Полуночная звезда

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Солнце медленно катилось к горизонту, заканчивая на сегодня свой цикл. В столице последний день стояла спокойная атмосфера. Завтра на её место придут загруженные рабочие будни, и жизнь снова закипит в Москве. А пока чистое небо цвета ультрамарина стеклянным куполом накрыло город, создавая неповторимую красоту. Мелкие звёзды с полумесяцем были разбросаны на небосклоне. Они немного бледно сверкали, дополняли и завершали образ настоящего искусства. Романов торопливо ходил по квартире из стороны в сторону, активно проверяя все вещи на наличие. До выезда в аэропорт оставалось не так много времени, оттого мужчина и волновался. Собирая все документы, зарядки и технику в дорожную сумку, он внимательно смотрел на опустевшую часть его комода. Как же сильно Саша не хотел уезжать из этого дома. Однако ничего другого не оставалось. Ему пора возвращаться в Петербург. Упаковав последние вещи, он закрыл небольшой чемодан с вещами, всё то, что купил за время, проведённое в Москве. Тяжело выдохнув, он откатил чемодан в прихожую. И это была далеко не физическая тяжесть, скорее моральная. Глянув на часы, он в последний раз оглянул апартаменты, что стали для него настоящим домом, покидать который он не хотел от слова совсем. Пора выезжать. — Миша, ты готов? — негромко крикнул Романов, начиная обуваться. — Иду, — спокойное в ответ. Мужчина вышел из своего кабинета, попутно выключая свет. Естественно, он вызвался отвезти Романова в аэропорт, где сможет с ним попрощаться. Накидывая на плечи своё утеплённое пальто, он проверил карманы на наличие всего необходимого. Саша застегнул пуховик и вышел из квартиры, захватив с собой только дорожную сумку. Московский повязал шарф на шею, взял лёгкий чемодан и вышел в коридор, плотно закрывая дверь на все замки. Он не скоро окажется дома. Двинувшись за мужчиной, он настиг его у лифта, что ещё не приехал. Жизнь у первого этажа Москва-сити не казалась такой же безмятежной, как на шестидесятом. Однако никого это не расстраивало. Михаил убрал вещи в багажник, а после сел в салон, где грелся Романов. Благо в современном мире можно дистанционно поставить машину на прогрев. Мотор под капотом проревел диким зверем, стрелка оборотов быстро скакнула вверх, но плавно вернулась к минимальному значению. Чёрное, как ночь авто, сдвинулось с места. Миша спокойно управлял одной рукой, предпочитая второй держать чужую ладонь, чувствуя необходимый телесный контакт. — Не хочу уезжать, — тихо начал Романов, смотря в окно, за котором мелькали высотки. — Понимаю, — также спокойно, словно они боялись нарушить, стоящую между ними безмятежность, которая, видимо, боялась громких звуков. — Я тоже не хочу, чтобы ты уезжал, но нам пока ничего не сделать, — безнадежно. Другого выхода пока просто не существовало. — Мы с тобой всё обговорили, будем видиться как можно чаще, а потом съедемся, — он поддерживающе гладил большим пальцем тыльную сторону ладони Романова. — Хорошо? — мягко улыбаясь. — Конечно, — такая же улыбка в ответ. Каждый скрывал секрет, что в дальнейшем повернёт их судьбы в абсолютно другую стезю, но уже никогда не разлучит их. Эти серебряные цепи нерушимы. Дальше они лишь тихо переговаривались, вспоминая проведённое время вместе, думая только о чём-то хорошем и светлом. Аэропорт был залит ярким светом, а воздух постоянно разрезался звуком работающих турбин самолётов, которые взмывали в небо на огромной скорости. Романов медленно шёл ко входу, наслаждаясь последними минутами вместе с любимым мужчиной. Не хотел. Не хотел этого расставания, не сейчас, когда всё только стало прекрасно и хорошо. Досмотр и стойка регистрации, которая уже работала, обслуживала пассажиров. Саша нервно в очереди стоял, сжимая руку мужчины сильнее, боялся отпустить. Московский всем нутром чувствовал чужое напряжение, ближе к Романову вставал, успокаивая своим присутствием. Очередь сдвинулась, настал их черёд. Дрожащей рукой Александр протянул паспорт. Может ему стоит остаться? — Здравствуйте, — приветливая улыбка для всех клиентов от сотрудницы аэропорта. — Здравствуйте, два билета в бизнес класс, оплата картой, — равнодушно сказал Московский, кладя на стойку свои документы и доставая из внутреннего кармана пальто кошелёк с банковскими картами. — Хорошо, — девушка занялась работой. Московский повернул голову в сторону мужчины, который стоял в немом шоке. — Миша, что.., — смотрел он пустым и рассредоточенным взглядом. — Сюрприз, — наклоняясь и говоря на ухо. Романов ресницами хлопал, не осознавал всю суть ситуации. Михаил расплатился за билеты, убирая карту подальше. Он загрузил чемодан Романова на ленту, пока сам владелец стоял и смотрел в одну точку. — Прошу, ваши документы и билеты, приятного полёта, — девушка улыбнулась в той же манере. — Спасибо, — кинул Московский, беря под локоть Сашу и уводя его в сторону. — Звёздочка, всё в порядке? — волнительно смотря на мужчину. — Ты летишь со мной в Петербург? — поднимая глаза на лицо Миши, заглядывая в голубой океан, ища там подвох. — Да, — поднимая руку с паспортами и билетами. — Ты не рад? — настороженно. — Я счастлив, — накидываясь на него с объятьями, чуть ли не сбивая с ног. — Я безумно счастлив, — короткий поцелуй в щеку. Плевать, что они в общественном месте. Романов только что скинул камень с души. — А как же работа? — поинтересовался он, вспоминая слова Московского. — Помнишь, я как-то по телефону ругался? — ответом послужил положительный кивок. — Так вот, мне звонили с Питерских точек, докладывали о некоторых проблемах, которые требуют незамедлительного моего решения, так что моя работа сама меня с тобой отправляет, — держа его в своих руках. — Приютишь у себя одного бездомного москвича? — Придётся, — тихо смеясь. — Куда ж тебе подаваться, — радостно смотря на мужчину. — Идём на посадку? — Да, только подождём ещё чуть-чуть, — Московский глянул на время. Через пять минут к ним подошёл мужчина, который протянул Михаилу дипломат. — Как вы и просили. — Отгони машину на парковку, — протягивая ключи от авто. — Да, — кивок головой. — Ещё поручения? — Нет, свободен, — махнул рукой он. Мужчина тихо попрощался, а после удалился. — Теперь можем идти. — Отлично, — Романов хлопнул в ладоши. Теперь его неимоверно сильно тянуло в Петербург, так как там он будет не один. С ним его Миша. Все досмотры и проверки остались позади, посадку на самолёт объявят с минуты на минуту, а пока они расположились в удобных креслах, дожидаясь начала. — Как долго ты будешь в Питере? — бубнил Романов. Он крайне удобно устроился головой на плече мужчины, не желал сдвигаться с места. — Пока ещё не знаю, — задумчиво отвечал Московский. — Постараюсь побыть там подольше. Хочешь от меня избавиться? — с насмешкой. — Нет, — хмуря брови. — Наоборот, хочу быть как можно больше с тобой, — крайне серьёзно. — Так и будет, — мягкий поцелуй упал на каштановую голову. — Пойдём, — акцентируя внимание Романова. — Посадка началась, скоро будем дома, — Миша выдал это так просто. Однако он был совершенно прав. Его дом не там, где он прописан, а там, где Саша был. При желании, которое несомненно было, Михаил пошёл бы за Романовым хоть в свои, хоть в чужие дали. Он готов был следовать за светом Полуночной звезды всю жизнь. Слишком влюблён в него. На борту самолёта было даже не слишком шумно, возможно, люди подустали под конец праздников, предпочитая сохранять остатки необходимой энергии. В первом классе, люди были ещё тише и спокойнее, что не могло не радовать. Саша уселся на удобное кресло, расслабляясь в нём. Он мог себе позволить бизнес класс, но не видел в этом некой необходимости, так как летал он крайне редко. Московский же был постоянным гостем на борту авиалиний, для него комфорт в полёте многое значил. Инструктаж был закончен, пассажиры все затихли, самолёт стоял на взлётной полосе. Разгон и крылатая машина взмыла в небо, унося их от крупного мегаполиса на северо-запад, где на берегах Финского залива стоял другой не менее прекрасный город со своей неповторимой атмосферой. Саша привычно завалился на чужое плечо, устраиваясь и прикрывая глаза, чтобы поспать лишние полтора часа. — Разбудишь меня перед посадкой? — зевая. — Конечно, отдыхай, — Московский ненадолго положил свою голову на мужчину в ответ, как бы обнимал. Его в самолётах никогда не тянуло спать, поэтому он решил просмотреть документы, что ему отправили накануне. Романов тихо посапывал, иногда подергивал носом. Этот очаровательный неосознанный жест со стороны Саши Миша любил больше всего. Это смотрелось крайне очаровательно. Романов и так выглядел моложе, чем был, а во сне его черты лица смягчались ещё больше, показывали его самое беззащитное состояние, которое теперь надёжно охранялось Михаилом. Время в дороге пролетело незаметно для всех. Мужчина не успел толком вникнуть в суть проблемы, которая была отображена в электронном файле, как стюардесса предупредила о скором прибытие в аэропорт Пулково. — Звёздочка, просыпайся, — мягко начал Миша, аккуратно потряхивая его, тормошил. — Не хочу, — больше было похоже на мычание, а не на слова. — Я только заснул. — Знаю, Сашенька, но мы прилетели в Петербург. Нам бы до дома добраться, — чистые уговоры и уловки. Никакая грубая сила в таком случае не помогала. Даже холодный душ не брал сонливость Романова. Миша проверял. — Хорошо, — потирая глаза. Пока Александр приходил в себя, собирая по кусочкам свой уставший разум, самолёт благополучно остановился у одних из ворот аэропорта Пулково. За руку с Московским он покинул салон через рукав, оказываясь внутри здания. Чемоданы лениво крутились на ленте, и Миша был уверен, что в таком состоянии Романов готов был взять любой из них и отправиться домой с ним. И не важно, что это не его. Поэтому мужчина любезно помог ему с выбором правильного багажа. Дело за малым оставалось. Досмотр, коридоры, такси, дорога до жилого района. Они практически не говорили. Саша силы экономил, а Московский обстановку за стеклом рассматривал. Стандартный современный жилой район недалеко от Финского залива и центра города с кучей магазинов, школ, детских садов и поликлиник. Всё для удобной жизни. Машина остановилась у одной из многоэтажек. Водитель учтиво открыл им двери и вытащил их багаж. — Спасибо, — пролепетал Романов. — Доброй ночи, — пожелал он. В ответ идентичная фраза. Машина уехала, а мужчины двинулись в сторону необходимой парадной. Внутри дома было тепло. Лифт они не ждали. Основная масса жильцов оставалась дома или вообще спала, набираясь сил перед рабочей неделей. — Я забыл тебе сказать кое-что. — Что же? — Миша заинтригован. — Я живу не один, — абсолютно спокойно выдал Романов, почёсывая шею. — Что прости? — Московский его не понял. — Живу я не один в квартире, — в том же духе повторил Саша. — Скоро всё увидишь и поймёшь, — двери лифта окрылись, и Романов загремел ключами, подходя к одной из трёх дверей, что располагались на этаже. Открыв её он зашёл внутрь включая яркий тёплый свет. — Прошу, чувствуй себя, как дома, — раскидывая руки в характерном жесте. Миша зашёл в квартиру. Ему хватило всего одного взгляда, чтобы понять, кто являлся владельцем квартиры. Рука Романова была видна невооруженным глазом. — Я скоро, — Саша посмотрел на часы, а после вышел в коридор, прикрывая за собой входную дверь. Миша мало что понимал. Куда пошёл мужчина? С кем он живёт? Так много вопросов появилось всего за пять минут. Миша толком раздеться не успел, как вернулся мужчина с котом на руках. — Прошу, знакомься, — показывая животное. — Это Нева. Полноправный хозяин этой квартиры, который не только скрашивает мои серые одинокие будни, но и имеет на меня огромное влияние. Вертит мной, как хочет, — подытожил Александр. Кот задёргался в его руках, так что мужчине пришлось его отпустить на пол. Тот в свою очередь грациозно обежал свои законные владения, а после вернулся, внимательно смотря на нового, абсолютно незнакомого человека. — Красивый, — отметил мужчина, замечая шелковистую тёмную шерсть. — У тебя же нет аллергии? — только сейчас спохватился Романов. — Нет, — Миша присел на корточки, протягивая руку к коту, который осторожно подошёл к мужчине, начиная обнюхивать его руку. Широкой ладонью он прошёлся вдоль позвоночника к самому хвосту. Нева прикрыл глаза, выдал короткое мяуканье, а после направился к хозяину, понимая, что незнакомец не угрожал ни ему, ни его человеку. — Что на счёт одежды? У меня вряд ли найдётся что-то на тебя, — Саша задумчиво потирал подбородок. Он поставил гостевые тапки перед мужчиной. — У меня найдётся всё для гигиены, но вот с одеждой. — Не переживай, — поднимаясь на ноги. — У меня с собой базовый комплект одежды есть, а завтра я просто съезжу в магазин и куплю всё необходимое, — руки легли на тонкую талию, притягивая мужчину поближе. Мягкий поцелуй упал на тёплый лоб. — Как же я рад тому, что ты сейчас со мной, — обнимая Московского в ответ. Романов готов был стоять так всю жизнь, лишь бы чувствовать присутствие родного тепла. — Я тоже, Звёздочка, я тоже, — шёпотом в ответ. — Наверное, ты хочешь в душ после перелёта сходить? А есть хочешь? — возвращаясь к реальности. Время медленно ползло к ночи, а завтра рано вставать на работу. Романов не особо хотел весь день быть вялым и сонным. — От душа бы не отказался, — заглядывая в омут серых глаз. — Тогда, я принесу для тебя полотенце, — он хотел уже выпутаться из цепких рук, как его вновь прижали к сильному телу, но теперь ещё и накрывая губы в мягком поцелуе. Московский губы чужие сминал, наслаждаясь вопиющей сладостью на языке. — Мы такими темпами из прихожей не выберемся, — разрывая поцелуй. — Я не сильно против, — с усмешкой. А Романов тихим смехом залился, немного стуча ладонью по плечу Миши. — Пойдём, ещё всё успеется, — мужчина потянул их в спальню, где стоял немного душный воздух. В целом, не удивительно. — Нужно проветрить, — просто мыслил в слух. Московский осматривал комнату. Мягкие пастельные тона, большая двуспальная кровать, шкаф, комод. Весь антураж квартиры вызвал в голове мужчины лишь короткую фразу: «Просто и со вкусом». Открыв окно. Саша достал с верхних полок махровое полотенце, вручая его Мише. — Держи, ванна по коридору справа. — Спасибо, — забирая предмет. — Ты со мной? — он не пытался заложить в этот короткий вопрос нечто большее, однако Саша знал, чем такое чаще всего заканчивалось. — Нет, — он кинул на кровать чистый комплект постельного белья. — Я хочу всё подготовить ко сну, а ещё я знаю, что так мы с тобой застрянем в ванной минимум на час, — немного с упрёком. — Ладно, — Московский поднял руки в жесте «я сдаюсь», а после ушёл из комнаты. Как и было сказано, по коридору справа была ванная, однако по пути он заприметил ещё одну комнату, которая была закрыта. Отчего-то любопытство взяло вверх, и Михаил пошёл к закрытой комнате на разведку. Медленно открыв дверь, он заглянул внутрь. Ничем не примечательное помещение со шкафами, кроватью, вот только мужчине эта локация показалась слишком знакомой. Немного пораскинув мозгами, он широко раскрыл глаза, собирая картинку в единое целое. — Неужели, — с глубоким выдохом. — Саша! — криком позвал он. — Что такое? — Романов пошёл на голос. Увидев мужчину, он подошёл к нему с явным вопросом в глазах. — Что случилось? — Это то, о чём я думаю? — указывая на комнату. Александр сначала непонятливо смотрел в комнату, а после широко раскрыл рот, подхватывая поток мыслей Московского. — Я понял, — кивая головой. Он зашёл в комнату, нажимая на кнопку и включая мягкое освещение. — Знакомое место? — Да, только немного с другого ракурса, — проходя внутрь и осматривая всё более внимательно. — Сам обустроил? — Ага, — проходясь пальцами по пыльной поверхности стола. — Надо и тут прибраться, — потирая пальцы. — Я могу посмотреть? — указывая на шкафы. Московский примерно догадывался о содержимом. — Да, конечно, — Романов пока открыл окно, выветривая затхлый запах. — Господь, — тихо выдохнул Миша, смотря на количество фаллоимитаторов, поводков, портупей и одежды. Романов немного напрягся. Его слегка пугала такая реакция. — Ты же понимаешь, что это значит? — медленно поворачиваясь к нему — Нет, — если они продолжат говорить в таком же тоне, у Романова точно сердце остановится. — Мы обязаны попробовать всё, — крайне серьёзно. — Миша, ты дурак, — выдохнул с облегчением. — Напугал меня, — закатывая глаза. Этот мужчина точно когда-нибудь доведёт его до белого каления. — И вообще, иди в душ, — Романов ушёл из комнаты, немного топая ногами, а Московский ещё какое-то время осматривал игрушки, строя грандиозные планы на будущее. Раздевшись в ванной, он встал под едва теплые струи воды, прикрывая глаза. Настоящее блаженство смыть с себя липкий груз усталости после дороги. На полках стояли тюбики с шампунями и гелями для душа. Московский взял один из таких, открывая и вдыхая лёгкий аромат ванили. Причина, по которой от Романова на постоянной основе исходил подобный аромат. Такой любимый Михаилом. Он вспенил гель, растирая пену по телу. В голове проскользнула мысль, что отсутствие Саши в душе немного печалило его. Кто же потрёт ему спину? Однако ничего не поделать, он смыл остатки пены и выключил воду. Зачесав пятернёй золотистые волосы назад, он вытер тело, а после повязал полотенце на бёдрах. Выйдя из ванной, он направился в спальню, где кровать была перестелена, а воздух был с долькой морозной свежести. — С лёгким паром, — Романов вошёл в комнату, неся в руках бутылку с водой, видимо, растения поливал. — Спасибо. — Там на кухне я чайник поставил и лёгкие закуски приготовил, на полноценный ужин не рассчитывай, продуктов в доме нет. Если хочешь, можешь перекусить, а я в душ, — он взял себе полотенце со шкафа. — И оденься, пожалуйста, — смотря на голый торс, на котором в слабом свете ламп, блестели капельки воды, медленно стекающие с мокрых волос. — Не соблазняй меня. — Нет, ну после таких слов, вообще одеваться не хочется, — с наглой улыбкой. — Ты невозможен, — Романов коротко облизал губы и быстро ретировался из комнаты, закрываясь в ванной. Миша похихикал с такого поведения. Он любил смущать Романова, хотя порой этого было крайне трудно добиться. Проверив телефон на количество, казалось, тысячи сообщений, он откинул гаджет в сторону и надел домашнюю одежду, которую не забыл захватить из Москвы. На кухне горел слабый свет. Тёплый чайник стоял на столешнице, а на большом овальном столе стояли закуски, приготовленные Сашей. — Когда он только всё успел? — поражаясь продуктивности Романова, который ещё некоторое время назад в самолёте не мог глаза толком раскрыть. Разлив в чашки заварку, которые также были заботливо оставлены на столе вместе с заваренным в чайничке чаем, мужчина долил кипяток, а после стал ожидать Сашу, что уже закончил мыться и открыл дверь ванной, из которой валил пар. Московский прекрасно знал под какой водой мылся Романов. Раскалённая лава была холоднее. Как ожидалось, Саша подошёл через считанные минуты в домашней одежде и с немного покрасневшей кожей. — Ты ещё не ел? — удивился он. — Нет, тебя ждал. Твой чай, — ставя кружу перед ним. — Спасибо, — поблагодарил он, беря с тарелки приготовленную закуску. — Вроде неплохо получилось, — сказал Саша после того, как откусил не большой кусочек. — Всё чудесно, — довольствовался едой. — Что на завтра по планам? — Работа, — делая глоток горячей жидкости. — Вечером, наверное, немного приберусь и в магазин схожу, а то еды совсем нет, — стуча пальцами по стеклу. Звонкий звук быстро пробежался по кухне, теряясь где-то в коридорах, окончательно затихая. — А ты? — Поеду для начала на южную точку. Там более глобальные проблемы, — без энтузиазма. Московский любил свою работу, однако такие казусы всегда нервировали его. Никто в жизни не жаловал лишние проблемы. — Заеду, куплю себе вещей на некоторое время проживания в Питере. — Нужно тебе будет полки выделить, — продолжая мысль с проживанием под одной крышей. — Мне завтра машину с утра предоставят, — допивая всё большим глотком. — Тебя подбросить? — Было бы славно, — Саша лениво моргал. Тёплый душ в совокупи с чаем разморили его. — Пойдём-ка спать, — позвал его Московский, поднимаясь с места. — Да, — ни капли не сопротивляясь. Он всеми руками и ногами за это прекрасное решение. Убрав чашки к раковине и погасив свет, они прошли в спальню, где в кромешной темноте Романов завалился на свою половину кровати, скидывая перед этим тапки. Миша завёл будильник на всякий случай, а после на ощупь лёг на кровать, накрывая их одеялом. Саша подкатился под бок мужчины, тот же в свою очередь окольцевал его талию, немного зарываясь носом в каштановые волосы. — Спокойной ночи, — широко зевая. — Спокойной, — поцелуй в макушку. Вымотанные перелётом, они быстро заснули. Миша чувствовал себя комфортно и спокойно, его давно не беспокоило прошлое, которое они вместе смогли пережить. А Саша позабыл про свой страх. Боялся почувствовать холод, что преследовал его в Петербурге с холодной и мокрой осени. Он, согретый любовью, счастливо жил с человеком, которому дарил тоже самое в ответ.

Как оказалось — всё просто.

Тепло не в городах. Оно в людях, которые в них живут и вечно ждут нас с горячими сердцами.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Ранние подъёмы не для Саши. Ему утром всё не то. Свет глаза резал, чайник громко шумел и вообще холодно, ему в кровати лежать надо. Бодрый Московский под боком его тоже не устраивал. Поэтому на все уговоры и предупреждения о пропуске или опоздании на работу, он тихо шипел в духе: «мне всё равно». Однако подняться рано или поздно ему пришлось. Деваться было некуда. Работа есть работа, пусть она и означала подъём ни свет ни заря. Завтрак в горло просто не лез. Кофе, как максимальный источник его сил, помог немного встряхнуться после такого уютного сна. Одевшись, взяв всё необходимое, он вышел из квартиры закрывая её. Внизу, у парадной стоял чёрный мерседес, а рядом Московский, лениво закуривающий сигарету. — Когда успел, — забирая из рук сигарету и делая затяжку. — Я много чего успеваю, — укладывая руку на талию. — Да, — выдыхая дым в лицо. — Это похвально, — довольная улыбка. — Поехали, а то опоздаем. — И не поцелуешь? — жалостливо. — Нет, утром всё получил, — выбрасывая тлеющую сигарету. Ловко расцепив чужие руки, он обошёл авто, усаживаясь на пассажирское место. Московский сел рядом, включая зажигание. Тёплые губы коснулись его холодной от мороза щеки. — Что, — удивлённо. Он повернул голову, а Саша ещё раз поцеловал его теперь в губы, нежно накрывая ладонью его руку. — Доволен? — заглядывая в голубую бездну. — Абсолютно, — он сплёл их пальцы, а после тронулся с места, покидая двор. Пока они добирались до рабочего места Романова, мужчина активно искал в своей сумке необходимый предмет. — Что ищешь? — любопытство Московского взяло вверх. — Это! — победно доставая из сумки футляр с очками. — Я уж думал, что дома забыл, — надевая очки на переносицу. — Разве у тебя не хорошее зрение? — удивился мужчина. — Всё верно, — подтверждая слова Миши, но не распутывая клубок мыслей в его голове. — Они мне только для образа, я так старше выгляжу, — наступила гробовая тишина, а после заливистый смех Московского заполнил салон авто. — Какой же ты очаровательный, Саша, — в уголках голубых глаз скопилась влага. — Он ещё и смеётся, — недовольно пихая его в бок. — Спокойней, я за рулём, — просто отмазка. Мужчина продолжал веселиться. Конечно, он согласен с Романовым, его черты лица немного заострились, возможно он становился старше. На полгода. Для Миши он всё равно оставался маленькой звёздочкой. Саша недовольно сопел, отвернувшись к окну. — Не дуйся, Звёздочка, я не со зла. Просто это довольно странная причина. Тем более я привык видеть тебя без очков, — рука мужчины переместилась на бедро Романова, плавно поглаживая его. — Я не дуюсь, — прикрывая глаза, у него просто не хватало сил злиться на этого мужчину. — О, мы приехали, — замечая знакомое здание. Московский прижался к тротуару, ставя машину на аварийный сигнал. — Спасибо огромное, — он повернул голову к Московскому, кокетливо смотря на него и закусывая губу. — К вашим услугам, — приблизился в ответ. Миша не был против поцелуя на недолгое прощание. — Ну, пока, — короткая фраза в самые губы, и Саша уже закрыл дверь машины, оказываясь снаружи. Романов напоследок гадко улыбнулся во все тридцать два зуба, а после развернулся и пошёл ко входу в школу искусств. Миша сидел и хлопал ресницами, ничего не понимая. Его только что развели, как лопуха последнего. — За что мне это? — вопрос в абсолютную пустоту. Что ж, ему придётся ждать вечера, а пока он решил двинуться в сторону южной точки. Набирая скорость, он свернул за угол, желая выйти на широкий проспект, а оттуда на кольцевую дорогу, как перед ним вылезли пешеходы. Вдавливая педаль тормоза в пол, он слышал, как скрипели колёса по промёрзлому асфальту. Останавливая машину у чужих ног, он нажал на гудок, выражая все свои эмоции через этот громкий звук. — Ты что совсем ослеп!? Права где покупал? — негодовал подросток, стоящий перед капотом. Московский сосредоточил на нём свой взгляд и широко раскрыл рот, не веря своим глазам. — Может этот город весь тут соберётся? — безнадёжный выдох. — Вот козлина, — недовольный парень подошёл к водительской стороне. — Соизволь мне объяснить, что ты тут делаешь, Миша!? — Данила побагровел от злости, что мгновенно закипела в нём, как вода в чайнике. Московский вылез из машины и ненадолго задумался. Он не мог выдать секрет Саши, поэтому ему срочно нужно выдумать отмазку. — Тебя искал, — наиглупейший ответ, за который мужчина дал себе невидимую оплеуху. — Да что ты!? — взбрасывая руки к небу. — А мне позвонить не судьба было? — топая одной ногой. — Хотел сюрприз сделать, — ещё глупее. Ещё сильнее оплеуха. Миша глупо улыбнулся, думая, что прокатит. — Что-то тут не чисто, — щуря глаза, однако Данила обнял брата в знак приветствия. — Я завалюсь к тебе домой завтра, и я всё из тебя выпытаю, — крайне серьёзно. — Мне пора на учёбу, до скорого, Миша, — подросток показал жест «я наблюдаю за тобой» и быстро ушёл, скрываясь за углом. Московский выдохнул с облегчением. Секрет Романова он сохранил, но появилась новая проблема в виде брата, который теперь от него не отстанет. — Что за непутёвый день, — продолжая свой путь к «Кровавой утопии». — Надо будет с Сашей вечером посоветоваться, — тихо сказал он, врубая музыку на полную и выходя на КАД, дальше только скорость и дорога до собственного клуба, где он будет весь день решать глупые проблемы, вопросы и задачи. Это его работа.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

