Такой же холодный, как чай

Дверь. Щелчок. Шаг. Холодный пол. Да, да, я упал в обморок, а вы что ожидали? Что я, ключевое слово «я», спокойно дойду до медпункта? Нет, это я, Шастун, у меня не может быть всё просто. Очнулся я в медпункте, телепортировался так сказать. Надо мной стояла какая-то женщина и держала возле моего носа ватку, думаю, это был нашатырь. Не думаю — знаю, вонял просто отвратительно. Я продолжал лежать, но повернул голову на бок и увидел на стуле никого другого, как Арсения, мои мысли были такими же, как и в тот раз — мне пизда. — Арсений Сергеевич, я все объясню.. — опираясь на локти, сказал я. — Мне уже всё рассказали. — А. — хотел я продолжить, но понял, что это уже не обязательно. В небольшую комнатку вломились два моих новых друга. — Антон, ты живой? — спросил Эд. — Куда ж я денусь? — посмеялся я. Ко мне подбежал Рома, который сразу начал расспрашивать: как я и все такие вопросы в духе переживающих друзей. Я, кончено же, ответил на все его тысячу и один вопросы, а уже после меня отпустили вместе с ними обратно. Но веселье только началось. — Антон, зайди ко мне. — «сука, не могло мне так повезти.», выругался про себя Антон и неохотно пошёл за Арсением. — Я вас догоню, идите. — прокричал я, отдаляясь от парней. Я не знал, куда мы шли, так как я тут раньше не находился и это место было для меня совершенно незнакомым. Оно находилось в другом здании, наверное с другим отрядом, поэтому до нашего здания я полностью шёл за Поповым, стараясь не отставать. Дойдя до места назначения, Арсений вошёл к себе в коморку и поманил меня рукой. — Закрой дверь — попросил Арс с небольшой улыбкой на лице. — А, э, можно как-то я тут.. пойду немного. — честно, очень хочется убежать к парням, подальше от этого маньяка него, но, увидев его выражение лица, я закрыл дверь и подошёл к нему. — что вы хотели от меня, Арсений Сергеевич? — Шастун, не называй меня так, мне всего восемнадцать. Ну, ты не слишком-то и маленький, чтобы обращаться ко мне на «Вы». — Мне 16, и если вам не сложно не называйте меня «Шастун», можно просто Антон. — уловив какой-то позитивный момент в нашем разговоре, я осмелился назвать своё имя. Горжусь, молодец, Антон. — Хорошо, Антон, я просто хотел удостовериться, что ты сможешь дойти и опять не упадёшь. Надеюсь, что таких происшествий больше не повторится, можешь идти. — Спасибо! — радостно воскликнул я и выбегая из этой комнатки, погнал к своим. *** — Антон! Чё он с тобой сделал? О чём вы говорили? Что он от тебя хотел? — опять тысяча вопросов и, разумеется, все от Ромы. — Ничего, он просто хотел убедиться, что по дороге обратно я не отброшу коньки. — Что ж, тогда мы можем продолжить нашу игру? — с вопросительным взглядом посмотрел на меня Роман. Рома, Рома, Ромааааан. Ааааа. Блять, понесло. Соберись, Шастун, сука. — Думаю да, только если ты и Эдисон мне помогут отмыть стену от крови. «— Я всё же удержался и не спел это вслух!» — Поможем, куда мы денемся. — согласился Эд и пошёл за тряпкой. Мы всё отмыли, но за окном уже стемнело, поэтому все приняли решение отложить игру до завтра, а сейчас пойти в душ. Я решил пойти первым, душевая комната находилась слева от нашего выхода, соответственно идти было недалеко, поэтому я сразу снял футболку, оставаясь в одних шортах, взял с собой полотенце с трусами и отправился прямиком туда. На все водные процедуры мне хватило минут пять и я с чистой, во всех смыслах, душой пошёл обратно. Но в комнате никого не оказалось. — Если их не испепелил Танос, который умер, то я не знаю, где их искать. — в слух проговорил свои мысли Антон. Я быстро накинул на себя футболку и с мокрой головой отправился на их поиски. В этот раз найти всех было легко, шум доносился с той стороны, где находилась столовая. Я заприметил её ещё в самом начале и зашёл туда. Взглядом я начал быстро искать парней и как только увидел, сразу же понёсся к ним. — Смылись и не дождались меня, друзья называются. — в шуточной форме я пытался сказать обидные слова и подколоть пацанов. — Ну прости, уж очень тут вкусно пахло.. Кстати, сходи возьми поесть, там блинчики с вареньем, очень вкусные. — кивнул Эд в сторону больших столов, где лежали блины со все возможными джемами. После хрустнул головой, до жути противный звук. — Эдисон! — прикрикнул его младший брат. — Я же не специально, не ори ты так! — он поднял руки, как будто защищаясь и показывая свою невиновность. Было весело наблюдать за этой картиной, но через две секунды я уже был у столов с блинами, выбирая что взять. Вернувшись к парням мы обсуждали всё, что только можно: от математики до разных стран. Я рассказал то, что бывал в других и даже в Париже! Не представляете, как там красиво! Я бы с удовольствием побывал там еще раз, но не по той же причине.. *** После ужина мы все вернулись в свои комнаты и пока ребята ходили в душ по очереди, я решил написать Диме с Серёгой.

