Ради этого стоило рисковать

      Маринетт была неспокойна в последние дни. Её беспокоило поведение и состояние Адриана. Всегда добрый и улыбающийся юноша постепенно становился похожим на своего отца. Зелёные глаза стали тусклее и холоднее, улыбка всё реже появлялась на побледневшем лице. Агрест больше не смеялся и не шутил. Он больше не улыбался каждому при встрече, иногда и вовсе делая вид, что не заметил.       Всё это огорчало и тревожило Дюпен-Чен. Она очень хотела узнать причину такого состояния у своего друга, но тот говорил, что просто уставал от различных фотосессий и занятий. Однако Маринетт чувствовала, что это ложь.       Но не только Адриан был причиной волнения. Кот Нуар пропал. Он не появлялся на последних битвах и даже не патрулировал город. Раньше её напарник был готов стоять на защите Парижа, даже когда был болен. Сейчас же он как сквозь землю провалился. Маринетт боялась, что с Котом что-то произошло. Вдруг ему нужна её помощь, а сообщить нет возможности?       Каждый день Ледибаг пыталась дозвониться до партнёра, но в ответ лишь слышала весёлый голос автоответчика. Героиня обыскала, казалось бы, каждый сантиметр города, но все поиски прошли безрезультатно.       Кошмары с Котом Бланом стали всё чаще. Во снах злодей обвинял её во всем, что произошло с ним, а потом появлялся Нуар, который говорил, что такая жалкая девчонка не заслуживает быть героиней. Каждый раз Маринетт в слезах просыпалась именно после этих снов. Дюпен-Чен казалось, что её сердце окончательно разбито, но она ужасно ошибалась.

***

      Было раннее летнее утро, солнце уже освещало и грело своим теплом большинство улиц.       Маринетт всё ещё спала, нежась в своей кровати. Впервые за долгое время ей удалось рано уснуть, даже кошмары ненадолго отступили. Но всему рано или поздно приходит конец. И сильный грохот стал окончанием спокойного утра. Резко проснувшись, Дюпен-Чен взяла телефон, который теперь всегда находился рядом, чтобы быстро узнавать новости. В Ледиблог и соцсети уже стали поступать сообщения о том, что некоторые прохожие видели существо, напоминающее Мантикору. Очевидно это был новый злодей. Как удалось выяснить Мантикора обладала громким ревом, который мог даже разрушить стены, да и сам по себе враг был очень силен.       Вздохнув, Маринетт быстро перевоплотилась и позвонила Але, которая как оказалось уже торопилась на битву. Договорившись о месте встречи, Ледибаг повесила своё йо-йо на место и, открыв люк, выпрыгнула из комнаты.       Во время бега по крыше героиня грустно улыбнулась, подумав, что у Кота бы, наверняка, нашлось много шуток по поводу «родства» с новым противником. Всё-таки ей не хватало того веселья, исходившего от неугомонного напарника. Где же он сейчас?

***

      Наконец найдя Рену Руж, Ледибаг слегка успокоилась. Хотя бы один человек не бросил её в этом сумасшествии. — У меня плохие новости, девочка, — тихо сказала Аля, опустив голову. — Что случилось? — взволнованно спросила Хранительница. Что же могло произойти, если даже редко унывающая Сезер выглядела подавленно? — Очевидцы говорят, что Мантикора просто растворилась в воздухе. — Но это значит, что я не смогу восстановить город.       Леди шумно вздохнула, вспомнив первый такой случай, произошедший во время поездки в Нью-Йорк. Тогда Кот отказался от талисмана, посчитав себя бесполезным. Баг казалось, что она вновь слышит те слова Нуара. На глаза навернулись слезы. — Маринетт, мы однажды восстановили город после разрушения, восстановим и сейчас. Не растра… — Я не могу без него! — громко всхлипнула Баг, закрыв глаза ладонями. — Он вернётся, просто надо немного подождать, — Рена постаралась обнять подругу, но та вырвалась из её рук. — Сколько ещё? Неделю, месяц, год?! — прокричала Ледибаг, а после тихо вздохнула и сжала правой рукой левый локоть, стараясь держать себя в руках. — Прости, мне надо побыть одной.       И до того как Рена Руж успела что-либо сделать, героиня убежала.

