Цена спасения

С первыми сумерками, которые в Шпреевальде наступали раньше, чем обычно из-за сосен, скрывающих закатное солнце, включилось уже знакомое Рихарду искусственное освещение. Он вышел из апартаментов и, стоя на широких ступенях, курил. В большой каменной напольной пепельнице за день собралось уже с десяток окурков, и к ночи к ним неминуемо добавился бы еще пяток. Глядя, как темнота все больше разливается между стволов сосен, Рихард думал об Алисии. Вернулась она в поместье или нет? Он, вроде бы, слышал как приехала машина. Но, наверное, общение с ним не входило сегодня в ее планы, иначе бы его позвали на ужин, а не принесли блюда «в номер». Хорошо, если так. В таком случае он будет избавлен от каждодневного общения с фанаткой. Докурив, Рихард вернулся в гостиную и собрался вновь залипнуть в телевизор, но, как и вчера, дверь открылась после короткого стука и на пороге появилась Алисия. Вопреки ожиданиям она оказалась одета в длинный просторный шелковый халат жемчужного цвета. Рихард молча отложил пульт, смотря, как Алисия медленно приближается к нему. По ее взволнованно двигающейся под шелком груди и чуть приоткрытым губам он понял, что его сейчас ждет. Рихард сглотнул, когда она оказалась в полуметре от него. Их взгляды пересеклись — ее, темный, но нежный и его — настороженный. — Пойдем ко мне, — тихо почти попросила Алисия и коснулась кончиками пальцев его щеки. Он вздрогнул — такими горячими они вдруг оказались — и с усилием встал. — Радует, что ты не прислала за мной прислугу, — сказал Рихард и тут же поймал на себе слегка укоризненный взгляд. А что еще она от него ожидала? Что он, как юнец, побежит, теряя тапки, в ее спальню? Вместо ответа Алисия взяла его за руку и молча повела на третий этаж. Пока они поднимались, в голове у Рихарда, как карусель, вертелись мысли. Лидировала трусливая: а сможет ли он с ней сейчас? Вот так, не по своему желанию? Отзовется ли тело или эта ночь станет позором? Он не молод. На смену этой мысли закрадывалась другая: а не будет ли он противен Алисии? Она увела его, не позволив зайти в ванную. Но, с другой стороны, сама ведь сказала, что ей нравится его запах. Вот он и проверит — бравада была это или что… И вообще, успокоил себя Рихард — она хотела его — она его получит. Настоящего, а не того ухоженного парня с постера. В спальне Алисии пахло прохладой ночного леса и она оказалась погружена в полумрак, скрывавший почти всю обстановку. Но Рихард хорошо разглядел огромную кровать с коваными спинками и массивные кресла рядом с ней. Вся противоположная стена, судя по всему — окно — была завешана тяжелыми бархатными портьерами. — А я думал тут будет светло, как на сцене, чтобы ты разглядела меня, — едко заметил он, когда дверь его спиной закрылась. — Я ждала двадцать лет, чтобы наконец-то прикоснуться к тебе… вот так… — горячо прошептала ему куда-то в плечо вставшая на цыпочки Алисия, а потом сняла с него бейсболку. Непослушные пряди тут же упали Рихарду на лоб. — Ну? Я здесь. Что дальше в твоем сценарии? — поинтересовался он, чувствуя, как по телу прокатывают все более и более неприятные волны мурашек. В ответ на очередную колкость Алисия молча подвела его к кровати, потом огладила руками плечи и резко опустилась на колени. Рихард и охнуть не успел, как ее пальцы проворно стянули с него до колен штаны вместе с бельем. Вот так сразу… Он почему-то думал, что будет иначе, что это ему придется… Но… Мысли унеслись вдаль, когда теплые нежные губы коснулись члена. Рихард прикрыл глаза, чувствуя, как все сильнее в груди стучит сердце — не от возбуждения, от волнения. Она взяла член в рот целиком — пока еще безвольный. Рихард ощутил влажность и мягкость, когда Алисия принялась ласкать его. Но тот не спешил отзываться. «Интересно, надолго ее хватит в таком темпе?» — подумал он, глядя, как увлеченно Алисия пытается доставить ему удовольствие. Она ведь не была похожа на искушенную группи, способную полчаса без остановки лизать и сосать. Предсказуемо Алисия вскоре устала и, изящно вытерев слюну в уголке рта, взялась за дело руками. Нежно прикоснувшись к члену, она провела по нему кончиками пальцев и осторожно сдвинула крайнюю плоть. Рихард напрягся — иногда любовницы