Антон 21.39

— Ну что, потрахались?

Дима 21.40 — Ха-ха шастун, очень смешно. Серега 21.40 — Шастик, а ты что, завидуешь?

Антон 21.41

— Боже, зачем я вообще про это заговорил...

Серега 21.41 — Ну что там в лагере, рассказывай!

Антон 21.45

— Ну короче, слушайте! Я познакомился с Ромой и Эдом, они братья. Эдисону 17, а Роме, как и мне, 16, мы поиграли в Дженгу и карты, после чего я ебнулся в обморок, но меня, к сожалению, откачали. После мы поужинали ахуенными блинами и вот сейчас сижу, чилю в комнате. А у вас как дела? Че делали?

Дима 21.46 — Ну ты, Шастик-ушастик даёшь. Как можно было упасть в обморок в первый же день?! Серега 21.47 — Вот блин, хоть у кого-то веселый день, был. Мы, как обычно сходили в магаз за фруктовым льдом, погуляли по парку и пошли к Диме играть в приставку. Дима 21.48 — Как ты себя чувствуешь?

Антон 21.50

— Да всё как обычно, на меня уже многие оборачиваются из-за моего кашля, но я стал делать это намного меньше! Надеюсь, это хорошо.

Серега 21.51 — Держись там, братан, и возвращайся поскорее, мы уже скучаем. Дима 21.52 — Подписываюсь под каждым словом Матвиенко. Шастуна позвали и он быстро написав «ладно, до завтра», отключил телефон и повернулся к источнику звука. Как неудивительно, это был Рома, который звал его продолжить играть в Дженгу, при этом говоря: «Прослежу за тем, чтобы ты не умер, я не хочу ждать до завтра», как мило. Он думает, эти слова помогут мне не умереть? Я же, мать его, Шастун! Но не буду его разочаровывать.. Мы играли несколько конов и, на удивление, я не убился. Какое удивление? Я в ахуе! Но упустим этот момент. На моей голове была повязка из бинта, и снимать ее мне было нельзя до завтрашнего дня, а с утра придти в медпункт и обработать по новой. — Антон, почему ты постоянно кашляешь? Ну типо, раз в минуту ты точно кашлянешь раза три, ты заболел? Медсестре сказал? — и опять Рома со своими расспросами. — Да нет, все нормально, надеюсь скоро перестану — то ли соврал, то ли сказал правду Шастун. — Ну ладно — ого, как-то быстро он сдался, за такое можно и выпить! Вы думаете я шучу? Нет. Ну да. Но нет. Ну в общем. Выпить можно чая, не водки, конечно, но тоже неплохо. Я встал и пошел к пустой сумке, куда положил его, чтобы не отняли. Открыв бутылку и сделав глоток, я умер от блаженства. Боже, как же я люблю этот чай, пил бы его тоннами каждый божий день. Следующий глоток и внезапно дверь открылась. От неожиданности я выплюнул все, что было во рту. НУ ДА, ЭТО Я, ШАСТУН, А ЧТО ВЫ ОТ МЕНЯ ХОТИТЕ, ЧТОБЫ Я СПОКОЙНО ВСЕ ВЫПИЛ? Вселенная против меня. К нам в комнату зашёл Арсений Ви.. или Але... короче, какой-то там Арсений, не запомнил, как его там по батюшке, кому это вообще нужно? — Антон! — он был зол. Конечно! Я плюнул ему на ноги. Его штаны на щиколотках были в чае. Мне на секунду стало стыдно, а потом отпустило. Ну, а че он врывается? Сам виноват. Скажите спасибо, что не в лицо! — Да?.. Видимо подавив внутри себя желание меня убить, он выдохнул и спросил — Всё нормально? — я кивнул. — Тогда начался отбой — он посмотрел на Эда. — Все всё поняли? — Да. —мы ответили хором и переглянулись. Арсений не стал задерживаться и ушёл, закрыв за собой дверь. Мы легли спать часов в двенадцать ночи, а не в десять вечера, как положено, ибо мы бунтари. Шутка. Мы говорили. Много говорили. О жизни и о том, где бы хотели побывать. Но вот только они — ставили цели, а я — мечтал. Ведь вряд ли проживу хотя бы пять лет. И это угнетало и давило морально, если честно. С этой мыслью я заснул.