Дешевая драма

Эти два месяца стали слишком сложными для Кёнсу. Чонин приходил к его двери и кричал о том, что был придурком, что теперь он расстался с девушкой. Просил прощения. Иногда напивался в стельку и засыпал у порога. А До все слушал и сидел на полу, прижавшись спиной к двери, пытаясь унять дрожь в руках и быстро стучащее сердце. Больно было слышать голос Кая, вспоминать его руки, губы, взгляд. Проведенные вместе ночи мелькали перед глазами, словно кинолента. Су хотел простить и пустить, но не мог. Сковывал страх того, что все снова будет так же. А Чонин… он наконец-то все понял. Расстался с девушкой, бросил этот образ крутого парня. Без старшего было невыносимо. Настолько, что он стоял под окнами часами в любую погоду, иногда срывался и приходил к квартире, пугал всех соседей своими криками, а потом успокаивался и просто садился у дверей и слушал шорохи в квартире. Иногда он улавливал пение Су и сердце замирало. Ким знал, что виноват и поступал, как последняя мразь. И он понимал, что Кёнсу его не простит. Но каждый раз, когда он засыпал у порога, на грани сна и реальности он слышал, щелчок замка, а потом чувствовал мягкие прикосновения к волосам. Он не мог утверждать, что это было правдой, но так хотелось верить. За все время, что Кёнсу провел без Чонина, он не смог разлюбить, а кажется, наоборот, полюбил еще сильнее. Он отпустил эти дурацкие недоотоншения, основанные на сексе; попытался отпустить Кая, но не смог отпустить любовь. Это сильное чувство грело его душу и залечивало раны. Он знал, что встретив Кима в универе, все снова рухнет и он простит. Потому что Чонин — все для него. Без преувеличений. Дни на календаре быстро приближались к дате окончания «больничного» и Су, собрав все силы в кулак, начал готовиться. Покрасил отросшие корни волос в вишневый, убеждая себя, что не ради Чонина. Купил несколько пар узких джинсов и много разных футболок и свитеров. И нет, опять же, не для того, чтобы нравиться Каю. До не был готов так скоро взглянуть в глаза младшему, но слишком хотел этого. Су скучал. Безумно. Хотелось уткнуться носом в смуглую шею и просто таять. Но нужно ли это Чонину? Да, он все время приходил и стоял под окном, просил прощения, закидывал телефон смс с милым содержанием и признаниями. Но Су не хотел верить до тех пор, пока не увидит правду в любимых глазах. День Х наступил слишком быстро — думал Кёнсу, но все же, собрав силы в кулак, бросил еще один быстрый взгляд в зеркало, после чего открыл дверь и шагнул на лестничную клетку. Внутри все скрутило в узел. Еще немного и он увидит Чонина, для которого бьется сердце. Страшно, что все слова были ложью и сейчас Ким с кем-то другим. А еще душа рвется к нему, к его теплу. Может, Кёнсу и дурак, но он ждет этой встречи. Он думал, что за два месяца сможет разлюбить или хотя бы задвинуть чувства в дальний ящик, но на деле просто сделал небольшой перерыв, чтобы разобраться в себе и дать Каю возможность понять все и расставить приоритеты. И вот, перед глазами вход в университет. Пара уже началась, но Су было как-то все равно. Ладошки вспотели, а сердце быстро-быстро билось. Совсем скоро он увидит Чонина и точно примет окончательное решение. Есть два выхода: пустить Кима обратно, либо закрыть для него сердце. Теперь все зависит только от младшего и если все не было игрой, то Су даст ему последний шанс. Шагая по пустым коридорам, До оглядывался по сторонам, надеясь, что откуда-нибудь появится Чонин и они наконец, решат все. И как бы странно это ни казалось, но именно в этот момент из аудитории вышел младший, практически сразу устремляя свой взгляд на Су. — Кёнсу, давай поговорим? — Нин быстрым шагом подошел к парню, который старательно прятал взгляд. В его голосе больше не было той дерзости и напора, Ким отказался от этого. Теперь он говорил с Кёнсу немного дрожащим голосом, потому что боялся, что его снова прогонят и никогда не простят, даже если это и правильно. За два месяца Чонин все понял. И свои чувства, и свои поступки. Он просто боялся признать, что влюбился. — О чём? — не поднимая глаз, спросил До. — Я знаю, что виноват. И я прошу у тебя прощения, Кёнсу. Я был полнейшим идиотом, и я прошу у тебя лишь один шанс для того, чтобы все исправить. Старший наконец нашел силы посмотреть Киму в глаза. В них плескалось отчаяние вперемешку с чем-то, чего Су никогда не видел во взгляде младшего. И это его манило еще больше. Сейчас, когда Чонин стоит напротив, смотрит так и говорит все эти вещи, До просто хочет растаять. Таким он всегда хотел видеть возлюбленного. Без всей той грубости и напускной крутости. Кай — это фальшивка. Сейчас перед Кёнсу стоял настоящий Ким Чонин. И осталось задать всего один вопрос. — Ты любишь меня? — старший спрашивает тихо, уверенно глядя в глаза. — Да, — ни секунды не раздумывая, отвечает Чонин. И земля уходит из-под ног, потому что это Су хотел услышать больше всего на свете. Эти три слова решили исход их истории. Ким не врал и Кёнсу это видел, поэтому встав на носочки, прильнул к любимым губам, по которым слишком скучал. Поцелуй был не таким, как всегда. Он был нежным и мягким, оба просили прощения за все, что было; давали обещание быть вместе и вкладывали все свои чувства. С этого дня все началось с чистого листа. И дальше не будет этой бесконечной дешевой драмы. Теперь Чонин будет приходить не только ради секса, а чтобы посмотреть фильм, покушать с любимым или просто молча полежать, держа в своих объятиях самое важное. Даже у дешевых драм есть свой счастливый конец.