были слишком резки и ненароком доставляли ему боль, но Алисия оказалась очень чуткой. Погладив головку подушечками пальцев, она поцеловала ее, чуть раскрыла губы, массируя, и стала посасывать. Первые искорки удовольствия начали разгораться внизу живота Рихарда. А когда Алисия принялась ласкать кончиком языка венчик и уздечку, он наконец-то шумно выдохнул и испытал облегчение — член стал привычно наливаться, спасая от очевидного позора. Алисия оказалась не настолько умелой, как привык Рихард. Она старалась взять как можно глубже, но было заметно насколько ей непривычно и как часто приходится подавлять рвотный позыв. В голове Рихарда мелькнула подленькая мысль посмотреть, что будет, если он кончит в рот. Однако потом что-то остановило его. Она же по-своему, но хотела доставить ему удовольствие, но… — Хватит, — он прервал ее касанием пальцев к подбородку по которому обильно стекала слюна. Алисия посмотрела на него, а Рихард молча кивнул в сторону кровати. Она встала, коснулась подла его футболки, но Рихард опередил — резким движением стянул ее, бросил куда-то в темноту и расправил плечи: пусть видит какой он, настоящий. С волосками на торсе, с появившимся в последние годы животом, со скрытыми жиром мускулами. Рихард рассчитывал, что такое зрелище умерит нездоровый блеск в глазах Алисии, но вместо этого она чуть приоткрыла рот, задышала еще тяжелее, и, не отводя взгляд, попятилась к кровати. Он выпутался из остатков одежды, когда Алисия скинула халат, под которым, предсказуемо, ничего не оказалось, и забралась на середину постели. Рихард подошел вплотную и оглядел будущую любовницу. Большая, натуральная, и потому расплывшаяся грудь, мягкий живот, полные бедра, кожа на которых, вопреки ожиданиям, оказалась гладкой и упругой на вид. Было хорошо заметно, что Алисия готовилась — нигде на ее теле Рихард не увидел ни малейшего намека на волоски, кроме тонкой полоски завитков на лобке. Он заметил, как ее соски затвердели только от одного его взгляда. Алисия, совсем не похожая на привычных ему фотомоделей и эскортниц, ждала его. Настоящая, обычная женщина… — Ты знаешь, сколько раз я представляла это? — заговорила она, и Рихард заметил как подрагивают от волнения ее пальцы, которыми она сминала простыню. — В моей голове ты брал меня в бекстейдже, в гримерке, в своем доме… Рихард молча забрался на кровать, пододвинулся ближе, и, чтобы больше не выслушивать ее фантазии, стиснул пальцами один сосок, а второй втянул в рот и принялся ласкать языком. Алисия на мгновение замерла под ним и тут же сдавленно выдохнула. Рихард коленом развел ее ноги, но не стал спешить ложиться сверху, отпустил сосок и, проведя пальцами по нежной коже живота, коснулся внутренней стороны бедер, а потом промежности. Он не ожидал, что она будет настолько мокрой. Когда он запустил пальцы между губ, Алисия двинула бедрами навстречу и нетерпеливо застонала. — Покажи мне… каким ты бываешь с женщинами… — ее шепот сорвался, выдав дрожь. Рихард выпустил изо рта уже припухший сосок, который все это время одновременно ласкал и терзал. Приподнялся, поймав бесконечно черный, зовущий взгляд, и встал на колени между широко расставленных ног Алисии. Вытерев мокрую руку о простынь, он взял член и приставил его к щели. Алисия напряглась, но Рихард, погрузив головку в складки, принялся водить им вверх-вниз. — Мечтала об этом двадцать лет? — переспросил он, глядя в раскрасневшееся лицо женщины под собой. — И не только об этом, — ответила она. Рихард опять ощутил волну холодных мурашек — слишком восторженный, слишком исследующий взгляд… Алисия двинула бедрами, прося больше трения. Рихард опустился ниже, подался вперед и резко, одним рывком вошел в нее. Она вскрикнула и задрожала, вцепившись в простыни. — Наконец-то ты… — шумно выдохнула Алисия, и Рихард почувствовал, как ее мышцы плотно обхватили член. Он тяжело сглотнул, навалился на нее, и грубо, по-собственнически завел руки ей за голову. Запястья оказались настолько тонкими, что он с легкостью смог ухватить их одной рукой, а другой принялся наминать грудь. — Покажи, какой же ты… — хрипло произнесла Алисия, и в ответ Рихард с силой толкнулся в ее тело. — Да… Мой… — тут же простонала она, оплетая его талию