Секрет Небес: Первородный Хаос

      Бонт долго ходил по зеленым лугам. После нового знакомства у него только прибавилось вопросов, роящихся мелкими таракашками в пепельной голове. Ему и было, и не было одиноко одновременно находиться в Раю столько времени. Как будто чувство одиночества было с ним всегда, с рождения.       Другой. Чужой. Не такой, как они.       Кто эти они? Он даже не помнил. Он только чувствовал рану на сердце, чувствовал всем нутром, что у него отобрали что-то очень важное. Кого-то очень важного. И что он потерял себя. А почему и как —︎ на эти вопросы Шепфа ему не давал ответа. Но он как будто бы и не отрицал, что ангел действительно что-то потерял, позволяя тараканам дальше рыться в чертогах его разума, поедая нейронные связи, не позволяя даже ухватиться за вспышку памяти, которая иногда, во снах, била резким колоколом в районе затылка.       Он шел вдоль ручья, словно сомнамбула, не успев обратить внимания, как оказался перед ней. Она сидела на берегу, поджав под себя ноги, уперлась лбом в колени, а россыпь густых волос закрывала ее профиль. Пальцы рук нервно теребили зеленый ковер вокруг нее.       Другая. Не такая, как они.       И снова. «Кто они? Не помню.»       Бонт стоял около нее, боялся дышать, чтобы не спугнуть дикого зверя под видом прекрасной девы. И почему-то он очень явно понял, что ей очень одиноко. И нет. Потому что она тоже не знала, каково это - знать кого-то помимо Создателя.       Бонт сделал шаг. Еще один. Опустился рядом с ней на землю и аккуратно положил свою руку на ее.       Лилит вздрогнула, как будто ее ошпарили кипятком. Но это был не кипяток. Это было тепло от чужого прикосновения, которое она никогда в своей жизни не ощущала. Она даже не выдернула руку, просто замерла, уставившись на их соприкосновение. А Бонт смотрел прямо перед собой, глубоким и печальным взглядом, как бы говоря своим видом: «Я понимаю, каково тебе».       Так они просидели несколько часов, не разрывая ладоней, в полной тишине.       Лилит старалась вообще не думать ни о чем. Ни об этом странном ангеле, который появился здесь не понятно откуда, ни о том, что он взял ее за руку, с видом, будто видит ее насквозь. Она просто позволила себе расслабиться, отдаваясь новому тактильному ощущению.       

***

      —︎ Лилит, этот мальчик глубоко печален, но даже не помнит и не знает почему. И он никогда не должен узнать почему, иначе это приведет нас к краху.       Вот, что ей сказал Шепфа про Бонта, после длинного рассказа о Мальбонте.       Мальбонте был сыном ангела и демона. Первым в своем роде.       После длительных войн и перемирий, ангелы и демоны научились жить в любви и дружбе друг с другом. Формально такие союзы не были запрещены Шепфой. Он никогда не запрещал своим детям любовь.       Демоны тоже стали его детьми. После заточения Шепфамалума в темницу, из которой нельзя было выбраться, он наложил на всех чары, которые стерли из истории и памяти существование второго Бога - Темного. И Лилит дала ему клятву, что никому и никогда не расскажет истину сотворения Ада, демонов, смертных людей. И хотя эта клятва ей далась нелегко, она все же просияла надеждой, что возможно Шепфа решил однажды выпустить ее в большой мир, на свободу из золотой клетки.       Мальбонте стал нонсенсом, поскольку ни один плод от подобных союзов (демонов с ангелами) даже не приживался. И это стало опасностью для мира бессмертных. Родители отгораживали мальчика от общества, насколько это было возможно. Обучали его всему сами, дома. Но иногда Анабель, его мать, думала, что его невозможно чему-то обучить, он и так уже знает многое, в его черных глазах отражалось тайное знание мироздания. Будто бы это он пришел к ним, чтобы чему-то научить.       Да, видимо, так оно и было. Мальбонте действительно пришел в мир, чтобы научить всех: ангелам и демонам не суждено быть вместе. Это запрещено. Это опасно.       Шепфа внимательно следил за его судьбой с высоты своего небесного трона. И не вмешивался до последнего. Он должен был убедиться своими глазами, отголоски чьей энергии рваными всполохами вырывались из тела метиса, когда он случайно убил ангела на Рождество. Когда он неслучайно убил кучу ангелов и демонов, в порыве ненависти и боли потери.       Его родители были сосланы на Землю, проживать смертную жизнь. Шепфа лишил их крыльев. Это было высшей мерой наказания. Отец мальчика убил маленькую девочку, ангела, чтобы защитить своего сына. Чтобы маленькая девочка не выдала их из укрытия сада Адама и Евы, когда они все скрывались после Рождества.       И Шепфа дал ему время. Он почему-то не сразу забрал его к себе, как будто это чертов эксперимент, «Что он сделает дальше?»       И он сделал. Одной взрывной волной он уничтожил порядка 30 ангелов и демонов. Взрослых и опытных.       Шепфа разделил Мальбонте на Маля - демона, и Бонта - ангела. И Бонта он оставил подле себя, на некоторое время. А Маля отправил гнить в темницу к Шепфамалуму.       Шепфамалум, конечно, был непомерно счастлив бесконечно развлекаться с новой игрушкой, будто это подачка от брата, на замену Лилит.       Шепфа старался проводить больше времени с ангелом Бонтом, вкладывая в его голову знания, учения, стремление к Свету.

