста.  В глазах мужчины мелькнула тень обиды и неуверенности, но сам уже не понимал, в чем заключалась неуверенность.  В ней или в себе?  Он шагнул ближе и прошептал с надрывом: — Пожалуйста, выслушай меня.. я ждал этого дня, Афра. И я хочу все исправить. Я знаю, ты все еще.. — Не смей говорить за меня, — отступила Афра на полшага. — Мне не так легко принять все то, что ты делаешь и говоришь..  Неслишах решила оставить их наедине и наблюдала молча из кухни, сдерживая свое дыхание. Она всем сердцем верила и надеялась, что Афра не станет принимать все то, что сделал Мерт по отношению к ней. Простить его — значит забыть о себе как о личности, позволив другому человеку растоптать все чувства. Взгляд Несли был острым и очень больно смотреть, как подруга ломалась под давлением прошлого.   То, что останется уже в прошлом.  — Ты любила меня.. любишь. Мы были очень счастливы, разве ты так быстро смогла все забыть?  — Не забыла, но ты причинил мне гораздо больше боли. Дай мне время, Мерт. Не все можно решить с помощью фальшивых сюрпризов.  Мужчина замер на месте. Его лицо заметно потемнело. Словно, он сжал себя изнутри, подавляя гнев и задетое самолюбие. Мерт хотел что-то сказать в ответ, но не смог связать двух слов.  — Пожалуйста, просто уйди, — Афра толкнула его мягко, но твердо прямо в грудь.  Мерт все еще стоял у двери, молча надеясь, что Афра передумает в последнюю секунду. Однако, девушка открыла дверь и, совсем не глядя на него, жестом указала на выход. — Не сейчас, Мерт. Уходи.  Он вышел не оглядываясь. Стук его шагов эхом прокатился по лестничной площадке.  Афра медленно закрыла дверь за собой с нарастающим внутренним комом. Затем взглянула на Неслишах, она все еще стояла неподалеку, молча, наблюдая за поведением подруги. Афре было неудобно, что она столкнулась с ними в таких обстоятельствах. Все это не имело никакого смысла и она только выиграла время, потому, что не была в состоянии поговорить с Мертом более открыто и рассказать, что между ними на самом деле все осталось позади и любовь, которую она придумала для себя давно прошла.  Настолько давно, что она не заметила его отсутствие.  Афра медленно подошла к подруге и крепко обняла ее, выдыхая все то, что накопилось.  — Я надеюсь, ты в порядке, — прошептала Несли, стараясь утешить ее. — Он должен был уйти.. я так испугалась..  — Почему? Посчитала, что я приму его предложение?  — Нет, я знаю, что теперь не примешь. И наоборот, выиграла время. Мерт Рамазан был внизу.. — прошептала Несли. — Как бы ты объяснила все, если он объявился раньше меня?  Они поместились в гостиной. Афра сидела, поджав ноги под себя, в объятиях мягкого пледа. В одной руке она держала чашку горячего чая с легким запахом корицы и внимательно слушала Неслишах, которая рассказывала как столкнулась с Демиром неподалеку от ее дома. Внутри все замерзало от осознания, что в дверь мог постучаться он и встретил бы их в таком положении.  — Я думала, что он уехал.. — прошептала Афра, смотря в пустоту. — Значит не смог..  — Не смог, что? — мягко спросила Несли.  — Уехать.. он просил поехать с ним, но я отказалась. Несли, я.. я думаю, что по-настоящему влюблена, — выдохнула Афра, пытаясь поверить сама в сказанное.  Неслишах медленно кивнула головой. Она улыбнулась и слушала ее не перебивая.  — Я не знаю, как объяснить это чувство иначе. Словно, рядом с ним, весь остальной мир становится не таким важным.. нужным. Без него.. даже сейчас я задыхаюсь от его отсутствия. Когда думаю об этом, мне кажется, что я всю жизнь искала его.. и мы столкнулись в тот момент, когда я испытывала боль от предательства.. что это, если не судьба, Несли? — голос Афры задрожал. — Я убеждала себя, что все не имеет никакого значения, как в тот момент.. обрела гораздо больше.  — Я знаю, — с теплотой ответила подруга. — Я видела это раньше, чем ты. Ты шла к нему чтобы заглушить свою внутреннюю боль, но он больше лечил тебя, а не просто глушил на время. Просто ты долго боялась свернуть с привычной дороги. Я понимаю тебя, изменить свою жизнь невозможно по щелчку пальцев, но можно всегда осознать, что все идет не так, как нужно. Тебе необходимо рассказать Демиру всю правду.  Афра улыбнулась, но с болью в глазах. Она опустила взгляд на чашку.  — Несли.. я призналась ему в любви. И он.. он просто смотрел на меня молча. Словно не услышал мое признание. Может, слишком поспешила, не знаю.  — Афра.. — Или просто не нужна ему настолько, насколько он нужен мне. Он говорил, что коллекционирует женщин.. может, я тоже.. — Афра, — подруга тут же наклонилась ближе и взяла ее за руку. — Далеко не каждый может сразу сказать такие слова. Если я немного и понимаю Демира, он такой человек, который не бросает слова на ветер. Главное то, что ты видишь, как он смотрит на тебя.. и поступки важнее слов.  Афра молчала, и в ее глазах появилась что-то теплое, как надежда.  — Думаешь, он.. тоже? — спросила она, шепотом.  Несли сжала ее руку крепче. — Я думаю, что он тоже любит тебя. Просто.. не нашел еще подходящих слов, чтобы признать это. Дай ему время.  Они еще долго сидели в полутьме. Сердце Афры билось чуть спокойнее, слова подруги утешили ее.

