Prunus!

Воспоминания, которые всегда рядом, но всегда мучительно недосягаемы. Воспоминания, нахлынувшие к нему в моменты единения его с миром далеко не сладких грёз. Те самые моменты, когда лицо и тело наутро оказываются в холодном поту. Оно приходит, когда его разум слишком слабый, дрожащий, падающий в темную бездну блаженного беспамятства. Воспоминания ударяют в голову слишком резко и неожиданно, из-за чего Лололошка буквально вскакивает на собственной кровати. — Нет, Ок-Окетра! — громко вскрикнул Лололошка, пока по его лицу катились слёзы самого настоящего страха, даже животного ужаса, которые он был не в силах остановить. Как раз в это время Дилан ещё не спал. Он занимался своим любимым делом: сидел за компьютером, печатая строки кода, однако Дилан остановился, когда сосед по комнате начал двигаться во сне и стонать что-то не внятное и резко встал. Дилан подошёл к нему, чтобы спросить, что случилось, и видит освещенное китайским фонариком лицо парня. В тёплом свете Дилан увидел глаза полные испуга. Лололошку жутко трясло, сердце стучало, как бешеное, и он часто дышал, от чего губы пересохли. Дилан положил ему руки на плечи, чтобы как-то успокоить Лололошку. Однако тот попытался вырваться, не имея возможности сфокусировать взгляд и узнать державшего его человека. — Prunus! — последнее, что услышал от Лололошки Дилан, прежде чем они вместе растворились в кроваво-красных и бордовых частицах. Дилан открыл глаза и осмотрел место, где он оказался. Местность представляла собой небольшой храм из светло-коричневых кирпичей, находящийся в бездонном пространстве. В одной из стен была большая еловая дверь, ведущая в никуда. Вместо потолка были бесконечные ряды ламп. Спустя долгое время, оно неизвестным образом покрылось множеством жёлтых или оранжевых кристаллов. Дилан увидел, что Лололошка лежит на полу, поэтому он аккуратно взял его и положил его голову на свои колени. Дилан проверил его дыхание, оно было и это очень сильно радовало. Однако у него появилось так же много вопросов о том, как отсюда выбраться. Дилан пытался успокоится, но страх медленно и верно овладевал им. Дилан крепче обнял шатена и запустил пальцы в его кудрявые волосы, чтобы успокоиться, но это тоже был не самый лучший метод. — Чёрт! — процедил сквозь зубы Дилан. Брюнет ругался чуть не каждые две секунды до того, как почувствовал какой-то странный ветер. Он медленно начал поворачиваться и увидел мужчину с крыльями. Мужчина плавно приземлился на землю, подошёл к ним, и Дилан начал разглядывать крылатого. Это был мужчина средних лет, с седыми или белыми волосами, собранными в хвостик, с чёлкой до шеи, двумя парами крыльев с черно-красным оперением. На второй паре находилось несколько глаз, которые могли закрываться и двигаться. На нём надето черно-пурпурное табарду до колен, а на его шее красуется кулон с камнем, что переливается из голубого в красный цвет. — Ну, наконец-то я тебе нашёл! — сказал мужчина, широко раскинув руки в разные стороны. Мужчина средних лет был радостным от того, что встретил своего старого друга, но только увидев Дилана сразу изменился в лице. Улыбка исчезла с его лица, вместо него пришло недоумение и лёгкий оттенок злости. — Ты кто такой?! — злобно оскалившись, спросил Джодах. Джодах поднял руку и из ниоткуда появился посох — Дилан испугался и пытался что-то объяснить, но резко появился Смотрящий. Мужчина средних лет убрал свой посох и начал разговаривать со странным с человеком или не человеком вовсе, в чёрном плаще. Дилан увидел, что возле этого странного существа летают чёрные и серые частицы с лёгким дымом. А из-под капюшона были видны только глаза. Мужчина в плаще только молчал и смотрел на мужчину, который походу как-то понимал его. Окончив разговор они повернулись одновременно и в это время Лололошка открыл глаза. Первое, что Лололошка увидел, бесконечные ряды ламп на потолке, своего друга, который держал его очень крепко, из-за чего чуть не задушил его. Лололошка прикоснулся ладонью к плечу Дилана, из-за чего тот резко опустил голову и заставил промокнуть от слёз лицо парня. Дилан еле выдавил из себя милую теплую полную надежд улыбку, которую не так часто можно было увидеть на его лице.