Toi, tu es mon autre (Ты — мой ближний)

Считайте меня полным идиотом, Но я б и там летал Аэрофлотом! У них — гуд бай — и в небо, хошь не хошь. А здесь — сиди и грейся: Всегда задержка рейса, Хоть день, а всё же лишний проживёшь. В. Высоцкий

Она с интересом смотрит в спину с рассыпавшимися по куртке светлыми кудрями. Женщина привычно опекает своих птенцов, не обращая внимания на суетливое движение аэропорта. Они вылетают одним рейсом, но планов на общение в полете нет, да и откуда взять такую возможность: у каждой свои дела. У этой, светловолосой, их пятеро. Пятеро достойных быть первыми. Кто-то всегда разочарованным уезжает с каждого старта. Вот блондинка что-то говорит Глейхенгаузу и низко склоняется. Светлый локон задевает мужскую щеку, и тот едва заметно вздрагивает и подается ближе. “Ох, доиграешься, Этери Георгиевна! Вынесет однажды несчастный хореограф в каком-нибудь отеле двери в твой номер, стерва ты экспериментирующая на людях!”. Почему-то шатенка, наблюдающая мизансцену, не сомневается, что тренер сегодня не просто так, случайно, склоняется и приближается к хореографу. Проверяет, стало быть, не пригрезилось ли авторше то, что вчера прозвучало в траттории. Писательница прыскает в кулак. Ей с 13 лет такое не мерещится. В любом коллективе, в любой обстановке она всегда знает, у кого симпатии, у кого связь, а у кого была связь и закончилась. И то, что эти двое вытанцовывают, совершенно не про рабочие отношения, что бы там в реальности не происходило, в собственных фантазиях они друг друга уже неоднократно возлюбили. Смешно, что при этом оба от собственных фантазий шарахаются, словно боятся обжечься. Писательница еще раз пробегает глазами по Этериным птенцам и всерьез задерживает взгляд на одной из юных одиночниц, потом переводит его на парня из пары. Вздыхает и неодобрительно покачивает головой: “А вот это плохо на самом деле, в отличие от ваших заигрываний с хореографом. Девочка-то влюбилась, а мальчик-то с партнершей спит. Жди очередного побега, когда они выяснят отношения. Опять будешь себя винить, Тренер, а ты тут совершенно ни при делах.” Посадка на рейс. Разместиться в кресле и выключиться до приземления. Мечта. Только бы пережить спокойно взлет, когда уши закладывает так, что становится больно даже в мозжечке. Шатенка ненавидит взлеты и посадки, но летать, глядя в иллюминатор - обожает. Истинная мука начала и окончания в середине - настоящее наслаждение для нее. Ничего не помогает. ЛОР посмотрел раз, сказал, что все здорово, а ее ощущения - “индивидуальная особенность”. В общем, бог терпел и нам велел. **** Суета Шереметьево-2. Контроль. Выход на волю. Женщина замечает, как за группой Тутберидзе пристраивается пара неприметных мужчин. Не знала бы, куда смотреть, не поняла бы, но она знает. Глубоко вздыхает и начинает озираться. Ага, а вот и по ее душу. Невысокий практически седой мужчина, на вид бизнесмен очень средней руки, который ждет прилета делового партнера и скучает от мыслей о необходимости встречи. Дядьке, судя по всему, лет шестьдесят. Он ничем не интересен. Даже седая борода какая-то неопрятная и отросшая, мог бы и в парикмахерскую сходить уже. Не глядя по сторонам, бизнесменчик засуетился куда-то идти и нечаянно наткнулся на писательницу: - Ваш машу!- тихо буркнула она. - И вам здрасьте,- едва заметно улыбнулся мужчина,- Пошли что ли! Отвезу домой. Шатенка кивает головой и следует за провожатым, продолжая одновременно поглядывать на тренеров и спортсменов “Хрустального”, которые также выбираются на улицу. - Чего это сегодня с провожатыми?- задает автор вопрос человеку, ожидавшему ее в аэропорту. - В смысле?