— Все свободны, — Романов хлопнул в ладоши. Дети стали активно собираться, покидать аудиторию. Когда последний человек вышел за дверь, мужчина подошёл к своему столу, забирая с него необходимый лист и телефон. У него сейчас окно, поэтому Романов очень хотел решить некоторые вопросы с начальством. Закрыв аудиторию, он двинулся в сторону главного кабинета, надеясь, что его босс там. Постучавшись он услышал привычное «входите», а после с глубоким выдохом зашёл в кабинет. — Здравствуйте, Святогор Рюрикович, — поздоровался Романов. — А-а-а, — протяжно. — Сашенька, проходи! — радостно. — Как отдых в Москве провёл? — Прекрасно, — мягко улыбаясь, вспоминая прежнюю пору. — А ваш отдых как? Как Василиса Ярославна? — Хорошо, Сашенька, — поглаживая густую бороду. — Спасибо, что спросил. С каким делом заглянул? — Я, — немного замялся. — Я встретил одного человека. Потерялся в любви я, Святогор Рюрикович, — начал он. — Сашка, так это же прекрасно! — искренняя радость за чужое счастье. — Собственно, поэтому я здесь, — Романов положил лист на стол. — Это важный шаг, и я хочу его сделать первым. — Уверен в своём решении? — Да, — незамедлительный ответ. — Это похвально, — Волхов расписался на бумаге. — Ты знаешь, что тебе всегда здесь рады? — скорее риторический вопрос. — Знаю, спасибо, — у Саши сердце бешено стучалось, оттого как к нему тепло здесь относились. — Я бы на перерыв пошёл, вы не против, — чувствуя жжение в носу и неприятный ком в горле. — Иди, Сашенька, иди, — мягкая улыбка на прощание. Романов благодарно кивнул головой, а после покинул кабинет. Быстро ретировался, боялся слёзы пролить. Однако данное решение было необходимо.

