История болезни | Case file compendium

Это был первый раз, когда Хэ Юй напрямую общался с подчиненными Дуань Вэня. Большой белый корабль медленно приблизился к кораблю Хэ Юя, и после взаимного подтверждения корабль остановился, и был проложен трап, успешно соединивший два судна. Люди Дуань Вэня вышли из корабля. Их было не так много, едва ли дюжина, и все они выглядели очень привлекательно. Все они были одеты в такие же красные платья, как у Цзян Липин, и, как сказал помощник, на них были серебряные маски с капюшонами, поэтому их лица не были хорошо видны. Как только женщина, возглавлявшая группу, заговорила, Хэ Юй понял, что представляет собой так называемая «система масок». Голос женщины, пропущенный через маску, был полностью искажен, из-за чего невозможно было услышать оригинальный голос; он звучал механически. «Мы здесь, чтобы перевезти груз, согласно указаниям господина Дуана», — женщина в красном была немногословна, не было даже вежливого приветствия, и она сразу перешла к делу: «Пожалуйста, отведите меня на грузовой склад». Хэ Юй ответил: «Тогда, пожалуйста, поторопитесь. Госпожа Люй сказала, что этот груз важен для господина Дуана и срочно нужен австралийскому рынку, поэтому ничего не должно пойти не так. Но чуть больше десяти минут назад наше спутниковое положение стало известно полиции, и они скоро придут за нами, так что вам нужно забрать товар и быстро уходить». Женщина в красном сохраняла спокойствие и сказала: «Понятно». Вместе с Хэ Юем она направилась на склад, за ней последовала ее свита. Проверив все своими приборами, свита как можно быстрее приступила к погрузке товара. Эти люди были ветеранами контрабанды и торговли, и, несмотря на то, что они знали, что скоро прибудет морская полиция и криминалисты, преследующие их, они были организованы и методичны, и нисколько не нарушили своего строя. «Дуань Вэнь верил, что я не буду держать зла за прошлое, и я оправдал его ожидания» — когда они почти вывезли товар, оставив лишь несколько последних коробок, Хэ Юй обратился к женщине в красном, которая возглавляла группу в ожидании, со словами: «Так что, пожалуйста, не забывайте, что вы обещали мне, когда получили товар». Женщина в красном кивнула: «Господин Дуань всегда был верен своему слову, и вы уже приняли с ним это решение, так что он обязательно поможет вам разработать лекарство…» Не успела она закончить фразу, как снаружи раздался взрыв! Сразу же после этого вбежал один из членов экипажа с грязным лицом и дрожащими ногами, одной рукой указывая на дверь, а другой в панике крича: «Босс Хэ! Снаружи! За нами… гонятся, гонятся…» Он был так напуган, что не смог закончить фразу, и, тяжело сглотнув, резко сказал: «Преследователи!» Хэ Юй и женщина в красном посмотрели друг на друга и быстро сказали: «Пойдемте со мной к задней двери склада!» Действительно, снаружи полиция уже преследовала их. Офицеры разделились на две группы, одна из которых преследовала корабль с острова Мандела — судно уже закончило погрузку и подняло якорь, видимо, его модифицировали следователи из организации Дуань Вэня. Он был очень быстр и взял на себя инициативу напасть на преследующих их офицеров; выстрелы один за другим начали раздаваться в море. Бах! Бах, бах! Корабль с острова Мандела стремительно прорывался через полицейские силы и атаковал, не обращая внимания на человеческие жизни. За несколько мгновений Хэ Юй успел увидеть, как несколько офицеров морской полиции, находившихся на борту катера преследования, были подстрелены кораблем острова Мандела и с треском упали в море. Корабль береговой охраны, ведущий борьбу с контрабандой, мчался вперед, свисток на мачте свистел и вращался. Весь корабль, словно гигантский кит, словно чудовище, появившееся из волн, с оглушительным плеском устремился к ним. Лодка Хэ Юя и сопровождающая ее лодка не сдавались, и их лодка и лодка с острова Мандела понеслись в разные стороны, а через мгновение большой корабль уже рассекал волны и воду. Среди бурных течений и брызг серебристой пены он посмотрел в сторону преследующего их судна против контрабандистов. Расстояние между ними и лодкой все еще оставалось небольшим. Он поправил бинокль и увидел, что морская полиция установила на катере пулеметы. Офицеры флота держали в руках специальный навигационный громкоговоритель, и, крича через него, громкий звук пробивался сквозь огромные волны и достигал их лодки. «Внимание лодкам впереди, внимание лодкам впереди, немедленно остановите лодку для проверки! Немедленно остановите лодку для проверки! Не сопротивляйтесь! Не применять оружие на борту! Не сопротивляйтесь! В противном случае, вы будете нести все последствия на свой страх и риск! Иначе все последствия вы будете нести на свой страх и риск!» Люди на этой лодке были теми, кто следил за Люй Чжишу в бизнесе на черном рынке, то есть, говоря прямо, они были вне закона. У них были свои механизмы, чтобы справиться с этой ситуацией, а не следовать приказам Хэ Юя, который впервые плыл с ними. Капитан знал, что в случае поимки морской полицией его приговорят к двадцати годам, а то и к смерти, поэтому, приказав команде двигаться с бешеной скоростью, он велел им быть готовыми к столкновению на море в любой момент. Бах! Он не знал, кто выстрелил первым, но стрельба, которая немного утихла, снова начала усиливаться, на этот раз противостояние было гораздо серьезнее, чем первые предупредительные выстрелы, пули были выпущены прямо в сторону лодки, стальные и железные пластины шумели от ударов. Хэ Юй выругался под нос и попытался связаться с человеком в капитанской рубке с помощью микрофона, прикрепленного к лацкану, но в тот момент обстановка была настолько хаотичной, что капитана это уже не волновало. Женщина в красном выругалась: «Что за кучка безрассудных дураков». Что за группа разбойников, которые не могут быть безрассудными? Вражеский катер взял на себя инициативу нападения, и морская полиция не могла не защищаться. Он видел, что лодка с острова Мандела все больше и больше отстает от преследующего ее полицейского катера, но его лодка все еще была зажата в ловушке ожесточенной схватки с морской полицией, и у него возникло смутное чувство. И тут… Бах!!! Внезапно раздался сильный толчок, и судно, двигавшееся на полной скорости, резко остановилось. Хэ Юй понял, что в капитанской рубке что-то случилось: либо капитана ударили, либо разрушилось управление. С самого начала их судно не было похоже на судно острова Мандела, так как выходило из национального порта, и хотя Люй Чжишу внесла некоторые изменения, они не могли быть очень явными или чрезмерными, так как как такое судно могло справиться с мощным оружием судна морской полиции по борьбе с контрабандой? Лодка резко остановилась, стрельба на борту усилилась. Некоторые мужчины стали сражаться насмерть, другие, более трусливые, прыгали за борт в отчаянной попытке спастись. Стрельба по судну и пытавшимся покинуть его людям усилила огонь морской полиции, и по мере сближения лодок дождь пуль со всех четырех сторон стал реальностью, а пули начали бешено свистеть вокруг них. Хэ Юй и женщина в красном искали место, где можно спрятаться от холодных пуль, и слышали, как неподалеку бежит и стреляет член экипажа, орудуя автоматом и открывая дикий огонь по патрульным катерам, неистово крича: «Умри… умри! Черт, я не позволю им поймать меня, даже если умру!» Вероятно, потому, что Бог наблюдал за битвой, и, словно в насмешку над ним, как только он закончил говорить эти слова, пуля попала ему прямо в грудь! «Ах!» — приспешник сильно затрясся, из него брызнула кровь, и он резко упал назад. В бандита было выпущено больше одной пули, и Хэ Юй с женщиной в красном, находившиеся рядом с ним, резко пригнулись к земле и укрылись, чтобы защититься от пуль. Бах, бах, бах! Пули ударились о толстую армированную сталь и железные пластины. Двое едва спаслись от нападения, женщина в красном встала и собиралась бежать дальше, но не знала, куда идти. Лицо Хэ Юя побледнело, выражение его лица почему-то стало уродливым, он задыхался и сказал женщине в красном: «Иди в заднюю часть, там есть спасательная шлюпка». Женщина в красном сказала: «Не хотите ли вы сбежать со мной? Вы уже сделали достаточно, чтобы доказать, что приняли правильное решение. Вы можете вернуться на остров Мандела вместе со мной, и я честно расскажу господину Дуану всю историю. Он не будет с вами плохо обращаться». Хэ Юй ответил: «В этом трюме еще есть товар, и я должен его ликвидировать. Если этот груз попадет в руки морской полиции, как вы думаете, насколько Дуань Вэнь будет уверен в том, что я сделал это не нарочно?» Женщина в красном: «…» Корабль полиции Парина подходил все ближе и ближе, а команда продолжала упорно сопротивляться, бой становился все жарче, и могла начаться вторая волна беспорядочного обстрела. У женщины в красном не было выбора. Постояв на месте несколько секунд, она выругалась под нос и направилась в противоположную сторону, к корме корабля, чтобы начать спуск к быстроходному спасательному судну. Когда она ушла, Хэ Юй медленно поднялся, держась за перила, но ноги его шатались. Тик… Упала капля крови. Тик, тик. Прерывисто. Капли крови падали. В него попала шальная пуля!!! Как и в случае с разбойником, шрапнель, попавшая в лодку, пробила плоть Хэ Юя и пронзила его легкие. Хэ Юй стиснул зубы, закрыл рану и медленно, с бледным лицом, пошел обратно в трюм большой лодки. Корабль полностью остановился, почти наверняка все ключевые станции управления были уничтожены. Хэ Юй слышал испуганные стоны и неистовые проклятия некоторых людей снаружи, запах серы и азотного дыма, наполнявший море, а также огромное количество ужаса, наполнявшего воздух. Но атмосфера не повлияла на него. Оставшись один, он медленно прошел в каюту. По обеим сторонам высились ряды стеллажей, высотой до самой бездны, а Хэ Юй находился в самом центре склада, и лишь несколько лучей света пробивались из отверстий в потолке перед ним. Он закрыл глаза, и в этом людном месте его взгляд приобрел совсем другое, спокойное выражение. Спокойный, он даже казался безумцем. Хэ Юй шел, пока не дошел до последнего оставшегося груза, перевел дух и сел на контейнер. Его руки постоянно дрожали, когда он медленно достал свой мобильный телефон и включил экран, на котором все еще отображалось последнее сообщение, отправленное Се Цинчэном, на которое он не ответил. Глаза Хэ Юя были красными, он почти смеялся про себя, с презрением глядя на слова… В этом плане почти ничего не пошло не так. За исключением сообщения, на которое нормальный человек не стал бы отвечать, а он ответил, тем самым преждевременно раскрыв свое положение. Снаружи стрельба становилась все интенсивнее и постепенно снова перешла в беспорядочную. Хэ Юй услышал крик диктора: «Всем оставшимся в живых на борту бросить оружие и выйти на палубу! Все, кто будет сопротивляться и прыгать за борт, чтобы спастись, будут убиты. Повторяю, всем выжившим на борту…» Хэ Юй отложил телефон в сторону и поднял голову: сквозь пулевые отверстия на него падал солнечный свет. Он почувствовал боль. Но страшнее боли были холод и оцепенение. Хэ Юй чувствовал себя человеком, брошенным миром, трупом, опустившимся на дно моря и постепенно превращающимся в лед… Все было кончено. Полиция нашла и преследовала корабль Дуань Вэня… скоро все закончится, и никто больше никогда не вспомнит о нем. Он собирался умереть… Хэ Юй медленно дышал, пропуская сладкий воздух через легкие: минута… две минуты..... Он умирал… если бы только… только… И вдруг в этот момент! Его телефон завибрировал и зазвонил! Мелодичная песня появилась, как последняя шлюпка, отправившаяся на поиски и спасение «Титаника», мгновенно пронзив темноту мира и подарив проблеск света. «Каждую ночь в своих снах я вижу тебя…» Вздрогнув, словно прикоснувшись к айсбергу, Хэ Юй испуганно распахнул глаза, и мышцы его щек напряглись, когда он взглянул на экран. На экране входящего вызова неожиданно появился номер Се Цинчэна… Он слегка вздрогнул, зажимая рану, не отвечая, и так как он не отвечал, телефон продолжал звонить. Один раз… Снова… Снова и снова… «Так мы останемся навсегда, ты в безопасности в моем сердце…» Хэ Юй посмотрел на телефон, и его зрение постепенно затуманилось, и только через некоторое время он понял, что на самом деле плачет, и не успел он опомниться, как слезы уже потекли по его лицу. Его плечи неистово тряслись под трагическую песню, а перед глазами словно промелькнули сцены из прошлого… Когда он сопровождал Се Цинчэна в затопленном трюме. Се Цинчэн, целующий его в огненном море. Когда Се Цинчэн молча наблюдал за ним из-за пара горячего котла. Когда Се Цинчэн сказал ему: «Хэ Юй, с днем рождения». «…» «Хэ Юй, с днем рождения». Хэ Юй держался за рану, он плакал и выглядел уродливо. К счастью, он был единственным в этом месте, поэтому никто не мог его видеть. Он не знал, сколько раз прозвенел рингтон, прежде чем затихнуть. Через некоторое время появилось сообщение. Хэ Юй, наконец, заколебался и со слезами на лице медленно протянул руку… Не успел палец коснуться экрана, как на телефон упала ярко-красная капля, попав на имя человека, отправившего сообщение. Это была кровь. Хэ Юй задохнулся и резко схватил телефон, пытаясь стереть кровавое пятно, но когда он схватил его рукой, весь телефон еще больше пропитался кровью. Флуоресцентный свет от телефона осветил его, показав большие лужи крови, которые были плохо видны на его черной одежде. Он провел дрожащими пальцами по экрану во второй раз, наконец разблокировал его и нажал на окно чата Се Цинчэна. Это был Се Цинчэн, который снова написала ему сообщение. Се Цинчэн написал: «Скажи мне, если у тебя возникнут трудности, не сопротивляйся, больше не делай ничего подобного. Хэ Юй, надеюсь, ты сможешь вернуться». «…» Хэ Юй уставился на слова «Надеюсь, ты вернешься», и в этот момент ему захотелось закричать от оцепенения. Он вдруг почувствовал себя таким обиженным, слишком обиженным… На самом деле ему было всего двадцать лет… В то время как другие мальчики играли в общежитиях колледжа и посещали занятия, ему приходилось сталкиваться с подобными вещами… Он не мог быть капризным или безрассудным, казалось, что у него есть все, но на самом деле у него не было никакой силы… В этот момент ему очень хотелось разрыдаться, как обычному ребенку, но независимо от того, плакал он или нет, он больше не мог издать ни одного громкого звука, каждый его вздох напоминал сломанный мехи, едва растягивающиеся. Он задыхался… Он так ненавидел Се Цинчэна за то, что тот солгал ему, Се Цинчэн так легко ополчился против него! Се Цинчэн знал, что Хэ Юй любит его, знал, что откроет обратную шкалу, которая убьёт его, если к ней прикоснуться, поэтому он действительно пошёл на эту шкалу…! Да… Он не мог сдержать слез, глядя на кровавые слова на экране. Даже Се Цинчэн не совсем отказался от него… Се Цинчэн снова и снова звонил ему, говорил, что хочет, чтобы он вернулся… И вот теперь то, что он должен был сделать, наконец-то свершилось, хотя… Хэ Юй опустил голову и посмотрел на горячую кровь, все еще текущую из его живота, эта горячая кровь словно напоминала ему, что он не должен отказываться от своего шанса на жизнь… «Не заканчивай так, не сдавайся…» «Этот человек… он, должно быть, все еще заботится о тебе…» «Должно быть, он все еще ждет, когда ты расскажешь ему всю правду, он должен…» Телефон снова зазвонил, это был номер Се Цинчэна. Слезы снова потекли из глаз Хэ Юя, и сильное желание жить вспыхнуло в нем, как расплавленная лава, всколыхнув постепенно мутнеющий разум. Ворча, как раненый щенок, он протянул руку и дрожащими пальцами нажал на кнопку ответа… «Хэ Юй!» — голос Се Цинчэна вырвался из динамика и достиг уха Хэ Юя. «Неужели… ты…» Он схватил телефон, словно крепко держал Се Цинчэна за руку, и тихонько позвал его хриплым, прерывистым тоном: «Се Ге…» Голос Се Цинчэна даже немного исказился от гнева, напряжения и неясных эмоций: «Где ты, черт возьми, находишься? Убирайся оттуда! Ты совсем запутался. Ты…!» Хэ Юй открыл рот и уже собирался попросить о помощи… Бах! Дверь склада внезапно распахнулась. Снаружи засиял ослепительный свет. В дверь ворвалась группа поиска и захвата, состоящая из морской полиции, криминальной полиции Гуанчжоу и военно-морского флота, и все черное оружие было направлено на Хэ Юя. «Не двигаться!» «Руки вверх! Бросьте оружие!» Хэ Юю было все равно, у него не было с собой никакого смертоносного оружия, и он не собирался сопротивляться. Он знал, что они не станут стрелять в него на месте, поэтому ждал, когда они подойдут и заберут его… Да. Он собирался приложить все усилия, чтобы вернуться живым… Ему еще многое нужно было сказать Се Цинчэну. Он все еще хранил в себе зарытую правду, он хотел выжить, а потом попытаться рассказать ее всем. Он… Он поднял голову и увидел среди детективов знакомую фигуру. На мгновение Хэ Юй был ошеломлен. Горячая кровь в его теле и расплавленный поток в нем, казалось, мгновенно остыли, а нараставшее мужество и желание жить, казалось, в одно мгновение рассеялись. У Хэ Юя зазвенело в ушах, а глаза на мгновение затуманились. Казалось, он вдруг понял, почему Се Цинчэн готов передать свой телефон в полицию и почему использует свою глубокую любовь, чтобы обмануть его ложью, в которую поверит только он один. Это было так глупо… Он только что увидел сообщение Се Цинчэна и вообразил, что Се Цинчэн все еще заботится о нем, подумал, что, возможно, у него не было другого выбора, что, возможно, его заставили это сделать! Он подумал, что Се Цинчэн мог сделать это для него. Пока он не увидел полицейского, который участвовал в этом задании… Чэнь. Янь. Чэнь Янь! Чэнь Янь был там, возглавляя команду, которая собиралась его арестовать… Се Цинчэн… чтобы защитить его… В итоге Се Цинчэн сделал это за него!!! Разве не так? Это было как заноза. Глаза Хэ Юя были красными, как кровь… он смотрел на этого человека… на этого человека… так ярко. У него был блестящий значок, товарищи сражались бок о бок, он достойно стоял под солнечными лучами, добиваясь справедливости, и все же мог стоять так уверенно… Такого не было у Хэ Юя. Он очень завидовал. Он… так завидовал! Чэнь Мань посмотрел на Хэ Юя, увидел сквозь прицел пистолета, как взгляд Хэ Юя пронзил его прямо, как волк, как тигр, как леопард; в отличие от человека, уголки его окровавленного рта расцвели от прикосновения крайнего холода и безумия, крайне болезненного и жалкого. «Хаха… хахаха» — Хэ Юй посмотрел на небо, звук был несколько тихим, у него больше не было сил, но это не помешало ему выпустить свое безумие: «Хахахахаха…!!!» «Хэ Юй? Хэ Юй, что случилось? Что здесь происходит? Ты…» — раздался голос Се Цинчэна из телефона. Хэ Юй закрыл глаза и стиснул задние зубы с такой силой, что чуть не сломал их. Он резко отмахнулся от этого безумия и взял на себя инициативу завершить последний телефонный разговор с Се Цинчэн. Лжец… Лжец! Он не хотел больше ничего слышать… Он не хотел больше ничего слышать! Хэ Юй медленно поднял голову, его глаза были похожи на глаза призрака и волка, и он пристально смотрел на всех. На этом задании погибло несколько полицейских, и Чэнь Мань был крайне огорчен и зол. Гнев был вызван уже не личными, а общественными причинами. «Хэ Юй, ты думаешь, что делаешь что-то хорошее… ты ублюдок…!» Собрав последние остатки безумия, Хэ Юй заставил себя медленно встать. «Правда, насколько важна была правда? И насколько важно, чтобы он держал это при себе?» Он протянул руки, его глаза были полны высокомерия, гордости, безумия и боли. «Я сделал все это, что плохого в том, что я встал на сторону своей семьи?.. убей меня». «…» «Лучше, если это будешь ты, офицер Чэнь, застрели меня сам». Рука Чэнь Маня легла на курок, он так ненавидел его… Ему очень хотелось убить Хэ Юя одним выстрелом… Он хотел убить его, увидеть брызги его крови, дать ему умереть немедленно! Но как он мог выстрелить в человека, который был явно ранен, умирал и не держал в руках никакого оружия? Но как он мог…? Раздалось жужжание… Чэнь Мань не знал, была ли его ненависть слишком сильной, но в ушах у него, казалось, стоял тонкий гул крови, а глаза внезапно потемнели, как будто что-то отбросило глубокую тень. Бум! Внезапно раздался оглушительный взрыв! Чэнь Мань открыл глаза и резко поднял голову. Нет! Тени и жужжание не были галлюцинациями! Человеческое лицо Чэнь Маня в недоумении смотрело на происходящее перед ним… перед глазами все потемнело, а кровь мгновенно остыла… Шок длился всего мгновение. Что происходит?.. Как это могло произойти?! Как? Бум! Плотная тьма была подобна оползню, а огонь вырвался наружу! Ярко-красный цвет крови и тьма смерти смешались, и мир внезапно погрузился в полный хаос… Автору есть что сказать: Пересмотрим новеллу «История болезни», обновления были такими… Праздник середины осени: Хэ Юй получил пулю. Гл. 42. В Национальный день Китая: Се Гэ был открытым бутоном. Гл. 53. В канун Нового года по лунному календарю: Социальная смерть двоих. Гл. 178. День святого Валентина: Совершенно душераздирающая. Гл. 187. Фестиваль фонарей: … Кхм, Фестиваль Фонарей уже завтра, так что спойлеров давать не буду… спасибо тем, кто меня еще не отругал… однако, самое возмутительное, что в этих обновлениях я не рассчитала время и все они фактически совпадают с праздником… Господин Хэ, Се Гэ, что за физика у вас двоих…? Хотите поразмышлять о себе…?