Ожидание вечности

Снова отжег Шеврин. На этот раз сам притащил нам пополнение в семью, хотя никто его не просил. Пополнением оказался довольно молодой дракон, созданный эксперимента ради кем-то из драконов смерти. Вообще, раньше он жил в мире, созданном драконами смерти, а после ими же и разрушенном. Чем они там занимались и какие опыты ставили на своих созданиях, мы уже никогда не узнаем, да нам этого и не нужно. Достаточно сказать, что данный товарищ прекрасно управлял временем, по сути являлся богом времени и никак не нарушал мировое равновесие, что уже было огромной редкостью. Сравнить его можно было разве что с эспером, способным крутить время туда-сюда, тоже ничего не нарушая. Но эспера крепко прихватизировал Повелитель времени, а этому вот до сих было особо не до изменений. Всю предысторию я точно не знаю, знаю лишь, что жил он у некоего дракона смерти, у которого парнишку выиграл Шеврин. Надеюсь, хоть не в карты, ну да ладно, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. Дракон-игрок сильно за свой проигрыш не переживал, поскольку воздействовал на парнишку обаянием и прекрасно знал, что тот все равно вернется назад, чего бы ему это не стоило. Ну а Шеврин решил все переиграть по-своему и притащил его персонально ко мне, мол, переделывай. К моменту моего прихода над драконом уже хлопотала Шиэс, пытаясь его успокоить и устроить как можно удобнее. Нас познакомили — дракончика звали Шао — и попросили разобраться с его башкой. Я сначала хотела было отдать его нашему деду — Эрстену, он всяко лучше головы правит, но нужно было именно перебить обаяние обаянием. А деду такого счастья не надо, у него и так вон наш пепельный Твэл уже скоро жить будет, бегает через день голову править… Вот так и получилось, что пришлось переделывать в «котики» новенького. Особо меня эта затея не порадовала — я даже засомневалась, что у меня хоть что-то получится. Никакой симпатии сидящий в кресле чернявый парнишка с разноцветными глазами — один черный, второй зеленый — у меня не вызывал. Да, красивый, да, молоденький, да, на него наверняка клевали все извращенцы драконьего мира, но мне-то что с того? У меня уже этого добра хоть раздавай в хорошие руки. Но жалко стало. Подумалось вдруг — будет убегать, убьется об защиту или, что еще хуже, не убьется — защита выпустит ничего плохого не сделавшего дракона, но он может убиться об охрану, а скорее всего, это охрана об него убьется. Оно нам надо — лишние жертвы на ровном месте? Да и дракончик покалечится, тоже ничего хорошего. И все для того, чтобы вернуться к какому-то уроду, который наверняка не оценит подобных жертв и снова наделает гадостей. — Ты знаешь, что тебе предстоит? — наконец решилась спросить я, решив уточнить, насколько мои супруги проинформировали парня. Вдруг ему тут золотые горы наобещали или еще чего-то в этом духе. А он, бедняга, будет вынужден бегать за замученной синерианкой и пытаться доказать глубину своих искусственных чувств. — Освобождение, — фыркнул дракончик, а его глаза сменили цвет. Теперь правый стал зеленым, а левый — черным. Я только буркнула пару непечатных слов в адрес обрадовавших его супругов. — Ты будешь чувствовать эту дурацкую привязанность и любовь около года. Потом все пройдет, и ты почувствуешь ко мне отвращение. С того момента, как тебе захочется проблеваться от вида моей рожи, ты станешь свободным, — я взглянула на него в другом спектре. Над головой парня висело большое черное пятно, похожее на чернильную кляксу. Выглядело оно не очень хорошо и казалось пятном черного мора, но мором не являлось, да и висело на ментальном плане. Физически же дракончик был вполне здоров. Кроме черного пятна у него в башке было еще некоторое количество грязи, но оно может и само убраться. Таких наслоений, как у некоторых золотых, пришедших к нам в качестве сосланных «в Сибирь», у него не было. — Один год? — поразился Шао. — Да без проблем! Только уберите у меня из головы этого ублюдка! — Ну что ж… тогда поехали, раньше сядем, раньше выйдем. Заставить себя что-то делать было трудно, но я пересилила собственное нежелание подчинять парнишку. Нужно всего лишь вывести чужое обаяние, не больше того. Даже если он не станет полноценным «котиком» и сбежит сразу после процедуры, ничего страшного не произойдет. Так даже лучше. По крайней мере, я надеялась, что он сбежит. Подняв ладонь, я коснулась черного пятна, заставив дракона вздрогнуть. Шиэс встала рядом, контролируя напрягшиеся ментальные и магические нити. Я была ей искренне благодарна за помощь, поскольку уже давно ничего подобного не делала в настолько глубоком слое. Висс уже полгода как отошел от моего обаяния и теперь жил с нами скорее по собственному желанию и привычке, чем из-за любви. Полусверха все более чем устраивало. Ментально починенная пепельная дракошка никаких сопливых чувств ко мне не испытывала, просто жила на корабле, работала в лазарете и чинила-латала всяких дятлов, умудрившихся травмироваться на ровном месте. Особо мы с нею не пересекались, и слабый поводок почти спал, он даже не ощущался мною. А теперь вот это счастье… Черное пятно боролось и не хотело покидать столь уютную для него голову Шао. Оно переливалось, пыталось ускользнуть от моих пальцев, хотело забраться еще глубже, под слой каких-то магических каналов, но я не позволила. Постепенно я заливала его собственной силой, на этот раз красной, больше похожей на кровь, яркой, живой и какой-то странной. Раньше моя сила была золотого цвета, но мало ли что могло поменяться. Могла сказаться моя моральная слабость, собственные проблемы с менталкой, какие-то изменения в плазме, мало ли. Удивляться уже не было ни сил, ни желания. К тому же, это мог быть совсем иной спектр зрения, и стоило его мне изменить, как все мои нити снова стали бы золотистыми. Но тогда не факт, что я смогу увидеть то самое «чернильное» пятно. Несмотря на сопротивление, пятно черноты быстро истончалось и будто растворялось в моих красных нитях. Они принялись опутывать голову дракона, но я вовремя затормозила. Мне совершенно не хотелось знать, что он там думает и чем живет. Жив и ладно. К сожалению, вмешательство в голову редко проходит бесследно. Пока я рассматривала веселые картинки на ментальном уровне, в обычной реальности Шао подрал когтями подлокотники кресла, вцепившись в него от боли. Да, процедура была весьма болезненной. Помнится, Висса драконы держали, ну, он же все-таки полусверх, силы побольше. Этот же тянул на довольно мощного бога и только. Поэтому прижимать его к креслу или насильно удерживать никто не стал. Да и мои красные нити довольно быстро заполнили образовавшуюся пустоту, вытолкнули прочь остатки черноты, и стали безраздельно властвовать в чужой голове. На этом я сочла свой долг исполненным и прекратила воздействие. В моей голове резко стало пусто и как-то совершенно никак. Будто бы это меня подчиняли, а не я подчиняла. Я присела на разодранный подлокотник и вытерла дракону кровавую дорожку из носа. Обычное дело — такого рода воздействия просто так не проходят. Ничего, заживет. Первой сориентировалась Шиэс. Она сгребла меня и отправила в кровать, рядом Шеврин положил обморочного дракончика с платком под носом, для верности еще и закутал его в теплый плед, хотя на «Звезде души» не было холодно. Я улеглась поудобнее, чтобы не придавить и так замученного парня, и обдала его исцелением. На исцеление меня еще хватало. А вот на какое-то взаимодействие с драконами — уже нет. Разговаривать не хотелось, думать не хотелось, ничего не хотелось. Шиэс устроилась рядом, накинула на меня такой же цветастый плед и стала мурлыкать аналог колыбельной. Шеврин, оказавшийся «злым», но снявшим свою повязку, буркнул что-то про больных на голову и вышел по делам. Наверное, к студентам своим пойдет, хвосты их принимать. Ну или крутить. — Если и этот припрет вонючие цветы, я его отправлю обратно, — наконец смогла я сказать Шиэс, но дракошка только усмехнулась. — Не бойся, этот цветы не любит. — Ну и отлично, иначе точно закопаю, — на этом я и заснула, как оказалось почти на сутки. Зато потом, когда очухалась, обнаружила, что «этот» уже вполне себе живой, хотя у него еще ночью кровь текла, помнится, я сквозь сон то вытирала, то исцеляла как могла. Шао решил устроить кулинарное соревнование с Шиэс, а победила вся драконья братия, получившая себе праздник живота и обжираловку конфетами, тортом и булочками. Шеврины надоумили новенького, что мне надо еды побольше, как дракону, вот он и расстарался. В итоге в шоколаде и конфетной помадке бегала вся драконья малышня, взрослые тоже объелись конфет, и пока я очухалась, они слопали уже больше половины приготовленного. Ну ничего, я себе тоже нагребла в карманы от греха подальше, а то и это сожрали бы. К счастью, еще не все кухни погрязли в сладко-липкой радости, поэтому мне удалось стырить себе котлет и здоровенное зеленое яблоко, что и стало моим ужином в тот день. А потом я снова отправилась отсыпаться, надеясь, что больше мне такой радости не привалит. И вообще больше никого не нужно будет переподчинять, обаять и тащить в семейство. А то больно это хлопотно и не слишком приятно для меня самой в моральном плане.