Заманчивое предложение

Мерт Рамазан не считал себя человеком, подверженным панике. Этим он отличался по большей степени от других братьев — он никогда не терял контроль над ситуацией и не поддавался эмоциям. Однако, когда он услышал от друга, что враги находятся ближе, чем он думал, что-то внутри резко сжалось, будто тонкая нить оборвалась в груди. Не от страха быть пойманным, а от боязни потерять то, что приобрел.  — Что значит нет?! — воскликнул в трубку Али. — Я дам сигнал охране, они осмотрят территорию.  Мир, который он едва начал строить с ней, внезапно пошатнулся. — Я перезвоню.  Сердце застучало так громко, что гул отдавался в висках. Мужчина сбросил звонок и оставил смартфон на столе, сжимая руки в кулаки — в бешенстве и страхе. Его взгляд метался по квартире, но все было напрасно.  Ни звука. Ни шагов. Ни дыхания.  Демир сорвался к двери. В его голове уже рисовались худшие картины, то, как бы он почувствовал ее боль и отчаяние. Сердце в груди стучало как барабан. Резко распахнув входную дверь, он внезапно заметил перед собой Афру.  Рядом.  С бумажным пакетом в руках, с удивлением в глазах и легкой наивной улыбкой.  — Ты.. что-то случилось? — растерянно спросила Афра, замечая обеспокоенный взгляд мужчины. — Я думала, что мы посмотрим сегодня какой-нибудь фильм и решила купить нам вкусное..  Мужчина сделал еще один шаг, почти отчаянный, и заключил ее лицо в ладони, прижимая к своей груди. Словно он боялся, что в следующую секунду девушка могла исчезнуть. Афра замерла, почувствовав, как он сжал ее в объятиях, будто боролся с собой, с чем-то страшным, что могло бы случится и неизвестным. Она медленно положила руки ему на спину, пакет съехал вниз, упал у ног. — Что случилось.. ты меня пугаешь, — прошептала Афра, но ответа не последовало.  Мерт Рамазан прикрыл глаза, позволив себе глубоко вздохнуть. Впервые он боялся потерять то, что только начал любить.  Ужин они провели почти в тишине — не потому что нечего было сказать, а потому что слова казались лишними. Афра с удовольствием уплетала ароматную пасту с фирменным соусом Демира, в котором чувствовался свежий базилик и легкая остринка.  — Ты ничего не хочешь рассказать мне, Мерт? — проговорила она, пытаясь понять его задумчивый взгляд. — Что случилось за время моего отсутствия?  — Твое отсутствие, — подметил Демир, делая глоток белого вина. — Зная, зачем мы прилетели сюда, ты подвергаешь себя в опасность..  — Я всего лишь спустилась в магазин, — перебила Афра. — И.. в этом нет ничего страшного.  — Афра.. — Я боюсь, — выдала она, — это чистейшая правда. Делать вид, что ничего не произошло, не получается. Но, я хочу справится с этим, Рамо. С тобой..  Мужчина молча смотрел на нее, понимая, что она хочет запомнить все эти места только с приятными и светлыми воспоминаниями. И, он не мог это нарушить.  После ужина они устроились на диване, укутавшись пледом, как в прошлые вечера. Мерт Рамазан посадил девушку ближе, почти прижав к себе, ощущая ее тепло. Его рука обвивала ее плечи, ладонь лежала на ребрах, ощущая ее ровное дыхание. На экране шел старый итальянский фильм — легкая романтическая драма, но он почти не следил за сюжетом. Демир смотрел на профиль Афры в свете экрана. И, как через пол часа просмотра, ее веки стали тяжелыми, засыпая в полуулыбке, уткнувшись в его грудь.  Он осторожно подтянул плед повыше, пытаясь не разбудить. Провел по ее волосам и задержался, будто хотел сохранить прикосновение, но затем аккуратно выскользнул из-под ее руки и укрыл Афру.  Мужчина быстро набрал нужный номер.  — Ты как? — послышался голос друга. — Все в порядке, я.. немного испугался, — Мерт Рамазан посмотрел на звезды. — Не за себя, за то, что могло бы случится непоправимое. Я в ответе за нее сейчас, все из-за меня.. — Не из-за тебя, Мерт. В этом замешан твой дядя, с ним нужно поговорить.  — Мы возвращаемся завтра. — Ты уверен?  — Я не собираюсь прятаться вечно, Али. Поэтому не позволю страху забрать у меня еще хоть один день. Тем более они в курсе, что я не в Турции. Подготовь все.  — Я понял тебя. За это не стоит переживать.  Демир повесил трубку. Внизу, в спальне дыхание Афры все еще заполняло пространство. 