***

Утро наступило теплым светом, просачивающимся сквозь шторы. Афра медленно открыла глаза, щурясь от солнечного света. Рядом, на соседнем диване, свернувшись клубком под пледом спала Неслишах. Девушка некоторое время просто смотрела в потолок благодаря за новый день, в надежде, что не принесет за собой никаких проблем. Тихо выскользнула и направилась в душ. Когда Афра вышла, Неслишах уже проснулась, зевая и потягиваясь.  — Доброе утро, — ответила Афра, протягивая ей кофе. — Приготовить завтрак?  — Доброе, не нужно, дорогая, спасибо. Мне пора на работу, Джанер скоро приедет за мной. Ты чем будешь заниматься?  — Я поеду к Рамо, увижу его, потом на площадку. Сегодня плотный день.  Они быстро собрались и вместе вышли из квартиры, спускаясь вниз. Когда они вышли из подъезда, их встретила неожиданная картина: в машине у тротуара, на водительском сиденье спал Мерт. Афра замерла на секунду, но потом решительно подошла и постучала в окно. Мужчина вздрогнул и резко проснулся. Увидев девушку, он сразу вышел из машины.  — Малышка.. я так хотел тебя увидеть. Мы не договорили.  Он тянулся к ней и в секунду успел схватить ее ладонь, мягко, но настойчиво, надеясь, что физический контакт и нежность, сможет остановить ее. Афра не отдернула руку сразу. Она смотрела ему прямо в глаза долгую минуту, но не видела в нем никакой искренности. Ни любви. Ни доверия. Очередная пустота.  — Не нужно, Мерт. Я просила время, — отдернула она руку в конце концов.  — Время? — переспросил он с обидой. — Я ждал всю ночь! Сколько еще? Я сделал тебе предложение. Разве это не то, чего ты хотела и ждала все это время?  Неслишах подошла ближе, встав немного сбоку. — Ты не слышишь ее. Дай ей пространство, время! Она же не отказала! Ты ведешь себя так как маленький ребенок.  Мерт закатил глаза, потом взглянул на Афру.  — Значит, теперь она говорит за тебя?  — Нет, — резко ответила Афра. — Я сама могу за себя говорить. Я тебя уважала, Мерт. И потому прошу, не осложняй все еще больше.  Он смотрел на нее еще мгновение, с непониманием и нарастающей злостью, которую едва сдерживал. Плечи были напряжены, он хотел что-то сказать но, молча развернулся и сел обратно в машину, захлопнув дверь.  Девушки стояли на месте, глядя, как машина Мерта медленно тронулась с места и исчезла за углом. Афра глубоко вздохнула. — Поэтому я говорила тебе вчера, ты должна все рассказать Демиру, — проговорила Несли. — То, что все началось с мести и ты хотела сделать больно Мерту. Рассказать, как ты решилась на встречи, но все вышло из-под контроля. Будет лучше, если он узнает ближайшее время, пока Мерт не придумал что-нибудь. Афра взглянула на Неслишах и понимала, что она права. Затем взглянула вперед и ощущала сердцем — дальше будет еще сложнее.  На соседней стороне улице, за рекламным щитом неподвижно стоял человек в темной одежде. Он внимательно наблюдал за их движениями. Он не двигался, не выдавал себя. Только наблюдал. 