***

      По лицу бежали слёзы, которые быстро высыхали от сильного ветра. Маринетт просто хотела укрыться дома от всей этой боли. У людей есть право ненавидеть её, во второй раз она не справляется со своими обязанностями, но они не понимают, что груз ответственности слишком тяжёл для девочки-подростка. В её возрасте надо быть беззаботной мечтательницей, которой Дюпен-Чен была год назад. Временами так хотелось воспользоваться камнем чудес кролика и помешать себе помочь мастеру Фу, а может сразу отдать серьги Але. Но тогда Маринетт не общалась бы так тесно с Котом Нуаром. Воспоминание о напарнике вновь причинило боль.       Ледибаг остановилась на крыше, чтобы хотя бы немного восстановить дыхание. Она уже собиралась продолжить путь, когда услышала чьи-то шаги. Хоть у героини не был настолько чуткий слух, как у напарника, но всё же ей удалось уловить тихий шум за спиной. — Аля, я просила дать мне время, — вздохнула Леди, даже не оборачиваясь. Почему-то она была уверена, что это её подруга. — Так Рена Руж — это Аля? Какой сюрприз, — ответил до боли знакомый голос. Баг резко развернулась, на её лице расцвела улыбка при виде напарника. Героиня понимала, что должна разубедить Нуара в правде. Но необходимо ли это, если даже Бражник знает правду? — Котёнок! Я так рада, что ты в порядке. Где ты был? Я очень переживала. — Правда? И почему же? Некому стало прикрывать твою спину? Его голос был наполнен злобой и даже ненавистью, но лицо не выражало никаких эмоций. — О чём ты? Ты мой друг и напарник, поэтому я переживала. — Ах, значит, теперь я друг и напарник? — Ты всегда им был! — Про друзей не забывают, — прошипел Кот. — А тебе было наплевать на меня. Ты неплохо справлялась с моей заменой. Ты начала мне писать и звонить спустя неделю после того, как я ушёл. Понимаешь, спустя неделю! Ты, наверняка, сначала даже не заметила, что меня нет. — Нуар, прекрати, ты знаешь, что ты незаменим, — чуть ли не плача, прошептала Ледибаг. — Я всегда был в тени тебя, и мне это надоело. Я не хуже, чем ты. — Конечно не хуже. Мы всегда с тобой наравне, ведь мы напарники. — Такого никогда не было, ты получала все овации, благодарности и прочую ерунду, пока я был во тьме. Что ж, я готов быть во тьме. Только не в твоей, а во мраке собственной души. — Что?.. — И я покажу какого это, — прорычал Кот и набросился на Ледибаг. Та, не ожидавшая предательства от того, кому всегда доверяла, не успела увернуться. — Попалась, — хрипло рассмеялся Нуар. — Глупый маленький жучок, теперь из-за тебя весь город разрушен. Пострадавшие точно ненавидят тебя. Они ведь не понимают, что без злодея твои силы не работают. Но скоро парижане наконец прекратят страдать, ведь я заберу твои серьги.       Он наклонился ближе, чтобы сделать то, о чём говорил. Ледибаг плакала от бессилия, она не могла вырваться, даже воспользоваться йо-йо было невозможно, ведь Нуар крепко сжал её руки над головой. — Прости, моя Леди, я не хотел бы причинять тебе боль, у меня просто нет другого выхода, — прошептал Кот над её ухом. Героиня удивилась, услышав знакомую любовь в голосе. Это же галлюцинация, не так ли? Разве человек может так быстро меняться в настроении? Или же он хотел вести её в заблуждение? — Миледи, я надеюсь, ты сможешь когда-нибудь забыть то, что я сейчас сделаю, — продолжил шептать юноша. Ледибаг почувствовала, что хватка на её руках ослабла. Как вдруг произошло то, к чему она не была готова. — Чего ты медлишь, сын? Из-за своего положения девушка не могла разглядеть ещё одного присутствующего, но ей удалось определить кому принадлежал голос Она с уверенностью могла сказать, что это был голос Бражника, но неужели… — Просто наслаждаюсь превосходством над врагом, отец, — вновь неживым голос ответил Кот Нуар, потянувшись рукой к серьгам, а после резко встал и побежал на Бражника. Резким движением шеста повалив злодея, бывший герой надавил ногой на грудную клетку соперника. — Я придумал хороший план, не так ли, отец? Теперь ты доволен мной? — Какого черта, Адриан? — задыхаясь, спросил Бражник, но Нуару уже не было до него дела. — Катаклизм, — холодно произнёс Кот, а после разрушил трость, зажатую в руке мужчины.       Ледибаг, только что пришедшая в себя, не успела ничего сделать и исправить, ведь всё происходило так быстро и стремительно.       Её напарник сорвал обе броши с Бражника, который всё ещё пытался освободиться, но было уже слишком поздно.       Ледибаг смотрела на того, кто скрывался за маской. Это не могло быть правдой. Это не должно быть правдой!       Однако теперь все кусочки пазла сложились в общую картину, которая на самом деле не радовала. — Получилось?       Героиня вздрогнула, услышав голос Кота. Она отшатнулась от него, боясь, что он нападет. — Я понимаю, что разрушил всё доверие, которое было. Ты можешь ненавидеть меня, но я честно делал всё для тебя. Я просто хотел, чтобы ты гордилась мной.       Ледибаг глубоко вздохнула и проигнорировала его слова. Она прошла мимо него и связала уже пытающегося сбежать Габриэля. — Вызови полицию, пожалуйста, — её голос слегка дрожал. Неужели всё закончилось так? Глупо, жестоко и болезненно?       Она не расслышала, что ответил Кот, но раздавшиеся вскоре гудки и голос свидетельствовали о том, что Нуар всё-таки не сбежал. — Плагг, когти, — боковым зрением Ледибаг заметила зелёную вспышку, — прости, друг, я всё же отрекаюсь от тебя.       Уже Адриан Агрест подошёл к героине с протянутой рукой, на ладони которой лежали три камня чудес. — Я правда очень сожалею, что не сообщил тебе, а сам составил этот глупый план. Я поставил под угрозу весь Париж. Я не против, если ты решишь, что я заслуживаю такого же наказания, как отец. Спасибо тебе за всё. Ты сделала мой мир лучше. Можешь, пожалуйста, передать моим друзьям, что я очень люблю их? Ледибаг аккуратно взяла камни чудес. Её взгляд наконец смягчился, а уголки губ чуть дрогнули. — Ты сам скажешь друзьям, как сильно любишь их. Да, я обязательно поговорю о твоём безрассудном поступке, но разве я могу отобрать у Парижа героя, победившего злодея? — Ты правда?.. Спасибо, большое спасибо.