***

      Лилит и Бонт проводили очень много времени вместе. Во-первых, у них не было выбора, поскольку кроме Шепфы в округе больше никого не было, а, во-вторых, им даже нравилось общество друг друга.       Хоть Шепфа и просил ее не показывать свою вторую, темную половину, она со временем решила просто быть собой. И ему это нравилось. Он изучал ее, не понимая, почему она такая. Будто бы его не особо удивляла мысль, что она сочетала в себе и ангельские, и демонические стороны. Будто это было чем-то знакомым. Но также его огорчало, что она никогда не делилась тайной своего происхождения.

***

      Бонту все чаще становилось хуже. Его мучала сильная боль, которая распространялась от головы к телу. В такие моменты его сильно лихорадило, что он едва ли мог осознавать реальность, находясь в бреду. Его голову разрывали странные вспышки. Иногда он видел женщину ангела, что рвано плакала и прижимала маленького мальчика к себе. Иногда он видел мужчину демона, что стоял рядом и ошпаривал своим горьким взглядом. А иногда он слышал крик маленькой девочки.       Все, что могла Лилит, это находиться рядом и ухаживать за его больными разумом и телом. Она понимала природу этих состояний, поэтому, к сожалению, никак не могла ему помочь. Это была вина Отца, который раздвоил сознание Мальбонте на две части. И она иногда позволяла себе злиться на него за это. И думала о том, что лучше бы он оставил Мальбонте единым. Она бы наверняка нашла с ним общий язык, могла бы справиться с ним и его болью.       Иногда Лилит снились кошмары, в которых Шепфамалум сидит в своей темнице и смеется над страданиями парня с черными волосами и черными глазами. И она понимала, что означают эти сны. Пару раз она пыталась умаслить Отца, чтобы он вызволил Маля из темницы. «Это невозможно». Вот и весь ответ.       Лилит начала осознавать всю непомерную хладнокровную жестокость Бога. Да, Шепфамалум был, очевидно, несоразмерно жестоким по сравнению с Шепфой, но она могла считывать его эмоции. Совершенно точно знала, что даже такое Темное существо имело глубокую связь с ней. А Шепфа? Его эмоции невозможно было считывать. Как будто он только делает вид вовлеченности.       

***

      —︎ Лилит, завтра я отошлю Бонта в другое место, под стражу. И погружу его в долгий сон, —︎ произнес Шепфа ледяным тоном.       —︎ Разве.. разве обязательно это делать? Неужели нельзя оставить его здесь, с нами? —︎ девушка чувствовала, как осколки разлетаются внутри. Она так сильно привязалась к парню, что не могла себе вообразить снова одиночество Рая. Да, она осознавала, что это эгоистично по отношению к Бонту. Она видела, как он страдает. Наверное, подсознательно она понимала, что так будет лучше для него.              —︎ Не будь глупа, дитя, так будет лучше для него.       Она пронеслась вниз по склону, бежала, сдирая кожу босых ног о землю, ей нужно было обязательно попрощаться.       Бонт сидел на том же месте, около ручья. Он увидел Лилит и вымученно улыбнулся ей.       —︎ Шепфа сказал тебе, что завтра меня отправят в другое место? —︎ произнес ангел, печально склонив голову.       —︎ Да, сказал... Бонт.. Я-я.. Мне нужно.. —︎ она начала заикаться, теряться в словах, которые хотела сказать.       —︎ Лилит, все хорошо. Я понимаю. Спасибо тебе за твою компанию, за все добрые и колкие слова. Я думал, что никогда не узнаю настоящей дружбы, пока не встретил тебя. Я благодарен Шепфе, что он не стал дальше скрывать твоего присутствия. Что позволил мне.. —︎ парень не успел договорить, Лилит впечаталась в него своим телом, сковала его своими руками в крепком объятии и горько заплакала, —︎ что позволил мне узнать тебя и скрасить твое одиночество.       «Да о чем ты говоришь?! Хватит.. Тебе было так плохо. Почему ты заботишься о моем одиночестве? Я никогда не знала ничего, кроме одиночества. А тебя лишили всего, твоя рана глубока настолько, что никогда не затянется.»

***

      Лилит сидела около трона Шепфы, перебирая складки своего платья. Нервничала. Сегодня его отнимут у нее. Большая и теплая рука Бога коснулась ее макушки, заботливо поглаживая. Девушка оцепенела. Никогда он не проявлял заботу так по отношению к ней. Пара горячих слез стекла по ее щекам.       Золотые врата Рая раскрылись. Лилит почувствовала чужое присутствие, ее сердце забилось сильнее.       Бонт стоял рядом как статуя, ожидая свой эскорт. Его лицо было ледяным, не выражая ни единой эмоции.       К ним приблизились двое Архангелов с золотыми крыльями, вооруженные копьями. Они встали на колени и сложили головы перед своим Богом.       —︎ Вставайте, дети мои. Берите мальчика и уходите, как можно скорее доставьте его в назначенное место, —︎ громогласно разнес свои слова Шепфа так, будто хотел ими впитать все свои Райские владения.       Архангелы встали по обе стороны от Бонта. Один из них обвязал его руки золотыми нитями.       —︎ Да что вы делаете?! —︎ вскочив на ноги, вспыхнула девушка, —︎ он, по-вашему, какой-то преступник?       И фактически он был им, посвященная верхушка Небес знала это.       Архангелы молчали, ни один мускул их лиц не дрогнул.       —︎ Хватит пререкаться, девчонка! —︎ ледяным тоном произнес Отец.       Глаза Лилит загорелись красным. Кажется, Архангелы насторожились. Один из них выставил копье вперед, в оборонительной позе. И Лилит резко зажмурила глаза: «Черт! Они не должны были этого видеть!»       Шепфа провел рукой и Архангел опустил копье, снова вставая в ровную линию, глаза обоих стали стеклянными. Словно он стер произошедшее только что.       Лилит подошла к Бонту. Он поднял на нее свои небесно-голубые глаза. Она обняла его и поцеловала в щеку. Бонт удивленно вздернул брови наверх и приоткрыл рот, чтобы что-то сказать.       —︎ Ничего не говори, прошу. Мы обязательно встретимся, пускай хоть через тысячу, две, три, десять тысяч лет. Неважно.       И его увели. Врата закрылись. Лилит упала, раздирая колени. Его энергия покинула это место.       —︎ Отец, —︎ жмуря глаза, произнесла она, —︎ пожалуйста.. Я очень.. Хочу спать..       И она уснула, снова, на долгие годы.