Желание

Сняв пиджак и набросив на лицо Хуа Юна, чтобы укрыть его от чужих взглядов, Шэн Шаою пробивался сквозь толпу зевак к выходу. За спиной послышались шепотки:  — Как можно в период жара разгуливать где попало? Эта Омега совсем себя не бережёт!  — Точно. Но это не обычный жар. Наверху такой густой запах феромонов Альф и Омег, что его слабый организм, похоже, не выдержал и спровоцировал приступ.  Сердце Шэн Шаою кололо от боли, но он продолжал идти, крепко прижимая Хуа Юна к груди. Внезапно путь преградил наглый Альфа. Уловив тонкий аромат орхидеи, исходивший от Хуа Юна, он расплылся в нахальной ухмылке:  — Эй, брат, поделись огоньком, повеселимся вместе?  Ошибка этого глупца оказалась роковой. Шэн Шаою, высокий и статный Альфа S-класса, бросил ледяное:  — Проваливай.  Его феромоны, с ароматом горького апельсина с нотами рома, хлынули мощной волной, от которой хулигана Альфу В-класса отбросило назад. Тот, закатив глаза, рухнул на землю.  Толпа мгновенно притихла. Все взгляды устремились на разъярённого Альфу, но он, не удостоив их вниманием, крепче обнял Хуа Юна и решительно направился к выходу.  У выхода тянулась узкая односторонняя дорога, где остановка разрешалась лишь на двадцать секунд. Водитель, нервно кружа неподалёку, умолял по телефону разгневанного босса подождать ещё пару минут. Но Шэн Шаою не собирался ждать ни секунды. Без изолирующего пластыря для феромонов он полагался только на подавляющую ауру топового Альфы, чтобы отпугнуть любопытных Альф, чьи взгляды то и дело скользили по Хуа Юну. Эти алчные, изучающие глаза вызывали у него отвращение.  Казалось, Ли Байцяо и впрямь родился в неудачный день.  Машина всё не появлялась, и Шэн Шаою уже собирался вновь набрать водителя, как вдруг заметил Шэнь Вэньлана. Этот Альфа, которого стоило бы раздавить машиной ещё на пороге дома, не спеша приближался в сопровождении следовавшего за ним, своего секретаря Беты, Гао Ту. Они вышли из банкетного зала на первом этаже. Увидев Шэн Шаою, Шэнь Вэньлан не выказал удивления. Он остановился в нескольких метрах, засунув руки в карманы, и с явным интересом разглядывал Омегу в его объятиях.  — Это Хуа Юн? — уголки его губ дрогнули в многозначительной улыбке. — Что с ним? У него жар?  Если бы не Хуа Юн, которого Шэн Шаою всё ещё держал на руках, он бы, не раздумывая, вцепился в горло этому наглецу. Но сейчас его единственным желанием было как можно скорее увести Омегу в безопасное место, домой. Решив не раздувать конфликт, он отвернулся, делая вид, что не замечает собачьего дерьма под ногами.  Но тот не собирался отступать. Шагнув ближе, он втянул носом воздух и усмехнулся:  — Очень вкусно пахнет.  Густой аромат благовоний с нотами ириса, исходивший от его железы, был не столько подавляющим, сколько соблазняющим.  — Шэнь Вэньлан! — прорычал Шэн Шаою, стиснув зубы. — Убери свою вонь!  — Вонь? Мои благовония с ирисом? — Шэнь Вэньлан рассмеялся. — А от тебя разит «Пьяной ветвью», кто тебя не знает, воспримет за освежитель воздуха в туалете.  Спокойно, — мысленно твердил себе Шэн Шаою. Если и убивать его, то где-нибудь в безлюдном месте, без камер.  Сдерживая ярость, он язвительно выпалил:  — Несколько лет назад HS Group без спроса использовала мой запах феромонов для своей серии бытовой химии. Шэнь Вэньлан, я слышал, ты терпеть не можешь Омег, но ради Хуа Юна раз за разом цепляешься ко мне. Я думал ты положил глаз на моего Омегу. Но теперь мне кажется, господин Шэнь, я сам твой тайный объект воздыхания?  Лицо Шэнь Вэньлана исказилось, будто он проглотил лимон.  — Бред сивой кобылы! Тебе бы подлечиться, есть ещё шанс выздороветь, — отрезал он, но тут же улыбнулся. — Впрочем, раз уж мы встретились, у меня есть пара искренних слов для господина Шаою.  — В любви признаваться не надо, — бросил Шэн Шаою, мысленно проклиная водителя, который всё ещё не подъехал.  — Признание? Вряд ли, — Шэнь Вэньлан усмехнулся с намёком. — Здоровье Хуа Юна и без того хрупкое. Врачи говорят, его основа подорвана, быстро не восстановится. Даже редкие прогулки среди Альф могут спровоцировать у него жар. Такой Омега, господин Шэн, вряд ли приносит много радости. Почему бы не отдать его мне?  — Высшие чины X Holdings очень довольны Хуа Юном. Если ты согласишься его вернуть, я готов поделиться с Шэнфан технологией генетических ножниц.  Шэн Шаою остолбенел. Хуа Юн, которого он держал в объятиях, напрягся.  