***

Солнце заливал улицы теплым светом, когда Сара вышла из такси возле закрытой территории. Она подняла голову вверх, в предвкушении увидеть Мерта Рамазана, потому, что прошло больше месяца, когда она видела его последний раз. Забыла его запах, голос, чувство защищенности под его крылом. Демир не забыл о ней и все еще отправлял определеную сумму денег. Сара прекрасно понимала, как круто изменилась жизнь с отсутствием Мерта Рамазана и не могла обвинять его в том, что не приезжал к ней периодически, как раньше.  Как присутствие другой изменило их отношение.  Лицо ее было усталое, губы плотно сжаты. Несмотря на проблемы, она все еще держала себя в руках и поспешила к лифту, поднимаясь на нужный этаж. Ее встретил абсолютно пустой коридор и постояв несколько секунд, она набирала нужные силы, и только потом нажала на звонок.  Дверь поспешно открыл Мерт Рамазан. Светлое солнце за его спиной на мгновение ослепило ее, но когда глаза привыкли к свету, Сара выдохнула и сделала шаг вперед, обняв его резко, по-настоящему, лишь по одной простой причине — она действительно скучала по нему. — Ты не представляешь, как я рада тебя видеть, Рамо, — прошептала она, обнимая еще сильнее, словно, объятием она пыталась остановить все то, что рушилось у нее внутри каждую секунду.  Мерт Рамазан почувствовал как сильно она дрожала. Осторожно отстранил ее от себя, глядя в глаза, он спросил: — Сара, что-то случилось? Ты выглядишь.. не как обычно.  Она молча прошла в гостиную и поставив сумку на пол, медленно села на диван. Голос был приглушен, она боялась произнести вслух:  — Это мама. Помнишь, я рассказывала, что у нее участились головные боли?  — Помню, — мужчина кивнул головой.  — Мы думали, что это просто мигрень.. но, после обследования.. — Сара сделала паузу, сжав руки в замок. — у нее обнаружили опухоль, Рамо. Агрессивная форма, так говорят врачи. И.. она уже в прогрессе.  Мерт Рамазан замер, не ожидая такого ответа. Он медленно приблизился и сел на корточки, нежно касаясь ее руки.  — Ты уверена? Может, стоит обратится в другую клинику и сдать анализы? — Уже сдавали, все сходится. Она.. порой забывает меня, теряет ориентацию, часто жалуется на головную боль. Ей нужна срочная операция, — продолжила Сара, сдерживая дыхание. — Но, не здесь. Я ищу нейрохирурга в Европе.. и не знала к кому обратиться еще, Рамо.  — Сара.. — Нам назвали фамилии, которые могут еще чем-то помочь, — перебила девушка, — но время уходит.. Сара впервые позволила себе заплакать перед Мертом Рамазаном. Тихие слезы заполнили гостиную, почти беззвучные, будто она их стыдилась. Мужчина не сдержался и крепко обнял ее, поглаживая волосы. Сара держалась за ним, не в силе сдерживать свою боль и переживание.  — Мы найдем врача, — голос Демира был так же тихим, но уверенным. — Обещаю тебе.. я все сделаю. Почему ты не позвонила мне сразу?  — Хотела решить сама. Я знала, что ты поможешь.. и всегда рядом, лишь поэтому я приехала.. — прошептала Сара, чувствуя его тепло.  Мерт Рамазан уже мысленно думал о том, с кем можно было бы связаться и поговорить, чтобы найти нужного специалиста. И понимал, что Сара держалась за него как за последней надеждой. Дверной звонок прозвучал так резко и пронзительно, нарушая тишину в гостиной. Мерт Рамазан все еще держал руку Сары в знак поддержки, но обернулся на звук. Он извинился легким кивком и почти машинально произнес:  — Это наверное Али..   Он открыл дверь и застыл на месте. На пороге стояла Афра. Она была легкой и красивой, как будто несла за собой что-то свежее и настоящее. Мягко улыбнувшись, она поцеловала его в щеку, обвив рукой его плечи.  — Я решила заехать, пока есть немного времени.. — Хорошо сделала, заходи, — сказал он, но голос чуть дрогнул.  Чувствовал, что через секунду все изменится.  Афра шагнула внутрь и направляясь в гостиную заметила знакомую девушку. Она остановилась, словно невидимая стена ударила в ее грудь.  Сара. Она мгновенно узнала гостью. Последний раз они пересекались в больнице после нападения и Афра ничего о ней не слышала. Вспомнила, как она оценивающе смотрела на нее во время презентации и как поздно ночью позвонила Мерту Рамазану.  Сара обернулась и подняла глава, встретившись с взглядом Афры. В ее лице не было никакого вызова, никакого соперничества. Может потому, что Сара устала бороться за Демира, а может потому, что в приоритете стояла жизнь матери.  Афра стояла не двигаясь. Ее лицо оставалось спокойным, но глаза горели немым вопросом. Она медленно повернулась в сторону Рамазана, но не проронила ни слова. Во взгляде было похожее на ураган. Афра не ревновала, ей так думалось. Но в груди что-то болезненно сжалось от увиденной картины. Это было похожее на падение с высоты — долго и мучительно больно. Афра проходила через подобное, но всем сердцем надеялась, что эта ситуация отличается от предыдущей.  Мерт Рамазан чувствовал все. Он видел, как менялось ее лицо, хоть она изо всех сил старалась скрыть это.  — Афра, — мягко начал он, подходя ближе. — Сара приехала ко мне с бедой, ее мама..  — Все хорошо, — тихо перебила она. — Прости, я.. не знала, что ты занят.  Взгляд снова скользнул на Сару. Не было никакой злобы или зависти. Афра отдала свое сердце Демиру и боялась, что он тоже способен ранить ее. Сара, почувствовала напряжение, что росло с каждой секундой. Она встала с дивана, приглаживая волосы и взглянула на Мерта Рамазана.  — Мне нужно поехать к маме, — произнесла она тихо, но отчетливо, чтобы Афра услышала.  — Конечно, я провожу тебя, — кивнул мужчина, подходя к ней.  Сара прошла мимо Афры, слегка наклонив голову, в знак приветствия и уважения. Она понимала, что ее присутствие здесь было уже неуместно.  Афра осталась стоять посреди гостиной. Сердце глухо колотилось. Мужчина бросил на нее взгляд перед тем, как открыть дверь Саре. Словно, он умолял ее понять всю ситуацию. Прикрыв за собой входную дверь, он взглянул на Афру.  Мужчина вернулся в гостиную и заметил, как Афра стояла у окна, будто старалась не смотреть на него. Он сделал пару шагов в ее сторону. — Сара приехала просить помощи. У нее матери обнаружили болезнь и срочно нужно найти врача в Европе. Она испугалась и не знала, что делать.  Афра все еще молчала. Она бросила короткий взгляд в его сторону.  — Ты понимаешь, что это не то, что ты.. — Я ничего у тебя не спросила, Рамо, — перебила она спокойно, хотя чувствовала обиду.  Он смотрел на нее и поймал на мысли, что Афра действительно начала испытывать чувство ревности. Не то, что он ждал этого, а только потому, чтобы понять истинные чувства девушки. Демир хотел улыбнулся и пошутить, но сдержал себя.  Сейчас не время.  — Я просто приехала увидеть тебя. Но, наверное все это зря. Мне уже пора на съемки.  — Афра, подожди, — протянул он руку, стараясь остановить ее.  — Не нужно.  Она убрала его руку и не оглядываясь вышла, глухо хлопнув дверью. 

