Яркий свет

Леви внимательно смотрел в глаза девушки. Между ними снова шел немой диалог. — А вы не боитесь? — Чего мне бояться? — И вы готовы рискнуть? — Почему бы нет? Меня ведь будете охранять вы. Это молчание продолжалось какое-то время, но у ребят в итоге лопнуло терпение. — Так! Вы долго будете играть в гляделки? — Голубки, мы уже поняли, что вы уже спелись настолько, что понимаете друга с полу слова. Но все-таки... — Будьте столь любезны... — И поделитесь с нами глупыми... — Вашими планами. Одри и Леви снова переглянулись, словно спрашивая, кто раскроет их план. В итоге, первой заговорила Одри. — Мы хотим поймать его на живца. Шлёп Чонин резко ударил себя по лбу. — Господи, ладно он, чужой для нас человек. Но ты-то куда? С твоим-то состоянием? — спосил Чонин. — Потому что это для нас отличный шанс поймать его. А если не получится поймать, то мы вынудим его совершить ошибку и узнать о нём больше. Тем более, что с вами я все равно буду в безопасности. — Одри, мне вот что интересно. Когда ты перестала учитывать наше мнение тоже? — сузил глаза Минхо. — Если бы я его не учитывала, то я бы с вами сейчас не советовалась. — А ты и не советуешься. Ты ставишь перед фактом, что вы с Леви уже решили ловить его на живца, — к спору присоединился Сынмин. — То же самое было, когда ты согласилась с его кандидатурой на должность твоего телохранителя. — Окей. Ребят, ваши аналитические способности не хуже моих. Что вы предлагаете? Продолжать от него бегать без единой зацепки? И ждать, когда он нападёт внезапно? Или всё-таки попытаться узнать о нем хоть что-нибудь? — Одри, мы прекрасно осведомлены о твоем красноречии. И да. Мы все прекрасно понимаем, что это отличный шанс. Но ты не думала о том, что это рискованно делать сейчас? — спросил Феликс. — Проблема в том, что потом такого шанса может не предоставиться вообще, — разочарованно ответил Крис. — Ааааа..... Твою мать... Эти двое правы. — К тому же у нас есть огромное преимущество в этот раз, — подлила масло в огонь Одри. — И какое же? — хмуро спроси Хёнджин. — Вы сможете сами все спланировать и участвовать в её защите, — ответил Леви. — Для вас это не должно быть большой проблемой. Пока я за вами наблюдал всю неделю, то сделал определенные выводы. Вы все прекрасно владеете боевыми искусствами: прекрасны в рукопашном бою, хорошо стреляете. Стиль боя у всех разный, но база одна. К тому же каждый из вас уникален по своим талантам. Вот он, — Леви указал на Сынмина, — отличный снайпер. — Он, — палец двинулся на Хёна, — первоклассный шпион, очень гибкий и в драке явно использует ноги. — Дальше, — все посмотрели на Чонина, — ваш пиротехник. — Затем, — Джисон с интересом ждал вердикт, — хакер. — Он универсален во всём: рукопашный и ближний бой, метко стреляет из любого оружия и хорошо владеет нунчанками— Минхо лишь утвердительно кивнул. — Этот «малыш» силён в рукопашном бою, да и в принципе может сломать что угодно, — малыш Чанбин слегка улыбнулся. — Этот обманчивый милашка, прекрасно стреляет, а также прекрасно справляется с двумя коддачи и любит драться ногами. Идеален для ближнего боя, — Феликс лишь кивнул. — Ваш лидер так же универсальный боец, но также в совершенстве владеет ножом, который держит при себе и прекрасный тактик — Крис это сощурил глаза. — И наконец, — Леви взглянул в глаза Одри и пытался прочесть все её эмоции. Сама же Одри, несмотря на бьющееся сердце, спокойно выдерживала взгляд, лишь слегка улыбнувшись краешком губ, — ваша «принцесса». Несмотря на хрупкое тело, может прекрасно постоять за себя, при себе всегда пистолет и небольшой кинжал. Но физической силы явно мало, значит в ней есть ещё что-то особенное, раз вокруг неё полностью укомплектованная диверсионно-разведывательная группа. В комнате воцарилось тяжёлое молчание. — Вы всем клиентам задаёте неловкие вопросы? — Одри улыбнулась и как Леви не старался, он никак не мог прочитать её эмоции. Она оставалась внешне абсолютно спокойной, хотя некоторые из ребят уже искрили от недовольства. — Только тем, с кем собираюсь основательно работать. Признаться честно, когда я посмотрел на вас в сети, после запроса Тома, то был крайне заинтригован, — уголки губ Леви тронула лёгкая улыбка, однако глаза оставались холодными. — И вы решили утолить своё любопытство? — Не льстите себе. Мне была интересна ваша цена. — О, так вам нужны деньги? А я-то думала, что вы нас подозреваете в угрозе государственной безопасности. — Деньги нужны всем. А представляете вы угрозу или нет решать уже не мне. — Однако у вас явно нет недостатка в средствах. Вы очень хорошо обеспечены. — Денег, как известно, мало не бывает. Вы хотите узнать зачем мне столько денег? — Нет, я хочу узнать зачем ОДИНОКОМУ человеку столько денег? — … Леви на секунду растерялся. — Вы думаете, что я одинок, потому что у меня нет кольца? — Конечно же нет. Я уверена, что вы одиноки, потому что ваш образ жизни этого не позволит. Вы с любите с головой бросаться в опасность. И вы не готовы пока от этого отказаться. В деньгах у вас явно достатка нет: у вас одежда сшита на заказ, часы и запонки тоже сделаны на заказ, да еще и из драгоценных металлов. Вы любите комфорт, чистоту и порядок, а с семьёй вы будете этого лишены. Да и от любви вы голову явно не потеряете. Так зачем вам столько денег? Леви давно никто не ловил на слове и тем более не вызывал укол боли в сердце. Однако эта девушка сумела задеть давно зарубцевавшуюся рану. — У каждого человека есть свои личные цели, о которых он не обязан рассказывать окружающим. Но могу вас заверить, что ничего незаконного и опасного я делать не намерен. В комнате вновь повисла тишина. Ребята открыв рты смотрели на этот словесный пинг-понг, а Одри и Леви продолжали играть в гляделки. По лицам обоих было видно, что они изучают друг друга и словно хотят загипнотизировать. И ждут кто сделает первый шаг. Вдруг тишину прервал хруст. Все удивлённо обернулись на Джисона. — Что? Как будто вам самим попкорна не захотелось, — обиженно ответил тот, закидывая в рот очередной орешек. — И он, ещё будет обижаться на хомяка, — прошептал Минхо, закрывая лицо ладонью. — Вы удивительно наблюдательны и проницательны. Вас в Тайной канцелярии натренировали? — сделала свой ход Одри. — Меня жизнь натренировала. Эти идиоты в Тайной канцелярии не в состоянии этому научить. — Поэтому вы спросили, училась ли я там? Спасибо, спасибо. И все же, вы не боитесь настолько открыто говорить об этом? — Здесь мне нечего опасаться: дом на наличие прослушки уже проверили, и вы и я. — А если мы вас сдадим? — Они меня всё равно не поймают. Но вы этого не сделаете. — Почему же? — Вы пригласили меня. Одри удивленно приподняла брови. — Учитывая вашу «диверсионную» группу, вы вполне могли бы справиться без меня. По крайне мере в других странах кто-то посторонний вашей компании не требовался. А потребовался только в Элдии. Значит вы не хотите, привлекать к себе внимание именно здесь. Следовательно отношение к настоящему правительству у вас, мягко говоря, не очень. И сразу отвечу на ваш немой вопрос: да. Настоящее правительство я ненавижу. Теперь настала очередь Одри ненадолго замолчать и признать, что этот раунд на Леви. — Я вам уже говорила при первой встрече, что вы прекрасный аналитик. Сейчас вы это только подтвердили. — Так, голубки. Хватит тут друг с другом флиртовать и мозгами меряться. Может мы все-таки приступим к обсуждению проблемы? — раздраженно начал Минхо. — Утро вечера мудренее, Минхо. Я предлагаю сейчас отправиться всем спать, а план начать прорабатывать завтра. Пожалейте Одри. Она еле на ногах стоит, — ответил Хёнджин. — Тем более после сегодняшнего. — Спасибо, Хён. Я бы тоже продолжила всё завтра. На свежую голову мы вполне сможем обдумать и спланировать всё более тщательно, чем сейчас, когда мы на эмоциях. — Я согласен. Мы все сейчас слишком эмоциональны и вымотаны, — подержал Крис. — Давайте разойдемся. Согласен, Леви? —Тц, — тот в ответ закатил глаза и молча начал подниматься по лестнице. — Ладно, давайте и мы разойдемся, — начал было Феликс. — Подожди. Одри, ты ничего не хочешь нам сказать? — спросил Чонин. — Хочу, но только не сегодня. Мне всю неделю снятся кошмары, поэтому я и вымоталась. А сегодня, когда я приехала мне впервые приснились какие-то непонятные чудища. Прежде чем с вами со всеми поговорить, я хотела спросить совета у учителя Лю. — Понятно, но как ты спалилась? Ты же понимаешь, что ставишь наше дело под угрозу раскрытия? — спросил Сынмин. — Когда мне сегодня снился сон, Леви пришел меня будить. Ну я и напала на него. С ножом. — Это еще не все. Наша девочка его облевала, — довольно добавил Хёнджин. — Ты... — Что сделала? — Меня на него стошнило, — тихо сказала Одри, стараясь ни на кого не смотреть. После паузы дом содрогнулся от дикого хохота. — Господи! Одри! Ты моя героиня! — вытирая слезы пропищал Джисон. — Ой не могу! — Для него это равносильно смерти, наверное! — Ребят, давайте потише. Он нас наверняка слышит, — пыталась успокоить всех Одри. — Да плевать! Он нас так достал своей кислой и злой миной. Пусть знает! — Нет, ребят. Одри права. Нам с ним еще работать, — начал Крис. — Так! Вы тут отдыхайте, а я хочу нормально лечь уже! Феликс, мну нужна твоя помощь, — Одри решительно встала. — Конечно, пойдем. Всем спокойной ночи, ребят! Они поднимались молча, чувствуя напряженность прошедшего дня и последних новостей. Дойдя до комнаты, Феликс закрыл дверь, проверив, нет ли кого в коридоре. — Рассказывай. — Ликс, помнишь, как я ездила на пляж с Леви? — Сегодня нам об этом всем напомнили. — Так вот. Я чуть не утонула. — Ты? Ты же в воде как рыба. — Поначалу все было хорошо, но потом я начала в воде медитировать. И даже восстановила какую-то часть сосудов. Но потом у меня произошла отдача от воды. Образовалась воронка, в которую меня чуть не затянуло. Спасибо Леви, что так быстро среагировал. Он меня вытащил. Из-за отдачи у меня сгорело еще несколько процентов меридиан, из-за чего пошла кровь из носа. То, что вы видели на фото — Леви помогал аккуратно лечь, у меня сильно кружилась голова. Я хотела тебе рассказать об этом еще тогда, но вы приехали слишком уставшие. Дальше ты знаешь. Постоянные кошмары, Парадиз в огне. Но сегодня сон был другим. Вокруг Парадиза слово были какие-то... То ли монстры, то ли ещё кто-то. Я видела только очертания и животный страх. Ликс, я боюсь, что сила просыпается. А это значит... — Это значит, что возможно появляется угроза титанов. Ты это хочешь сказать? — взгляд Феликса стал еще более серьезным и задумчивым. — Да. И я к этому не готова. Ты меня сегодня проверил. Уже 50%. Я не могу справиться с этой силой, она меня сжигает. — Одри, я боюсь, что нам придется сделать перерыв с концертами после пресс-конференции. Нам с тобой придется уехать куда-то и разобраться что делать дальше. Но есть одна проблема. — Леви? — Леви. Я боюсь, как бы его к нам не приставили для слежки. — Можешь не бояться, это так и есть. Вопрос в том, кто его приставил. — Но это не главная сейчас проблема. Меня больше беспокоят твои кошмары. Ты из-за них не можешь расслабиться как следует. — Они меня саму пугают. Ликс, останься сегодня со мной. — Могла бы даже не просить. После сегодняшнего дня за тобой снова нужен присмотр. Ты подождешь минут 10? Хочу в душ сходить. — Да, конечно. Я пока тоже душ приму. — Только давай без экстрима и аккуратнее. Хватит с тебя на сегодня приключений. — Не напоминай, — закатила глаза девушка. Когда Феликс зашел в комнату, он увидел сидящую в легкой и уютной пижаме девушку на кровати. Одри сидела, обняв ноги и о чем-то сосредоточенно думала. — О чем задумалась? — Феликс принес с собой аромадиффузор с лавандой и поставил его на прикроватный столик. Комната сразу наполнилась приятным и успокаивающим ароматом. — Ты знаешь, я никак не могу понять свои сны и почему после них всегда сгорают меридианы. После посещения пляжа у меня появилось стойкое ощущение, что что-то надвигается. И что внутри меня пробуждается сила, которая и напоминает огонь. — Ты готова? Давай проверим, что там с тобой после сегодняшнего цирка, —мягко скомандовал Феликс. — Как всегда. — Тогда давай начнем. Его пальцы, теплые и уверенные, коснулись её висков, а затем опустились к основанию шеи. Одри вздрогнула от прикосновения, но затем расслабилась, закрыв глаза. Руки Феликса излучали едва уловимое тепло — не физическое, а то, что проникало глубже, в самые потаенные уголки её сознания, согревая перемороженные страхом меридианы. — Хаос, — прошептал он, сконцентрировавшись. — Полный хаос. Энергия бьется, как птица в стекло. Твоё собственное тело тебя не слушается. Отсюда и кошмары. Оно пытается тебя предупредить. — Предупредить о чем? — её голос прозвучал почти как детский шепот. — О том, что ты на грани. Что сила просыпается, а сосуды не готовы её принять. Это... похоже на предвестник бури. Держись. Он углубился в работу. Комната наполнилась тишиной. И только в сознании Одри был звук горящего огня. Это был гул её собственной энергии, которую Феликс аккуратно и терпеливо возвращал в нужное русло, успокаивая водоворот мыслей и страхов. Под его пальцами дрожь в её теле потихоньку стихала, сменяясь тяжелой, почти свинцовой расслабленностью. Прошло полчаса, возможно больше. Время в комнате текло по-другому — медленно и густо, как мед. — Ну, как? — наконец выдохнул Феликс, убирая руки. — Тяжело, — призналась Одри, не открывая глаз. — Но... тихо. В голове наконец-то тихо. Спасибо, Ликс. — Не за что, принцесса. Это моя работа. И... — он запнулся. — Моя обязанность. Она наконец открыла глаза и посмотрела на него. В его обычно веселых и беззаботных глазах она увидела ту же тревогу, что грызла её саму. — Ты тоже боишься, да? — тихо спросила она. — Не за себя, — он тут же ответил. — А за тебя. И за всех нас. Если то, о чем ты говоришь, правда... это меняет всё. Но об этом потом. Сейчас тебе капельницу поставлю, а то ты сегодня вымоталась. А потом уже спать. Феликс спокойно и уверенно поставил девушке капельницу и поправил одеяло. Его движение было таким же точным и заботливым, как и его врачебные манипуляции. — Помнишь, как в первый раз? — вдруг тихо спросил Феликс, глядя в окно на ночной город. Одри слабо улыбнулась уголком губ. — Как же забыть. Ты тогда чуть не упал в обморок, когда ставил мне катетер. Дрожали руки. — А ты сказала, что я криворукий кошкопёс, — он фыркнул. — Лучшее поощрение для начинающего медика. — Зато потом... потом у тебя получилось. И ты больше никогда не дрожал. — Потому что ты доверилась мне. Самой дрожащей твари в радиусе ста километров. — Он посмотрел на неё, и в его глазах была не только тревога, но и огромная благодарность. — Ты всегда нам доверяла. Даже когда у тебя не было на это сил. Вот и сейчас... доверься. Просто полежи. Мы справимся. Он снова взял её за руку, и на этот раз его пальцы сомкнулись вокруг её ладони в твёрдом, обещающем рукопожатии. — Останешься? — в голосе Одри снова прозвучала та самая девочка, которая боится темноты, когда капельница закончилась. — Куда я денусь? — Феликс снова устроился в кресле, закинув ногу на ногу. — Я тут посижу, почитаю. Спи. Я никуда не уйду. Если чудовища придут — я им всыплю. Одри слабо улыбнулась и, повернувшись на бок, уткнулась лицом в подушку. Дыхание её постепенно стало ровным и глубоким. На этот раз сон приходил не с огнем и скрежетом, а с тихим гулом и запахом лаванды. Феликс сидел в кресле и смотрел на спящую девушку, его лицо в полумраке было серьезным и сосредоточенным. Он не боролся с кошмарами. Он стоял на страже на границе между её миром и тем, что лежало за гранью. И в тишине ночи его дежурство было куда важнее любых слов. Первая половина ночи на удивление спокойно. Феликс даже задремал, сидя в кресле. Однако затем ситуация изменилась. Комната тонула в густой, почти осязаемой тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием. Внимание Феликса целиком принадлежало девушке, чье лицо искажалось гримасой ужаса даже во сне. — Нет... — вырвалось у неё сквозь сон, тихо и беспомощно. — Не подходи... Феликс молча подсел на край кровати, его движения были плавными и осторожными, чтобы не напугать её резкостью. — Одри, ты в безопасности. Это просто сон, — его голос был низким и успокаивающим, якорем в бушующем море её кошмара. Но она не слышала. Её пальцы вцепились в простыню, суставы побелели. — Так холодно... — её шепот был полон такого страха, что по коже Феликса пробежали мурашки. — Всё белое... и так горит... Он нахмурился. «Белое и горит». Это было ново. Ранее её кошмары были об огне и разрушении, но не о холоде. — Что горит, Одри? — мягко спросил он, его пальцы легли на её запястье, нащупывая пульс. Он был частым и неровным, как у загнанного зверька. — Всё... — её голос сорвался на сдавленный стон. — Всё горит... белым огнём... Они идут... Феликс почувствовал, как по её руке пробежала ледяная дрожь, хотя кожа была горячей. Противоречие было пугающим. Он закрыл глаза, сосредоточившись, пытаясь тонкими усилиями воли сгладить хаотичные всплески её энергии, унять бурю в её сознании. Внезапно Одри резко села на кровати. Её глаза были широко раскрыты, полные не осознания, а слепого ужаса. В них отражался не тусклый свет ночника, а какой-то иной, внутренний кошмар. Она смотрела прямо перед собой, но не видела ни Феликса, ни комнаты. — Они близко, — прошептала она, и в её голосе звеняще прозвучала абсолютная, недетерминированная уверенность. — Кто бы это ни был... они очень близко... Она медленно повернула голову к Феликсу, и в её синих глазах плескался страх. — Ликс, это не просто кошмар. Это предупреждение. Феликс не стал спорить. Он видел это слишком часто — её интуиция редко подводила. Вместо ответа он просто обнял её, прижав к себе. Она дрожала мелкой дрожью. — Кто? — тихо спросил он, глядя поверх её головы в темноту комнаты, которая внезапно показалась ему полной чужих глаз. — Я не знаю, — её голос был приглушен его плечом. — Только белый огонь и чувство, парализующего страха... Как будто я... добыча. Они сидели так несколько минут, пока дрожь наконец не стала стихать, сменяясь усталостью. — Спи, — снова сказал Феликс, укладывая её. — Я здесь... На этот раз его слова сработали. Одри кивнула, веки её тяжелели. Она боролась со сном, но тело всё равно взяло верх. Она снова погрузилась в забытье, но на этот раз её сон был легкими и безвидным. Феликс же остаток ночи провел рядом с девушкой на кровати, бережно охраняя её сон.