Коробочка с зефирками

      Солнце, беспощадное солнце в этом идеальном, будто с картинки, поле. Хосок чувствовал, как по виску медленно стекает капля пота и прячется в складках шейного платка. Будь проклят тот момент, когда он решил приехать в это место! А все из-за милой кроличьей улыбки одного "вождя".       – Стоп! Снято! Остаются те, кто участвует в сцене погони, у остальных перерыв полчаса, – голос стаффа благой вестью разнёсся по площадке.       Большинство актеров и танцоров устало поплелись в сторону вагончиков с едой. Во времена AI и хромакея натуральные съёмки были настоящим искусством, по словам Ким Намджуна, или настоящим извращением, по мнению Мин Юнги. Хосок был согласен с последним. Вонючие лошади, пыль на зубах, противные насекомых и липнущая к спине рубашка. Кто вообще решил, что ковбои носили свитера? Хосок устал, ему было жарко, он ныл и готов был испепелить взглядом любого, кто встанет между ним и айс американо.       После первых глотков Хосок почувствовал себя человеком, свитер уже не так кололся, а шляпой можно было обмахнуться. Он медленно шел в павильон для съёмок ночных сцен, где в массовке должен был участвовать Чонгук. Именно он уговорил Хоби сниматься в этом клипе, да ещё и с ним напросился. Радостный вопль Гука долго звенел в ушах, когда Хосок сообщил ему о предложении сниматься.       «Это же RM и Suga, величайшие рэперы, музыкальные гении! И у них будет коллаба! Возьми меня с собой! Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...» Хосок не смог отказать, договорился об участии мелкого в роли «четвертого индейца в третьем ряду». И вот теперь этот «корейский Чингачгук» вприпрыжку скакал навстречу и громко звенел бусами на смуглой груди.       – О хён, ты уже закончил? –Чонгук внаглую присосался к трубочке и одним глотком осушил полстакана.       – Пока перерыв, а через полчаса продолжим здесь финальный танец.       – Класс, может мы в один кадр попадем? Я до сих пор не верю, что я здесь! Смотри я настоящий актер, мне нуна даже грим нанесла, – круглые глаза сияли агатами и Хосок не мог налюбоваться. – А ещё час назад я видел ЕГО!       Фанатская любовь Чонгука не напрягала, у каждого могут быть кумиры, примеры для подражания, люди на которых равняются. Ким Намджуном Гук восхищался, но любил он Хоби.       – Автограф хоть взял, фанаточка? – усмехнулся Хосок и заправил непослушную прядь за ушко.       Чонгук стыдливо опустил голову и пробормотал:       – Не смог. Он прошел мимо меня, улыбнулся и я забыл про все на свете! Мне кажется, я даже не дышал, все было как в тумане. Смотри, у меня ладошки до сих пор трясутся, – Чонгук положил ладони на грудь старшего и замолчал.       – Знаешь, хён, я тут подумал...– если Чонгук замурлыкал, значит будет просить. – Вы же танцоры все равно ближе общаетесь с артистами. Может бы ты возьмёшь автограф у RMа, ну ради меня?       Снова этот влажный взгляд и ласковое поглаживание по груди.       – У Шуги тоже брать? – обречённо вздохнул Хосок.       – Да, только не для меня, а для Чимина. Он помощник костюмера и пообещал, что сможет списать эти костюмы взамен на автограф.       Хоби недоуменно посмотрел на Чонгука. Тот соскользнул руками за спину и прижался к Хосоку, одной рукой ласково перебирая волосы на затылке, а другой поглаживая поясницу. Горячий шепот опалил ухо:       – Мы сможем забрать костюмы себе и поиграть дома в «ковбоев и индейцев». Хочешь объездить дикого мустанга?       Чонгук отстранился, в глазах разливалась тьма, Хосок сглотнул. Его всегда заводила способность его парня за секунду превращаться из нежного мальчика в горячего мужчину. Он смог лишь кинуть, получил лёгкий поцелуй в щеку и ещё несколько секунд залипал вслед уходящему Гуки.       Всё-таки идея принять участие в съемках оказалась не такой уж плохой.