***

      Незаметно после сумасшедшего дня наступил на удивление спокойный вечер. Темная фигура передвигалась по крышам, приближаясь к особняку. Тихо запрыгнув в окно, она посмотрела по сторонам. — Привет, — смущённо сказал Адриан, подходя ближе к гостье. — Привет, — кивнула Ледибаг в ответ. — Как ты? — Честно говоря, я ненавижу себя. Я так устал за последний месяц, а теперь я даже не знаю, как я буду жить дальше. — То, что ты говорил в образе Нуара, — правда? Ты правда считаешь, что я не отношусь к тебе серьёзно? Этот вопрос волновал её целый день, она просто не могла не озвучить его. — Нет, конечно нет, я думал, ты поняла, что это прикрытие для от… Бражника. Мне было противно от этих слов. Надеюсь, Аля сможет защитить тебя, если вдруг что-то случится. Ты сделала верное решение, выбрав её. Пожалуйста, будь счастлива, ты заслужила это. — Как я могу быть счастливой, если рядом не будет Котенка, который будет глупо шутить? — Прости, — он всхлипнул, слегка отвернувшись от нее, чтобы скрыть слезы.       Ледибаг крепко обняла его и вместе с ним села на диван. — Тикки, пятна, — прошептала девушка, не особо понимая, что делает. — Маринетт? Мне так жаль, я такой идиот, — вновь всхлипнул Адриан, увидев, кто скрывается под маской. — Не могу поспорить, твой план просто бездумный, но всё же ты милый идиот. — Ты не ненавидишь меня? Ты такая добрая, Маринетт. Я даже не удивлён, что всё это время ты была Ледибаг. — Ты не разочарован? — А разве я должен? Ты самая талантливая, заботливая, смелая, добрая и отзывчивая девушка, которую я знаю.       Дюпен-Чен была тронута этими тёплыми словами. Крепче обняв Адриана, она погладила его по спине. — Я вижу, что тебе больно. Ты можешь поплакать, если хочешь.       И Агрест сделал это. Усталость, боль, страх, накопившиеся в нём, превратились в слезы, но они были тихими. Он просто не умел плакать громко, ему никогда не разрешалось делать это.       Маринетт тоже плакала. Она просто не могла поверить, что они ещё живы после пережитого ими кошмара. Раз они справились с этим испытанием, значит, они справятся со всем в будущем?       Она не могла дать точный ответ, но одно знала наверняка. Если они вместе, все победы будут даваться легче.       А пока им предстояло полюбить новые стороны друг друга, но они обязательно справятся. Их любовь преодолеет все препятствия. Надо лишь поверить.