Кто бы мог подумать, что этот Омега стоит дороже, чем тридцать пять миллиардов наличными, раз уж он так волнует Шэнь Вэньлана?  Но что значит «высшие чины X Holdings очень довольны Хуа Юном»? Эта полная скрытого смысла фраза заставила мужчину стиснуть зубы так, что они едва не раскрошились.  Хуа Юн задрожал, уткнувшись лицом в пиджак Шэн Шаою. Его прерывистое, полное ужаса дыхание едва сдерживалось тонкой тканью.  Шэн Шаою успокаивающе сжал его в объятиях и, подавляя гнев, с холодной усмешкой ответил:  — Эта технология, единственное, что у HS ещё имеет хоть какую-то ценность, да? Говорят, даже герои не могут устоять перед красотой. Ради Хуа Юна господин Шэнь готов пожертвовать целой империей. Настоящий мудрый правитель!  — Взаимно.  Чёрт возьми, — выругался про себя Шэн Шаою.  В этот момент чёрный лимузин наконец подкатил к выходу. Весь в поту, водитель выскочил из машины и распахнул дверь для своего мрачного босса.  Шэнь Вэньлан шагнул следом:  — Господин Шэн, я искренне хочу обсудить это с тобой. Не торопись отказываться, подумай хорошенько. Я жду твоего звонка.  Шэн Шаою опустил стекло и, одарив его улыбкой, ответил:  — Лучше жди смерти, так будет быстрее.  Стекло медленно поднялось, и лимузин плавно влился в поток машин.  Шэнь Вэньлан, который сам напросился участвовать в любовных разборках, и вдохнув выхлопные газы, с раздражением цокнул языком и выругался. Обернувшись, он заметил, что лицо его секретаря Гао Ту было ещё кислее, чем его собственное. Настроение Альфы упало ещё ниже.  — Чего стоишь как столб? — рявкнул он. — Зови водителя, пусть подгоняет машину!  *** Такой Омега, как Хуа Юн, не годился ни для светских раутов, ни для постели. Казалось бы, для Шэн Шаою он и правда был бесполезен.  Стоило Шэн Шаою подумать о Хуа Юне, как в груди вспыхивало твёрдое убеждение, что он никогда не сможет от него отказаться. Даже если Шэнь Вэньлан предлагал за Омегу технологию, ту самую, которой так отчаянно не хватало Шэнфан Био.  Всю ночь Шэн Шаою, обнимая измученного жаром Хуа Юна, выпускал успокаивающие феромоны, стараясь облегчить его страдания. К утру Хуа Юн пришёл в себя, но стал ещё молчаливее, чем прежде. У Шэн Шаою впереди был насыщенный рабочий день, и он не мог остаться дома, чтобы составить Омеге компанию. Перед уходом он подвёл Хуа Юна к дверям, коснулся губами его лба и сказал:  — Сегодня отдыхай дома, будь умницей. Я скоро вернусь.  Хуа Юн кивнул, но в его глазах мелькнула недосказанность, видимо он хотел что-то добавить.  — Хочешь что-то сказать? — мягко спросил Шэн Шаою.  — Генетические ножницы…  — Это не твоя забота, — отрезал Альфа.  Хуа Юн посмотрел на него, и его избегающий взгляд. Он, кажется, почувствовал, его Альфа, возможно, не так уж равнодушен к заманчивому предложению Шэнь Вэньлана.  После утреннего совещания группа по инвестициям и исследованиям разложила перед Шэн Шаою планы семнадцати проектов, отобранных в этом квартале. По всем ключевым показателям: чистый денежный поток, приведённая стоимость, внутренняя норма доходности… Проекты, которые он с таким рвением вырвал у HS, оказались далеко не в лидерах.  Да, на первый взгляд они увеличили продажи Шэнфан и повысили оборот активов. Но в долгосрочной перспективе эти крупные проекты с низкой прибылью и высокими вложениями тянули компанию вниз, подрывая её финансовую устойчивость. Научные разработки, на которые Шэн Шаою возлагал большие надежды, требовали колоссальных инвестиций, но пока не приносили ощутимых результатов. Финансовые отчёты Шэнфан выглядели всё более удручающе.  Разглядывая разложенные на столе документы, босс невольно задумался, не были ли его решения слишком поспешными? Но сожалеть? Нет, это было не в его характере. Он привык считать себя баловнем судьбы, человеком, способным переломить любую ситуацию. Его способности, талант, внешность, происхождение, всё это с детства возвышало его над другими, и уверенность в себе была его опорой. К тому же, если смотреть шире, отобранные у HS проекты всё же приносили пользу. Они укрепляли позиции Шэнфан в глазах X Holdings, демонстрируя превосходство над конкурентами и открывая путь к более тесному сотрудничеству.  И он не ошибся.  Пока финансовые СМИ и аналитики наперебой критиковали операционные способности Шэнфан, Шэн Шаою, как председатель совета директоров, получил личное приглашение от таинственного владельца X Holdings на закрытый деловой салон. Новость о предстоящей встрече двух лидеров моментально разлетелась по деловым кругам, вызвав настоящий ажиотаж.  