Он просто не хотел расставаться со своим счастьем.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Саша и Миша ввалились в квартиру, держа в руках кучу пакетов с продуктами. — Мы же могли в два захода это сделать? — сказал Романов, стягивая со своих плеч пуховик. — Ну, нет, — широко улыбаясь, протянул Московский. — Так не пойдёт. Один заход и не более, — Саша ничего не ответил, только тихо цокнул языком и закатил глаза. Сняв обувь, он подхватил пару пакетов и направился на кухню. — Привет, Нева, — Саша мягко с вселенской любовью в голосе поздоровался с котом, что вальяжно сидел на комоде, наблюдая за людьми, которые наконец-то соизволили прийти. — Это всё, — сказал Московский, укладывая последние пакеты на пол. — Спасибо, — мужчина вытаскивал содержимое пакетов на столешницу, а что-то убирал сразу в холодильник. — Тебе нужна какая-то помощь? — вставая рядом. — Нет, спасибо, — Романов отложил часть продуктов в сторону. — Я сейчас займусь готовкой. Не против мяса по-французски? — Ни в коем случае, — мягко целуя в висок и вдыхая тонкий запах ванили. — Я тогда пойду просмотрю документы, не буду тебе мешать. — Хорошо, я позову, когда всё будет готово, — Миша не ответил, просто кивнул головой и ушёл в сторону спальни переодеваться в более домашний вид и проверять очередные бесполезные бумажки. Теперь в шкафу у него была личная полка, которая уже была заполнена новыми вещами. Михаил успел себе всё купить ещё в обеденное время. Не менее приятным бонусом стала тяжесть ключей от квартиры, которые лежали в пальто. Действительно его дом. Переодевшись, он сел за компьютер, проверять сводки затрат по южной точке. Уйдя в процесс с головой, мужчина не сразу обратил внимание на пиликанье телефона, который нещадно пытался привлечь к себе. Безынтересно взяв телефон в руку, Московский посмотрел на уведомления, а после побелел. Он совсем забыл. Он забыл, про то, что столкнулся с Данилой утром, и теперь его младший брат балластом прицепился к нему, не желая отпускать. Этот мелкий засранец хотел завалиться к нему домой, как тогда осенью, вот только сейчас Московский жил не на съёмной квартире, а с Романовым под одной крышей. — Мне конец. — Миша, всё готово, — голос Саши послышался с кухни. Выбора не было. Нужно было обсудить этот вопрос с мужчиной, придумать какой-нибудь план. — Иду, — криком в ответ. Михаил поднялся с места, двигаясь в сторону кухни, придумывая рациональное решение в своей голове. — Может на сутки арендовать квартиру? Нет, слишком муторно. — Что? — Прости, мысли в слух, — сглаживая обстановку фирменной улыбкой. — Пахнет невероятно, — чистая правда. — На вкус должно быть тоже, — мужчины сели за стол. Московский любезно разлил по бокалам подготовленное вино. Первый совместный ужин в Петербурге, который проходил в более спокойной, семейной обстановке. — Предлагаю выпить за нас, — начал Саша, качая в руках бокал. — Наш совместный ужин в общем доме, — у Миши сердце остановилось. Романов своим языком его точно когда-нибудь в могилу сведёт. И не важно в каком смысле и каким образом. — За нас, — тихий звон на всю кухню. Они приступили к трапезе переговариваясь о произошедшем за день. Михаил внимательно слушал, почву прощупывал для дальнейшего разговора. — Рад, что ты остался доволен, — замялся он. С чего бы ему лучше начать? — Что тебя беспокоит? — Романов давно заметил этот блеск в глазах. Читал его, как открытую книгу. — Не то чтобы беспокоит, — потирая шею в неловкости. — Карты сами так сложились, судьба-злодейка, — Романов пока вообще не понимал к чему ввёл мужчина. — Сегодня утром, после того, как я тебя высадил, я столкнулся с братом своим, — гулко сглатывая. — Данилой. В общих рамках, он хочет прийти ко мне на квартиру, выпить, посидеть, отдохнуть. — И в чём же проблема? — наконец-то подал голос Александр, что внимательно до этого слушал. — Я живу с тобой, а не на съёмной квартире, как тогда, — не понимал. — Я же не могу выгнать тебя. — Не можешь, но я не против, если он придёт, — как ни в чём не бывало отвечал он. — Саш, ты серьёзно? Он же ходит в школу, в которой ты преподаёшь! — Верно, но я всё равно не вижу проблем, пусть приходит, — отпивая вино. — Ты уверен? — уточняя в последний раз. — Да, — непоколебимость слов. — Ладно, — окончательно сдался он. Московский подхватил телефон, быстро печатая в нужном чате сообщение с адресом. Ответ в виде эмодзи пришёл незамедлительно. Мужчина отложив телефон в сторону, возвращая свой взгляд к Саше. Миша отчего-то выдохнул с облегчением. Он не понимал план Романова до конца, и почему тот так просто согласился, хотя с другой стороны почему бы нет. Разливая вино по бокалам новой партией, он расслабился, проводя остатки дня в компании любимого человека.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Время медленно тикало к назначенному моменту. Миша влетел в квартиру, с шумом хлопая дверью. Он задержался в «Кровавой утопии», потом, как на зло, встал в пробку, и теперь едва успевал. Данила должен был скоро подойти. — Привет, — такой мягкий и уютный Романов вышел из гостиной в широкой футболке, которая открывала кожу шеи, что со вчерашней ночи была усеяна сине-красными засосами. — Привет, Звёздочка, — быстро целуя в щеку. — Я мигом в душ, надеюсь успею до прихода брата, — мужчина торопливо скинул с себя пальто и ботинки, быстро хватая с полок нужные вещи и уходя в душ. Саша только покачал головой. Поправив все предметы, что были задеты в спешке, он хотел было вернуться к чтению книги, которую оставил в гостиной, как во входную дверь позвонились. Понимая кто к ним наведался, он без лишних вопрос открыл дверь, дожидаясь пока гость поднимется на лифте. — Не думал, что ты снимешь, квартиру здесь, — подросток вошёл в квартиру, смотря в пол и стряхивая с себя снег. — На улице дерьмовая погодка. Не правда? Чего молчишь? — наконец-то поднимая глаза и столбенея. — Здравствуй, Данила — мягко поздоровался мужчина, облокачиваясь на косяк двери. — А-Александр Петрович, — потерялся парень. — Я-я… — у него земля из-под ног ушла. — Я видимо ошибся, я-я простите за беспокойство, — он хотел убежать от этого места куда-нибудь на край света. Как же ему неловко и стыдно стало. — Данила, подожди, — спохватился Романов, видя, как подросток уже потянулся к ручке двери. — Ты не ошибся. Адрес абсолютно верный. — Но я должен был встретиться с братом, — дверь где-то в квартире открылась и скоро в коридоре показался Миша с полотенцем на бёдрах. — Привет, мелкий. Что в дверях застыл? — мужчина специфически выгнул одну бровь. — Саш, проходите что ли, на кухню, я сейчас оденусь и подойду, — он мягко провёл ладонью по чужой талии, а после скрылся в комнате. — Пройдешь? — поинтересовался Романов. — Миша? Саш? — тихо шептал Данила себе под нос. — Я по пути упал и ударился головой? — Не знаю, возможно, но выглядишь целым. Проходи, я думаю тебе крайне любопытно узнать, что вообще происходит, — прямое попадание в цель. Любопытство сжирало парня. Неуверенно он снял с себя куртку и зимние ботинки, проходя в глубь квартиры. Его взгляд зацепился за шею преподавателя. Багровые следы бросились в глаза. Щёки подростка налились краской, на себе такие видеть привычнее и спокойнее, чем на учителе, которой спал с его братом. Московский попал в какой-то дикий розыгрыш не иначе. — Чего куксишься? — неслабый удар по спине от Михаила, что пришёл на кухню, взбодрил подростка. — Ты же всё мне объяснишь? — сквозь зубы цедил Данила. — С чего ты хочешь начать? — как ни в чём не было. Смятение младшего вызывало в нём приливы садистского удовольствия. Вещь характерная для родных братьев и сестёр. — Держи разогрев, — Миша протянул ему банку с пивом, себе же налил коньяк. Романов стоял за их спинами, попивая тёплый домашний глинтвейн. — С начала, — его нервы сдавали. Данила места себе не находил, он боялся повернуться назад и столкнуться с серыми глазами, в которые он больше не сможет смотреть без смущения и переживаний. — Ну с Сашей я познакомился ещё осенью по случайному стечению обстоятельств, — опуская влажные важные детали. — Мы разошлись на осень в ходе, — подбирая слова. — В ходе моего поступка, а зимой ты сам нас свёл на концерте, — вкратце описывая их нелёгкий путь. — Я выглядел идиотом, — пряча лицо в руку и не акцентируя внимание на интересный кусочек фразы. Данила видел себя дураком в их глазах. — Это не так, — Романов осторожно коснулся его волос, поглаживая золотистые прямые пряди. — Ты же не знал, Данила. Я даже благодарен тебе в какой-то степени, — две пары голубых глаз смотрели на него. Одни с любовью, другие с благодарностью за необходимую поддержку. Романов сел рядом с ними за стол вливаясь в диалог. Миша чуть подробнее рассказал о их встречах, всё ещё упуская главный момент. Саша дополнял детали, раскрывал некоторые моменты и отвечал на редкие вопросы парня, который больше с открытым ртом сидел. — Так-так. Стой, — Данила сделал характерный жест руками. Он косо посмотрел на Романова, а после закрывшись рукой от преподавателя, одними губами задал вопрос брату, который его интересовал.

«А как же та вебкам-модель?»

— Я тебя понял, — Московский широко улыбнулся. — Он спросил про Полуночную звезду, — обращаясь к Саше. Данила челюсть на стол уронил. Он тут тайну сохранить пытался, а этот увалень просто так всё растрепал. — В целом, можем ему рассказать, если он сможет держать язык за зубами, — делая глоток вина. — Будет, — строго. — А не то родителям придёт анонимное письмо про Сергея, — шантаж чистой воды. — Ты не можешь со мной так поступить!? — ударяя по столу. — Не буянь, мелкий алкоголик. Вполне могу, — безразлично. Данила сейчас готов был заплакать. — Что за Сергей? Это тот угрюмый молодой человек? — подключился Романов. — Не уходим от темы, — спрыгивая с личной уже для него темы. — Так что с вебкам-моделью? — отпивая пиво. — Я и есть Полуночная звезда Alexa, — пиво вышло через нос, а кухню заполнил дикий кашель парня. Он с широко раскрытыми глазами смотрел на едва улыбающегося Романова. — Не может быть. Александр Петрович.., — шепотом. — Просто Саша. И вполне может, — кивая головой. Мужчины ещё что-то рассказывали парню, пытались ему объяснить, раскрывая большую часть секретов. Однако Данила слышал их, как через толщу воды. Смотря долгое время в одну точку, он резко сорвался в один момент глубоко вдыхая, пугая Сашу и Мишу. — Так слухи не врут, — обращаясь к Романову. — Какие слухи? — откровенно не понимая. Московский тоже был заинтересован, поэтому он внимательно слушал, наливая в пустые стаканы дорогой алкоголь. — Вы встретили любовь в Москве, поэтому увольняетесь. Об этом вся школа искусств трещит, — выпалил Данила. Миша от его слов по струнки выпрямился, смотря на Романова, что сначала не выражал не единой эмоции, а после мягко улыбнулся. — Ничего не скрыть, — качая головой и смотря на остатки вина в бокале. — Я ещё не говорил тебе, Миша, но я принял решение, что жить на два города сложно, поэтому через две недели я буду полностью свободен и смогу вернуться в Москву с тобой, — мужчина напротив не моргал и не дышал. — Я знаю, надо было посоветоваться с тобой, и вообще это всё очень эгоистично с моей стороны, — молчание Московского его напрягало. Данила же крутил головой, наблюдая, находясь при этом меж двух огней. — Но я так хотел сделать тебе небольшой сюрприз-подарок, — Миша безмолвно поднялся, обходя стул брата и вставая напротив Романова, смотря на него с верху вниз. — Ну, скажи что-нибудь, — жалостливо. Резко мужчина наклонился, впиваясь в чужие губы страстным поцелуем. Рука Миши на линию челюсти легла, мягко поглаживая светлую кожу. Саша глаза закрыл на лучшую реакцию в жизни на его слова, наслаждаясь полноценным ответом. Данила голову в сторону коридора повернул, ища предмет, за который он смог бы зацепить своё внимание. — Кажется, я тут лишний, — неловко. — Надо же сколько времени, а мне ещё Серёжа позвонить хотел, — выдумывая сотни причин, чтобы покинуть этот дом. Миша разорвал поцелуй, смотря в бездну серебряных глаз. — Ну, рад был повидаться. Хорошо вечер провели, — вставая со стула и быстро уходя в коридор, одеваться. Московский вновь губы со вкусом специй глинтвейна поцеловал, но ещё мягче, нежнее. — Пойдём, проводим бедолагу, — кивая головой в сторону прихожей. — Да, — только и ответил Романов. Данила оделся максимально быстро, так что, когда пришли мужчины, он уже старательно открывал замки входной двери. — Ну, пока, — пулей уходя от них. Московский тихо посмеялся с реакции брата. — Нехорошо как-то вышло, — качая головой. — Ничего страшного. Он переживёт, — закрывая дверь за ушедшим. — На чём мы остановились, — подходя в плотную. — Ах, да, — Московский подхватил Сашу за талию, кружа его в воздухе. Романов на секунду испугался, а после звонко расхохотался, чувствуя себя неимоверно прекрасно. — Прости, что не сказал раньше, — извинился мужчина, когда его вернули на землю. — Не стоит извиняться, — беря его лицо в ладони. — Я невероятно рад тому, что мы сможем видеться каждый день. Ты пожертвовал важной частью жизни ради меня, и я это безмерно ценю. Спасибо, — россыпь мягких бабочек-поцелуев невесомо упала на его щеки, нос, лоб, губы. — Поможешь мне собрать вещи для переезда, — тихим шепотом. — Безусловно, — мягкая улыбка на устах.