***

На съемочной площадке царила суета — фоны менялись, свет настраивали заново, а ассистенты меняли одежду.  Афра стояла перед камерой в светлом платье с открытыми плечами, идеально подчеркивающем ее хрупкость и утонченность. Волосы были аккуратно уложены, минимум макияжа и освещение идеально выхватывало ее черты.  Внутри бушевал хаос.  Афра смотрела в объектив, улыбалась, но мысли были совсем о другом. Перед глазами все еще стоял момент, когда она вошла в гостиную. Она даже злилась не на Сару, больше на себя.  На уязвимость. На то, что снова почувствовала себя лишней.  — Дорогая, чуть левее.. все отлично! — голос фотографа сбил все ее мысли. Афра повернулась уже машинально, но в глазах не было того света, что был еще перед встречей с Демиром.  Съемки длились до вечера. Пока она собирала свою сумку, смартфон завибрировал на столе. 

«Я жду тебя в машине. Как закончишь, спустись»

Афра не могла скрыть свое удивление. Он написал сообщение так, словно ничего не произошло. Она поспешно сбросила туфли и переодевшись в удобную одежду вышла из студии. Чуть подальше она увидела машину и Мерта Рамазана. Афра остановилась на секунду и глубоко вдохнула. 

***

Белые стены казалось холоднее на фоне бледного лица женщины, лежащей в постели. Сара сидела рядом и смотрела на лицо матери — такое родное, но уставшее и исхудавшее. Губы дрожали и в груди стояла плотная тяжесть. Она держалась изо всех сил, как только могла.  Потому, что сдаться всегда легко.  — Мама.. — выдохнула Сара шепотом, — ты поправишься. Я обещаю.. Девушка чувствовала, как мир рушился под ногами, но в глубине души она держалась за единственную надежду — за Мерта Рамазана Демира. Он был тем, кто всегда протягивал руку помощи и она высоко ценила это. Когда-то он спас ее от внутреннего падения, подарив чувство уверенности. Она наклонилась и поправила одеяло, прижимая пальцы к ее ладони. — Я нашла того самого человека, мама. Он поможет нам.  Сара верила ему больше, чем кому-либо. 

***

В салоне машины стояла тишина, такая натянутая и хрупкая, словно стекло, готовое треснуть от любого слова. Афра сидела и смотрела в окно, включив полное игнорирование в сторону Рамазана.  — Как прошел день? Ответа не последовало. Демир бросил на нее сдержанный взгляд с ноткой обеспокоенности и задал вопрос: — Афра.. чего ты хочешь?  — Я очень голодна, — глухо произнесла Афра, не глядя на него.  Мерт Рамазан слегка кивнул, облегченный тем, что девушка хотя бы заговорила.  — Хорошо, поехали в ресторан. У меня как раз есть одно место на примете..  — Не хочу ресторан, — быстро покачала Афра головой.  Демир сжал губы, не зная как поступить, но не стал настаивать. Они ехали молча вдоль побережья Босфора. За окном мелькали огни города, волны лениво накатывались на бетонную набережную. Вдруг из окна Афра заметила небольшую уличную палатку. Дым от жареной рыбы, аромат острых специи, и фигура мужчины, ловко переворачивающего рыбу на гриле. От увиденной картины Афра оживилась.  — Останови машину. — Здесь? — удивлено взглянул Рамазан. Девушка впервые за день улыбнулась, и он понял, что спорить смысла нет. — Пусть будет рыба, — вздохнул он с легкой полуулыбкой.  Они вышли из машины и подошли к палатке. Старик с выгоревшей кепкой добродушно поприветствовал их.  — Добрый вечер, мастер. Нам пожалуйста два, без лука, — весело произнесла Афра и мужчина, едва взглянув на ее сияющие глаза, кивнул.  Мерт Рамазан стоял рядом, слегка неловкий в народном уюте. Он не привык к уличной еде и скрипучим пластиковым стульям, но все же был тут, потому, что этого захотела Афра. И потому, что ее смех растворял все его принципы.  Они сели на маленькие стульчики рядом с Босфором, вдыхая запах вечера. Поставили горячие сэндвичи и апельсиновый сок на деревянный столик.  — Как у вас ощущения, господин Мерт Рамазан? — поддела Афра, откусывая кусочек хлеба с удовольствием.  Мужчина молча наблюдал за ней, как впервые за день увидел в ее глазах тепло. Он взял свою порцию и шутливо произнес: — Ты правда сводишь меня с ума. То обижаешься, молчишь, то предлагаешь поужинать в таком месте.  — Тебе непривычно по всей видимости, — сделала вывод Афра. — Но, иногда можно нарушить правила, так же, как делаю я.  Мерт Рамазан взглянул на море, а затем сосредоточенно посмотрел на девушку.  — Лучше ответь мне, что значит «все это зря»? Ты жалеешь о чем-то, Афра?  Девушка встретилась с его взглядом и поняла, что он не забыл то, что она сказала перед выходом из квартиры. — А ты? — с надеждой спросила она. — Ты жалеешь?  — Ни за что, — почти сразу ответил Рамазан. — Я ни о чем не жалею.. что прожил с тобой до сегодняшнего дня.. что проживу в будущем. Потому, что знаю, что это того стоит, Афра. Ты стоишь этого.  Мужчина не отвел взгляда. Он чувствовал, что в этом моменте было что-то большее, чем просто вечер на берегу. Это не телесная, а внутренняя близость.  Прикосновение их души. Афра опустила взгляд, но потом снова посмотрела на него, с тем светом в глазах, от которого у Рамазана все замирало внутри.  — И я не жалею.  Босфор, вечный и терпеливый, продолжал пульсировать рядом — как живое сердце Стамбула.

***

С морского бриза веяло прохладой и солью. Мужчина вытер руки и вновь взглянул на Афру.  — Все-таки я хочу, чтобы ты поняла.. приход Сары это не то, что ты подумала.  — Пусть будет так. Мне все равно, Рамо. Главное, что мне сейчас хорошо с собой.. с тобой.  Демир хотел что-то сказать, но промолчал. Их диалог не был таким длинным и содержательным, но они понимали друг друга без слов.  Поблагодарив мастера за вкусный ужин, они молча вернулись к машине. По дороге Афра слушала тишину, положив локоть на окно, а Мерт Рамазан бросал взгляды в ее сторону.  Они доехали до дома довольно быстро. В лифте стояла тишина, Демир смотрел на нее, не отрываясь, снова вспоминая о том, какие мысли проскальзывали рядом с ней.   Лифт остановился на двадцать третьем этаже.  Мерт Рамазан шагнул в сторону, жестом пропуская ее первой. Дом встретил их полумраком, царила полная тишина. Афра прошла чуть вперед, но не успела сделать и шаг — за спиной раздался щелчок замка.  В следующий миг он рывком приблизился и поцеловал ее — так жадно, сильно, будто все, что он чувствовал вырвалось наружу.  Вместо слов, которых он еще не произнес.  Его ладони обхватили ее лицо, пальцы скользнули в волосы. Афра сначала застыла, но потом ответила ему с такой же страстью.  Всем телом и собой.  За панорамными окнами мерцал ночной Стамбул — тысячи огней дышали вместе с ними.  Афра легко дотронулась до его груди, скользила вверх у шее и, глядя ему в глаза, прошептала едва слышно: — Я люблю тебя.. Это было не признанием, а дыханием сердца. В этот миг она ничего не боялась. Вся ее сдержанность, боль, ревность — все растворилось. Оставалось только чувство, которое больше невозможно было удержать.  Выходя за рамки.  Рамазан не отвечал словами, а целовал ее мягко, сдержанно, будто впитывал эту любовь с губ. Их поцелуи становились глубже и горячее. Каждая эмоция, сдерживаемая столько времени просилось наружу. Руки Афры скользили под его рубашку, касаясь его кожи — так не спешно, не жадно, а с благодарностью за то, что он рядом, за каждую его секунду. Мерт Рамазан принимал ее полностью — не только тело, но и страх, уязвимость, нежность и любовь. Еще через пару минут, Афра ощущала его кожей. Он ощущал ее всю — такую живую, настоящую, нежную, и одновременно безгранично страстную. Ярко запоминая каждый толчок, иногда нежный, а иногда жадный. Влажные поцелуи и горячее дыхание. Пальцы сжимали ее бархатную кожу, оставляя очередной след. Они шептали слова друг другу — тихие, как молитвы.  Рамазан, который привык держать все под контролем, впервые позволил себе потеряться в ней, в этом ощущении. Он замер в ее взгляде, где отражалась вся глубина их ночи. Опухшие губы Афры от поцелуев снова просились ощутить его. И Мерт Рамазан продолжал двигаться в ней, чувствуя как они давно взорвались от острых ощущений. Словно это их последняя ночь. Тишина наполнила комнату особым дыханием. Афра лежала на Демире, тихо и спокойно. Ее дыхание было ровным, но в этом спокойствии было что-то глубокое и почти невыносимое. Она скользила кончиками пальцев по его лицу — по линии скулы, по изгибу губ, по лбу. Словно слепая и боялась, что однажды все исчезнет, и ей останется только это — память о его чертах.  Память о нем.  Рамазан молча наблюдал за ней, его руки лежали на ее спине, нежно поглаживая кожу.  — Что ты делаешь? — наконец спросил он хрипло.  Афра не открыла глаза. — Хочу запомнить тебя. На ощупь, с закрытыми глазами. Вдруг.. однажды все исчезнет, — тихо прошептала она.  Он не ответил сразу, ощущая тепло от кончиков ее пальцев. Потом тяжело вдохнул. Ее слова больно ударяли в грудь, не потому, что он верил, что все исчезнет, а потому, что знал, как это будет невыносимо. Мужчина провел пальцами по ее волосам, прижимая к себе и прошептал ей в шею:  — Я.. запомнил тебя еще тогда. В самый первый раз как только увидел.  Афра замерла. Сердце отозвалось быстрым ударом. Эти простые слова — такие настоящие, без громких клятв, но с безусловным весом — вошли в нее глубже всего, что она когда-либо слышала. Чистое признание. Мерт Рамазан наклонился, нежно коснулся губами ее шеи. Его поцелуй был не страстным, а бесконечно теплым, как обещание. Он обнял Афру крепко, всей душой, будто не просто удерживал в руках, а вплетался в нее. — И тебе не нужно запоминать.. я рядом с тобой.  Афра замерла. Сердце отозвалось быстрым ударом. Мерт Рамазан не произнес те самые слова признания, но тем не менее вес этих слов было куда больше.   Афра проснулась первой. Она лежала какое-то время, глядя на него. Мерт Рамазан спал на спине, с едва заметной линией улыбки на губах, будто даже во сне чувствовал ее рядом. Его рука все еще лежала там, где была ее талия, будто не хотел отпускать даже во сне. Афра улыбнулась и оставила поцелуй на щеке.  Понимая, что нужно ехать, она с неохотой выскользнула из-под его руки. Осторожно оделась, чтобы не разбудить. Афра нашла листок бумаги и быстро, с неровным почерком оставила записку.

