Коробочка с зефирками

      Взгляд лениво скользил по толпе, выискивая незнакомое лицо. Демон снова скрылся, но Джун знал, что этой ночью Он придет...       Джун Ким был идеальным дворянином: правил землями честно и справедливо, был умен, решителен, имел вес при дворе. Вассалы были счастливы служить ему, а король прислушивался к советам. Джун мог победить самого умелого рыцаря на турнире и одним взглядом очаровать прекрасных леди. Все восхищались им и никто не знал, что этот совершенный лорд был безумным. Личный демон преследовал его во снах а теперь и наяву.       Возвращаясь из успешного похода, Джун думал не о сытном ужине и мягкой кровати, а о том сколько дней пройдет прежде чем он окончательно сойдёт с ума? Что ждёт его потом: монастырь или темница?       – Милорд, я приготовил вашу спальню, ужин прикажете подать ваши покои или будете трапезничать со всеми? – голос личного слуги пробился сквозь тяжёлые думы.       – Спасибо...ээ..– Джун защёлкал пальцами.       – Джон Гук. Меня зовут Джон, милорд, – парень учтиво поклонился, алея щеками. Он восхищался лордом, но тот никак не мог запомнить его имя, это злило и огорчало юношу.       – Ну, конечно, Джон, – голос Джуна звучал устало – Я поем в покоях и лягу спать.       Слуга немедля скрылся, будто его и не было вовсе, а Джун по привычке сел за стол подводить итоги уходящего дня. Лорд по памяти знал сколько у него подданных до последнего человека, в его голове полочкам были «расставлены» крестьяне, горожане, ремесленники, торговцы, воины, лекари, слуги замка, духовенство. Он держал в уме количество голов скота, с закрытыми мог глазами нарисовать карту земель. При этом Джун не мог назвать имена слуг, затруднялся сказать, чем пах его отец, не помнил тепло рук матери. Детство, отрочество стёрлись из памяти, а дни сливались в единое полотно и не было им счета. Похожие, как близнецы, проходили месяцы, пока не появился Он.       Сны приходили все чаще, ярче, острее, а вот демон в них становился раздражительным и угрюмым. Он спрятал улыбку, кусал от досады губы и пытался что-то сказать, но из его рта не выходило ни звука. Чем больше приближался Джун, тем дальше становился демон, пока не исчез в горизонте.       Ритуалы, зелья, заклинания не помогли призвать сына диавола, лорд уже отчаялся увидеть его снова, как тот свалился на него в прямом смысле. Во время турнира демон на полном ходу внезапно появился на коне Джуна. Поводья прочь – руки на автомате сжали крепкое тело, ладони соскользнули вниз и упёрлись в седло. Лорд с ужасом увидел, что демон буквально застрял в коне. Джун отпрянул назад, потерял контроль и вылетел из седла, головой он приложился о камень и потерял сознание. Последнее, что он услышал, был густой хриплый смех. Очнулся Джун в своей кровати на следующей день, как ни в чем не бывало, только первый в его жизни шрам на виске напомнил о том, что видение было реальным.       Спустя неделю демон появился на вечерней трапезе. Быстрым шагом прошел сквозь зал лёгким движение откидывая дубовые столы. Стулья разлетались перед ним и застывали в воздухе, а люди вокруг словно окаменели. Секунда и вот уже демон на расстоянии вытянутой руки, смотрит жадно, тянется ладонью к ямочке на щеке и вдруг растворяется в воздухе еле выдохнув: «Жди».       Джун ждал. Всматривался в слуг, прохожих, видя в каждом черты демонского лика и не находя сходства. «Жди» появлялось на стенах спальни, в купальне замерзало каплями воды, буквы стекали камнями по мостовой и растворялись в воздухе.       – Ну давай, чего ты ждёшь? Хочешь боя? Давай, нападай, я готов! – голос Джуна эхом отразился о каменных стен. – Ты забрал мой разум, так забери теперь мою жизнь!       Джун упал на колени и склонил голову, сдаваясь на милость своему демону. Закрыв глаза, он смиренно просил о смерти, а ощутил лишь лёгкие прикосновения. Пальца распутывали колтуны, больно дёргали за волосы.       – Идиот. Вот придурок, – демонская речь звучала отрывисто и грубо: шипящие, рычащие, грубые звуки, но Джун понимал каждое слово.       Его потянули за рубашку вверх, вынуждая подняться. Джун с опаской посмотрел в лицо своему страху. Лицо было бледным, измученным и привычно-сердитым. Гладкие белоснежные пряди обрамляли фарфоровые скулы, бесцветные губы недовольно сжались в линию, но были манящими и нежными. С таким ликом могли быть только ангелы. Но если это ангел, то наверняка падший, ведь стоило только ему открыть рот, как из него посыпалась какая-то тарабарщина.       – Слушай внимательно, повторять нет времени! Ты должен вернуться как можно скорее. Через неделю тебя отключат от аппарата. Мы с ребятами пытаемся отсрочить, но ты, идиот, сам обещал свои органы науке. Я еле пробрался к тебе, если нас поймают за кражей образцов, то мы не сможем исправить баги, из тюрьмы сложновато, знаешь ли. Только представь, если это выйдет в тираж, будет катастрофа...       Джун не понял ни слова, он лишь смотрел, как кадык играет на шее, как вздымается грудная клетка, как глаза горят.       – Эй, ты меня понял?       Только Джун хотел открыть рот, как демон застыл, словно прислушался к чему-то.       – Мне пора...они идут. Возвращайся, пожалуйста, ты нам нужен. Ты мне нужен! Вспомни меня.       Демон обхватил лицо Джуна и прижался горячими губами. Он мягко и твердо ласкал, покусывал рот, словно наказывая, щекотал кончиком языка, жадно прижимался, выпивая по капельке жизнь. У Джуна перехватило дыхание, если это его смерть, то она прекрасна. Жертва готова отдать демону все свое дыхание, пусть только этот поцелуй длится вечно.       В темной спальне, в средневековом замке, в теле персонажа из компьютерной игры «Лорда Ким Джуна» проснулся главный разработчик VR-геймдев Ким Намджун.