Саша не о чём не сожалел, потому что любил. И его любили в ответ, такой же жертвенной любовью. Готовые отдать всё, ради своей любви.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

— Миш, — тихий голос нарушил тишину спальни. В полумраке комнаты витал душный воздух, а сквозь шторы пробрался тонкий свет луны. — М-м-м, — ленивое в ответ. Мужчина откровенно млел от приятных прикосновений. Голова Саши удобно устроилась на его плече, а тонкие пальцы выводили неизвестные узоры, иногда мягкой подушечкой, а иногда немного островатым ногтем. — У меня есть для тебя предложение, — осторожно и издалека. Приложившись ухом к тёплой коже, он слышал, как под ней размеренно билось сердце. Почему-то так успокаивающе. — Какое? — его рука под одеялом немного поднялась, мягко проходясь по едва вступающим рёбрам. Саша сначала молчал, продолжая своё незамысловатое дело, будто с духом собирался, а Миша покорно ждал его ответа. — Помнишь, что я ещё и вебкам-модель? — закусывая губу. Рука под одеялом на секунду остановилась, но после продолжила нежные поглаживания. — Конечно помню, — мягко и спокойно. — Я хочу провести эфир. — Ты хочешь спросить моего разрешения? Ты же знаешь, что ты сам это решаешь, — возвращая руку на талию. — Я ничего тебе не могу запрещать. — Нет, я не прошу разрешение, — очередная заминка. Была не была. Саше стоило попробовать, он же ничего не потеряет от этого. — Я хочу провести эфир с тобой. Это будет мой финальный эфир, — Московский перестал дышать. Он неуверенно оторвал голову от подушки, смотря на Романова. — Финальный? — не веря своим ушам. — Да, я подумал, что больше мне это не нужно, я вполне доволен и счастлив сейчас. Лучше я буду заниматься, чем-нибудь другим. У меня много увлечений, — выпалил он на одном выдохе. — И ты предлагаешь мне сняться с тобой? — Да, если ты не против, — коротко кивая головой. — Должен же я хоть как-то завершить свою карьеру. — Я в подобном не снимался, — предупредил он, укладываясь обратно на подушку и притягивая Романова ближе. — Я всё тебе объясню, не переживай, — Саша лёгким движением руки убрал с его лица золотистый локон. — Согласен? — Давай попробуем, — он доверял мужчине на все сто процентов. — Спасибо, — зевая. Саша уложил голову поудобнее, прикрывая глаза и потихоньку засыпая. — Сладких снов, — в голосе умиление от бубнежа, что раздался в ответ. Московский ещё не представлял какую для них игру задумал Романов, но от готов был попробовать, потому что азарт, как яркое пламя огромного костра, вспыхнул в нём. Как говорится:

«Кто не рискует, тот не пьёт шампанское»

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

— Миша, — Романов негромко позвал мужчину, который сидел в гостиной. Прекрасно знал, что его услышат и скоро подойдут. Мужчина не застал себя ждать и появился в дверях спустя минуту. — Что такое? — сходу задавая вопрос. Сегодня состоялся день икс, отмеченный красным цветом в ментальном календаре Московского. Как и было обговорено ранее, они выбрали выходные для проведения совместного финального эфира. Саша несколько раз ему всё объяснил. В целом ничего, ничего сложного, однако мужчина всё равно переживал. У них не было права на ошибку. — Держи, — протягивая серебристую пластинку с таблетками. — Тебе нужно выпить одну. — Что это? — забирая предмет и крутя его в руке. — Сиалис, что-то на подобии виагры, — Саша достал с полки шкафа пушистое махровое полотенце. — Не волнуйся оно безопасное, я на себе проверил, и оно нам нужно для растягивания процесса, — коварно улыбаясь. — На себе? — скептически поднимая бровь. — Конечно, нужно же мне как-то проводить многочасовые эфиры. Когда я один я могу контролировать процесс, но с тобой, — он закусил губу. — С тобой я долго не продержусь. Так что прими одну таблетку и через полчаса мы начнём. — А если не одну? — уже с азартом и любопытством. — А если не одну, то у нас с тобой будет секс-марафон. А я к такому не готов, — пауза на раздумья. — Пока, — Романов двинулся в сторону ванной — готовить себя к трансляции. — Пока, — не могло же Московского радовать одно слово? Оказалось, могло. — Пока, — останавливаясь на полпути. — Ладно, я в душ. Со мной не ходи, иначе мы эфир с тобой сегодня не начнём, — дверь закрылась под ехидную улыбку Миши. Он покрутил пластину с таблетками в руках, а после, выдавив одну, закину её к себе в рот, двигаясь в сторону кухни, чтобы запить водой из графина. Оставалось полчаса. Московский был в предвкушении. Из ванной стал слышен звук разбивающейся воды об кафель. Романов намывал себя ароматно пахнущем гелем, втирая запах ванили в молочную кожу. Первый раз этот запах кто-то сможет ощутить на эфире. Московскому повезло. Он первопроходец во многом. Мягко растягивая себя, Саша ненароком вспоминал Мишины руки, тяжелое дыхание над ухом, горячий шёпот. Романов губу чуть ли не до крови закусил. Что же этот мужчина с ним творил? Вытаскивая пальцы, он промыл их под водой и взял с полки анальную пробку, мягко вдавливая её в себя. Холод от металла прогнал по его телу стаю мурашек. Саша тряхнул головой, а после последний раз ополоснулся, выключил воду и закутался в махровое полотенце, стирая с себя влагу. До этого в его голове не было какого-то единого образа. Хотелось чего-то торжественного, красивого и лёгкого одновременно. Именно в этот момент он вспомнил о вещи, которую ещё не надевал и которая прекрасно будет сочетаться с классическим образом Миши. Естественно одежда — это то, что и нужно было только в самом начале. Потом они о ней совсем позабудут. Накинув на себя чёрную полупрозрачную рубашку, он застегнул её не до конца, оставляя вид на соблазнительные ключицы. На шее Романов плотно затянул ошейник, что так ярко выделялся на коже. В специальной комнате всё было подготовлено: камера настроена, смазки были в ближайшей доступности, было проветрено, слабый тёплый свет залил всё пространство, а на чёрном постельном белье лежали игрушки, которые вполне могли пригодиться. — Начинаем? — Московский появился в дверях. — Да, — Саша протянул ему маску. — Как бы мы не старались, а лицо покажем, так что сегодня мы в них, — чёрные плотные маски легли на лица, закрывая часть лица от носа до линии роста волос. — Ты уверен, — мужчина сомневался в своём участие. — Безусловно, — Саша убрал выбившуюся из идеальной укладки прядь волос. Руки его плавно спустились к белой рубашки, у которой он расстегнул ещё одну пуговицу. — Если ты не хочешь, я не заставляю, — Романову было важно желание Московского. — Хочу, — действительно желал это попробовать. — Хорошо, — он поддался вперёд мягко целуя губы. Исключительно для того, чтобы придать уверенность. Взяв со стола кожаный предмет, он прицепил поводок к ошейнику на своей шее и повернул его на сто восемьдесят градусов, на некоторое время скрывая предмет от зрителей. — Расслабься, Солнце, — вручая поводок в его руки. Московский сжал ремень до хруста. Они разошлись на места. Романов напоследок кивнул головой ему, а после повернулся к камере, нажимая кнопку на часах.