ногами. Он толкался снова и снова, наращивая темп. — Так… именно так… ты мой, Рихард… Прерывистые фразы, перемежаемые хриплыми выдохами и стонами начали действовать на нервы. Рихард не хотел их слышать. Но с каждым новым движением Алисия снова и снова говорила, как мечтала о нем. Он сильнее прижал ее к кровати, по-прежнему фиксируя запястья, и второй рукой чуть сдавил горло, ощутив, как под пальцами бешено бьются артерии. От неожиданности Алисия вскрикнула, и Рихард на секунду ослабил хватку. — Но и ты моя, — рыкнул он ей на ухо, уткнулся в плечо и принялся вдалбливаться в податливое тело, сжимая пальцы на ее шее всякий раз, когда она хотела что-то сказать. Комната заполнилась влажными шлепками, хлюпающими звуками, ее полустонами-полувсхлипами и его тяжелым дыханием. В какой-то момент жалобно скрипнула кровать. Рихард не собирался останавливаться, чувствуя, как внизу живота разгорается знакомый огонь приближающегося оргазма, как ее мышцы, обнимающие член, покорно принимают новые грубые толчки, как бедра сами подаются ему навстречу, а ноги сильнее сжимают талию. Стоны Алисии почти перешли в крики. — Дай мне всего себя, — все-таки прохрипела она, стоило Рихарду на мгновение ослабить хватку. И тут он сорвался — толкнулся так глубоко, как мог, а потом по его телу прокатилась волна дрожи и он кончил. Глубоко внутри нее. Рухнув на Алисию всем весом, Рихард ощутил, как она еще несколько раз попыталась двинуть бедрами под ним, ища наслаждения, но член уже выскользнул из нее. Рихард скатился в бок, а потом сел на кровати, свесив ноги на теплый пол. Сердце колотилось где-то в горле, легким не хватало кислорода, а телу вдруг стало слишком холодно из-за обильно выступившего на коже пота. Он не хотел смотреть на любовницу, зная, что сознательно не довел ее до оргазма и эгоистично бросил на половине пути. Взгляд зацепился за стул, на котором оказался приготовленный для него большой махровый халат. Рихард, чувствуя как чуть дрожат от напряжения ноги, заставил себя встать и натянуть его. Завязывая пояс, он совершил ошибку — посмотрел на Алисию. Та все еще лежала на кровати совершенно голой, с разметавшимися по подушке волосами, размазанной по щекам тушью, с покрасневшей кожей на шее, где он сдавливал ее… Но на губах играла счастливая улыбка, а взгляд… Она следила за каждым его движением, буквально впитывая их. — Ты уйдешь. Я знала, — вдруг тихо сказала она, и он услышал в ее голосе нотки сожаления. — С чего я обязан оставаться с тобой после? Я не оставался с теми, кого трахал в гримерках и бекстейдже… — сухо ответил Рихард и сунул руки в карманы — с какого черта вдруг начали дрожать пальцы? Алисия кивнула, а потом опустила руку к промежности и провела по ней. На пальцах оказалась белесая жидкость, которую она медленно размазала по груди. — Но ко мне ты вернешься… — сказала она и словно через силу улыбнулась. Рихард не стал ничего отвечать — быстро вышел из спальни, усилием воли прогнав накатывавшую сонливость. Он хотел поскорее добраться до своих апартаментов, забраться в душ и смыть с себя все случившееся. Будто бы вода могла очистить не только тело и смыть запах секса, но и память. Но едва дверь гостиной закрылась за ним, Рихард понял, что не может находиться в помещении. Всё, всё, вокруг напоминало о женщине, которую он только что грубо отымел. Выругавшись, Рихард распахнул дверь в сад. Он сам не заметил, как ноги привели его к озеру, по глади которого ветер катил ленивую рябь. Ощутив, как в босые ступни впиваются камешки, Рихард подошел поближе к берегу, туда, где росла прибрежная трава и, скинув халат, не обращая внимания на ночную прохладу, вошел в воду. Сначала только до колен, но потом, шаг за шагом по илистому дну, стал погружаться дальше. Он прикрыл глаза, позволяя холодной воде медленно окутывать тело. «Почему я чувствую вину? Она же сама хотела этого! Она купила меня! Она использовала меня», — думал он, пытаясь понять суть происходящего и как теперь быть дальше. С берега послышались шаги. Рихард бросил взгляд в их сторону — один из охранников подошел к кромке воды и внимательно наблюдал за ним. — Я не собираюсь топиться. Выдохни, парень, — крикнул ему Рихард и нырнул в черную воду. Холод тут же охватил его, но он заставил себя остаться под водой. Она должна была не только смыть с него грязь, но и утопить все мысли, что крутились в голове.        «Я использовал ее… Но почему мне кажется, что это она использовала меня? Теперь так будет всегда?..» — от последней мысли он буквально задохнулся и вынырнул. Вода не давала ответов. «Господи, полгода… Как я это выдержу?» — подумал Рихард, растирая по лицу капли воды…