***

Частный перелет в Стамбул прошел в особенной тишине. Афра сидела у иллюминатора, взгляд скользил по оранжево-золотистому небу. Солнце садилось, и отражения света играли в ее глазах. Мерт Рамазан не отпускал ее руку всю дорогу. Он чувствовал внутреннюю сосредоточенность, собранность и настороженность. Рядом с Афрой тревога переставала быть страхом — она становилась только мотивацией защищать.  На взлетной полосе их уже ждали. Рядом с черными машинами стояли Али и Ясир в окружении охраны. Демир первый спустился, кивая друзьям головой в знак приветствия. Али бросил быстрый взгляд на Афру, которая спустилась следом. Она выглядела уставшей, но абсолютно спокойной.  — Какой маршрут? Мы провожаем Афру? — тихо спросил Ясир у друга.  Девушка посмотрела на Мерта Рамазана и, не дожидаясь его ответа, произнесла: — Я еду с ним.  В лице Демира полное удовлетворение. Он пропустил ее вперед, открывая дверь автомобиля.  Их возвращение в квартиру было так же столь приятным, как и все пережитое в Риме. Афра ярко запомнила события, а квартира Демира напоминала ей о том, как она в первый раз оказалась здесь. Девушка сделала шаг вперед, наблюдая за городом с такой высоты. Перед ней вновь раскинулся Стамбул, столь родной и такой красивый: мост, улицы, огни города и Босфор.  Мерт Рамазан подошел тихо, будто боялся нарушить ее мысли. Руки обвили ее талию сзади, так крепко, но сдержанно, с нежной уверенностью. Прижался к Афре, уткнувшись носом в изгиб ее шеи. Дыхание — теплое, ровное — касалось ее кожи, и она закрыла глаза на миг.  В их отражении в окне, в темном стекле, будто ожила сцена сцена из другой реальности: двое, обнявшиеся среди огней города. В этой тени не было ни боли, ни сомнений — только тепло и принадлежность. — Спасибо, что осталась сегодня, — прошептал Мерт Рамазан. — Что поехала со мной.. Афра медленно обернулась к нему. В ее глазах не было страха, особенно рядом с ним, только осознание происходящего.  Глубокое, внутренне — да.  Во взгляде было нечто большее, чем просто сказанные слова. Она бережно коснулась его лица ладонью, как будто боялась ранить прикосновением.  Ранить ложью, превратившейся в реальность.  И, нежно коснулась его губ. Словно, поцелуем она давала ему обещание остаться.  За стеклом все еще мерцал бесконечный Стамбул. Город, где все и началось. Там, где все сохранится. 

***

Утро наступило медленно, словно не хотело разрушать хрупкое спокойствие, окутавшее спальню.  Афра проснулась первой. Взгляд сразу упал на мужчину, который все еще на удивление крепко спал. Его лицо в утреннем полумраке казалось особенно спокойным. Она не могла оторвать глаз. Чуть приподнявшись на локте, она осторожно, кончиками пальцев, провела по его щеке, затем по линии губ. Его кожа была теплой, и от прикосновения он чуть шевельнулся, но не проснулся. Афра улыбнулась и, стараясь не разбудить его, медленно выбралась, чтобы приготовить завтрак до пробуждения Рамазана. На ней была его белая футболка, почти доходившая до середины бедра. Ее ноги были босыми, волосы распущены, и в этой небрежности утреннего образа было что-то особенно женственное и живое. Она спустилась вниз, заправляя прядь за ухо. На кухне были только звуки посуды и тихое шипение масла на сковороде. Через некоторое время Афра услышала шаги. Увидев ее, Мерт Рамазан на миг остановился, как будто хотел запечатлеть общую картину: она, в его футболке, босая, стоящая у плиты в лучах утреннего солнца. Улыбаясь едва заметно, он подошел к ней и обнял сзади, прижимаясь всем телом. Провел ладонью вверх, обхватив подбородок девушки, наклонился и поцеловал в щеку.  — Доброе утро.  — Теперь действительно доброе, — Афра повернула голову, глаза улыбались больше, чем губы.  Они вместе сели за сервированный стол и все выглядело очень аппетитно. Пока Афра накладывала ему сыр, Мерт Рамазан аккуратно налил ей чай, добавляя сахар. Он знал, что она не будет завтракать, но если они встречали утро вместе, то разделяла с ним стол разговорами и горячим чаем.  Звонок в дверь прозвучал громко и неожиданно, резко нарушив уютную тишину между ними. Афра вздрогнула и подняла глаза на мужчину. Он, чувствуя легкий испуг, сразу встал со стула.  — Я открою, все в порядке.  Афра кивнула, но поспешно взглянула на свой внешний вид, она все еще была в его футболке. Взбежав по ступеням на второй этаж квартиры, она исчезла из вида, чтобы переодеться.  На пороге стояли его родители. Госпожа Дерия была элегантной, с пронзительным взглядом матери, которая чувствовала любую боль своего ребенка на расстоянии. В глазах господина Абдулджелила была тревога и недоумение.  — Сынок, — Дерия шагнула вперед, — почему мы должны узнавать о нападении от Али?  — Ты в порядке? Почему ничего не сказал? — нахмурился господин Абдулджелил. — Это не та ситуация, в которой можно держать нас в стороне.  Мерт Рамазан глубоко вдохнул и отступил в сторону, впуская родителей в квартиру. Ему не совсем хотелось, чтобы они беспокоились о нем. Все было очень просто — он привык решать все проблемы в одиночестве, не прося помощи.  — Все под контролем, я разберусь сам. Поэтому и не хотел тревожить вас.  Госпожа Дерия покачала головой, она рассчитывала на подобный ответ.  — Речь идет о твоей жизни, Рамазан. И мы имеем право знать, что с тобой.  — Ты даже братьям ничего не сказал, — добавил глава семейства. — Объясни все по порядку.  Афра стояла наверху, прислушиваясь к голосам в гостиной и сразу поняла, что это родители Мерта Рамазана. Сердце забилось от неловкости, потому, что не ожидала такого визита именно в это утро. Она быстро поправила волосы, надела легкое, зеленое платье с короткими рукавами и почти беззвучно спустилась вниз по лестнице. Ее появление было почти незаметным, но мужчина тут же поднял на нее взгляд. Мерт Рамазан смотрел с какой-то особенной теплотой и мягко улыбнулся.  — Афра..  Она опустила глаза на мгновение, собираясь с мыслями, прежде чем приблизиться. Афра подошла ближе, и, остановившись, приветливо и чуть смущенно улыбнулась. — Мама, — кивнул Рамазан головой, приближаясь к девушке ближе. — Отец.. это Афра. А это, мои родители, господин Абдулджелил и госпожа Дерия.  —Доброе утро.. очень приятно познакомиться, — произнесла она тихо, но уверенно.  Госпожа Дерия встретила взгляд девушки. Она не улыбалась широко, но в ее взгляде уже промелькнуло одобрение. Такое же сдержанное, как у женщин, которые многое повидали в своей жизни. Госпожа не сказала ни слова, но Афра почувствовала то, как ее уже оценивают. И во взгляде не было никакой враждебности, напротив, что-то теплое, но глубоко спрятанное. Она уже дала свою оценку в тот самый вечер, когда впервые увидела рядом с сыном.  Господин Абдулджелил же, отличии от супруги, улыбнулся практически сразу. Его спокойная улыбка сняла часть напряжения с девушки, которая молча стояла под вниманием матери Рамазана.  — Доброе утро, дочка, — произнес он добродушно, у которой чувствовалась сила отцовской поддержки. — Мы тоже очень рады знакомству.  Афра чуть кивнула головой, пряча глаза, и на мгновение замерла рядом с Мертом Рамазаном. Он сразу заметил ее смущение и слегка коснулся руки, напоминая ей, что она не одна. Она с благодарностью бросила на него быстрый взгляд. 

***

Тень метнулась за его спиной — и прежде чем он успел сделать следующий шаг, рука резко легла ему на плечо.  — Стоять, дядя Али, — раздался спокойный, хищный голос Ясира, стоявшего за его спиной. Мужчина дернулся, но Ясир не шутил и крепко держал его руки за спиной. Из полумрака вышел Али с напряженным взглядом. Его лицо было каменным. — Я не понимаю, как ты подвел Мерта.. он мог пострадать.  — Отпустите меня и вы никогда меня не увидите, прошу! Я исчезну из жизни каждого! Они не шутят и они..  — Ты никуда не уедешь, — перебил Ясир возле ухо. — Ты был всем нам дядей, мы считали тебя таким, но ты.. оказался предателем своей же семьи.  — У тебя было время, — проговорил Али, приближаясь к нему. — Ты намеренно брал деньги, зная, что не сможешь вернуть. На кого ты рассчитывал? На Мерта? Ты понимаешь, что из-за тебя чуть не поплатился мой друг, мой брат! Твой племянник! Своей жизнью!  Дядя молчал, опустив глаза. Его медленно повели в машину. Он не был связан физически, но уже с мыслью, что не сможет убежать. 

***

В гостиной воцарилась приглушенная тишина. Афра, сдерживая волнение, подавала чашки с ароматным турецким кофе. Госпожа Дерия лишь слегка кивнула в благодарность, снова скользнув по девушке пристальным, оценивающим взглядом.  — Сынок, — начал глава семейства после глотка кофе, — если все так, как ты рассказал.. и замешан твой дядя.. значит, и ответственность на семье. Мы не можем сидеть в ожидании, пока последствия ударят еще сильнее. Если есть долг, то нужно выплатить и оборвать все связи. Эти люди из другого мира, я знаю, что говорю.  Слова отца, спокойные и взвешенные, прозвучали как приказ. Мерт Рамазан молчал, глядя на него. Внутри закипала тревога, смешанная с растущим гневом. Мужчина не подавал вида, но каждый мускул в нем был напряжен. Он вытащил телефон, не говоря ни слова, набрал номер друга. — Али, мне нужно, чтобы ты срочно нашел дядю. Он несколько дней не появлялся в офисе, так сказала охрана. Телефон отключен. Он сбегает. После короткой тишины Демир вновь продолжил:  — В таком случае, не отпускай его никуда. Он втянул нас во все это и не позволю ему прятаться. Ждите нас.  Он повесил трубку, и только тогда взглянул на отца. — Али нашел дядю, он будет держать его у себя до того как мы приедем. Нам нужно закончить все это как можно скорее. И, спросить.. стоило ли все это.  Афра сидела молча, не вмешиваясь в их разговор, но пальцы заметно дрожали, она вновь вспомнила звук выстрелов и кровь на рубашке Демира.  Плохие события запоминаются сильнее. 

***

Уже через час дядя Али сидел перед господином Абдулджелилом и Мертом Рамазаном, вытирая пот со лба дрожащей ладонью. Вид у него был подавленный и уставший. Казалось, что за короткое время он постарел лет на десять.  — Простите меня.. я думал, что все как-то образуется. Я не хотел втягивать вас во все это.. правда, — хрипло прошептал дядя Али, опуская взгляд. — Стал бы я намеренно подставлять твою семью, брат?  Господин Абдулджелил молчал.  — Говори, — перебил его Рамазан, — зачем ты влез в это?  Дядя Али закрыл глаза на секунду, говорить правду было куда сложнее. — Казино.. я.. я брал деньги, надеясь отыграться, а потом.. уже не выбрался. Я знал, что долг рос, но надеялся на последнюю удачу, так бы я перекрыл все то, что потерял. Но, все пошло не так.. Айданы.. они не простые люди. Им не нужен был только долг, им нужен был повод вмешаться. Это люди.. принципа. И знает, кто такие Демиры. Я.. не думал, что все зайдет так далеко. А тем более не думал.. что пострадаешь ты..  — Ты сам с ним говорил? — спросил Рамазан. — Да.. но один раз.. чаще я видел его сына.. имени не знаю. Только знаю про Камиля.. он человек Айдана. Камиль сказал, что если приду с деньгами, вопрос будет закрыт.  — Тогда свяжи нас с Камилем и решим вопрос, — ответил Демир поднимаясь с места. — Я поеду с вами, — тихо сказал господин Абдулджелил. — Это мой брат. И это наша семья.

***

В помещении витала такая густая тишина, что, казалось, звенела в ушах. В зале, облицованным мрамором и стеклом, все было специально создано, чтобы внушать холод, подчеркивая власть. Именно там Кенан Айдан принимал тех, кто приходил к нему «решать вопросы».  Мерт Рамазан сидел и смотрел в пустоту. Рядом был его отец, сосредоточенный и дядя Али — потускневший и поникший.  Дверь отворилась и в просторную комнату вошел сам Кенан Айдан в сопровождении охраны. За ним медленно шел его сын, Барыш, с хищным прищуром и откровенной скукой на лице. Кенан опустился в кожаное кресло напротив гостей.  Демир не стал тянуть приветствием и положил на стол черную сумку. Без слов он расстегнул молнию, раскрывая содержимое — плотные пачки долларовых купюр, перевязанные банковскими лентами.  — Это все, — спокойно произнес Рамазан. — Долг погашен. С этой минуты нет никаких обязательств, ни претензий. Мы хотим закрыть эту тему раз и навсегда.  Кенан молча улыбнулся. Несколько секунд он смотрел в глаза Мерта, а затем наклонился чуть приподняв брови, заглянул в сумку. Все это было обычной процедурой и сегодняшний гость его ничем не удивил. Ни действием, ни словами, которые он слышал периодически от других.  — Конечно. Считайте, что вопрос закрыт, — медленно произнес он, словно смакуя каждое слово. — Но знаете, господин Мерт.. иногда, когда убираешь один долг, остается другой. Совсем невидимый, в воздухе. Ведь, не всегда это денежный вопрос, не так ли? Есть еще долги морали, уважения. Долг принципа.  — Мы пришли с миром, — произнес господин Абдулджелил. — Разве этого недостаточно?  — И я уважаю это, — подметил господин Кенан. — Особенно уважаю старшую кровь. Но, ваш брат считает, что меня можно было одурачить. Меня никто и никогда не заставлял ждать. И я не позволял этого.  — Вы можете считать, что купили право на последнее слово. Но я не тот, кто позволит говорить за себя чужим.  Барыш сидел чуть поодаль от отца, как наблюдатель, но взгляд был у него острый, как у хищника, следящего за потенциальной добычей. Он не проронил ни слова с момента начала встречи, но каждое движение Мерта Рамазана отслеживал с холодным интересом. Рассматривал Демира не как человека, а как фигуру в шахматной партии, которую еще не до конца понял. Еще не время начинать игру.  — И все же, ты пришел.. и не один, — улыбнулся Кенан не вставая. — Значит, ты знаешь, где твое место.  — Я пришел, чтобы это закончить. Без продолжения.  Кенан чуть склонил голову, принимая вызов, но ничего не ответил. Он просто позволил им покинуть помещение живыми и невредимыми на неопределенное время. И смотрел вслед гостям до того момента, как охранники закроют железную дверь.  — Скоро кто-то заснет крепким сном..  Айдан чувствовал, что это лишь акт затишья перед новой бурей.

