carpe diem

— Вась, а, Вась? Вставай. — Я со стоном перевернулась на другой бок, стараясь не замечать надоедливый голос, пытавшийся меня разбудить. — Если ты сейчас же не встанешь, я не дам тебе денег на поездку в Сочи. Аргумент. Весомый такой, кстати. Пришлось разлепить глаза и принять перпендикулярное положение. От резкой смены позиции, закружилась голова, но лишь на несколько секунд. Все быстро прошло и я сонно уставилась на свою старшую сестру, которая нагло улыбалась, не чувствуя за собой никакой вины. — Ты монстр, Сонька. — Мой хриплый голос вызывает у сестры приступ смеха. Она поднимается с моей кровати и грациозно, виляя охренительными бедрами, топает прочь из комнаты. Зараза. Я злюсь, но не долго. Соня всегда была такой, до жути ответственная, до одури красивая и чертовски милая. Я ей завидовала, по-доброму, разумеется. После смерти родителей, она, будучи еще совсем юной девушкой, взяла меня на попечение, совершенно позабыв о себе. Мне было десять, ей только-только исполнилось восемнадцать. Соня бросила учебу в престижном ВУЗе, чтобы устроиться на работу, сняла нам квартиру и обеспечила меня, озлобленную на весь мир дикарку, всем необходимым. Оглядываясь назад, я корю себя за поведение, которым одаривала сестру за заботу. Сейчас, когда мне самой скоро стукнет восемнадцать, я не могу представить, что смогла бы взять на свое попечение кого бы то ни было. У меня даже рыбки в аквариуме подыхают на третий день. Хотя..тут скорее дело в моей фобии. Боюсь рыб. Всех без исключения. Точнее не их самих, головы. Рыбьи головы — мой самый главный страх. — Вась, завтрак на столе, я убежала, — сестра снова заглянула в мою комнату и улыбнулась. — Не сиди, иначе опоздаешь. Я не хочу снова тащиться к тебе в школу, чтобы испытывать на себе престарелые пикапские шуточки твоего директора. С этими словами Соня подошла ко мне и чмокнула в висок. Потрепав меня по голове, девушка выпорхнула из комнаты, а после, я услышала звук закрывающейся входной двери. Тяжело вздохнув, я отправилась в ванную комнату, чтобы привести себя в божеский вид. До начала занятий в школе было еще немного времени. Сонька отличалась шикарной пунктуальностью, будила меня всегда так, чтобы времени хватило и собраться, и покушать, и добраться до школы. Пока я чистила зубы и красилась, настроение поднялось, ведь уже через неделю наш класс едет в Сочи. Дирекция расщедрилась в этом году, решили сделать выпускным классам незабываемый отдых перед экзаменами. Это какая-то новая программа обучения, которую выдумала наша психологиня, чему никто из учеников не возражал. Шутка ли? Провести две недели, учебные, прошу заметить, на отдыхе. От родителей требовалось только письменное согласие и деньги на проживание. Красота. Сонька сразу согласилась, она никогда и ничего мне не запрещала, а я, не имея запретов, ничего и не творила. Всегда звонила, если собиралась где-то задержаться, присылала местоположение и фотоотчет. Я понимала как нелегко сестре прокормить нас обеих, при этом, выплачивая ипотеку, не имея высшего образования. Сонька была моим героем. Закончив с косметикой, я вернулась в комнату и порылась в шкафу, откопав в груде беспорядка синие джинсы с высокой талией и светло-коричневый топ, с высоким горлом и открытыми плечами, принялась одеваться. Волосы я завязала в хвостик и перекинула его через плечо. Пора стричься, снова отросли дальше некуда, задевая кончиками полоску голой кожи между топом и джинсами. Оценив свой внешний вид, я добавила черный ремень и выпорхнула из комнаты.