***

От завтрака, на который его пригласила Магда, Рихард отказался, с головой укрывшись одеялом. Аппетита не было, как и желания видеть Алисию. На каждое движение тело отзывалось противной усталостью, а спина напомнила, что ему не двадцать лет. Какое-то время он лежал в полудреме и, время от времени, возвращался в мыслях к происходящему. Это было неправильно и как-то извращенно. Он же не игрушка в руках фанатичной миллиардерши. Он мировая звезда… Но вот только его группа пошла ко дну, а суммы на счетах в банке стремятся к нулю. Был у него другой выход? Был. Можно было потерять все и смириться с бесславным финалом, но он не захотел. Привык бороться и идти до конца даже если от этого потом самому будет плохо и вот, получил… Но Алисия обещала решить все проблемы. Интересно, когда он узнает о том, что они канули в Лету? Она же сдержит слово, да? В это хотелось верить, ведь у него не было никаких рычагов давления на нее. Все, что мог Рихард — полагаться на честное слово этой безумицы. Лишь бы она не обманула и его добровольное рабство не оказалось напрасным, лишь бы ее извращенный ум не придумал все это с одной лишь целью — заполучить его. При мысли об Алисии память услужливо подкинула Рихарду картины прошедшей ночи. От них стало противно и снова захотелось окунуться в озеро. А потом, черт возьми, начать оттирать песком воспоминания с кожи. Он еще никогда не чувствовал себя так… Рихард даже слова подобрать не мог. Осторожный стук в дверь заставил-таки вылезти из-под одеяла. — Студия готова, Рихард, — сообщила Магда. — Если будут какие-либо замечания и пожелания, дайте мне знать. Дверь открыта, ключи на столике в гостиной, — добавила она перед тем, как уйти. Рихард заставил себя выбраться из кровати и пошлепал в гостиную. Но первое, за что зацепился взгляд, была не распахнутая дверь в студию, а его вчерашняя одежда, аккуратно сложенная на столике у двери. Выстиранная и выглаженная. Забота о нем, черт бы ее… Шмотки, оставшиеся в спальне Алисии, теперь снова были у него… Даже кеды почистили. Почувствовав, что пока не хочет прикасаться к вещам, Рихард направился в студию. Остановившись на пороге, он принялся осматриваться. Подсознательно Рихард ожидал увидеть копию своей домашней студии, ведь фото и видео из нее было полным-полно в сети и с Алисии сталось бы приказать все повторить, но нет. Она удивила — студия была другой. Дорогой, роскошной, из тех, в которых акустика и звукоизоляция сочетаются с панелями из массива дерева. Ему доводилось работать в таких. Алисия создала для него идеальный мир музыканта. Однако несмотря на это, Рихард увидел привычный пульт и свою аудио-систему, ту самую, что создали специально для него. Интересно, сколько Алисия заплатила фирме-производителю за повторение эксклюзивного заказа? Утонув босыми ногами в ковре, он подошел поближе, рассматривая детали. В части оборудования все было в точности, как дома. Его обычные педали, усилители… Алисия нашла даже те, которые он использовал всего раз пять за все время работы. Он сел в кресло — копию домашнего, с такой же поддержкой многострадальной поясницы — и двинул мышкой, оживив монитор. Тот высветил иконки привычных рабочих программ. Рихард не сомневался, что настройки в них будут уже выставлены под его предпочтения. Рядом с пультом и, чуть дальше, у окна, на стойках обнаружились все его рабочие гитары. Инструменты на все случаи жизни. Но Рихард поймал себя на мысли, что не хочет прикасаться к ним. Они были новые, без единой царапины, словно… чужие? Развернувшись, Рихард увидел стеллаж с проводами и расходниками. Рядом с ним поместился небольшой кожаный диван, за которым была еще одна дверь. Очевидно, в помещение можно было попасть сразу из коридора, минуя гостиную его апартаментов. Рихард нахмурился и, движимый каким-то