Весь мир считает, что мы встречаемся

Он и сам не знал, почему (6) Вечером, только что закончив принимать душ и ещё не успев одеться, Су Цзянь услышал стук в дверь, поэтому ему пришлось впопыхах накинуть пижаму. В результате, стоило открыть дверь, как он увидел И Тяньшу, стоявшего снаружи и державшего что-то в руках. — Брат И? Пришёл репетировать, да? Су Цзянь небрежно распахнул дверь, повернулся, взял с чайного столика сценарий и повалился на диван. — Я подумал, что это Хуан Тунтун, и так испугался, что поспешно натянул одежду. Если бы я знал, что это ты, я бы просто обмотался полотенцем. Совсем измучился. И Тяньшу сначала осмотрелся по сторонам, а затем, чувствуя некоторую скованность, присел. — Сегодня… я видел, что ты, похоже, сильно упал. И как раз в холодильнике в моём номере оказалось немного льда. Ты… можешь приложить его. Су Цзянь уже смотрел сценарий, но, услышав эти слова, тут же с удивлением повернул голову и посмотрел на него. Затем он перевёл взгляд на лёд в пластиковом пакете, который И Тяньшу положил на чайный столик. Его взгляд несколько раз метнулся туда-сюда, и он даже не знал, что сказать. — Я вот… в «Байду» посмотрел, — продолжил И Тяньшу. — В первые двадцать четыре часа лучше прикладывать холодный компресс, чтобы предотвратить распространение кровоподтёка, а после сорока восьми часов уже нужно делать тёплые компрессы, чтобы он рассосался. Су Цзянь всё так же молчал, глядя, словно оцепенев. — Ну… если всё в порядке, я тогда пойду, — И Тяньшу, казалось, немного растерялся. Сказав это, он тут же встал, собираясь уйти. — Брат И! Су Цзянь поспешно вскочил с дивана и схватил его за руку. — Раз уж ты пришёл, зачем так торопиться обратно? Мне как раз одному скучно. Побудь со мной, ладно? Так они и застыли на несколько секунд, и лишь потом И Тяньшу снова сел на прежнее место, слегка поджав губы. Су Цзянь лишь увидев, что он сел, едва заметно с облегчением выдохнул. Только что он и правда был немного удивлён, так что на мгновение даже не знал, как отреагировать. И Тяньшу производил впечатление… растения, которое может расти только в горах. Тихий, незаметный. Случайно проходя мимо, ты можешь быть привлечён его красотой. Тогда ты на мгновение остановишься, чтобы издали полюбоваться. Но мысль о том, чтобы забрать его домой и поставить на письменный стол, у тебя не возникнет. Это можно подытожить более распространённой поэтической строкой: «Созерцать можно его издали, но нельзя забавляться им запросто». Проще говоря, это ощущение дистанции, без приземлённости. Подумав об этом, Су Цзянь немного проникся чувствами: а вдруг цветок на высоком утёсе и сам вовсе не хотел расти на краю пропасти? — Брат И, скажи, ты ведь и так уже вырос таким красивым, зачем ещё при этом тебе быть таким заботливым и нежным? Совсем нам, мужчинам, шансов не оставляешь, — сказал Су Цзянь с некоторым преувеличением. — Будь я девушкой, я бы точно в тебя влюбился. Услышав это, И Тяньшу наконец расплылся в улыбке: — Опять ты за своё. — Что значит «опять за своё»? Я ведь от чистого сердца, правда. Хотя в его тоне и звучало некоторое преувеличение, в сердце он действительно был тронут. Днём, когда он упал во время съёмок, он и сам не придал этому значения, но И Тяньшу это заметил и даже специально принёс лёд. Такая забота в наши дни встречается довольно редко. Хотя Су Цзянь уже давно умел свободно вертеться среди самых разных людей, столкнувшись с такой прямой и искренней заботой, он всё же немного растерялся и на какое-то время не знал, как реагировать. В конце концов, взрослый мир переполнен льстивыми речами, а вот искренность как раз труднее всего встретить. Су Цзянь, продолжая говорить, закатал левую штанину, и на колене, как и следовало ожидать, уже виднелся синяк, а само оно слегка распухло. Увидев, как он приложил лёд к ноге, И Тяньшу слегка нахмурился и сказал: — Почему ты днём не сказал, что так сильно ушибся? Если бы сразу приложил лед, состояние было бы куда лучше, чем сейчас. Су Цзянь беспечно махнул рукой: — Тогда все ждали начала съёмки, я же не мог заставить всю съёмочную группу ждать одного меня. На самом деле ничего серьёзного, просто выглядит страшно, через пару дней всё пройдёт. И Тяньшу ничего не ответил. Так они и сидели: один лишь молча смотрел, другой молча прикладывал лёд. Лишь спустя довольно долгое время Су Цзянь заговорил снова, и тон его был куда серьёзнее, чем прежде. — Но если честно… спасибо. Услышав это, И Тяньшу на мгновение опешил, а затем слегка улыбнулся. Тихо (1) На следующий день, за исключением ночных сцен, съёмка проходила в спортзале. Когда И Тяньшу появился на съёмочной площадке, Су Цзянь уже развалился на диване в зоне отдыха спортзала и читал сценарий. Он как раз дошёл до сцены, где Цинь Шань приходит в спортзал поговорить со свидетелем и случайно сталкивается с Лу Суем, и потому невольно выпалил реплику: — Какое совпадение, учитель Лу, куда бы я ни пошёл, везде вас встречаю. И Тяньшу лишь на миг опешил, но тут же пришёл в себя, и приподнял бровь: — Офицер Цинь пришёл сюда тренироваться или расследовать дело? — А ты угадай. Он продолжил играть: — Я теряюсь в догадках. Но на этот раз, будь то тренировка или расследование, это ведь не имеет ко мне отношения, верно? — Учитель Лу, эти слова и правда звучат чересчур безжалостно. Я думал, что после всех трудностей, которые мы пережили в прошлый раз, нас теперь можно считать друзьями. И Тяньшу уже собирался подхватить следующую реплику, когда на площадку пришёл режиссёр Фэн, неся несколько больших пакетов с соевым молоком и жареными палочками ютяо. — Ого, уже репетируете? Су Цзянь и И Тяньшу одновременно обернулись, и Фэн Бинь тут же сделал жест молчания: — Вы продолжайте. — Мы просто шутили, — улыбнулся Су Цзянь. И Тяньшу сел рядом с Су Цзянем и зевнул. Заметив его сонный вид, Су Цзянь спросил: — Плохо спал прошлой ночью? И Тяньшу кивнул: — Вчера у меня была небольшая бессонница. Су Цзянь прошлой ночью, напротив, спал довольно хорошо. После того как И Тяньшу принёс ему лёд и ушёл, он лежал в постели, сумбурно вспоминая своё первое впечатление о нём неделю назад. Тогда он и представить себе не мог, что однажды тот принесёт ему лёд, и более того, что это «однажды» настанет так скоро. А дальше и не заметил, как провалился в сон. Он немного подумал и спросил: — Это потому, что ты никак не можешь привыкнуть к кровати в отеле? Сидевший рядом человек потер виски: — Нет, я не особо требователен к кровати. Просто в последнее время машин, кажется, слишком много. Как только хочу лечь спать — машины гудят без конца, а как поток редеет, я уже никак не могу уснуть. Отель, где разместилась их съёмочная группа, находился прямо у главной магистрали, движение там и правда было оживлённым. Особенно в часы пик сигналы раздавались буквально отовсюду. — У меня тоже сон не слишком крепкий, поэтому куда бы я ни ехал, всегда беру с собой несколько пар берушей, — с самодовольным видом сказал Су Цзянь. — А бренд, которым я пользуюсь в последнее время, лично проверен мной: и шумоизоляция отличная, и удобство на высоте. Хочешь, когда вернёмся вечером в отель, я дам тебе пару? — Тогда заранее спасибо, — улыбнулся И Тяньшу. — Не за что. П.п. Строка, цитируемая в самом начале из эссе в прозе «Люблю лотос» Чжоу Дуньи в переводе Щуцкого Ю.К. Среди цветов на суше и в воде очень много, достойных любви. Цзиньский поэт Тао Юань-мин в своем одиночестве любил хризантему; Начиная с династии Тан фамилии Ли, люди очень любили пион; я же один люблю лотос, - как он выходит из ила, но им не запачкан; как, купаясь на чистой ряби, он не обольщает. Внутри он раскрыт, внешне он прост, он не вьется и не ветвится; запах его - чем дальше, тем чище; совершенно прямым и чистым растет он; созерцать можно его издали, но нельзя забавляться им запросто. Так скажу я: среди цветов хризантема - отшельник; пион - богатей; лотос - рыцарь. О! после Тао редко кто славился любовью к хризантеме. В любви к лотосу кто может сравниться со мной? Любовь же к пиону - пусть будет уделом толпы!