***

Месяц спустя

Черный автомобиль премиального класса плавно остановился на узкой улочке в районе Каракей. Бар, в который они шли был спрятан за неприметной дверью без вывески.  Афра оглянулась по сторонам и аккуратно правила волосы. Она была в черном платье чуть ниже колена, с открытыми плечами. Мерт Рамазан мельком посмотрел на общую сборку, пальцы непроизвольно сжали руль сильнее, словно эта красота могла сбить его с толку и все существующие мысли.  Когда они вошли, волна звуков и света накрыла их с головой. Громкий, пульсирующий бас ударял в грудную клетку с каждой нотой. Свет мигал то синим, то алым, то совсем исчезал — оставляя только тени людей, двигающихся в такт музыке. Пространство было наполнено дымкой, ароматами алкоголя, сладких духов и чуть горького табака. Мерт Рамазан мягко сжал ладонь девушки и, ловко прокладывая путь сквозь толпу, повел Афру к стойке бара. Музыка гремела, свет сигналил над головами.   Они остановились у стойки. Мужчина первым устроился у края и, не отпуская Афру, помог ей сесть на высокий барный стул рядом с собой. Она почувствовала, как его теплая рука все еще лежала на ее колене, уверенно, будто ставил свою метку.  — Добрый вечер, господин Мерт. Как обычно?  Демир слегка кивнул, даже не оглядываясь.  — Ей что-нибудь сладкое и мягкое.  — Есть яблочное на мартини-основе. С клубничным сиропом.  — Подойдет, — ответил он, не отрывая взгляда от Афры.  — Здесь очень шумно, но атмосфера неплохая, — произнесла Афра, наклонившись ближе.  — Если станет скучно, мы уйдем, — прошептал он, и тепло его дыхания коснулось ее щеки.  Бармен поставил два бокала перед ними — янтарная жидкость в одном, в другом розово-золотистая. Афра взяла бокал и сделала маленький глоток. Было сладко и прохладно.  — Спасибо, у тебя неплохой вкус.  Мерт Рамазан повернулся на стуле, его колени коснулись ее бедра. Он смотрел на нее так, словно остальной мир переставал существовать.  Ни музыки, ни людей, ни сумасшедшего бара.  — Ты нравишься мне такой.  — Какой?  — Свободной, — он замечал ее улыбку вновь. — То, какой ты становишься рядом со мной. Будто я сорвал с тебя замок, и поняла, что свобода не делает тебя потерянной, напротив, счастливой.  — Ты так думаешь? Тогда смотри.. — ее глаза были все еще смотрели на губы Демира. Афра медленно отдалилась от стойки. Музыка становилась плотнее, как пульс, как собственное дыхание. Плечи начали двигаться в такт, тело подчинялось звуку, который захватывал ее изнутри. Света становилось меньше, но достаточно, чтобы каждый изгиб фигуры обрисовывался мягкими бликами — тонкая линия талии, изгиб бедер под легким платьем, чуть запрокинутая шея, когда она закрывала глаза и отдавалась музыке.  Демир почти не дышал. Он стоял, прислонившись спиной к стойке, локти упирались в гладкое дерево. Взгляд не отрывался от нее — это настоящий чистый огонь.  Легкость, свобода, искушение.  И этот момент — пленка замедленного кадра, в котором он тонул без остатка.  Она не замечала, как он смотрел. Афра была такой живой, гибкой и сексуальной. Рамазан чувствовал, как сжималось в груди — волна жара прошла от груди к горлу.  Он хотел ее запомнить такой. Его буря внутри не была просто страстью. В этом было гораздо больше и важнее всего пережитого в его яркой жизни. Это было желанием обладать не телом, а лишь мгновением.  Завоевать доверие.  Афра открыла глаза и встретилась с его жгучим взглядом.   В конце зала, в более темном углу под неоновым светом, Барыш сидел за столиком с друзьями. Его смех раздавался громко, рядом друг рассказывал шутку, кто-то поднимал бокал, но вдруг он замолчал, когда глаза зацепились за танцпол — все вокруг будто стало фоновым шумом. Он провел взглядом по ее фигуре — плечи, талия, линии ног в движении, легкость походки. Все было в ней слишком живым, красивым, чтобы остаться просто прохожей в ночи. Простое совпадение. Барыш сидел неподвижно, словно заколдованный. Уголки его губ чуть приподнялись, едва заметная улыбка скользнула по лицу — не дерзкая, не самодовольная, а скорее удивленная. Та девушка из досье. — Красива.. — мысленно отметил он. Но в этот момент его кто-то хлопнул по плечу — друг, смеющийся, с полупустым бокалом, начал рассказывать что-то, перескакивая с одной темы на другую. Барыш отвел взгляд на секунду, неохотно, сдержанно кивнул, но внутри что-то просило. — Посмотри еще раз, не упусти ее. Барыш нетерпеливо обернулся обратно к танцполу, но место было пусто. Ни силуэта, ни движения, ни намека. Будто все это было иллюзией.  — Видишь, уже упустил из-за тебя! —  брови Барыша слегка нахмурились, но на лице все еще оставалась та же полуулыбка.  Когда незнакомка исчезла из поля зрения, он почувствовал странную, но острую необходимость — увидеть ее снова. Громкая музыка сводила меня с ума. Она заполняла собой и уносила в неизвестном направлении.. мне ровным счетом было плевать. Я пропускал через себя текилу, вспоминая, где был ровно месяц назад и какие проблемы преследовали меня.    Я ловил каждую тень, замечая ее среди толпы. То, как она заводила меня лишь одним движением в танце. Ее дыхание врезалось в мою голову, и отныне я не слышал слов песни. Лишь издавался глухой такт, а глаза все еще были нацелены на нее. Как двигались бедра в такт музыки, прямой свет падал на лицо, освещая всю красоту.   Танец всегда говорит о многом.   И, я ловил ее острый взгляд на себе. Афра смотрела и танцевала для меня.    Я отпустил свой взгляд на полные, исцелованные губы, которые манили к себе, попробовать вновь на вкус.  От и до.  Ощутить их касание на себе. И, тяжело глотнул слюну, сдерживая свое скрытое желание. Потому, что она принадлежит только мне.    Афра подходит ко мне и похожа на дикую львицу, готовая отпраздновать свою победу. Но, мы прекрасно знали, что оба проиграли в этой битве. Медленно касается моей груди, но даже под тонкую ткань рубашки, я чувствую ее теплую ладонь. Все то, что она несла в себе.  Тепло. Свет.  И, как магниты, несмотря на все, тянулись к друг другу.    Я говорил себе: "прекрати", "пора закончить, закрыть эту историю", но не смог. Не всегда твой разум оказывается сильнее сердца и уступает, запирая на всевозможные замки, лишь бы.. не закончить начатое.    Начатое..    То, что мы продолжаем по сей день.  Любовь, которая никогда не должна была появиться на свет.  Все исчезнет, покрываясь мраком.    Но мы все равно не останемся во тьме.    — Ты очень красиво танцуешь, — подмигнул я, улыбаясь уголками губ. — Может, я еще чего-то не знаю?  — Я.. занималась бальными танцами, когда была маленькой, — призналась Афра, опуская голову, словно, провинившаяся в страшном преступлении.   Чем я заслужил ее?    — Я хочу посмотреть на тебя, — бросил я взгляд в центр танцпола. — Потанцуешь еще?  — Рамо..  — Тогда, — перебил я, понимая, что не могу больше находиться в этой безумной толпе, — послушаем вместе тишину?    Ее рука в моей ладони. И, вся жизнь зависит от наших действии. Мы выбегаем из ночного клуба, навстречу к звездам, К вечности.   Ее жизнь в моей ладони. И, сохраняю образ в памяти.   Прохладный воздух, впитался в мою кожу, оставляя гусиные мурашки по рукам. Мы медленно шагали по пустым переулкам Стамбула, в надежде найти ответы на свои вопросы.   Чем я заслужил ее?   Афра в двух шагах от меня, я слышу ее дыхание и аромат сладких духов. Подпевает незнакомую мелодию, мне нравится слушать ее голос.   Может это судьба?   Она обернулась ко мне, и я застыл на месте. Ее теплый взгляд вселял надежду, которую я давно потерял.   — Я люблю тебя, — тихо проговорила она, будто кто-то смог стать свидетелем нашего разговора.   Затаив дыхание, я мысленно повторял ее слова, словно молитву. И растерялся, мое сердце не знало больше определенных границ. Одобрительно кивнул головой, не в силах выразиться столь красиво, как это делала она.  Умело. Именно со мной.  Потому, что чувствовал, что являлся первой, настоящей ее любовью.  Всего три слова, которые несли за собой череду пережитых моментов и страстных ночей.