Полуночная звезда Alexa начал(-а) прямую трансляцию.

Если бы Мише когда-нибудь сказали, что он будет участвовать в эфире с Полуночной звездой, он бы громко и заливисто рассмеялся чудаку в лицо, однако сейчас он стоял чуть ли не на расстоянии вытянутой руки от Саши, который начал кокетливо общаться с публикой. Миша же пока оставался вне кадра. Пока. Его время точно так же обязательно наступит, а пока Романов вполне удачно отвечал на многие вопросы, что беспрерывно сыпались в чате. Он ждал, когда наберётся достаточное количество зрителей, чтобы начать. Конечно, он заранее предупредил на площадке о своём возвращении, оттого цифры росли с бешеной скоростью, и приходили уведомления о первых донатах. — Рад вас всех видеть. У меня для вас есть важная новость, — Романов слез с кровати, подходя к камере и наклоняясь. — Сегодня будет мой завершающий эфир, я встретил человека, которого полюбил, и больше я не хочу заниматься вебкамом, — Саша склонил голову немного вбок, а после наклонился ещё показывая своё лицо камере. — Сегодня я не один, — сладко. — Сегодня со мной Мой Папочка, — он улыбнулся во все тридцать два зубы, чуть ли не скалясь от азарта, что кипел в жилах. Фигура Московского выросла за его спиной. Поводок натянулся, оттаскивая его от камеры назад к ногам мужчины.

Правило третье. Он никогда не показывал лицо.

Миша намотал на руку кожаный ремень, натягивая поводок до предела. Саша голову задрал, смотря на Московского снизу-вверх. Он специально прижимался к ягодицами к полу, чувствуя лёгкое удушение. Саша сквозь вырезы в маске заглянул в голубые глаза в которых черти плясали, а на губах была просто дьявольская улыбка. Казалось, что Романов под наркотиками. Миша вязкую слюну сглотнул, чувствуя, как кровь хлынула к паху. Возбуждение крыло огромными волнами. Сев на кровать он продолжал натягивать поводок. Саша рукой по ноге мужчины вёл. Голову он уложил на кровать рядом с коленом Миши. Романов смотрел на него не отрываясь. Рука провела по сильному бедру. Пальцы немного коснулись выступающего бугорка на штанах, но не задержались, сразу же переходя к плашке ремня. Миша прошипел сквозь зубы. Саша его откровенно дразнил. Мужчина помог Романову стянуть с него элемент одежды, наконец освобождая изнывающий член. Саша облизнулся, закинув голову. Он приблизился к органу, шумно выдыхая и немного дуя на головку. Московский сжал одеяло на котором сидел, а в чате эфира происходил целый апокалипсис. Люди просили продолжения и перехода к действиям. Модель не мог им отказать. Заглатывая сразу на половину член Миши, он расслабил горло, чувствуя на языке горькость предэякулята. Московский глаза жмурил он влажного и горячего рта, а умелый язык раз за разом проходился чувствительной плоти. Рука сама потянулась к копне каштановых волос, путаясь пальцами в слабых кудрях. Романов сначала сам поднимался и опускался по самое основание, касаясь носом паха, но мужчине этого стало не хватать. Он вспомнил слова Саши о расслаблении и о дозволении делать с ним всё, что ему вздумается. Слово его недосягаемого искусства — закон. Поэтому, когда мужчина вновь заглотил его орган, Миша с силой надавил на голову, не давая ему подняться и взять вдох. Саша сначала послушно держался, потом стал дергаться, просил вдоха. Московский не позволял, продолжал давить. Лицо модели покраснело, выступила вена на лбу. Только тогда мужчина его отпустил. С глубоким и шумным вдохом Саша оторвался. Он не смотрел осуждающе на него. Саша примкнул обратно, надрачивая рукой и смотря в голубые глаза, подтверждая, что всё хорошо. Любовно он облизал весь ствол, уделяя внимание каждой выступающей венке. От его губ до головки повисла тонкая ниточка вязкой слюны. Широким движением мужчина слизал её, а Миша от одного этого действа готов был кончить. Вновь заглатывая член, он стал активно подниматься и опускаться, крайне редко задевая зубами возбуждённый орган. В этот раз Московский зафиксировал его рукой его голову, начиная вздёргивать бедрами, вдалбливаясь в чужое горло. Саша пальцы сжал на Московских бёдрах. Ему безмерно нравилось такое поведение со стороны мужчины. Делая резкие толчки, он насадил Романова по самые яйца вновь не отпуская. Ногтями скребясь по ногам, Саша готов был кончить и потерять сознание от асфиксии, однако Миша прекрасно чувствовал грань, не давая тому отключиться. Глубоко дыша, он утёр слюну с опухших красных губ и встал на дрожащие ноги, усаживаясь на Московского спиной к камере. Жадно впиваясь в его губы, он целовал его до звёзд перед глазами. Миша целовал в ответ, чувствуя на языке собственный вкус. Плевать на это. Короткими ногтями Саша царапал его спину, а Миша руками мял ягодицы. Раздвигая их, он добрался до анальной пробки, что была плотно обхвачена горячими стеночками. Настало время поиграть. Невзначай мужчина надавил на основание пробки, вдавливая её глубже. Саша в спине прогнулся, громко постанывая от его действий. Настоящий рай для Миши. Он повторил своё действие несколько раз, каждый с разным темпом. Решив поменять правила игры, мужчина с хлюпом вытащил из Саши пробку, откинув её в сторону, он взял фаллос. Выдавив на него щедрое количество смазки, он подставил игрушку к разработанному анусу, вводя её. От большого количества лубрикатора, та мягко вошла в податливое тело, раздвигая мягкие стенки. Саша вновь стонал, вызывая в Московском чувство некого садизма. Хотелось больше таких стонов. Мужчина, скалясь, стал трахать его игрушкой частенько меняя темп и угол. Романов в плечо его упирался лбом, иногда прикусывая тонкую кожу, оставляя свои отметины. — Папочка, прошу, трахни меня своим членом, — каждое слово с сильным придыханием. — Молю, — жалобно. — Как попросишь, моя Звезда, — игрушка полетела в след за пробкой. Сашу повернули лицом к камере, а Московский снял с себя наконец-то полностью рубашку, она долгое время ему мешалась. Ему также не нравилось, что на Романове оставалась полупрозрачная рубашка, однако с ней он разберётся потом. Забравшись с ногами на кровать и согнув их в коленях, он подставил член к колечку мышц, что мгновенно обхватило его головку, когда Саша стал медленно опускаться. Дойдя со самого конца, Романов откинул голову вбок, чувствуя долгожданное давление и тепло. Ни одна игрушка с этим не сравниться. Медленно качаясь вперёд-назад, он кусал губу, томно смотря прямиком в объектив. Плавно поднимаясь и опускаясь, он изводил их обоих в мучительном огне возбуждения. Миша бы растянул этот момент жизни максимально, однако понимая, что Саша скоро устанет, Московский решил всё взять в свои руки. Фиксируя его таз на одном уровне, он стал лихорадочно вдалбливаться в него. Звук мокрых от смазки шлепков заполнило пространство комнаты. Миша не щадил ни себя ни мужчину. У него ноги порядком сводило, он так не желал останавливаться. Делая последние резкие толчки, он со всей силой вдалбливался в него, дополнительно надавливая на бёдра Романова, насаживая до упора. Не давая себе кончить, он вышел из горячего нутра, охлаждая пыл. — На колени, — короткая фраза, по которой всё стало понятно. Саша шире расставил ноги, создавая удобную точку опоры. Сильные руки обвили его сзади. Плавным движением Миша вошёл в тело, однако не преисполняясь нежностью, он рваными движениями снял с мужчины рубашку злостно кидая её в сторону. Кожаный ремень поводка продолжал болтаться из стороны в сторону, привлекая внимание. Не упуская возможность, Московский дёрнул за него, тем самым заставляя Сашу откинуть голову назад. Романов только улыбнулся, быстро сменяя одну эмоцией другой. Миша стал грубо толкаться в растраханный анус, ведя их к кульминации. Звонкие стоны Модели и глухие мужчины заполнили комнату, воздух стал тяжёлым, будто осязаемым. Стало невыносимо душно, кислорода в лёгких категорически не хватало. Саша не понимал от чего: от наслаждения или от грубой ладони, что сжимало его горло. Высунув язык, он совсем выбился из сил, горячие волны удовольствия ударили по нему с новой силой. Не выдержав, он кончил себе на живот, попадая на чёрное бельё, которое постепенно впитывало влагу белёсых капель. Миша продолжал свои бешеные толчки по самой, нещадно проходясь по самой простате. Сокращения горячих стенок и дрожание чужого тела довели его. Вгоняя член последний раз и сжимая в руке поводок, он с шипением кончил в обмякшее тело, не замечая капелек пота, которые стекали по вискам. С хлюпом он вышел из тела. Тёплая сперма медленно стала вытекать по внутренней стороне бёдер, но Романову было не до этого. Он осел на кровать, расфокусировано смотря перед собой. В эйфории, он собрал капельки собственного семени с живота пальцами, а после облизал их на камеру. Одним взглядом он попрощался со зрителями, а после нажал на кнопку, обрывая связь.