«Мама улетает сегодня, провожу ее в аэропорт. Как вернусь домой, позвоню тебе. Не скучай»

Она вернулась в спальню и еще раз посмотрела на него с порога. Губы дрогнули в улыбке, полной любви и благодарности за эту ночь. За все, что было между ними.  И тихо, не нарушая утренней тишины, разблокировала и закрыла за собой дверь.

***

Прощание с госпожой Лютфие было наполнено нежностью и грустью. Афра держала ее руку в своей, пока они шли по залу аэропорта. Лютфие улыбалась, но глаза выдавали волнение, то, что было всегда, когда они расставались. Она всего лишь хотела, чтобы дочь была счастлива, хоть и понимала, что с ней происходит что-то неладное. Добиваться ответа или рассказа от дочери было невозможно. Афра делилась с матерью только той частью информации где все было хорошо, скрывая проблемы. Не потому, что доверия не было, а потому, что знала как она будет сильно переживать за нее на расстоянии. Объятия были крепкими и долгими, как будто впервые за долгое время. — Ты счастлива, моя дорогая? — тихо спросила госпожа Лютфие у самого уха.  Афра не сразу ответила, прижалась к ее щеке и прошептала:  — Очень, мама.. После того как был объявлен рейс в Анталью, Афра проводила ее до контроля и махнула рукой. Она стояла еще несколько минут, наблюдая, как родная фигура растворяется в потоке с другими пассажирами.  На улице утреннее солнце уже поднималось над городом. Афра с трудностью поймала такси, и погруженная в свои мысли поехала к себе домой.  Оказавшись возле подъезда, девушка поднялась наверх и подошла к двери. Все было как обычно, пока она не попыталась вставить ключ от квартиры — он не вошел. Афра нахмурилась и попробовала ее раз, но все было напрасно. Затем, потянув за ручку она вдруг поняла, что дверь был открыта. Ее ждал незваный гость.  Сердце стукнуло резко. Афра понимала, что это не мог быть Демир, все потому, что тот не смог бы попасть в квартиру. В голове пронеслось все: возможно, она забыла закрыть вчера днем, а возможно, сломался замок. Она не одна.  Когда девушка толкнула дверь и шагнула внутрь — ей понадобилось лишь мгновение чтобы понять, что происходит.  Мерт.  Он стоял посреди гостиной, словно был там все утро в ожидании Афры. Его руки были в карманах, лицо — спокойное.  Афра застыла на месте.  — Что ты здесь делаешь?  — Я ждал тебя, — ответил Мерт, не отводя взгляда.  В этом спокойствии, в его вторжении в ее личное пространство подобным образом, в стоящей тишине квартиры — было что-то тревожное. Что-то, что ее внутренний голос не мог игнорировать.  Ей по-настоящему стало страшно. 

***

Где-то над горизонтом гудели машины, вечные пробки в Стамбуле давали о себе знать. Внутри салона темно-серого внедорожника было почти безмолвно, только классическая музыка, которая плавно переходила в следующий трек — реп, который он любил слушать каждый раз и напоминал ему о прошлом.  Барыш сидел, откинувшись назад. В пальцах он крутил черную зажигалку, щелкал ею в ритм битов. На губах играла его фирменная, но оттого более тревожная улыбка.  Его стихия.  — Ты уверен? — спросил он ранее по телефону.  — Абсолютно, господин Барыш. Все чисто. — Молодец, Камиль. Отец не зря держит тебя рядом.  Он ехал не так долго, по узким улочкам района, где по данным досье находилась квартира Афры. Барыш не собирался с ней разговаривать.  Просто увидеть.  Барыш ярко запомнил как она танцевала в клубе с той грацией, что отпечаталась у него в мыслях. Та, в которой не было ничего примечательного, однако, она странным образом зацепила его.  Машина медленно развернулась к нужному дому. Барыш выпрямился и скользнул взглядом вокруг. Чуть улыбнувшись, он неспешно достал сигарету и поджег ее.  — Интересно, — прошептал он себе, — очень интересно.. кто ты такая, госпожа Афра.