***

Ночной Стамбул затаил дыхание.  Машина плавно остановилась у подъезда ее дома. Афра, смеялась тихо над чем-то забавным, что рассказал Рамазан и повернула к нему голову. В глазах каждого было свечения прожитого вечера. Было абсолютно все: ритм музыки, взгляды, прикосновения, а самое главное, что услышал Мерт Рамазан этой ночью — еще долгое время не забудет.  — Прекрасный был вечер, — произнесла Афра. — Я получила такое удовольствие.. — Ты уверена, что не хочешь поехать ко мне? — спросил Демир, касаясь локон ее волос. — Я.. привык видеть тебя практически каждое утро.  — Именно, практически.. — Афра, — мягко перебил он, — прошу тебя.  — Я правда не могу, — улыбнулась девушка. — Мама гостит последние дни, хочу побыть рядом с ней.  Она отстегнула ремень безопасности, забирая сумочку из заднего сидения.  — Спасибо за вечер.  Рамазан молча кивнул головой. Затем он наклонился ближе к ней и прошептал на ухо: — Попробуй заснуть этой ночью без меня.  Афра заметно спрятала глаза, чтобы он не смог прочитать все. Затем нежно поцеловала в губы Демира и аккуратно вышла из машины. Но не выдержав, она обернулась. Девушка смотрела на него через плечо и подарила ему улыбку. Отражение Афры было немного растрепанное, с румянцем на щеках, легкой улыбкой и любовью, которой Мерт Рамазан окутывал ее каждый день.  Она сама не поняла все то, что произошло после того как вышли из бара. Алкоголь сыграл свою роль, но Демир давал ей больше уверенности в себе. Веры, даже когда она сама отчаивалась и переставала на что-то надеяться.  То, во что она нуждалась больше всего — поддержки, тепла, чувства защищенности, заботы.  Яркое осознание очевидного.  Любовь.  Не громкая, не вспыльчивая, не слепая — а такая настоящая. Та, что прорастает, как корни в землю.  Медленно. Глубоко. Необратимо. Двери лифта раскрылись в разные стороны. Афра вставила ключ и одним щелчком открыла дверь квартиры. Тишина и темнота встретила ее с порога.  Вдох.  Афра прикрыла входную дверь, прислоняясь спиной. Глаза все еще были закрыты, но даже так она чувствовала взгляд Мерта Рамазана. Карие глаза, которые изучали каждый сантиметр ее кожи.  Ее легкое, но такое искреннее признание в любви. Она долгие минуты прокручивала этот момент, вспоминала каждую мелочь.  Рамазан ничего не ответил, только молча смотрел, затаив дыхание. Афра почувствовала это и в глубине где-то зарождалась крошечная надежда на то, что однажды она услышит подобное признание в свой адрес.  Афра потянула к выключателю в коридоре.  Щелчок. Свет залил пространство и ее лицо в ту же секунду потеряло прежнюю мягкость. В глазах — растерянность. Перед ней — сцена, которую она не ждала.  Которую не хотела.  Пол был покрыт лепестками алых роз, словно была чья-то попытка вернуть всю романтику, которая давно исчезла. В воздухе чувствовался сладковатый запах свечей. Чуть неподалеку изысканно сервированный стол, все так, как и должно было быть: вино, фрукты, десерт. Все было продумано, почти идеально — но чуждо.  — Мерт?  Она увидела его посреди комнаты. Мужчина держал в руках корзину с алыми розами, слишком пышными и такими навязчивыми. Мерт улыбнулся, но взгляд был чуть напряженным, было ощутимо, как он нервничал.  Он опереживал момент.  — Сюрприз! — воскликнул он, широко улыбаясь.  Фальшь.  — Хотел сделать тебе сюрприз.. когда узнал последний съемочный день в Мардине, не стал терять ни минуты..  — Я.. — Малышка моя.. — перебил Мерт, делая шаг навстречу к ней, — я знаю, сколько страдании и боли мог причинить за время наших отношений. И долго думал об этом на расстоянии.. я часто обижал тебя. Я не идеальный мужчина, конечно, у меня, как и у всех людей есть ошибки. Но, самое главное, вовремя понять, какой ценой приходится каждая ошибка. Афра.. Мерт коснулся ее руки и взял в свои.  — Позволь исправить каждую.. я сделаю для этого все возможное, обещаю тебе!  Афра сжала губы, стараясь дослушать его до конца. Она не понимала, что он пытается сделать в эту секунду.  — Я тебя очень люблю, малышка, ты же знаешь это.. и знаю, как ты любишь меня.  Ее сердце сжалось от произнесенной фразы. Осознанно Афра понимала, что хотела бы услышать это совсем от другого человека, которому призналась в любви этой ночью.  Мерт оставил легкий поцелуй на руке и опустился на одно колено. Медленно достал футляр с кольцом.  Выдох. — Выходи за меня замуж, — произнес он уверено, глядя ей в глаза. Пульс гремел в ушах. Казалось, что это был тот самый Мерт, которого она знала давно. Тот самый, который исчез, а вместо него появился абсолютно чужой, такой далекий человек. С предательством, которому не было прощения.  Сердце билось по-другому. Афра вспомнила в следующую секунду Демира. Как она начала ощущать рядом с ним то, что не нужно выбирать между собой и любовью. То, как она сама, не замечая, отдавала практически все свои чувства, получая взаимен больше.  Мерт поднес кольцо чуть ближе. — Скажи «да», пожалуйста, — прошептал он, — и все станет, как прежде. Я обещаю тебе.  Афра недоверчиво взглянула на него, ее сердце сжималось от ситуации. Когда-то она годами ждала этот момент и в голове прокручивала, каким образом Мерт решится сделать ей предложение.  Но не сейчас.  Совсем неожиданно прозвенел дверной звонок.  Прерывая исход событий.  Мерт не шелохнулся, его рука все еще была протянута в ожидании ответа. Афра обернулась к двери, и в ее взгляде мелькнула тревога. Девушка сделала шаг назад.  Звонок вновь повторился. Мерт медленно поднялся с колена, и в его глазах появилась тень. Не совсем разочарование, больше уверенности в ответе Афры. И вспомнил, как когда-то сам подходил к двери, но встретил перед собой будущую невесту с незнакомцем рано утром.  Афра, не сводя глаз с двери, медленно коснулась к дверной ручке.  Щелчок.  Внутри нее все на секунду застыло. История вновь повторяется.