***

Дорога до школы всегда занимала у меня не больше десяти минут, нам повезло и квартира, которую Сонька взяла в ипотеку, находилась в нескольких домах от родимого учебного заведения. По дороге я вызвонила Киру — свою лучшую подругу, едва ли не с пеленок. Она тоже жила неподалеку, мы встретились в парке, который отделял наши дома от школы и пошли на занятия. По дороге мы обсуждали предстоящую поездку, думали над нарядами и договорились в выходные сгонять в тц за купальниками. Я прикинула свои финансы и поняла, что вполне могу расщедриться на хороший купальник, а не на китайский ширпотреб, который я брала обычно. В последнее время дела у Сони шли неплохо, ее повысили на работе, новый начальник часто задерживал сестру допоздна, но платил хорошо. Сонька не жаловалась, кажется, ей безумно нравилось новое место, даже поздно вечером она возвращалась счастливой. — Вась, а ты сделала домашку по алгебре? — Кира серьезно посмотрела на меня, когда мы уже подходили к школе. — Ты режешь меня без ножа, Сажина. — Угрюмо ворчу я, не поднимая взгляда. Я училась весьма неплохо, не круглая отличница, но и четверок у меня было немного. Только вот алгебра... Ну не понимаю я точные науки. Гуманитарий я до мозга костей. А тут еще препод... Пришел в нашу школу только в начале этого учебного года, но с его появлением, моя жизнь превратилась в сущий ад. Правда, только у меня одной. Все девочки нашего класса сразу начали пускать слюни на молодого преподавателя с апполонистой внешностью, я, признаться, тоже. Пока он не открыл рот. Эта аполлонистая зараза сразу невзлюбила меня из-за полного непонимания его предмета, частых опозданий и еще хрен знает из-за чего. Каждый урок он доказывал мою полную несостоятельность в алгебре, украшая журнал все новыми и новыми тройкам. Почему не двойками? Потому что язык у меня подвешен, как он сам признался. Объяснить могу, а применить свои знания не практике — не получается. Вчера этот гад дал мне непомерное домашнее задание, угрожая, что если я его не выполню должным образом, он будет вынужден принять меры. Какие, правда, не сказал, но мне было достаточно его строгого взгляда, чтобы понять — тебе Васенька пиздец. — Вась, хочешь я позанимаюсь с тобой? — мимо нас с Кирой прошествовал главный ботан класса, староста по совместительству. Димка был хорошим парнем, но жопы учителям нализывал знатно. Поэтому я кинула на него хмурый взгляд, так ничего и не ответив. Домашку я сделала. Плохо, но сделала. Кира сочувственно погладила меня по плечу и мы направились в класс. По иронии судьбы, первой стояла алгебра.

***

Мы расположились на своих местах как раз в ту минуту, когда прозвенел звонок. Я нервно постукивала ручкой по парте, ожидая, когда явится мой личный кошмар и вынесет мне смертный приговор. Он не заставил себя долго ждать. Виктор Владимирович распахнул дверь и гордо прошествовал в класс. Все сразу притихли. У аполлонистого засранца всегда была железная дисциплина на уроках, его уважали и любили, за что, непонятно. Хотя, красив, черт. Сегодня на нем красовались черные джинсы и голубая рубашка, которая совершенно не скрывала широкого разворота плеч и подтянутой фигуры. Темные волосы в творческом беспорядке, на идеальных губах легкая усмешка. Наши сплетницы судачили, что преподу в этом году исполнилось тридцать два, хотя, выглядел он моложе. Виктор Владимирович обвел класс взглядом карих глаз и остановился на мне. На секунду. Этого хватило, чтобы понять, что мне пиздец. Снова. — Доброе утро, класс. — сексуальным баритоном проговорил препод. Ух, мурашки по коже. Не был бы таким тираном, я бы наверное влюбилась. — Через неделю вы едете в Сочи, ваш классный руководитель слег в больницу поэтому честь сопровождать вас выпала мне. По классу пробежал одобрительный шепоток, девочки заулыбались. Я нахмурилась. Почему он? В школе много преподавателей старше и опытней Виктора Владимировича, но выбрали его. Интересно. — Так же с нами отправится Мила Игоревна, — продолжил препод, а я совсем помрачнела. Мила была женщиной бальзаковского возраста, очень доброй. Дисциплины от поездки ждать не приходилось. Уверена, наши превратят отдых в каторгу. Ну и хрен с ними. Я еду купаться в бассейне с подогревом и шастать по экскурсиям. — Вылет в воскресенье, в девять вечера. Прошу никого не опаздывать, самолет ждать не будет. На этом предлагаю закончить и приступить к алгебре. Альшанская, вы выполнили домашнее задание? Я вздрагиваю. Ну конечно, сразу Альшанская. Гад. Встаю со своего места и плетусь к учительскому столу, чтобы показать тетрадь. Аполлонистый мудак забирает ее, наскоро проглядывая домашку. С каждой секундой его лицо принимает все более самодовольное выражение, а я мысленно пишу завещание. Шмотки Кире, скейт Соньке. — Василиса, я предупреждал вас? Вздрагиваю. Мне сейчас показалось, или он закусил нижнюю губу? Бля-я-я, а что ж так сексуально-то? Не надо так, Виктор Владимирович, я девушка неопытная, могу растечься лужицей прим тут. — Что-то не так? — Голос дрожит, мне хочется себя пнуть за этот страх перед преподавателем. — Вообще-то, да. У вас три правильных ответа из семи. Это даже на четверку не тянет. С этого дня, будете ходить на дополнительные занятия. Адрес я кину вам в мессенджере. — А..а..а разве мы не в школе будем заниматься? — Мотаться куда-то меня совершенно не прельщало. Да и вообще, ходить на допы к этому поганцу не хотелось. — Альшанская, я не робот и не могу сидеть в школе до посинения. Будете приходить ко мне. — К вам? — Дар речи потихонечку оставлял меня. — Да. Ко мне. С этим есть какие-то проблемы? — Холодный голос, решаюсь поднять на него взгляд. В глазах бесенята танцуют сальсу. Ой бля-я-ять. — Нет. — Твердо говорю я и забираю свою тетрадь. Плетусь к своему месту под звенящую тишину. Кажется, я стала врагом номер один. Среди девочек. Несколько из них, во главе с первой красавицей класса обернулись на меня со злостью и неодобрением. А, ну конечно, Виктор Владимирович же местный бог. А я тут, так просто и к нему домой. Вот с радостью бы поменялась с любой из них. Кира написала на уголочке вырванного листочка, чтобы я не переживала, мол, прорвемся.