***

— Где ты была? — спросил Мерт, в голове уже рождалась буря.  Афра молча смотрела на него. Тело мужчины дрожало от напряжения — не от холода, а от ярости, которую он едва сдерживал.  — Я знаю все, — продолжил он, делая шаг ближе. — Я видел, как ты сидела с ним вчера вечером.. как смотрела на него, как будто меня никогда не было в твоей жизни, Афра.  — Ты говорил, что тебе плевать на других мужчин, что остаешься выше этого. А теперь ты стоишь в моей квартире без спроса и устраиваешь допрос?  Дыхание вырывалось тяжело и отрывисто. Каждая мысль и сказанное слово, обрывок недавней правды, только что открывшейся ему, стали ярким событием. В то время, когда Мерт носил кольцо в кармане и ждал ее ответа.  — Я сделал тебе предложение, потому, что люблю тебя.. хотел быть с тобой навсегда. А ты переступила через все, что мы строили годами, Афра.  — Нет, — тихо произнесла она, — я перешагнула через ложь. Через страх потерять тебя. Через себя, когда поняла, что способна построить совершенно другую жизнь.   Мерт медленно выпрямился, губы плотно сжались, а глаза сузились. Лицо его становилось с каждой секундой жестким, словно высеченным из камня. Все внутри кипело, хоть и снаружи был почти спокоен. Опасно спокоен.   — Ты никогда не признаешься в том, что совершил ошибку, ведь, так? — Я тоже изменял тебе, — ответил Мерт после долгой паузы. — Не один раз. И знаешь.. я наверное никогда не любил тебя по-настоящему. Я чувствовал больше удобства рядом с тобой.  В этом взгляде не было жалости. Только злость. Но только понял, что не на нее, а на самого себя. — Но, вот что странно, — он сделал шаг вперед к ней. — Когда ты изменила мне, я почувствовал, каково это делить.. быть лишним и совсем ненужным. Это сжигает все внутри.  Афра молчала такому откровению. Только смотрела на него широко раскрытыми глазами, прижавшись в конце концов к стене, надеясь, что та впитает ее в себя, скроет и защитит.  — Я сейчас понимаю, что значит по-настоящему испытывать чувства другому человеку.  Афра сделала шаг вперед, ее голос стал звучнее. — Ты.. ты никогда не был со мной настоящим. Просто пользовался моей любовью, как запасным выходом, — она вздохнула, глаза наполнились болью. — Я.. потратила на тебя четыре года своей жизни. Мерт внезапно рассмеялся так истерично и резко, будто это было единственное, что он мог сделать на данный момент. Смех выходил почти с болью, но больше в нем было заложено чувства эгоизма и низкой самооценки.  — Ты.. правда? — выдохнул Мерт сквозь смех. — Ты говоришь это сейчас, когда сама.. Афру будто ударили смехом. Без раздумий она сделала шаг вперед к нему и резко толкнула его в грудь обеими руками.  Ошибка.  — Ты никогда не был честен! Никогда не был настолько храбрым, чтобы признать свои ошибки! Мне уже плевать, что ты изменял. Это делает нас равными в грязи. Но, в отличие от тебя, я хотя бы почувствовала, что такое любовь. А ты.. ты даже не поймешь, что потерял в конечном итоге. Впервые за все время они стояли друг перед другом без масок. И это было страшнее любой лжи. Мерт замер. Он молча смотрел на девушку, тяжело дыша, будто каждое ее слово било в грудь сильнее, чем толчок. Его гордость и эго — все вспыхнуло от боли. Афра задела то, что он прятал глубже всего — свою слабость, ничтожество и неспособность любить. — Заткнись, — прошептал он. — Ты ничто без своей лжи. Ты жалок, Мерт, — бросила Афра с такой ясной болью, что он больше не выдержал. Резко, почти инстинктивно Мерт поднял руку и ударил ее. Звук удара оказался глухим. Афра отпрянула назад, зацепившись за край стены, глаза распахнулись в изумлении и ужасе. Долю секунды разум Афры не успел отреагировать: тело инстинктивно отшатывался, глаза широко раскрылись, в ушах звенело. Афра чувствовала, как внутри нее все рушится.  Все закончилось. Она больше не пыталась понять его. Не искала в нем глубины, не оправдывала за какой-либо поступок. Без какого-либо смысла.  Воздух стал густым. Афра все еще чувствовала жжение на щеке, а затем наступил настоящая дрожь. Она попыталась отступить, инстинктивно, не думая. Но он двинулся вперед. Афра толкнула его в грудь, срываясь на крик: — Ты всегда был трусом! — ее голос сорвался, но в нес не было больше силы, только страх и отчаяние. — Ты только на это способен! Мужчина резко схватил ее, словно что-то оборвалось в нем окончательно. Рука сжалась на ее шее, не сразу сильно, но пугающе твердо. Афра резко вдохнула, захлебнувшись воздухом. Все внутри съежилось, затряслось от ужаса. Руки сами потянулись к его запястью, вцепились, умоляя и прося. — Мерт.. — выдохнула девушка с трудом.  Ее голос дрожал, глаза метались, в них был не просто страх, а ужас от осознания, что он больше не был тем человеком, которого она знала.  Возможно никогда не был.  Мерт вел ее назад, шаг за шагом, грубо и быстро. Будто в тумане, он сам не понимал, что делал. Она запнулась о порог спальни и неуклюже упала на кровать, стараясь отбиться и вырваться на свободу. Все было напрасно.  Афра билась под ним, чтобы остаться собой. Чтобы не дать ему сломать то, что осталось у нее.   — Отпусти меня!  Слезы хлынули из глаз — не от боли, а от бессилия. От того, что не верила, что все это реально.  Это сон. Ловушка.  Внутри Афры все молило, чтобы она проснулась от кошмара. Мерт смотрел на нее сверху. Его глаза были темными и пустыми.  В тот самый миг, когда его пальцы сжали ее шею, мир вокруг Афры сжался в один сжатый комок ужаса. Сердце все по-прежнему бешено колотилось, дыхание стало тяжелым, прерывистым. Каждая клетка тела кричала о бессилии, а горькие слезы беззвучно скатывались по щекам.  Другой рукой мужчина медленно и жестко начал срывать ее одежду. Каждое его движение было холодным и безжалостным, словно он снимал с нее не просто ткань, а последние осколки ее свободы. Когда Мерт избавился от ее футболки, девушка ощущала, как тело предает ее, становясь абсолютно чужим, неподвластным. Внутри горела буря противоречий — страх, отвращение и желание бороться. Однако, все парализовало внутри.

