Голос чарующего мая

      Новый день начался как обычно. Коля вернулся в семь утра со смены, сдал костюм и сразу же завалился спать, решив заглянуть в душевую уже после пробуждения.       Совсем скоро будет три месяца, как он находится здесь, и время будто бежит слишком быстро. Раньше факт того, что время идёт - медленно или быстро, но все же идёт - не пугал парня, а сейчас он просыпается вечером в понедельник, а потом моргает и уже выходные, в которые он позволяет себе выпить чуть больше и вести себя более развязно. Время идёт так быстро, что Коля боится. Ему становится тревожно каждый раз, когда очередная неделя пролетает слишком незаметно. Из-за того, что в какой-то момент он принял важное решение не думать о времени, а просто работать и быстрее выбираться из «Огня», Соколов чуть не пропустил собственный день рождения.       Вернувшись из прачечной и попрощавшись с охранником, Коля завалился на кровать лицом в подушку, мучительно выдыхая прямо в белую наволочку. Он погружается в сон ещё до того, как парни приходят со смены и протаскивают в комнату маленькое пирожное.

***

      7:56 a.m.       — Я честно не понимаю, зачем вам личные дела этих отбросов.       Альберт хмуро оглядывает своего начальника и тяжело вздыхает. Когда старший по должности, но не по возрасту, приглашает его к себе, на душе ощущается лишь мерзкое вязкое чувство, которому сам мужчина не может дать названия. Зависть? Да нет, бред.       Владимир же не обращает никакого внимания на слова другого мужчины и спокойно ищет нужную папку. Мог бы и вовсе прогнать Альберта Михайловича за дверь, но только вот уважение не позволяет. Всё же, этот человек, после неожиданной смерти отца, находился рядом и помогал привыкнуть к новой должности. Такое ощущение, будто Безруков теперь по гроб жизни обязан этому человеку за его терпение и неравнодушие.       «Вот оно…»       Аккуратно откинув обложку не такой уж и большой папки, в которой прописана вся жизнь юноши, Владимир быстро пробежался глазами по двум первым строчкам и замер.       — Альберт, какое сегодня число?       — Уже тринадцатое ноября, а что такое? — старик заинтересованно подался вперёд, но начальник успел вовремя поднять папку и закрыть дело от любопытных глаз. — Что-то не так, Владимир Александрович?       — Нет, все отлично.       Темноволосый сжал губы и отодвинул верхний ящик своего стола, обращая свое внимание на несколько леденцов на палочке.

***

      Через беспокойный сон слышатся голоса, но они такие не чёткие, что похожи на гудение, которое не даёт наслаждаться сном.       — С…днем…тебя….       Коля хмурится и пытается заглушить голоса, прячась под одеяло. Это, конечно, не особо помогает, и голоса становятся все громче и чётче.       — С днем рождения…. С днем…       «Твою ж мать…»       Осознание того, что доспать так и не получится из-за надоедливых голосов, приходит не сразу, но немного проясняет разум и помогает Коле хотя бы прислушаться. Знакомые голоса в унисон напевали всем известную песенку.       — С днем рождения тебя! С днем рождения, наш самый лучший Колян, с днем рождения тебя!       Соколов нехотя разлепил веки и приподнялся с подушки, оглядывая парней-соседей. Ребята стояли дружным полукругом и продолжали петь, даже когда наконец-то увидели на себе взгляд именинника. В руках у Тимура, который как будто возглавлял всю компашку и стоит посередине, на маленькой картонке лежит пирожное с кремом и голубой посыпкой в виде звёздочек, а в него воткнута свечка. Без огня.       — Вы чего…       Тимур одним движением руки заставил замолчать остальных и слегка наклонился, подставляя негорящую свечку прямо перед лицом Коли.       — Загадывай желание и задувай.       — Задувать что…? — Коля усмехнулся, быстро оглядывая парней, которые светло улыбались ему. — Вы как…       — Меньше слов и больше дела! Дуй!       Повинуясь уверенному голосу Тимура, Коля действительно подаётся вперед и дует в пустоту. Комнату наполняют звуки хлопков, а имениннику торжественно вручают пирожное вместо торта. Серёжа начинает свистеть, дабы разбавить скучные хлопки в ладоши, а Никита громко и звонко протягивает «у-у-у», будто бы просит сыграть на бис своего любимого певца и использует данный способ для возвращения того на сцену.       — И как вы только узнали, черти? — взлохмаченный Соколов тепло улыбается этому маленькому пирожному, которое пронесли в комнату явно нелегально, и он даже знает, кто бы мог помочь парням провернуть эту аферу. — Мне кажется, я вам не говорил. — Парень аккуратно заправляет длинные волосы на одной стороне за ухо, продолжая туповато улыбаться.       Стас с Юрой переглянулись и хмыкнули, а Тимур присел на край чужой кровати, рассматривая счастливого парня. Глаза ненароком упали на часы. Почти пять вечера, скоро смена и новый день сурка.       — Когда кажется, креститься надо, — с лучезарной улыбкой заявил Юрка. — Иногда ты просто не следишь за потоком своих мыслей, так что просто принимай наш общий скромный подарок, пока мы не начали водить каравай.       Мужской смех, искренний и свободный, словно они сейчас не в клубе, откуда не могут сбежать, потому что боятся оказаться пристреленными, а в комнате общежития, с которой только начинается их жизненный путь. Грустно осознавать, что сегодня Коля не сможет позволить себе выпить и расслабиться в хорошей копании. Хотя, выпить то он сможет, но вот организовать общий досуг для всех жителей комнаты — это проблема.       — Я все понял! Не нужно каравая! — в уголках глаз, если бы Коля был чуть сентиментальнее, уже скопились бы слезы, но в данный момент вместо них светлые морщинки радости от широкой улыбки. — Блин, парни… Это все так круто! Спасибо вам огромное!       Певцу все же удалось подняться, умыться, а затем разделить, криво-косо, но все же разделить, пирожное на шестерых и насладиться сладким кремом. За теплым и непринужденным разговором, в котором ребята рассказывали о праздничных традициях у них в семьях, время пробежало незаметно. Конечно, хотелось просто остаться на этот вечер в комнате, со своими, теперь уже, друзьями, еще больше поговорить и просто прожить день налегке, только вот такой исход событий невозможен. Ближе к семи парни в приподнятом настроении заходили по комнате, разбрелись по своим кроватям и говорили уже каждый со своей койки, аккуратно вписываясь в диалог и маневрируя между различными темами. В очередной раз прикрывая рот от смеха и поправляя волосы, Коля даже не обратил внимание на внезапно открывшуюся дверь, из-за которой показался его охранник. Только когда его строго окликнули, сквозь улыбку юноша еле-еле проговорил:       — Что...ха…уже пора за костюмом?       Охранник как-то растеряно оглядел всех присутствующих, на которых только мог упасть его взгляд, а затем медленно повертел головой и сглотнул вязкую как смола слюну.       — К Владимиру Александровичу тебя. Срочно.       Коля приподнялся на локтях, улыбка сразу же исчезла с лица, а все остальные жители комнаты непонимающе переглянулись между собой.       — Может я перео…       — Приказано срочно. Поднимайся живее.       Ловко собрав волосы в хвост, Коля все же вскочил со свей кровати, не оглядываясь, направился на выход из комнаты, слыша за собой лишь оглушительную тишину.