желанием спрятаться ото всех и вся, подошел к дивану и, наплевав на отдававшую болью спину, в несколько приемов вплотную придвинул его к стене так, что открыть дверь стало невозможно. На душе стало светлее и легче. Это его мир. Тут точно его мир. И если закрыть панорамное окно шторами, то можно представить, что он в своей студии, дома. Только сделал чертовски дорогой ремонт. Движимый любопытством, Рихард пересек комнату и вошел в помещение поменьше — тут были расположены микрофоны для гитар и, к его удивлению, даже для вокала. Алисия учла и это! Посмотрев на них, Рихард ощутил уже знакомые мурашки на спине — снова его оборудование. Такое же как дома. И даже роботы-микрофоны — копии его домашних. Ладно колонки, усилители, гитары, но роботы… Штучный экземпляр, которые делал для него и под его чутким руководством один рукастый парень из Берлина. При мысли об этом Рихард вздрогнул: а сколько его знакомых и приятелей помогало Алисии? Она ведь не вчера начала подготовку и не месяц назад. Чтобы все провернуть нужно было время. Получается… Люди, с которыми он общался, знали о пристальном интересе к нему, и молчали, не сказали ни слова? Рихард стиснул кулаки от злости, но тут же приказал себя расслабиться — откуда им было знать для чего какая-то миллиардерша заказывает у них то или это, зачем выспрашивает какие-то детали? Скорее всего, они просто соблазнились на гонорар… И не видели в своих действиях ничего крамольного. «Привыкай, старик, привыкай… Ты в ее руках, ты еще не знаешь, что она на самом деле знает о тебе», — сказал себе Рихард и вздохнул. Приветливый солнечный луч заглянул в студию и бликом отразился от корпуса пульта. Рихард несколько секунд смотрел на него, а потом, усмехнувшись, пошел в гостиную и принес в студию свою домашнюю RZK-II. Вот она. Его. Обычная, привычная… Он дернул струны, те ответили пока еще глухим немым дребезжанием. — Ну что, давай, ты немного поработаешь для меня? — спросил у гитары Рихард, после чего аккуратно положил ее на пульт и снова направился в апартаменты — стоило выбраться из пижамы и привести себя в порядок.

***

Рихард сам не заметил как быстро пролетело время, стоило ему только взять в руки гитару. Он боялся, что студия разочарует его и станет еще одним напоминанием, что тут он купленная игрушка, но нет, звук оказался идеальным, как и эргономика. Проверяя оборудование и настройки, Рихард принялся играть заезженные риффы концертных песен, которые пальцы помнили на уровне рефлексов. Он закрывал глаза и слушал… А потом вдруг в нем проснулся бесёнок. Рихард открыл окно и дверь, оставив студию без звукоизоляции и… повторил риффы флагманов «Раммштайн» на максимальной громкости, распугав окрестных птиц и прогнав привычную сонную тишину здешних мест. Методично играя одну песню за другой, он ждал, когда к нему заявится кто-то из прислуги или охраны, чтобы вразумить и попросить не шуметь. Однако прошел час, а никто так и не выразил недовольство. Движение в дверном проеме привлекло внимание, когда он заканчивал с вступлением «Mein Teil». Подняв взгляд, Рихард увидел Магду. Было заметно, что она с трудом выдерживает звук и потому слегка морщится. Она махнула рукой, показывая, что хотела бы поговорить. Рихард вопросительно посмотрел на прислугу, ловко заглушив струны. В студии повис чуть гудящий звуковой фон. — Я бы хотела узнать ваши пожелания относительно обеда и ужина, — сообщила Магда привычным бесстрастным тоном. — А ваша хозяйка о них не сообщила? — Рихард прищурился и, не прочитав ни тени эмоции на лице вышколенной прислуги, передернул плечами. — Мне безразлично. — Распорядитесь подать сюда или будете обедать в столовой? Госпожа просила передать, что не будет против вашей компании за ужином. Рихард усмехнулся. Еще и за ужином ее развлекать… — Не буду я обедать, — сказал он. Магда лишь кивнула в ответ и беззвучно скрылась, оставив Рихарда недоумевать — он что, может шуметь сколько душе угодно и ему никто и слова не скажет? А если он попытается играть в то время, когда Алисия будет дома? Хотя… Зная ее, она же будет в восторге! А он чем занимается? Дурак, ведет себя как мальчишка. Решив, что музыки с него на сегодня хватит, Рихард переоделся и направился на прогулку.