Салон был назначен вскоре после Всемирного форума биотехнологий и индустриального развития в стране P, это была закрытая встреча для избранных. Таинственный босс X Holdings, которого никто никогда не видел публично, собирался лично встретиться с Шэн Шаою!  Сплетники бурно обсуждали: означает ли это, что сотрудничество между X Holdings и Шэнфан уже на пороге? И как выглядит этот загадочный глава X Holdings? Друзья Шэн Шаою звонили ему, осторожно выспрашивая, кто же этот таинственный босс. Они были уверены, что Шэн Шаою уже встречался с ним, иначе как объяснить столь личное приглашение?  Но, по правде говоря, Шэн Шаою сам был в недоумении. Он понятия не имел, кто этот человек и как он выглядит. Приглашение на переговоры стало для него полной неожиданностью.  В тот день Шэн Шаою чувствовал себя нездоровым. Альфа S-класса, обычно не знавший даже простуды, на этот раз был выбит из колеи. Вероятно, виной тому была та ночь, когда он слишком долго выпускал успокаивающие феромоны, чтобы облегчить страдания Хуа Юна. Перегрузка желез, плотный график и недосып сделали своё дело.  После насыщенной программы и позднего делового ужина он вернулся домой лишь глубокой ночью. У порога, снимая обувь, он внезапно почувствовал сильное головокружение и едва удержался, схватившись за шкаф. Решив, что перебрал с алкоголем, он попытался собраться.  На ужине главным гостем был высокопоставленный чиновник из министерства торговли страны P, по слухам, близкий к владельцу X Holdings. Там же присутствовал Чан Юй, с которым у Шэн Шаою однажды вышла неловкость. Чтобы показать искренность в желании сотрудничать, Альфа пил всё, что ему предлагали, не отказываясь ни от одного тоста.  Взять Хуа Юна на такой вечер было бы неуместно. Подумав, Шэн Шаою решил пригласить Шу Синь, которая умела заботиться о гостях и поддерживать беседу. Но Чан Юй, похоже, и правда затаил на него обиду, потому что весь вечер настойчиво подливал ему вино. К концу ужина Шэн Шаою был изрядно пьян, и Шу Синь, Омега с цветочным ароматом, буквально поддерживала его, помогая дойти до машины.  У машины девушка попыталась поцеловать его. Шэн Шаою, вспомнив о чистоплотности своей орхидеи, нахмурился, отстранился и велел девушке пересесть на переднее сиденье. Чэнь Пиньмин бросил на него взгляд через зеркало заднего вида, но промолчал. Он сначала отвёз Шэн Шаою домой, а затем отправился провожать Шу Синь.  Держась за стену в прихожей, Шэн Шаою пытался устоять на ногах. Его мутило, тело бросало то в жар, то в холод. В полубреду он заметил перед собой пару стройных ног. Подняв взгляд, он увидел Хуа Юна.  В полумраке свет бил Омеге в спину, и его лица было не разглядеть, но чистый аромат орхидеи мягко коснулся ноздрей Шэн Шаою.  — Почему не спишь? — хрипло спросил он.  — Господин Шэн, вы пьяны, — голос Хуа Юна был тихим, но в ушах мужчины звучал удивительно спокойно и глубоко. — Я помогу вам добраться до спальни.  Сил у Шэн Шаою почти не осталось, и он позволил худощавому, но почти такого же роста юноше поддерживать себя. Так они медленно дошли до спальни. Хуа Юн уложил его на кровать, помог лечь на спину и длинными пальцами начал расстёгивать пуговицы на его рубашке. Шэн Шаою с трудом приподнял тяжёлые веки и посмотрел на него. Красивый, утончённый юноша склонился над ним, и его напряжённое выражение лица отпечаталось в затуманенном взгляде Альфы.  — Господин Шэн, от вас воняет.  Шэн Шаою знал, что от него сильно несёт чужими омега-феромонами. Он собирался принять душ в гостевой комнате на первом этаже, но, едва переступив порог дома и вдохнув аромат орхидеи, почувствовал, как мир закружился перед глазами.  Быть названным «вонючим» своей любимой орхидеей, чей холодный тон резал слух, оказалось ударом по самолюбию топового Альфы. Но сил возразить не было. Аромат орхидеи, хоть и не слишком насыщенный, окутывал его невидимой сетью. Голова кружилась, железа на затылке горела и покалывала, а руки и ноги стали такими вялыми, что он не мог пошевелиться.  Он чувствовал себя как Омега в разгар жара, придавленный к кровати, неспособный двинуться, он мог лишь полуоткрытым ртом издавать тяжёлые, невнятные вздохи. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum