Зависнуть в Майами

Глава 8.

«Некоторые люди, когда им грустно, не любят расспросов; иногда они сами все выкладывают, а бывает, молчат месяцами»

— Джон Бойн.

      — Мой бывший парень — абьюзер.       Слова, произнесённые парнем, эхом отдались в голове Тэхёна, сплетаясь в одно предложение. Осознание пришло не сразу. Почувствовав нахлынувшую злость, Ким завёл одну руку за спину и сжал ладонь в кулак, сдерживая прилив ярости. Он медленно поднял взгляд на растерянного Чонгука и ему стало жалко того. Но вряд ли парень нуждался в этой жалости.       — Ты серьёзно? — с сомнением спросил Тэхён, закусывая нижнюю губу.       — Да.       Чонгук неловко вцепился пальцами в свои локти, опуская взгляд в пол. Говорить о своём прошлом совсем не хотелось. Парень надеялся, что Ким не станет дотошно его расспрашивать.       — И… поэтому у тебя на него такая реакция? — опасливо задал вопрос Тэхён, боясь получить в ответ грубость. Значит, что-то было не так. И раз уж Чонгук упоминал, что Енук - абьюзер, то было что-то ужасное.             Чонгук молчал.       — Что он делал? Бил? — продолжал Тэхён, чувствуя как внутри снова поднимается волна злости, — Ответь, бил?       — Д-да… - тихо произнёс младший.       Брови Тэхёна поднялись, а рот приоткрылся. Он будто потерял голос. Услышав короткий тихий ответ парня, Тэ почувствовал, как внутри всё сжалось при виде боли, отразившейся на лице Чонгука. Тот так отчаянно не хотел погружаться в прошлое… Однако прошлое нельзя забыть, его можно принять и усвоить как урок. Но вот только Чонгук не хотел этого, а потому в сердце у него была кровоточащая рана.       Меж ними воцарилась давящая тишина... Лишь тихий шум слабого ветра и крики птиц над головами были источниками звука.       — А… откуда ты знаешь Енука? — осторожно спросил Чонгук, скривившись при упоминании вслух поганого имени.       Тэхён хмыкнул и подставил лицо ветру, который легко играл его волосами:       — Работаем вместе.       Чонгука как-будто ударили под дых. Он широко раскрыл глаза, не веря своим ушам. Мотнув головой, он нахмурился и спросил:       — А где и кем вы работаете?       — Здесь у моего отца офис, и мы с этим ублюдком работаем вместе над одним проектом, — Тэхён сплюнул и слегка прикусил губу, выдерживая секундную паузу, — Ты бы знал, как мне тошно от него. Он занимает место, которое принадлежит ему не по праву.       Чонгук слушал и пытался вникнуть в слова парня, но даже просто мысль о Енуке заставляла его содрогнуться. Он думал, что больше ничего о том не услышит и никогда не увидит, но ошибся. Ноги снова подвели, обмякли. Чонгук рухнул на грязную крышу, закрывая лицо ладонями. Енук здесь, в Майами, рядом. Он вновь его достанет, найдёт и сделает больно…       — Чонгук, не нужно, — Тэхён протянул руку к плечу парня, голос его посерьёзнел, — Не убивайся так. Он не тронет тебя.       Но юноша молчит. Он не может объяснить весь тот страх, который испытывает, потому что Тэхён все равно не поймёт, ведь он никогда не состоял в таких больных отношениях, как Чонгук.       — Давай, поднимайся. Тебе нужно проветрить голову, отвлечься, — Тэхён протягивает свою широкую ладонь и смотрит парню в глаза сверху вниз, ожидая, когда тот решится встать.       Чонгук шумно выдыхает и поднимается на ноги, опираясь на перила, игнорируя протянутую руку. Он уже поплакался старшему в жилетку, поэтому больше делать так не станет. Уже за это стыдно. Тэхён ничего не сказал по этому поводу, лишь слабо улыбнулся.       Вытерев нос тыльной стороной ладони, Чонгук недоверчиво покосился на Кима и спросил:       — И чем отвлечься? Вдруг он на каждом шагу будет меня преследовать. Мне лучше сидеть дома.       — И умереть там же, дома, да? — Тэхён поднял бровь, — Перестань нести чушь. Если ты будешь с кем-то, вряд-ли он тебя тронет. Так?       Чонгук молчал. Он не знал точно, что может заклинить в голове у Енука. Может, ему вообще больше нечего терять…       — Поехали со мной? — предложил Ким.       — Куда?       — В клуб к Юнги.       Чонгук резко вскинул руки и замахал ими из стороны в сторону, отступая назад.       — Ещё чего! Уж лучше дома тухнуть. Тэхён шумно вздохнул и молча стал наблюдать за тем, как Чонгук разговаривает сам с собой, проклиная клуб, Хосока, алкоголь, людей, торчащих в этом клубе и, как он выразился, ебаные правила.       — Да нету там таких правил, Чонгук. Хосок специально это сказал, чтобы проучить тебя. Даже скажу больше, драки в этом клубе строго-настрого запрещены. И Хоуп об этом знал. Но он конченый, ему плевать.       