Тень и Огонь

Весенний день выдался на удивление солнечным. Москва уже дышала теплом — асфальт чуть влажный после ночного дождя, воздух прозрачный, пахнет черёмухой и табаком. У входа в ЗАГС толпились гости: девушки в ярких платьях, парни в костюмах, чуть помятых, но с лоском. На ступеньках блестел «Линкольн» Космоса, дальше стоял аккуратный «Volvo» Пчёлы — словно специально, чтобы выделяться. Смех, тосты, гул голосов — всё напоминало кадр из другой жизни, где у каждого была своя роль. Саша Белый — уверенный, собранный, в классическом сером костюме. Оля — нежная, в белом платье, с лёгкой вуалью, будто свет скользил по ней. А рядом — Алиса, свидетельница, в бледно-голубом платье, скромная, но с тем самым взглядом, который Пчёла заметил сразу. Он стоял чуть позади Белого, бросая взгляды то на зал, то на Алису. С каждой минутой она казалась ему всё интереснее — не из тех, кто краснеет под взглядом, а тех, кто будто специально делает вид, что не замечает. «Красивая, — подумал Витя, затягиваясь сигаретой, пока ждали начала церемонии. — Только холодная… как лёд». — Пчела, — шепнул Космос, хлопнув его по плечу, — не глазей так. Это тебе не рынок, тут приличные люди. — Да пошёл ты, — буркнул Витя, не отводя взгляда. — Просто смотрю. — Смотри, а то Саша увидит — в ухо даст, — ухмыльнулся Кос, доставая жвачку. Фил стоял рядом, сдержанно усмехаясь. — А я смотрю, тебе и свадьба не свадьба без приключений, Пчела. — Да ладно вам, — ответил тот, поправляя галстук. — Просто девчонка интересная. Видно — не из простых. Они вошли в зал. Белые стены, красная дорожка, цветы в вазах. Всё чинно, как положено. Но в воздухе всё равно витала та самая энергия — когда под костюмами прячется улица, под улыбками — огонь. Регистраторша — строгая женщина лет сорока, в очках и с аккуратным пучком, зачитала слова, которые все ждали. Саша и Оля стояли, глядя друг на друга, будто вокруг никого нет. Руки дрожали, улыбки были настоящими. — Прошу поставить подписи свидетелей, — произнесла женщина с улыбкой. Первой шагнула Алиса — уверенно, но с лёгким волнением. И тут, будто нарочно, вперёд резко метнулся Витя. — Разрешите, я быстро, — сказал он, держа ручку в руке. — Молодой человек, — подняла глаза регистраторша, — сначала девушка. Витя замер, усмехнулся, показал ладонью, будто извиняясь: — Простите, привычка. Сзади раздался смешок Космоса: — Ага, у нас не воспитанный! Гости засмеялись. Фил покачал головой, а — Понял, понял, — сказал Пчёла, отступая, но с хитрой улыбкой. Алиса поставила подпись спокойно, словно ничего не случилось. Витя подошёл следом, быстро вывел своё имя размашисто, будто оставлял след не только на бумаге, но и в воздухе. — Готово, — сказал он, и, прежде чем уйти, достал из нагрудного кармана бутоньерку — маленькую белую розу — и, неожиданно для всех, протянул её женщине-регистратору: — Это вам. Зал снова загудел от смеха. — Бабник, — тихо прошептала Алиса, опуская глаза, но уголок её губ предательски дрогнул. Регистраторша, смущённо улыбнувшись, взяла цветок. — Спасибо, молодой человек. Хоть кто-то у нас галантный остался. Алиса покачала головой, глядя на Витю, который уже шептался с Космосом. Слишком самодовольный, слишком уверенный — типичный. И всё же что-то в нём было такое, что не давало отвести взгляд. Свадебная церемония закончилась, аплодисменты, смех, вспышки фотоаппаратов. Все вышли на улицу, где воздух уже пах весной, сигаретами и шампанским. А Витя, стоя чуть поодаль, снова посмотрел на Алису. Она смеялась, поправляя прядь волос, и даже не догадывалась, что с этого дня стала частью игры, где ставки куда выше, чем просто чувства.  