***

День прошел как-то очень быстро. После алгебры я получила сообщение от препода с адресом и позвонила Соньке, чтобы пожаловаться на весь мир и предупредить, что задержусь. Она как могла, посочувствовала мне и пообещала на завтрак блинчики. Я успокоилась. Сестра готовила бомбически. Мне предстояло вернуться домой лишь на пятнадцать минут, чтобы переодеться и сжевать бутерброд. Аполлон указал время занятий, чтобы не опоздать, следовало выдвигаться раньше. Эта падла живет в отдаленном, элитном районе. Мне добираться туда час как минимум. Если пробок не будет. Весна уже во всю вступила в свои права и днем было достаточно тепло. Поэтому, я нацепила легкое платье, коротковатое, правда, но самое легкое из всего, что у меня было. Ехать долго, не хотелось париться в автобусе. Матеря все и всех, я двинулась на остановку, прихватив с собой кожаную куртку. Вот честно, я бы лучше погуляла с Кирой, посмотрела сериал, в конце концов, а не вот это все. В автобусе было людно. Через чур людно для этого часа. Мне даже показалось, что я пропустила какое-то объявление о скидках, иначе почему все прут именно сейчас, именно на этом автобусе? Протиснувшись в самый конец, я встала лицом к заднему стеклу и придержалась за поручень. Давка была жуткая и я всерьез переживала за свое физическое здоровье. Каждый норовил отдавить ногу или врезать локтем. Автобус подъехал к остановке напротив моей школы и в него протиснулось еще несколько человек, практически перекрывая мне пусть к воздуху. Сраные автобусы. Сраные люди. Сраный аполлон. Хотелось достать наушники и включить музыку, но это оказалось совершенно невозможным, потому как чье-то тело буквально вдавило меня в поручень. Зашипев от боли, я уже хотела высказаться незадачливому пассажиру, но в этот момент, автобус резко остановился на светофоре, я стукнулась лбом о стекло. Блять. Просто блять. Сзади послышался тяжелый вздох и чья-то рука наглым образом протиснулась между мной и поручнем, создавая мягкую подушку. Владелец руки при этом прижался ко мне вплотную, буквально обнимая. Да он охренел в край. — Руку убери, пока я тебе зубы не пересчитала. — Зло проговорила я, негромко, но точно зная, что стоявший сзади услышит. — Грозно. Ты бы так точные науки учила, как огрызаешься. — Послышался позади голос человека, которого я вообще не ожидала здесь встретить. — Уймись, я лишь забочусь о том, чтобы моя ученица приехала на занятия в целости и сохранности. — Виктор Владимирович? — Я ошарашенно застыла, после чего, достаточно резко обернулась, заехав при этом мужчине по колену. — Ой, простите. Воронцов сморщился и недоуменно взглянул на меня, стало стыдно, я попыталась повернуться обратно, но не вышло, преподавателя прижали сзади и он буквально навалился на мою скромную персону. Я ткнулась носом в его рубашку и невольно вдохнула аромат его одеколона. Мама, роди меня обратно, запах потрясный. Я замерла. Ситуация сюр, блять. Оказаться в людном автобусе, зажатой учителем, то еще испытание. — Я думала вы на машине? — Мне нужно было что-то сказать, чтобы скрыть неловкость своего положения. — Машина в автосервисе. Сухой тон заставил меня заткнуться. Всю дорогу мы ехали молча, Воронцов все еще держал свою ладонь между мной и поручнем. А я? Я старалась надышаться ароматом его тела, чтобы потом вспоминать этот приятный момент. Нечасто тебя зажимает шикарный мужик, пусть и твой учитель. К концу поездки людей стало гораздо меньше, поэтому Виктор Владимирович отошел от меня на приличное расстояние. Сразу стало грустно, но я постаралась ничем не выдать своих эмоций. Задумываться, впрочем, почему мне стало грустно, я не стала. Понимала прекрасно, что это логично. Я подросток, бушующий гормонами, учитель, молодой и красивый мужчина. Это логично, что мне приятна его близость. Но, впредь, нужно постараться избегать подобных моментов, не хватало еще влюбиться в преподавателя. Меня передернуло от подобной мысли. Мужики постарше — явно не мое.