- улыбнулся он снова. - Говорю, сфига ли за моей мадам сегодня пара топочет?- громче повторяет женщина. - Углядела,- хмыкает седой,- Глазастая ты! Не к добру. - Это само собой. Вопрос, однако, открыт,- недовольно напирает писательница. Ну, сама же видишь, они сегодня своим ходом разбредаются. Как бросить надежду и опору российского спорта без пригляда?- седой добирается наконец до греющегося уже авто. Открывает женщине дверь и помогает сесть на место рядом с водителем. - Чего вы так боитесь? Куда она денется-то? Приедет домой и спать ляжет,- фыркает романистка,- Или вы думаете, она сейчас все бросит и рванет в посольство США, просить политического убежища? Так с чего бы? - Она дама с фантазией,- недовольно отвечает ее водитель,- вон в Италии вас обеих выпустили из-под бдительного ока и обнаружили в одном такси, да еще и пьяных. - Попрошу!- возмутилась пассажирка,- Я была трезва, что твое стекло! Мужчина оборачивается и долго смотрит на писательницу. Потом качает головой и бросает ей на колени конверт формата А4, набитый бумагами под завязку. - Блин! Ну, что у вас интернет по талонам в вашей конторе? Зачем эта макулатура?- недовольная авторша заглядывает в конверт и вынимает первую страницу,- Опять о работе! Офигенно ценная информация для моего жанра! - Не выпендривайся!- улыбается, выезжая с парковки, седой,- Лучше скажи, как в оказались вместе, пьяные и едущие в одном такси. - Поверь мне на слово,- отмахивается шатенка,- не я искала встречи, не я ее и нашла. Ну, гнать мне ее от себя что ли, если она на автограф-сессию завалилась? Фигли вы мне поставили встречу на сроки гран-при? В ответ пожатие плечами: - Когда есть спрос, тогда и встреча. Какой смысл в другое-то время ехать раздавать автографы? О чем хоть беседовали-то? Еще один взмах рукой в духе “ничего интересного”: - После того, как мне было сказано, что я ничем не интересна? О мужиках, само собой! - Я б послушал,- улыбнулся мужчина за рулем. - Хорошо, в следующем романе напишу мысли великого тренера на тему “лучший мужчина моей жизни - папа”. Почитаешь. Ко мне у вашей конторы жутко глубокого бурения какие пожелания на следующую книгу?- зеленые глаза внимательно смотрят на профиль водителя. - Да, ничего особенного. Надо активнее провести линию в духе: наши - разведчики, их - шпионы. Ну и вообще все в стиле “вы не понимаете - это не одно и то же”. Как ты любишь, в общем. Женщина молча кивает. В конце концов вынимает пачку бумаги из конверта и углубляется в чтение. И правда все только о работе, но воображение тут же запускает кино со звуком. И расшифровка записей прослушки превращается в увлекательнейший спектакль, где она наслаждается не столько словами, которые были произнесены, сколько движениями, взглядами, позами, которые придумала сама. - У тебя дочь подала на языковой грант для школьников,- негромко сообщает спутник,- Помочь получить? Женщина отвлекается от чтения, сосредоточивается на вопросе. В итоге встряхивает головой и резко отвечает: - Нафига? Если мозги есть, сама получит. Пусть пробует. - Ну, за кого-то могут и попросить. Уравняем шансы,- все так же негромко предлагает бородатый. - Ну, узнает, что все равны, но кое-кто равнее. Жизнь-боль,- в итоге снова погружается в чтение,- Не отвлекай, плиз. Интересно. - Если бы сам не видел, с каким внимание ты читаешь, думал бы, что и не открываешь наши послания. Ни в одном романе не использовала,- качает головой собеседник. - Использовала, ты просто не заметил,- не отвлекаясь от чтения отвечает ему шатенка. Так они доезжают до неприметной многоэтажки в спальном районе. Писательница забирает чемодан, конверт, машет рукой человеку за рулем и заходит в подъезд.