Чонгук выслушал всё с широко раскрытыми глазами, усмехнулся, приложил ладонь ко лбу и прерывисто выдохнул.       — Забудь, Хоуп козёл, знаю, — Тэхён хмыкнул и похлопал себя по карманам в поисках сигарет. Вспомнил, что их забрал Юнги, — Чёрт…, — бросив взгляд на Чонгука, он как бы ненароком поинтересовался, — сигаретки не найдётся?       Чонгук повернулся к нему, склонив голову набок и,сделав максимально серьезное и беспристрастное лицо, сказал, опуская руку в передний карман джинсов, делая вид, что что-то достаёт:       — Конечно, всегда ношу их с собой, — он вытащил из кармана руку с фигой, — и плевать, что не курю. Да?!       Тэхён ухмыльнулся и сжал кулак, рассекая им воздух:       — А ты, оказывается, шутить умеешь? Мне нравится.       — Да иди ты, — Чонгук опустил голову и посмотрел себе под ноги. Он был в замешательстве и не знал, стоит ли идти в клуб или лучше сидеть дома? Но… в чём смысл ныкаться дома из-за страха перед каким-то мудаком? Может, Тэхён прав, и стоит забить хер и жить дальше? Может, тот прав, и в компании Енук не тронет его?       — Идём со мной? — ещё раз предложил Тэхён в надежде, что парень наконец-то согласится и не пошлёт его снова.       — А если там этот Хосок? — Чонгук неловко поковырял покрытие носком кроссовка, опуская взгляд вниз.       — Он по-любому там, опять не просыхает наверное, — Ким закатил глаза, — Да плевать, пошли. Если он сейчас пьёт, то ему плевать на всех.       Тэхён идёт первым, направляясь к выходу с крыши. Чонгук шумно вздыхает и идёт за ним, ещё раз вытирая мокрые щёки ладонями. Слегка похлопав себя по лицу, он выходит с крыши, следуя за парнем и уходя всё дальше от квартиры. Они спускаются по лестнице вниз.       — А почему Юнги просто не выгонит его из клуба? — продолжил прерванный разговор Чонгук, как только они вышли из подъезда.       Тэхён хмыкнул:       — Потому что считает его другом. Друзей не прогоняют.       Чонгук задумался, но не ответил. Он не видел в Хосоке хорошего друга, первое впечатление тот произвёл ужасное. Злой человек в запое. Таким его видел Чонгук.       Тэхён резко остановился, упёрся руками в бока и посмотрел по сторонам, закусывая нижнюю губу. Чонгук остановился рядом с ним, нахмурившись, не понимая, в чём дело. Только через пару секунд до него дошло, что Порше Кима-то забрали, и им не на чем уехать.       — И что? Как мы доедем? — тихо поинтересовался Чонгук, складывая руки на груди.       — Такси, — Тэхён посмотрел на парня и одарил его своей квадратной улыбкой. Чонгук отвёл взгляд в сторону и сказал:       — У меня нет денег.       — Я заплачу.       Чонгук повернулся и посмотрел на парня, чтобы возмутиться в ответ на такое предложение, но, увидев серьёзное и строгое выражение лица Кима, вдруг замолчал.       Тэхён вызвал такси, и уже через несколько минут они благополучно сели в авто и поехали в Night badgers. Непонятное чувство внутри не давало Чонгуку покоя. Парень нервничал. Ему не хотелось встречаться лицом к лицу с Хосоком, да ещё и с пьяным. Единственное, что его более менее успокаивало, это то, что сейчас Тэхён будет с ним рядом. А не с… Айрис. Зажмурившись, он вспомнил о сестре. У Чонгука тут же перед закрытыми глазами встала картина их поцелуя в туалете этого клуба...       — Чонгук? Все нормально?- послышался обеспокоенный голос Кима. Парень молча кивнул и подпёр щёку рукой, глядя в окно. Почему-то эти воспоминания вызывали у него раздражение.       Тэхён увидел, как Чонгук изменился в лице. Видимо, его терзали воспоминания ещё о ком-то или о чём-то, кроме Енука. Но Ким не посмеет лезть ему в душу. Было бы лучше, если бы Чонгук сам этим с ним поделился…       Оставив позади город, такси резко свернуло направо, въезжая на другое шоссе, устремилось вперёд по полупустой дороге. Ехать до клуба оставалось считанные минуты.       — Ты только сам не связывайся с Хоупом. Хорошо? — Тэхён с серьёзным лицом наклонился к Чонгуку, говоря это. И да, он может предотвратить стычку и угомонить Хосока, но ему хочется, чтобы ссоры не было вовсе.       — Если он ко мне первый не полезет, я не трону его, — процедил сквозь зубы Чонгук. Снаружи он был спокоен, но внутри него - страх снова быть избитым, хотя ещё ничего не прошло. И Тэхёну вовсе не обязательно об этом знать.       — Издеваешься?- злится Тэ.       — Я всё сказал, — прошипел Чонгук и первым вышел из остановившейся возле нужного здания машины.       Тэхён проследил за парнем, который стремительно прошагал к входу в клуб, останавливаясь возле охраны, ожидая его.       — Плевать, что ты сказал… — процедил сквозь зубы себе под нос Тэхён и, заплатив таксисту, вышел из машины следом за младшим, хлопая дверью. Осмотревшись по сторонам, Ким направился ко входу в уже давно знакомый клуб. Яркая неоновая вывеска, как обычно, встретила посетителей своим специфичным названием. Приветственно махнув рукой двум амбалам-охранникам, Тэхён первым зашёл внутрь, а за ним нехотя вошёл Чонгук.       — Тебе нужно выпить, — предложил Ким, руками раздвигая шторы в стороны и снова открывая перед Чонгуком полутёмный зал с громкой музыкой и толпой людей, — говорю тебе, пару шотов виски помогут тебе расслабиться.       Чонгук с укором взглянул на Тэхёна. Сколько раз он должен повторить, что не пьёт? Пять? Десять?       — Я уже говорил, я не пью.       — Нужно попробовать, — настаивал Тэхён, направляясь сквозь толпу к барной стойке, улыбаясь посетителям клуба, будто это он здесь хозяин. Наблюдая за этой картиной, Чонгук усмехнулся и осмотрелся вокруг. Здесь было больше парней, чем девушек. Почувствовав чьё-то прикосновение к своему плечу, Чонгук резко обернулся, сразу потеряв из виду Тэхёна. Перед ним стояла, покачиваясь, девушка в открытом платье. Она была явно пьяна, но ещё как-то держалась на ногах.       — Оу, ты такой милый, не хочешь со мной потанцевать? — поинтересовалась девица, укладывая свои ладони Чонгуку на плечи. От такой близости с противоположным полом Чон вдруг смутился. Если парню можно было втащить или нагрубить, то с девушками дела обстояли намного сложнее. Не пошлет же он её нахер? Нет…       — Эм… вообще-то я тороплюсь, мне некогда танцевать, извините, — Чонгук попытался отмазаться и отойти, но девушка лишь крепче сжала его плечи.       — Ну пожалуйста, потанцуй со мной! Нам всем здесь некуда торопиться! — она рассмеялась неожиданно низким голосом, подалась вперёд и оставила на щеке Чонгука лёгкий поцелуй. Лицо парня вспыхнуло. Волна раздражения вместе со смущением захлестнула его. Ему не нравилось такое обращение, но тело реагировало само по себе, без его согласия. Он уже было открыл рот, чтобы возмутиться, как вдруг услышал голос Тэхёна за спиной и почувствовал, что тот мягко скинул руки девушки с его плеч.       — Девушка, идите, найдите себе другого мальчика, — с наигранной улыбкой сказал Тэхён, ухватывая ту за плечи. Он развернул её, мягко подтолкнув в другую сторону. Девушка обиженно надула губы, но послушно ушла, не возражая. Ким повернулся к Чонгуку, взял его за локоть и повёл к барной стойке, прошептав:       — Ты что, даже девушку отшить не можешь?       — Да замолчи уже, — Чонгук дёрнулся и вырвал свой локоть из цепких пальцев Кима. Тот хохотнул и опередил его, лихо оседлав высокий барный стул.       — Юнги, помнишь Чонгука? — Ким показал пальцем на парня, одновременно глядя на сосредоточенного рыжего молодого человека. Тот немного помолчал, затем поднял голову, бросая взгляд на рядом стоящего со сложенными на груди руками Чона.       — Помню, — коротко ответил Юнги и протянул парню руку для приветствия. Чонгук сначала оторопел, но затем пожал сухую ладонь парня, — Какими судьбами?       — Да просто заскочили отдохнуть, выпить, — на последнем слове Ким глянул на Чонгука, ухмыльнувшись, зная, как того бесит всё это.       — От чего отдыхать? Ты прямо работяга у нас, да? — с сарказмом произнёс Юнги и оторвался от планшета, подпирая щёку рукой, глядя на друга.       — Ну, в теории, — с улыбкой сказал Тэхён и показал бармену два пальца. Тот молча кивнул в знак согласия.       — В теории… — задумчиво протянул Юнги и сделал пару глотков из своего стакана, облизнув губы, — мне бы так. А то я уже изрядно заебался строчить эти подсчёты. Бар сведёт меня с ума.       Тэхён низким гортанным голосом рассмеялся и глянул на Чонгука, кивая ему на место рядом, чтобы не маячил перед другими и не мешал им. Чонгук на это закатил глаза и сел, складывая руки на столешнице.       — А где этот малец? Опять набухался? — поинтересовался Ким.       — Чим-Чим? Истеричка эта? — Юнги закатил глаза, вспоминая мелкого, его слова и психи, — Не знаю, шарахается где-то.       — В смысле где-то? Вы же вместе сюда должны были приехать? - Тэхён и Чонгук переглянулись. Ким нахмурился. Юнги схватился за голову, устремляя взгляд снова в планшет.       — Не забивай мне го… — не успел он договорить, как вдруг почувствовал чужую тяжелую ладонь на своем плече. Все разом обернулись и увидели Хоупа. На его губах играла улыбка, глаза искрились. От него несло вишнёвыми сигаретами и алкоголем. Хосок широко улыбнулся и положил руки на плечи Юнги с Тэхёном, притягивая их к себе ближе, целуя в макушки и шумно втягивая воздух носом.       — Пацаны! Я так счастлив!       Юнги скривил губы, цокнул языком и грубо дёрнул плечом. Хоупу пришлось убрать руку с его плеча, понимая, что друг не очень-то рад его прикосновениям.       — Опять, да? — вмиг посерьёзнев, спросил Тэхён, глядя другу в глаза с огромными расширенными зрачками. Хоуп пожал плечами и нервно рассмеялся. Его руки тряслись, как у старика или наркомана. Чонгук глянул на него сверху вниз. В голове не укладывалось, каково тому сейчас приходилось. Он столько пьёт... На секунду Чонгуку стало его жаль. Хоуп же не видит в своей жизни ничего, кроме алкашки.       — Чего опять-то? — улыбка сошла с губ Хосока. Он убрал руку с плеча друга и оперся на стойку, положив голову на руки, тяжело вздыхая.       — Опять нахуярился, придурок гашеный? — грубо произнёс Тэхён. Ему и самому уже надоело такое поведение Хоупа. Ладно, выпить культурно пару стаканов. Но не нажираться же каждый день до потери пульса. Ким и вправду задумался над словами Чонгука о том, чтобы Юнги перекрыл Хоупу доступ в клуб.       — Нет… — сдавленно простонал Хосок, не поднимая головы.       Тэхён грубо схватил его за воротник и отвел от стойки, отталкивая назад.       — Пошел вон отсюда.       Чонгук удивленно вскинул брови, не ожидая такой агрессии со стороны Тэхёна по отношению к другу. Кажется, это уже был перебор. Чонгук бросил короткий взгляд в сторону Юнги, который сидел спокойно, занимаясь своими делами, не обращая внимания на стычку, и снова удивился. Наклонившись к уху Кима, Чонгук прошептал, чтобы услышал только он:       — Не стоит с ним так… Он же не в себе.       Впервые внутри Чонгука что-то изменилось по отношению к Хосоку. Это была простая человеческая жалость и сочувствие. Весь вид Хоупа так и кричал о том, что ему нужна просто помощь. Но вместо того, чтобы помочь, его вышвыривают, как грязного уличного кота.       — А тебе жалко этого пьяницу? — также шёпотом поинтересовался Ким, глядя уже Чонгуку прямо в карие глаза. Их лица были на расстоянии буквально пяти сантиметров друг от друга. Тэхён вдруг почувствовал запах парня. Это был вовсе не одеколон и не еда, и не напитки. Это запах свежести и ванильного мыла. Незаметно принюхавшись, Тэхён на секунду забыл о Хоупе и рядом сидящем Юнги.       — А тебе не жалко его? Он твой друг вообще-то, — процедил сквозь зубы Чонгук, поджимая губы. Он нахмурился, глядя прямо в глаза Киму, и почувствовал давно остывшую злость к Тэхёну с новой силой.       — Если бы он слушал нас, я бы его, может и пожалел, — прошептал Тэхён, взяв в руки стакан, протянутый барменом. Сделав глоток, он шёпотом добавил, — … может быть.       Чонгук отпрянул от него и посмотрел на шатающегося Хоупа. Кажется, тот и вовсе не понимал, где находится. Он стоял, понурив голову, а люди, проходящие мимо, грубо пихали парня плечами. Но он молчал, потому что явно был не в том состоянии, чтобы ещё с кем-то связываться. Почувствовав чужое прикосновение, Чонгук глянул на посуровевшего Тэхёна.       — Даже не думай, пусть сам ползет домой, - раздражённо проговорил старший.       Чонгук скривил губы и сбросил его руку. Он снова наблюдал за Хосоком, но, услышав голос Юнги, перевел взгляд на него.       — Ви прав. Не лезь к нему, Чонгук. Разочек в больничку или участок отъедет - задумается, - Юнги был спокоен.       — Кто, блять? — послышался грубый и недовольный голос Хоупа. Тот поднял голову и, шатаясь, подошёл к Юнги.       — Хоуп, пошёл вон из клуба. Мне не нужны здесь очередные драки. Твоё дерьмо я уж точно не намерен выгребать. Найди себе другого индивида, - процедил Юнги, обернувшись через плечо, глядя на друга, у которого перед глазами стояла пелена.       Чонгук сжал челюсти. Ему было обидно вместе с Хосоком, как-будто это его шлют нахер из клуба.       — Я… — Хоуп поднял руку и пальцем ткнул в плечо Юнги. Затем икнул и продолжил, — никуда не уйду.       — Я сейчас охрану позову, хочешь?       — Да зови кого хочешь, мне вообще поебать, — Хосок ухмыльнулся и опёрся локтем о стойку. — вы прогоняете меня, потому что вам завидно, — Хоуп пожал плечами и тяжело сглотнул.       Тэхён и Юнги переглянулись. Чонгук не понял этих переглядок и пока молчал.       — Уж я-то точно не завидую твоему убитому организму, — спокойно сказал Юнги, возвращаясь к своим делам, игнорируя ругательства Хосока.       — А я тем более, — добавил Ким, допивая свой виски. Стакан Чонгука по-прежнему стоял нетронутый. После такого он уж точно не захочет выпить. Вообще нисколько. Даже каплю.       Хосок помолчал, переводя взгляд с Юнги на Тэхёна, не замечая Чонгука, а потом психанул и, шатаясь из стороны в сторону, побрёл к выходу. Чон проследил за ним, как того штормит, как его пихают другие и почему-то запереживал. Сам того не замечая, он вскочил со стула, но Тэхён резко схватил его за локоть, останавливая:       — Если сейчас пойдёшь за ним, я не стану тебя защищать.       Чонгук медленно перевёл взгляд со своего локтя, сжатого тонкими пальцами Тэ, на него самого. Хмыкнув, он ответил:       — И не нужно. Ты тогда не смог, да и сейчас вряд ли поможешь.       Чонгук пожал плечами, выдернул свой локоть из хватки Тэхёна и направился за Хоупом под крики Тэ себе в спину.       — Ну и вали! Только потом не жалуйся, что он избил тебя! — осушив второй хайбол с виски, парень снова крикнул, но уже в пустоту, — Чонгук!       Ким устало вздохнул и приложился лбом к холодной столешнице, на секунду прикрывая глаза. Музыка громко долбила по ушам, и Тэхену захотелось уйти отсюда. Он сдавленно прошептал себе под нос:       — Заебись, отдохнул…       Сквозь биты музыки из колонок Ким почувствовал вибрацию мобильного в заднем кармане брюк. Нехотя потянувшись рукой к мобильнику, он посмотрел на светящийся экран и увидел один пропущенный вызов от отца, а ниже от него смс:

«Твоя халатность и безответственность в работе не оставляют тебе надежды на лучшее будущее. Чтобы завтра же был в офисе. Иначе уволю к чертям собачьим, и полетишь к своей мамаше в Тэгу.»

Отец.

      Тяжело вздохнув, Ким убрал телефон обратно в карман и устало потёр лицо руками. Одно только упоминание о матери заставляло его содрогнуться. Даже спустя такой большой промежуток времени, и даже уже повзрослев, Тэхён отчаянно не хочет ни видеть, ни слышать ничего о своей матери. А отец специально давит на больное.

* * *

      Чувство вины.       Это единственное, что сейчас испытывала Айрис, сидя на своей кровати, поджав колени к груди, невидящими глазами смотря в одну точку. Глаза её покраснели от недавних слез. Около двух часов назад она слышала, как входная дверь захлопнулась. Не трудно было догадаться, кто это был. Чонгук. Он ушёл. Опять. Один, никого не предупредив. Но Айрис не винила его. Даже понимала. Она оклеветала его, обвинила. А сама вышла сухой из воды. Но так больше может продолжаться. Она не сможет нормально жить с этой виной.       Сделав глубокий вдох, девушка поднялась с кровати и вышла из своей комнаты, тихо прикрыв за собою дверь. Она прошла на цыпочках в кухню и увидела Джанди. Та сидела в потёмках с бутылкой вина и смотрела в одну точку, утирая лицо ладонями.       Айрис на секунду замешкалась. Стоит ли сейчас говорить обо всём этом? Но когда представится ещё возможность? Нужно было всё исправить прямо сейчас. Прочистив горло, девушка шепотом произнесла:       — Мам?       В ответ молчание.       — Мам…, мне нужно тебе кое в чём признаться…       Айрис осталась стоять на пороге, прижимаясь плечом к дверному косяку, нервно теребя в руках свой браслет. Джанди прекрасно слышала дочь, но молчала. Она снова налила себе пол бокала вина и сделала маленький глоток, со звоном ставя бокал на столешницу. Айрис вздрогнула. Тяжело сглотнула.       — Я слушаю, — прозвучал строгий голос Джанди.       — То, что я наговорила о Чонгуке… На самом деле сделала всё это я. Это я согласилась на предложение незнакомого парня пойти в клуб, это Чонгук звал меня быстрее уехать домой, потому что я была пьяна в стельку. И побили его из-за меня.       Судорожно выдохнув, закончив свою речь, Айрис сжалась, боясь услышать и увидеть реакцию матери на эти слова. Но в ответ тишина.       — Мам?       Во рту пересохло. Девушка сильнее сжала бусины на браслете, пристально глядя в спину Джанди. В воздухе висела напряженная тишина, давящая со всех сторон. Впервые Айрис почувствовала себя некомфортно, не в своей тарелке. Сделав было шаг вперёд, девушка резко остановилась, услышав голос матери:       — Зачем, дочка?       — Ч-что?       — Зачем ведёшь себя так подло?       Услышав такие слова, Айрис задохнулась от внезапной боли в душе. В голове заметались обрывки мыслей... Пальцы рук тряслись. Глаза щипало от подступающих слез. Голос предательски задрожал:       — М-мам, это не так… я не хотела! - быстро преодолев расстояние между ними, Айрис схватила мать за локоть и, внимательно глядя ей в лицо, снова прошептала:       — Я не… не знаю, что на меня нашло!       Джанди медленно повернула голову в сторону дочери и взглянула той в глаза. Её губы растянулись в кривой улыбке. Ненастоящей. Айрис впервые видела её такой. Джанди грубо отпихнула от себя девушку и прошептала:       — Мало того, что ты начала шляться по клубам, так ещё и брата подставила и оболгала! Не стыдно?! Тебе разве не стыдно, Айрис?!- Джанди кричала, а её глаза наполнялись слезами. Айрис снова подскочила к ней и обняла за шею, заливая слезами её платье, шепча на ухо извинения.       — Моя дочь не такая! — выкрикнула женщина, слегка отталкивая от себя Айрис, вцепляясь в её плечи. Её брови взметнулись кверху, — Слышишь? Что с тобой стало? За каких-то несколько дней!       — Мне правда жаль! Правда, мам! - Айрис содрогалась в руках матери, жёстко удерживающих её, не понимая, как ещё она может просить прощения.       — Вы с братом довести меня решили?! В могилу свести хотите?!       Джанди резко оттолкнула от себя девушку, и та упала, ударившись бровью, вскрикнув. Женщина потерла лицо руками и на несколько секунд зависла, глядя на дочь сверху вниз. Но потом, увидев на полу кровь, резко вскочила с места, и несмотря на выпитый алкоголь, соображала трезво. Она села рядом с Айрис на колени и приподняла её голову, осматривая. Страх и волнение застыли в её глазах, когда она увидела разбитую бровь девушки. Айрис безмолвно плакала, сотрясаясь в руках матери.       — Господи… — прошептала Джанди, поднимая дочь на ноги, — вставай моя хорошая, прости меня дуру. Прости!       Усадив её на стул, Джанди бегом подбежала к шкафчикам и стала искать аптечку.       Айрис положила голову щекой на столешницу и сидела молча, без криков и стенаний, слёзы её лились на светлую поверхность, смешиваясь с кровью, вытекающей из раны. Её губы дрожали.       — Прости меня, дорогая! Не знаю, что на меня нашло! - Джанди достала маленький оранжевый контейнер и подошла к столу, начиная искать бинты и спирт. Из дрожащих рук всё валилось, женщина не могла сосредоточиться. Слёзы застилали глаза, но она моргала, сгоняя их прочь. Она осторожно подошла к девушке, приподняла её голову и промокнула бровь, пытаясь остановить кровь, приложив мокрый бинт.       — Все хорошо, тише…       Убрав бинт, она взяла другой, положила на ранку и заклеила пластырем. Посмотрев в глаза Айрис, Джанди вытерла её мокрые щёки своим ладонями и притянула к себе, сжимая в объятиях. Девушка даже не пошевелилась. Она застыла безвольной куклой, глядя в одну точку, куда-то в окно. В голове не было ни мыслей, ни звуков. Пустота.       Джанди медленно отодвинулась от дочки и, слабо улыбнувшись, произнесла, кажется, тысячу извинений за своё импульсивное действие. Айрис ничего не ответила. Она была в шоке. Она совсем не ожидала такой реакции.       — Прости, Айрис, не знаю, что на меня нашло…       В прихожей послышалась мелодия вызова на телефоне. Джанди бросила взгляд в коридор, поцеловала дочь в макушку и сказала:       — Секунду, милая, - выходя в прихожую.       Уголки губ Айрис дрогнули. Она вытерла слёзы с мокрых щёк и тяжело сглотнула. Пальцы рук не переставали дрожать, а перед глазами вдруг появился образ Тэхёна…             Девушка прикрыла глаза, приоткрыв рот, и вспомнила, как поцеловала его. Вспомнила вкус его губ, его запах, дурманящий одеколон. Всё смешалось в мыслях, и Айрис стало невыносимо тоскливо. Она хотела к нему. Хотела к Тэхёну. Но знала, что он сейчас с Чонгуком. Нетрудно было догадаться, что они сейчас вместе… И от одной только этой мысли внутри девушки вспыхнуло необъятное пламя ревности.Ревность была настолько всепоглощающей, что Айрис на миг перестала чувствовать боль от раны на брови. И не сразу услышала позади себя встревоженный голос матери:       — Айрис, милая, мне нужно отлучиться по делам, ты побудешь одна?!       Девушка склонила голову и волосы упали ей на лицо. Её губы зашевелились, она прошептала тихое: «Да». Джанди подошла, осторожно дотронулась до её локтя, снова поцеловала в макушку и ушла. Айрис обернулась вслед матери и услышала несколько слов Джанди, которые та произнесла в телефон шёпотом:       — Я уже выхожу, жди, Туён.       Дверь громко хлопнула, и Айрис осталась сидеть одна за столом в огромной пустой квартире, медленно постукивая пальцами по гладкой поверхности.

* * *

      Чонгук уходит из клуба, оставляя позади себя громкую музыку, пьяных людей и душный зал. Свежий воздух врывается в лёгкие, ветром обдувая лицо, проветривая голову. Если честно, он и сам не знал, с чего вдруг решил помочь Хоупу. Но он знал, что парень может попасть в какие-нибудь неприятности.       Осмотревшись по сторонам, Чонгук увидел удаляющегося в сторону шоссе Хосока. Сорвавшись с места, он быстро нагнал шатающегося парня и аккуратно взял его за плечо. Тот дернулся, замахнулся и закричал:       — Охуел? Кто?       Посмотрев на парня перед собою расфокусированным взглядом, Хоуп медленно изогнул губы в улыбке. Он узнал Чонгука. Как его можно забыть? Такой резкий, вспыльчивый и слабый.       — Куда ты идёшь в таком состоянии? Не лучше ли переночевать в клубе? — предложил Чонгук, а сам на всякий случай сделал шаг назад, придерживаясь дистанции.       — А не лучше ли тебе закрыть ебальник? — Хоуп медленно двинулся на Чонгука. — Указывать мне вздумал, малец?       Чонгук тяжело сглотнул и кинул на вход в клуб. Затем снова посмотрел на Хосока:       — Я не хочу с тобой ссориться. Просто вижу, что тебе хреново.       — А ты мать Тереза или чё? Всем плевать на меня, и тебе должно быть тем более, - зарычав, Хоуп сплюнул на асфальт, развернулся и пошёл дальше, к обочине дороги. Он икнул и начал петь, шатаясь из стороны в сторону, с трудом удерживая себя на ногах. Его голос охрип, а пение напоминало скорее завывания.       — Придурок… — пробубнил себе под нос Чонгук и двинулся за ним следом, засовывая руки в карманы. Но, увидев, что Хосок резко остановился и замолчал, напрягся. Впереди показалась чёрная машина с тонированными стёклами. Она ехала медленно и вдруг остановилась возле Хосока. Окно с водительской стороны наполовину опустилось. Чонгук нахмурился и поджал губы. Что-то было не так. Он медленно подошёл к Хосоку, становясь за его спиной, пытаясь незаметно заглянуть внутрь салона неизвестной машины.       — Тебе чё надо? — резко огрызнулся Хоуп, наклоняя голову, чтобы заглянуть в окно.       — Сядь в машину. — прозвучал неизвестный низкий голос.       — Слышь, я тебе говорил, у меня нету денег, отвали, — Хоуп снова огрызнулся, развернулся и пошёл дальше, засунув руки в карманы брюк. Но, услышав звук открывающейся дверцы, резко остановился.       Чонгук отошёл назад, наблюдая, как из машины вылез худой высокий парень в очках в чёрном костюме. Он подошёл к Хосоку и прошептал ему что-то на ухо. Тот усмехнулся, и повернулся к парню, заглядывая ему в глаза.       — Да хоть убейте, плевать мне, — процедил сквозь зубы Хосок и сплюнул на асфальт, — вот так мне на все ваши ебаные указы. Свободен.       Чонгук тяжело сглотнул, метнулся взглядом от двух парней на открытое окно машины и прищурился. Тот, кто сидел там, медленно повернул голову в его сторону и их взгляды встретились. Чонгук отчетливо видел уставшие, глубоко посаженные серые глаза. Брови у того были нахмурены, а затем окно неожиданно закрылось. Чонгук почувствовал необъяснимую тревогу. Он медленно сделал шаг назад, чуть было не упал, запнувшись о гравий, и подошёл к Хосоку, хватая его за локоть.       — Уходим. — сказал он.       Но Хоуп не сдвинулся с места и даже не обратил на него внимания. Он ткнул пальцем в грудь парня и прошептал:       — Валите к Туёну и стягивайте деньги с него. Это он втянул меня в эту авантюру.       Незнакомец впервые коротко ухмыльнулся и прошептал низким голосом:       — Не пожалейте потом о том, что сдаёте своих же.       А в следующую секунду Хоуп размахнулся и ударил парня в нос кулаком, слегка пошатнулся и опёрся плечом на Чонгука. Взгляд его потемнел, Хосок сплюнул и сказал:       — Тварь, вали к своему зеку, падла!       — Заткнись, Хосок, уходим! Сейчас же!       Чонгук уже не шептал, и не просто говорил, он, буквально, кричал. Хосок резко посмотрел на него, отошёл и снова побрёл вперёд, будто ничего не происходило. Чон бросил взгляд на ухмыляющегося парня с кровоточащим носом и устремился вслед за Хосоком. Тот сжимал кулаки и пинал гравий, явно разозлённый всем произошедшим. Чонгук не лез к нему пока. Он молча шёл позади Хоупа, нервно кусая нижнюю губу, размышляя обо всём. В Майами он всего несколько дней, а произошло уже так много событий, что парню просто хочется лечь, уснуть и проснуться в Сеуле, и чтобы всё это оказалось страшным сном.       Но это был не сон. Не иллюзии.       Чонгук нагнал Хоупа и начал идти с ним в ногу. Младший вдруг решился заговорить с Хосоком, хоть и боялся получить грубый ответ.       — Ты… сможешь дойти до дома сам?       — Не переживай, подумаешь, в кустах переночую. — с сарказмом ответил парень, щурясь, всматриваясь в дорогу перед собой.       Чонгук промолчал. Он услышал позади шум колес и резко обернулся. Хосок же продолжал идти вперёд. Чон сощурился, пригляделся и увидел машину такси. Это их шанс добраться по отдельности до дому. Подняв руку вперёд и выйдя за край обочины, Чонгук начал активно привлекать внимание водителя. Боже, что он забыл здесь?       Машина замедлилась и притормозила рядом с Чоном. Внутри салона он увидел усатого мужчину в очках. Выглядел тот он… добрым?!            Чонгук замялся, не зная, как сказать, чтобы их подвезли. Он бросил взгляд на Хосока и окликнул его. Тот нехотя повернулся, вопросительно глядя на Чонгука. Закатив глаза, Хоуп подошел к машине.       — Как сказать по английски, чтобы он нас подвёз?       — Я чего, ебу что-ли? Я из всех языков владею только корейским и своим, — Хоуп показал язык, а затем провел им по нижней губе. Чонгук скривился, отмахнулся от него и стал жестами показывать водителю, что их нужно довезти хотя бы до центра. Мужчина кивнул и махнул рукой на задние сиденья, которые были уже кем-то заняты.       Чонгук открыл дверцу и увидел двух пьяных девиц в открытых коротких платьях, которые спали друг у друга на плечах. Хоуп наклонился к парню и тоже посмотрел внутрь. Его губы растянулись в самодовольной улыбке. Он отпихнул Чонгука и сел как можно ближе к одной из девушек, жадно рассматривая её. Чон тяжело вздохнул, закатил глаза и сел рядом, захлопнув дверь. Водитель смотрел на них через зеркало заднего вида, нажал на газ, выезжая с обочины на дорогу, двигаясь вперёд, оставляя далеко позади ночной клуб.       — Даже не думай, — Чонгук ударил Хоупа по руке, когда тот потянулся к груди одной из девушек.       — Весь кайф обламываешь, — раздражённо прошептал Хосок и откинул голову на спинку сиденья, прикрывая глаза. Раз уж ему не дали развлечься, он будет спать.       Чонгук скривил губы и отвернулся к окну. Ехать нужно было примерно минут двадцать. За это время Чон десять раз пожалел, что решился помочь Хосоку. Тот начал храпеть и завалился на плечо парня.       — Чтоб я ещё раз… да пошли вы… — прошептал Чонгук, мысленно отсчитывая минуты до возвращения домой.

* * *

      Входная дверь громыхнув, захлопнулась. Скинув с себя кроссовки, Чонгук прошёл на кухню, чтобы налить себе стакан ледяной воды, но остановился, заметив сидящую за столом сестру. Она делала вид, что снова читает какой-то модный журнал. Услышав осторожно приближающиеся шаги, Айрис подняла голову.       — Привет…— Девушка закрыла страницу и поставила локти на стол.       Чонгук заметил пластырь у сестры на лице, останавливая взгляд на нём свой взгляд. Нахмурился. Но он не будет спрашивать, нет, Чонгук!       — А, это… —отвечая на незаданный вопрос, Айрис провела пальцем по пластырю, слегка кривясь от боли,— Если ты волнуешься…       — Не волнуюсь, — отрезал он, проходя к полке с чашками. Взяв прозрачную кружку, он открыл кран питьевой воды и налил полную кружку ледяной воды, выпивая её залпом. Но, увы, внутри ничего не остыло. Налив ещё одну, он поднес край к разбитым губам. Услышав слова сестры, уронил стеклянную кружку в раковину, там она и разбилась вдребезги.       — Мне нравится Тэхён… Чонгук медленно повернулся к сестре. Его глаза округлились, рот приоткрылся в удивлении, но слова будто застряли в горле… Он молча смотрел на сестру, пытаясь в её глазах найти ответы на свои невысказанные вопросы.