Ресторан гудел от смеха, музыки и звона бокалов. Воздух был густой от табачного дыма и духов. За длинными столами сидели гости — кто громко разговаривал, кто уже вовсю танцевал под «Комбинацию». Молодожёны сияли — Саша сдержанно, уверенно, Оля — счастливо и немного растерянно. Белый что-то шептал Оле на ухо, она улыбалась, а в это время его тётка Катя, энергичная женщина с громким голосом, повернулась к Вите: — Витька, ну что ты как неродной сидишь? Поухаживай за дамой, — кивнула она в сторону Алисы, которая аккуратно поправляла салфетку. — Сейчас всё будет, тёть Кать, — усмехнулся Пчёла, подмигнув и подняв бутылку шампанского. Он налил себе, потом, не спрашивая, наклонился к Алисе: — Ну, за молодых. — Я не пью, — спокойно сказала она, глядя прямо на него. — Так и я не пью, — легко парировал Витя, наливая ей полбокала. — Это же свадьба, а не поминки. Алиса вздохнула, не стала спорить. Подняла бокал, сделала глоток, чтобы от него отстали. Он усмехнулся — победа, пусть маленькая, но всё же. Музыка играла, гости уже распалялись. Космос танцевал с какой-то подружкой невесты, Фил сидел рядом с Белым, о чём-то говорил вполголоса. А Витя не унимался — то шутку бросит, то руку протянет: — Потанцуем? — Нет, спасибо, — коротко ответила Алиса. — Что ж ты такая строгая? На свадьбе не улыбаться — плохая примета. — Я не из суеверных, — холодно сказала она, глядя в зал. «Неприятный тип», — подумала она, пряча раздражение за вежливой улыбкой. Но всё равно ощущала на себе его взгляд — цепкий, внимательный, слишком уверенный. В этот момент двери ресторана распахнулись. Вошли двое мужчин в дорогих костюмах — не гости, не друзья. На руках — огромный букет роз и длинный футляр. Шум стих, все обернулись. — Александр Николаевич, — сказал один из них, подходя к столу, — Кабан не смог приехать. Но просил передать. Один поставил букет перед Олей. — Для вашей жены. Второй открыл футляр. Внутри — охотничье ружьё, с гравировкой, переливающееся на свету. — А это для вас, Александр. Удачной охоты. На мгновение в зале повисла тишина. Белый поднялся, улыбнулся — но взгляд его стал холоднее. — Благодарю, — сказал он спокойно. — Первого зверя посвящаю вам, мои братья. А всех остальных — всем гостям. Хохот, аплодисменты. Космос хлопнул Сашу по плечу, Витя поднял бокал: — Вот это подарок! Только Алиса не смеялась. Она видела, как напряглась Оля, как в глазах Белого мелькнула искра чего-то совсем не праздничного. Мама Саши, сидевшая рядом, наклонилась к тёте Кате: — А что, Саша на охоту ходит? Катя усмехнулась: — На охоту — да, — и, подмигнув, показала Саше кулак. Все засмеялись, а Саша сдержанно кивнул, будто играя роль. Алиса наблюдала молча. Всё встало на свои места. Те самые «вулканологи», «охоты», странные гости с подарками. Она повернулась к сестре и тихо спросила: — Ты мне ничего не хочешь рассказать? Оля вздрогнула, глотнула шампанского. — Алиса… не сейчас. После свадьбы. Алиса ничего не ответила. Просто села ровнее, сложив руки. Всё вокруг снова стало шумным, весёлым, но в её голове уже не было музыки. Только гул — тревожный и настойчивый. Не далеко от них за столом сидели тётя Лена и дядя Пётр. Они наклонились друг к другу, тихо шепча: — Вот бы их родители это увидели… Наша Оля… и этот… Алиса услышала эти слова и лишь кивнула про себя. Она тоже так думала. И чем дольше смотрела на Сашу, на его друзей с их холодными глазами и лёгкими улыбками, тем сильнее понимала — сестра вляпалась во что-то, откуда просто не выйдешь. А Витя, сидя чуть поодаль, всё так же смотрел на Алису. И в его взгляде уже не было обычной насмешки. Он понял, что эта девушка — не просто красивая. Она — как лёд, в который хочется бросить искру… и смотреть, как она тает.