Полуночная звезда Alexa завершил(-а) прямую трансляцию.

Обессиленный Романов чуть не упал вперёд с кровати, как сильные руки подхватили его, утягивая назад. Миша бережно держал тело Романова. Убрав с лица кудрявые прядки, он расстегнул ошейник, убирая его в сторону, и открывая вид на полосу, которая осталась после ремня. — Саша, ты как? — обеспокоенно. — Это лучший секс в моей жизни, — прошептал Романов. Видимо, голос надорвал. — У меня нет сил. Мы не пойдём в душ, давай сегодня тут поспим? — каждое слово давалось ему с трудом. Глаза Саши слипались, язык заплетался, а конечности вообще отказывали двигаться. — Конечно, — все переживания Московского улетучились. Его Звёздочка в порядке. Это главное. Собравшись с последними силами, Миша открыл окно, впуская свежий воздух взамен влажного и душного, а потом потушил свет. Натянув кое-как на них одеяло, он прижался к уже заснувшему Романову. Проваливаясь на дно мира, где царствовали спокойствие и грёзы далёких мечтаний.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

— Саша? — тихо звал его Московский. А Романов будто на дно океана упал, настолько глухо он слышал низкий голос. Он, словно зачарованный, смотрел на тонкое кольцо, которое холодным металлом окружало его палец. Почему он столько лет носил это кольцо? Почему не выкинул его? Не обращая внимание на мужчину, которой до сих пор не понимал, что происходит, он обернулся назад, устремляя взгляд куда-то вдаль. На горизонте виднелись яркие вспышки в гуще угольно-чёрных облаков. Фиолетовые молнии порой со всей своей силой били в землю, выжигая её. Золотистые колосья нещадно прижимались к земле сильными порывами ветра. Романов смотрел на эту удручающую картину с сожалением. Столько лет прошло с момента расставания, а Саша всё давил себя. Закрылся, спрятался за обликом Полуночной звезды, оставаясь после эфиров в тёмной спальне и в гниющем одиночестве. Однако сейчас у него есть бесценный шанс оставить это всё, забыть, как страшный сон. Ему стоило только протянуть руку Мише, который покорно его ждал, который будет ждать. Если он вернётся назад, то он вновь окажется под гнётом своих страхов, весь путь, что он проделал, пересиливая себя, был в пустую. Так нельзя. Однако будущее для него тоже оставалось загадкой. Что его ждало там дальше за водными просторами? Будет ли он счастлив? Романов этого не знал, но в этом будут он не будет один. У него будет Миша, а у Миши будет он. Саша будет бояться будущего тогда, когда оно станет жутким настоящим для него, а пока он снял с пальца тонкое розоватое кольцо. — Мне больше это не нужно, — показал он ладонь Московскому. Мужчина лишь заинтересованно смотрел на вещь, не зная её глубокого предназначения. Романов сжал ладонь в кулак, замахиваясь и выбрасывая его прочь. Романов собственноручно и нещадно порвал последние связи с прошлым, которое его когда-то держало своими холодными и мерзкими руками. Кольцо едва сверкнуло в свете рассветного солнца, а после упало на землю, звонко стукаясь об оковы, что теперь лежали позади. — Идём, — беря руку мужчины. Они пошли в сторону больших безмятежных вод, конца и края которым не было. Наслаждаясь теплыми и ласковыми лучами солнца, они вдвоём дышали свежим воздухом, совсем не слыша воя грома. Ступать новой дорогой сложно, но когда ты не один, а с человеком, которого любишь, который готов в любой момент подхватить тебя, не давая свалиться на самое дно, все страхи уходят. Их путь к счастью был непрост, они его ещё не достигли, не познали в полной мере, однако это их ждало в ближайшем будущем. Лучшем для обоих.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Время оказалось слишком быстротечным. За окном стоял уже конец января. Погода потеряла свой новогодний блеск, становясь более тусклой. Хотя Александр сказал бы, что он разницы не особо почувствовал. С появлением Миши в его жизни, в серых буднях стало больше красок и тепла. Настоящее и исключительно персональное солнце Романова. Тоже своего рода звезда. Проведя свой последний урок в школе искусств, он простился со всем рабочим составом, мягко обнимая каждого, разве что Рафаила не трогал, только кивнул ему на прощание. Некоторые ученики поблагодарили его за работу, говоря о лучшем преподавателе. Данила Московский, что сначала стоял зажато, накинулся на него с объятиями и сказал, что поколотит Мишу, если он будет обижать его. Что за чудный ребёнок. Мужчина в ответ крепко обнял парня и поблагодарил его в ответ за заботу, обещав ему поддержку в сложные моменты. Заклеивая очередную коробку, Саша утёр пот со лба. Все вещи были собраны и упакованы. Теперь квартира казалась пустой и неуютной, как когда-то квартира Миши. Осталась только голая мебель да крупная техника. Романов не хотел продавать свою квартиру, поэтому решил пока оставить её пустующей или на крайний случай сдавать в аренду. — Это последняя? — спросил Московский, заходя в комнату. — Да, — кивая головой. Миша поднял коробку, унося её ближе к выходу. Совсем скоро должны приехать грузчики, которые заберут все вещи и доставят их в новый дом. Их общий дом в Москве. А пока у них есть время, чтобы подготовиться к вечернему рейсу. Романова Михаил нашёл в спальне. Тот валялся на кровати вместе с Невой, играясь с котом. Почему-то такая стандартная, непримечательная ничем ситуация вызвала в нём целую бурю чувств и эмоций. Упав рядом с ними, он также стал дурачиться с животным, которое пыталось поймать мягкими лапками его руку. В конечном итоге, уставший кот покинул их, вальяжно устраиваясь на подоконнике. Саша с мягкой улыбкой смотрел на Московского. Они не сказали друг другу не слова, понимали всё так. Миша запястье его притянул к себе, целуя тонкие пальцы. Романов, как обычно, завороженно наблюдал за сея процессом, а потом обратив внимание на кольцо. Точно. Пора и его оставить, забыть и отпустить. — Что-то случилось? Волнуешься из-за переезда? — замечая чужое смятение. Московский характерно опустил брови, сразу становясь серьёзнее, холоднее. Это могло напугать кого угодно, но не Сашу. — Нет, не волнуюсь. Однако можно я кое-что попрошу? — заранее зная ответ. — Конечно, — он пододвинулся немного ближе. — Можешь это выкинуть? — снимая кольцо с пальца и отдавая Михаилу. — Выкинуть? Ты уверен? — действительно необычная просьба, которая застала мужчину врасплох. — Да, уверен, — кивая головой. — Это кольцо мне когда-то подарил человек, которого я любил, — делая заминку, наблюдая за реакцией напротив. Однако Московский был спокоен, продолжая внимать его словам. — