Приглушенные крики

      Чонгук съёжился, когда мужчина кончил ему на лицо. Липкая сперма попала на его левую щеку, и стекала по лицу. Это было отвратительно, но он был рад, что она не была у него во рту, в глазах или волосах, как в прошлый раз.       — Ты молодец, шлюха, —рассмеялся мужчина, вставая с кровати и начиная собирать одежду с пола.       Чонгук закрыл глаза, больше всего на свете желая просто исчезнуть и раствориться в небытии.       Перед ним возникло лицо, заставившее Чонгука открыть глаза, его сердце остановилось, когда он посмотрел на человека в маске.       — Мне понравилась твоя упругая задница, Куки.       Мужчина потянулся вниз, болезненно схватив голое бедро Чонгука.       — Постарайся не трахаться со всеми, кого видишь, чтобы мне захотелось трахнуть тебя и в следующий раз, Куки.       Чонгук съёжился от прозвища. Этот человек называл его так несколько раз за последний час, который они провели вместе. Раньше только мемберы их группы называли его этим ласковым прозвищем. Услышав, как этот человек его использует, он почувствовал кислый привкус во рту.       Мужчина удовлетворенно ухмыльнулся; он сделал свою работу. Он быстро поцеловал Чонгука в губы, прежде чем выпрямиться.       — Если ты не поторопишься и не оденешься, я снова тебя трахну, Куки.       Чонгук не понял, что было сказано полностью, но он понял достаточно. Он сел, и мужчина бросил ему одежду. Он старательно вытер сперму со своего лица собственной рубашкой, ненавидя липкое белое пятно, которое образовалось на ней после этого действия.       — Быстрее, у меня есть и другие дела, —прорычал мужчина, наблюдая за вялыми движениями Чонгука.       Младший сжался в комок от тона, который был использован. Он пытался одеться, но ноги едва держали его. Сочетание препарата и физического истощения создавало ощущение, будто его тело находится под водой.       Он пытался надеть свои длинные штаны, его тело сотрясалось, пока он старался просунуть ноги в нужные отверстия.       — Поторопись! —рявкнул мужчина.       Чонгук заскулил, стараясь изо всех сил, но выпустил штаны из рук и уронил их на пол.       — Блядь, вот же бесполезная шлюха, —раздраженно проворчал мужчина. Он приблизился к макнэ, который в страхе отступил на шаг. Он толкнул младшего назад на кровать, что повергло Чонгука в панику.       — Пожалуйста, не надо!— крикнул Чонгук по-английски. Он не смог бы вынести это снова.       Мужчина в маске закатил глаза, поднял штаны и схватил одну из ног Чонгука, сдвигая ткань вверх по ноге, а затем быстро проделал то же самое с другой ногой.       Как только ему удалось полностью надеть на Чонгука штаны, он застегнул молнию и пуговицу. Затем мужчина стащил Чонгука с кровати и вытащил из комнаты. Он крепко схватил Чонгука за покрытое синяками запястье и потащил за собой по коридору. Слабые ноги младшего едва выдерживали такой темп.       Облегчение, которое затопило сердце Чонгука, когда он увидел дверь в их «общежитие», было почти ошеломляющим. Он хотел вернуться к ним; туда, где, как он знал, было безопасно. Больше всего на свете он хотел уйти от этого монстра прямо сейчас.       Когда дверь открылась, Чонгук не стал медлить и вошел. Если бы мужчина не схватил его за плечо, он бы просто вбежал в комнату, но его заставили остаться рядом с этим человеком.       Когда они вошли, Чонгук увидел своих хёнов, сидящих за столом с небольшими порциями еды перед каждым из них. Еда выглядела холодной, как будто никто из них к ней еще не притронулся.       Тэхён встал первым, за ним быстро последовал Джин, а затем и остальные, но никто из них не двинулся с места из-за стола, хотя он мог сказать, что сдержаться им было почти невозможно.       — Будьте осторожны, если кто-то из вас попытается сделать что-то столь же глупое, как эта сука… —сказал мужчина, грубо сжимая плечо Чонгука, — вас всех ждут серьезные последствия.       С этими словами рука Чонгука была отпущена, и мужчина толкнул его в спину, прямо в место ранения, отбросив Чонгука вперёд и заставив его приземлиться на колени с пронзительной болью в спине.       В тот момент, когда Чонгук был отпущен, Тэхён побежал к Чонгуку, игнорируя призывы Джина подождать.       — Чонгук, — позвал Тэхён, крепко обнимая младшего, в то время как остальные подождали несколько секунд, пока мужчина покинет комнату, прежде чем кинуться к макнэ.       — Ты в порядке, теперь ты в порядке, ты в безопасности, — проворковал Тэхён, когда Чонгук заплакал в его объятиях.       Чонгук всхлипнул, крепко прижимая к себе своего парня.       — Я здесь, я рядом, все в порядке, — проворковал Тэхен, его рука провела по спине Чонгука и остановилась, приземлившись на что-то скользкое и липкое.       Чонгук замер, когда заметил, что Тэхён касается его спины. Он понял, что нащупал его хён, и тут же оттолкнул Тэхёна. Тэхён не должен был этого касаться! Он вообще не должен был его касаться. Он был покрыт чужой спермой.       — Чонгук, все в порядке, — проворковал Тэхен, протягивая руку, чтобы коснуться левой щеки Чонгука, но младший оттолкнул его руку.       — Не трогай меня, — сказал Чонгук, отворачиваясь от своего парня.       — Куки, — проворковал Тэхён, пытаясь успокоить Чонгука.       — Не называй меня так! — крикнул Чонгук, заставив Тэхёна отступить. Он не знал, что делать.       — Чонгук, все в порядке, — сказал Джин, опускаясь на колени рядом с Чонгуком. Нет, не в порядке. Ничего не в порядке.       Он отвел взгляд от Джина, столкнувшись с мокрыми, слезящимися глазами Чимина.       Мгновенно Чонгук двинулся к Чимину, позволяя своему хёну обнять его и утешить. Чимин принял Чонгука в свои объятия, осторожно держа его, пока Чонгук плакал, снова и снова шепча извинения себе под нос. Он видел Чонгука таким в первый раз, когда его забрали, но в этот раз это было по-другому.       Внутри Чимина загорелся огонь.       Несмотря ни на что, он никогда не увидит Чонгука таким в третий раз.       Он крепче прижался к Чонгуку, обещая себе, что хватит плакать, сейчас самое время встать и защитить своих братьев, как это делали Намджун, Сокджин и Хосок.

***

      Юнги резко проснулся, услышав звук открывающейся двери. Он вскочил, едва не упав с кровати, так как его ноги запутались в простынях, в которые он завернулся во сне. Когда дверь открылась, он встал на колени, опустив глаза в пол, не желая смотреть на Билла, когда тот вошел в комнату.       В комнате царило абсолютное молчание, пока Билл ходил по комнате, снимая с себя обувь и кобуру. Пистолет, который он носил, был заперт в ящике, чтобы Юнги не мог его достать.       Даже когда Билл сел на кровать рядом с ним, Юнги все еще не поднял глаз. Прошло несколько недель с тех пор, как его отделили от его друзей и отправили в эту адскую дыру. Он не двигался, однако, когда Билл наклонился, схватив его за подбородок, он позволил мужчине поднять его голову.       — Ты выглядишь жалко, —усмехнулся Билл, прежде чем наклониться и поцеловать Юнги в его израненные губы, — Я доволен.       Юнги продолжал смотреть вниз, не в силах смотреть в глаза своему похитителю. Он был настоящим монстром.       — Чонгук не заслуживал наказания, но из-за тебя мне пришлось причинить ему боль. Ты должен чувствовать себя виноватым за это. Это все твоя вина, —холодно сказал Билл.       Боль и чувство вины мелькнули в глазах Юнги, что заставило Билла лишь ухмыльнуться от восторга, ведь он воздействовал на Юнги именно так, как и намеревался.       — Не расстраивайся так сильно, детка Шуга; я думаю, Чонгуку это нравится. Я думаю, ему нравится, когда его трахают чувственно, без жалости, —поддразнил Билл, заметив первые слезинки, в то время как из груди Юнги вырвался поверхностный вздох, — Твой макнэ — шлюха, как и его хён.       Юнги почувствовал, как его сердце разрывается еще сильнее, чем прежде.       — Чонгук, Чимин, Тэхён и Сокджин; сколько ещё мемберов мне нужно отыметь, чтобы вы все начали подчиняться? Или я не с теми людьми трахаюсь? Мне поставить Джей-Хоупа на колени? —продолжал насмехаться Билл.       Юнги покачал головой.       Это было слишком.       Он не хотел, чтобы это произошло.       Пожалуйста, только не Хосок.       — П-пожалуйста, не надо, —сказал он чуть громче шепота на английском языке, который он быстро изучал.       — У него такие шикарные пухлые губы; я уверен, что это будет потрясающе, когда он станет сосать мой член. Его глубокий голос будет срываться на хрипы, когда я буду трахать его рот, как я делал это с Сокджином, —Билл продолжал дразнить. Ему нравился умоляюще-растерянный взгляд Юнги, пока он качал головой, пытаясь убрать из своего разума образы, которые внедрил Билл. Старший усмехнулся, прежде чем отпустить лицо Юнги.       — Тогда перестань быть непослушной сукой и делай, как я говорю.       Юнги кивнул головой, пытаясь перестать представлять, как его друзья страдают из-за него.       Это было трудно.       Каждый день Билл терзал его, рассказывая о боли и страданиях его друзей. Они страдали потому, что Юнги был недостаточно хорош. Потому что он был глуп. Потому что он был бесполезен. Потому что он ничего не сделал правильно. Его друзья всё время страдали из-за него.       — Хорошо, —довольно улыбнулся Билл, прежде чем схватить Юнги за плечо и поднять его на ноги, — Разочаруешь меня снова, и я изнасилую милого Хоби прямо у тебя на глазах, понял?       Юнги понимающе кивнул.       Он чувствовал, как его душа разрывается на части, когда его вывели из комнаты Билла в коридор. Его разум кричал ему, чтобы он отстранился от Билла, бежал и прятался, но бежать было некуда, и прятаться было негде. Билл приложил все усилия, чтобы напомнить ему об этом факте. К настоящему времени Юнги знал почти всю планировку этого подземного лабиринта. Он знал, что находится за большинством дверей. Это только подтверждало тот факт, что они действительно никогда не покинут это место. Им следовало просто сдаться в тот момент, когда они вошли в это место. Прямо сейчас он и все его друзья были в аду, и из-за своей глупости Юнги оказался в руках дьявола.       Его провели к большой деревянной двери; он хорошо ее знал. Это была столовая, на стенах которой висели их фотографии. Билл водил его туда несколько раз, чтобы напомнить ему, что людей на стенах больше не существует. Что они были раздавлены и сломлены, и это произошло из-за него.       — Когда мы войдем, держи рот закрытым и делай, что я говорю, — предупредил Билл, крепче сжимая руку Юнги.       Младший кивнул, уже зная, что ему придется подчиниться.       Билл открыл дверь, втаскивая Юнги через порог в комнату. Дверь за ним быстро закрылась, но Юнги едва заметил, как она закрылась.       Его глаза были сосредоточены на том, что происходило перед ним; его лидер, человек, которого он уважал больше всего в этом мире, стоял на коленях и сосал Чхольсу.       — Это твоя вина, —прошептал Билл на ухо Юнги.       Намджун остановился, заметив, что Юнги вошел в комнату. На его лице отразился шок, а затем стыд.       — Я разве говорил тебе остановиться? — ухмыльнулся Чхольсу, схватив Намджуна за светлые волосы.       — П-пожалуйста, не перед Юнги, — взмолился Намджун.       — Боюсь, это не подлежит обсуждению, — усмехнулся Чхольсу, однако он не заставлял Намджуна что-либо делать. Нет. Он хотел заставить лидера BTS делать все по собственной воле.       — Встань на колени, — прошептал Билл на ухо Юнги.       Юнги сделал, как ему было сказано, опустившись на колени рядом с Биллом. Его голова опустилась, чувство вины разрывало его сердце.       Он не знал, что он сделал не так, чтобы Намджуна так наказали.       Но он знал, что это была его вина.       Чхольсу нахмурился, так как Намджун не возобновил свои действия, а вместо этого закрыл глаза и отвернул голову, так что Юнги не мог его видеть. Он наклонился вперед, хватая Намджуна за волосы и шепча на ухо, так что только он мог слышать:       — У тебя есть тридцать секунд, чтобы начать сосать, или мой член войдет в задницу Юнги.       Он мог видеть, как руки Намджуна на мгновение сжались в кулак, прежде чем разжаться. Он отпустил волосы Намджуна, сделав несколько нежных похлопываний по макушке головы Намджуна.       На этот раз Намджун не смог сдержать слез. Делать это перед Юнги было ужасающе стыдно.       Его гордость как лидера словно отняли.       — Смотри внимательно,— услышал Намджун голос человека, который привёл Юнги.       Намджун подумал бы, что Юнги будет сопротивляться, спорить или просто проигнорирует требование; однако Юнги поднял голову без возражений.       Его темные глаза смотрели прямо на Намджуна.       Чхольсу прочистил горло, напоминая, что тридцать секунд истекают. Он должен был сделать это. Прямо на глазах Юнги. Чтобы защитить его и остальных. Он просто должен был заставить Чхольсу кончить.       И он сделал это.