***

В квартире Мерта Рамазана царила тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги. Он сидел за столом в темно-синем классическом костюме, идеально сидевшем по фигуре. Перед ним лежали документы, отчеты, заявления и контракты. Он просматривал каждую страницу внимательно, иногда делая пометки внизу аккуратным почерком.  Внезапно в дверь постучали. Рамазан поднял голову от стука в дверь — коротко, дважды. Он сразу узнал ритм и поспешил открыть дверь. На пороге стоял Ясир, такой же тихий, как обычно.  — Ясир? Проходи.  — Привет, скорее не в подходящее время.. — голос был напряженным.  — Что-то случилось? Ты не предупредил о визите, — Демир сразу ощутил перемену в настроении друга.  Ясир слегка кивнул. — Нам нужно поговорить, срочно. Лучше тебе это услышать, прежде чем ты выйдешь из дома и поедешь в офис. Мерт Рамазан нахмурился и молча отошел в сторону, пропуская Ясира внутрь. Уже по его взгляду Демир понял, что что-то произошло. Мысли сразу прошлись по вчерашнему визиту Сары, затем вспомнил о том, что произошло больше месяца назад с Кенаном Айданом. Но он знал, что все проблемы были решены и им не было смысла вновь возвращаться в этой теме. Ясир держал в руках папку с некими фотографиями и данными. Его взгляд был тяжелым, будто сам понимал, какую бурю он выпустит на друга.  Правда больнее лжи.  — Я не знаю, как это объяснить, Рамо.. но, я уверен в том, что ты должен это знать.  Мерт Рамазан взял папку в руки, раскрывая содержимое. На первом листе он увидел данные о человеке, чье лицо он видел всего один раз, но запомнил надолго. Демир прошелся глазами, молодого человека звали Мерт Языджиоглу, он был начинающим актером и уже участвовал в действующем проекте. Мужчина опустил глаза вниз, данные о родителях, места жительства, вплоть группы его крови из медицинской карточки.  — Ты собирал информацию о нем? — Считай, что заранее сделал всю работу. Я знаю, ты бы попросил это, — признался Ясир. — Листай дальше, там информация куда интереснее.  Он развернул страницу и увидел фотографии, по отметкам они стояли свежей датой, вчерашним днем. Афра стояла у дома, ее руки нежно держал Мерт. Взгляды говорили больше, чем слова, и даже без звука было ясно — это не просто встреча. — Что это значит? — голос Рамазана был почти шепотом, в нем звучала растерянность.  Друг сжал плечи и тяжело вздохнул: — Я подозревал ее.. не знаю почему. Али не доверился сразу, но ты знаешь, что он на стороне Сары. Поэтому, я поставил людей на слежку, они собирали информацию о нем. Оказалось, — сделал Ясир паузу, — все было не зря. Афра не просто скрывала, они живут вместе. Он периодически уезжает, может, поэтому ты не видел его.. — Я видел его один раз, — признался Рамазан. — Но, всего лишь раз.  — Они вместе уже четыре года, Рамо. Все это время, пока вы встречались, она была с ним. Эти отношения все еще продолжаются. Мерт Рамазан открыл следующую страницу. Там были указаны даты, совместные поездки, важные события Языджиоглу, такие как премьера фильма, первый день съемок дневного сериала, его последняя поездка в Мардин. И самое горькое — запись внизу о том, что они были парой целые четыре года с совместными фотографиями из скрытого, личного архива.  Руки Демира непроизвольно сжались в кулаки. Весь мир построенный за несколько месяцев рухнул за секунду. Молчание стало тяжелым, казалось, что время остановилось, оставив его одного с этой жестокой правдой.  Ясир не решался нарушить тишину и не знал, что могло бы облегчить нынешнее положение.  — Теперь.. когда ты знаешь правду, Рамо, — произнес друг. — Что ты будешь делать?  Демир медленно поднял глаза на Ясира, и в них горел огонь — не ярость, а гнев и горькое осознание происходящего. 

***

— Я люблю тебя.. по-своему.. Мерт резко приблизился и с силой смачно поцеловал в щеку девушки. Это не было лаской, а вызовом смешением агрессии и искаженного чувства, словно, он пытался заявить власть или вернуть контроль.  Афра почувствовала его горячее касание, которое одновременно жгло и было мерзко. Внутри все сдалось, как страх, горечь и непонимание переплелись в один ком.  Она не дышала. Жест не был любовью. Это был знак, что все вышло из-под контроля. Девушка сжала зубы, глаза расширились, но слез не было. Только холодное и острое осознание, что все кончено.  — Почему ты молчишь, моя малышка?  — Отпусти меня.. — Ты же сама просишь держать..   Мерт все еще был сверху, сжимая ногами ее дрожащие колени и подавляя попытку вырваться на свободу. Руки его добирались до сокровенного места. Он поглаживал ее кожу, опуская вниз брюки. — Моя красивая невеста..  Ее руки дрожали, но они все равно цеплялись за его запястье, пытались сопротивляться. Слезы текли по щекам, смешиваясь с бессильным страхом. Дыхание стало прерывистым, ловить воздух становилось все тяжелее.  Раскрытая правда отбирала свободу. Мерт шипел, скрипел зубами, смотря в глаза Афры. Она чувствовала как крупицы оставшейся силы покидали ее. Как холод начинал подкрадываться изнутри и глаза медленно закрывались.  Жизнь не заканчивается в тот момент, когда останавливается сердце. Воспоминания не будут забыты, если человек все еще испытывает боль. И любовь не исчезнет, несмотря на невозможность.