Любовь с первого укуса

ШРАМЫ. Шрамы могут изменить чье-то первое впечатление о тебе. Люди морщатся, когда видят мои. Не потому, что они ужасны. А потому, что они имеют значение. Их оставил тот, кто мне небезразличен, был небезразличен. И многие люди знают об этом. Я им не говорила. Но слузи распространяются. Все оборачиваются, когда я прохожу мимо по коридорам. Шепот так и стоит у меня в ушах. "Вы слышали о том, что с ней случилось?"- шептались они, но я не обращала на них внимания, хотя при воспоминании об этом у меня по спине пробежал холодок. Будь послушной и безупречной. Это то, что мне говорили каждый день моей жизни. Это правила, которые я никогда не нарушала. Я никогда не переступала черту и не совершала ошибок. Совершенство. Это то, в чем я никогда не терплю неудачу. Я получаю отличные оценки, и меня всегда выбирают на главные роли в балете. Кто-то трогает меня за руку, и я вырываюсь из своих грез. "Урок окончен", - говорит девушка и уходит. Я складываю учебники в сумку и выхожу из класса на обед. В коридоре полно людей, и я прохожу мимо них. Снова раздается шепот, но я не обращаю на него внимания и подключаю наушники к своему iPod. В столовой, как обычно, полно народу, и я сажусь за свободный столик. Я расстегиваю молнию на сумке и достаю пластиковую коробку для ланча. Внутри яблоко, баночка веганского кокосового йогурта и записка. Скудная еда меня не смущает, но я хмурюсь, увидев записку. Я беру желтый стикер и читаю написанные на нем слова. Не облажайся сегодня вечером, иначе будут последствия. - Мама Я вздыхаю и засовываю записку в карман. Я беру зеленое яблоко и откусываю от него. Кислая горечь ласкает мои вкусовые рецепторы, но с каждым кусочком я вспоминаю, как отвратительно себя чувствую, когда ем. Но я продолжаю есть. Я продолжаю откусывать от яблока, чтобы насытить свой организм. Доев яблоко, я с отвращением смотрю на его остатки, прежде чем сделать глубокий вдох и приняться за йогурт. Я смотрю на него и трясущимися руками засовываю ложку обратно в контейнер. Я беру недоеденный йогурт и остатки яблока, и выбрасываю их в мусорное ведро. Мои руки инстинктивно поднимаются, чтобы коснуться живота, и я вздыхаю с облегчением, когда чувствую, что он такой же, как и раньше.

***

Тяжело дыша, я опираюсь на ноги. Мое сердце колотится, а ноги горят. "Еще раз", - требует Элеонор Картер, моя учительница по балету, ожидая действий, и я киваю, поднимаясь. Я вытираю лоб, прежде чем принять нужную позу: правая нога отведена назад, а руки прижаты к сердцу. Начинает играть музыка, и я позволяю своему телу двигаться. Я поднимаю руки и отступаю назад, снова прикладывая ладони к сердцу, чтобы обратиться к людям рядом со мной. Я чувствую, как Элеонора смотрит на меня, когда я исполняю партию Жизель. Я сохраняю силу, но в то же время красивым и грациозным, и не тороплюсь сливаясь с музыкой воедино. Мой взгляд устремлен ввысь, и я веду себя так, как будто я - Жизель, как будто я влюблена. И все же она впадает в безумие. Я заканчиваю с чаепитием и опускаюсь на колени. Элеонора громко хлопает в ладоши, и я заставляю себя встать с улыбкой на лице. "Потрясающе!" - кричит она, и я разминаю лодыжки, чтобы унять ноющую боль в костях. "Незабываемо, по-настоящему незабываемо", - она аплодирует и подходит ко мне. "Ты справилась, роль твоя". Мои глаза расширяются, и я выдыхаю смешок. "Спасибо, мисс Картер, спасибо вам", - я улыбаюсь. "Молодец, Таллула, ты наша Жизель". Мое сердце учащенно бьется, и я смеюсь от радости. "Большое вам спасибо". Она улыбается мне, прежде чем посмотреть на часы на стене у меня за спиной: "Растягивайся, и потом можешь идти". Я киваю и сажусь на шпагат с обеих сторон, прежде чем выпрямить спину и встать. “Увидимся завтра”, - говорю я ей и ухожу, хватая свою сумку. Перед тем как выйти из здания, я надеваю гетры и куртку. Мой отец ждет там в нашем черном "Мерседесе". Я прогоняю некоторые мысли, прежде чем сесть на переднее сиденье. "Я получила роль”, - говорю я ему, но он не отвечает и смотрит на дорогу перед нами. Краем глаза я замечаю, как он сжимает челюсти. "Что-то не так?" - я поворачиваю голову и смотрю на его побелевшие костяшки пальцев, сжимающие руль. “Собирай вещи, мы уезжаем”. Я хмурю брови, и мы подъезжаем к нашему дому. “Что?” - спрашиваю я его, и он выходит из машины. Я быстро следую за ним: "Почему мы уезжаем?" По моему телу пробегают мурашки, когда меня встречает холодный ветреный воздух. Я дрожу, а он открывает дверь нашего дома. Моя мать сразу же встречает нас с сумками в руках. "Таллула, мы уезжаем", - говорит она мне, и мои глаза расширяются. "Но я получила роль, я Жизель!" - возражаю я и чувствую удар по щеке, сбивающий меня на пол. Я прерывисто вздыхаю и смотрю на отца, который потирает костяшки пальцев. “Я думала, это то, чего ты хотела”, - говорю я матери, которая смотрит на меня пустым взглядом. “У тебя есть пять минут”. Я поднимаюсь с пола и убегаю.