Весь мир считает, что мы встречаемся

Всего лишь четыре угла комнаты (4) — Я же только что говорил тебе, что тут надо выглядеть более печальной. С таким выражением лица ты не похожа на девушку, у которой умер парень, а скорее на ту, что просто не выспалась. Давай ещё раз. Все уже заметили, что в последние дни настроение у Фэн Биня было неважное. Хотя он и не впадал в ярость, но терпения у него стало гораздо меньше, чем раньше, и он почти не шутил. В результате атмосфера на площадке оказалась куда более напряжённой, чем прежде. Вот и сейчас — из-за того, что у одной актрисы второго плана сцена никак не шла, он повторял одно и то же снова и снова, но от этого лучше не становилось. И Тяньшу в который раз включил экран телефона: время было уже девять вечера, и было очевидно, что съёмки сегодня идут совсем неудачно. Сидевшие рядом Цзянь Цзе и Хуан Тунтун выглядели словно побитые морозом баклажаны: вялые и без сил, даже телефоны в руки не брали. Хуан Тунтун вздохнула и уныло сказала: — Вот ведь правда, без брата дни становятся такими скучными. — Да, с твоим братом было куда веселее, — сказала Цзянь Цзе со сложным выражением лица. — Но боюсь, дело тут не только в этом… — А в чём тогда? Цзянь Цзе огляделась по сторонам, убедилась, что поблизости никого нет, и только тогда понизила голос: — Я слышала, как режиссёр разговаривал по телефону. Кажется, со стороны спонсоров возникли проблемы. — Опять проблемы? — Хуан Тунтун тут же оживилась. — Разве их недавно не решили? И Тяньшу тоже повернул голову и посмотрел на неё. — На этот раз всё куда серьёзнее. — … Неужели они собираются отозвать средства? — Хуан Тунтун широко раскрыла глаза. И Тяньшу нахмурился. Цзянь Цзе выдавила понимающую, горьковатую улыбку: — Похоже, в ближайшие пару дней это официально объявят. Только ты пока не распространяйся об этом. Хуан Тунтун тут же приложила руку к губам и сделала жест, будто застёгивает молнию: — Тогда… неужели съёмки будут приостановлены? Цзянь Цзе только покачала головой, показывая, что не знает. — Всего несколько дней назад брат повредил ногу, а теперь у съёмочной группы проблемы с финансами, — вздохнула Хуан Тунтун. — Что вообще происходит в последнее время? Сплошной ретроградный Меркурий*, что ли? *П.п. Ретроградный Меркурий — это популярный сленг: когда всё идёт наперекосяк. — Тяньшу, — Цзянь Цзе повернулась к нему, — не беспокойся слишком сильно. Пока можно будет снимать — будем снимать, а остальное не в нашей власти. Взгляд И Тяньшу слегка потемнел, он кивнул, показывая, что понял, и больше ничего не сказал. В тот вечер И Тяньшу так и не смог поиграть с Су Цзянем: съёмочный процесс шёл слишком медленно, и только ближе к полуночи он наконец смог вырваться с площадки. Проходя мимо номера Су Цзяня, он заметил, что дверь приоткрыта. Немного поколебавшись, он толкнул её и увидел, что Су Цзянь уже растянулся на кровати и спал, а по телевизору всё ещё шло какое-то неизвестное развлекательное шоу. Даже при том, что И Тяньшу двигался очень осторожно, Су Цзянь всё равно проснулся. Он сонно приподнялся, протёр глаза и чуть рассеянно спросил: — Брат И, вы наконец-то закончили съёмку? — Да, — И Тяньшу слегка кивнул. И тут Су Цзянь заметил странное выражение на его лице, и в тот же миг окончательно проснулся. Хотя он обычно любил подшучивать над И Тяньшу, называя его холодным и неприступным, на самом деле это было ради того, чтобы разговорить его. И Тяньшу, скорее, можно было бы назвать «мягким». Когда кто-то обращался к нему, он неизменно отвечал с лёгкой вежливой улыбкой. Но сейчас на лице И Тяньшу не было и следа улыбки. Всего лишь четыре угла комнаты (5) Су Цзянь поспешно вскочил с кровати, собираясь подойти, и только тогда И Тяньшу обернулся, закрыл дверь и сам подошёл, присев на край кровати. — Брат И, что случилось? — осторожно спросил Су Цзянь. Он повернул к нему голову и выдавил натянутую улыбку: — Съёмки «Партии»… могут быть приостановлены. Лицо Су Цзяня в тот же миг застыло, зрачки расширились: — Когда об этом стало известно? — Режиссёр Фэн пока ещё официально об этом не говорил. Это сестра Цзянь случайно подслушала. Спонсоры, похоже, собираются отозвать средства. Выражение лица Су Цзяня помрачнело. После короткой паузы он наконец произнёс: — … Неудивительно, что в последние дни режиссёр Фэн казался странным. Разве нельзя… попробовать заручиться поддержкой других спонсоров? — Не знаю, — И Тяньшу покачал головой. — Сестра Цзянь тоже пытается задействовать свои связи, чтобы как можно скорее выяснить, не найдётся ли компания, готовая вложиться. Некоторое время оба молчали, и воздух словно стал тяжелее. И Тяньшу тяжело вздохнул и повалился на кровать. Су Цзянь подал ему подушку, чтобы было удобнее. — У моей компании… есть хорошие ресурсы, но, к сожалению, я для них не в числе приоритетных артистов. Агент, закреплённый за мной, вообще не станет тратить силы на такие дела, — с досадой вздохнул Су Цзянь. — Твой агент… разве не Хуан Тунтун? — удивился И Тяньшу. Су Цзянь повернулся и посмотрел на него: — Она скорее мой ассистент. Изначально она стажировалась у моего агента, но, видимо, та решила, что мне уже никогда не пробиться, и просто бросила меня. Оставила со мной только что пришедшую Хуан Тунтун, а сама посвятила все свои силы более перспективным звёздам. За окном мерцали неоновые огни, разливая пёстрое сияние и добавляя каплю оживленности в тишину ночи. И Тяньшу, выслушав, вздохнул и похлопал Су Цзяня по плечу в знак поддержки. Что уж тут говорить — это чувство ему было слишком хорошо знакомо. Су Цзянь тоже кое-что знал о его положении. Если разобраться, то у И Тяньшу дела обстояли даже тяжелее, чем у него самого. У него был контракт с большой компанией, и пусть он не стал звездой, но за несколько лет после дебюта всё же сыграл несколько серьёзных ролей. А вот, насколько ему было известно, компания И Тяньшу не располагала большими ресурсами. Он протянул руку, и они пожали друг другу ладони. Встретившись взглядом, оба улыбнулись — с оттенком горечи, но и с лёгкой усмешкой. Когда в окно ворвался порыв прохладного ветра, И Тяньшу вздрогнул и невольно съёжился. Увидев это, Су Цзянь улыбнулся и сказал: — Ложись под одеяло, так будет теплее. — Но… я же ещё не купался. — Ты и так тут уже долгое время валяешься. Какая разница, купался или нет? — усмехнулся Су Цзянь, приподнимая угол одеяла. — Давай, залезай. Мы ведь парни, незачем так заморачиваться. В итоге И Тяньшу послушно забрался под одеяло, а подушку, на которой лежал, подложил себе под спину.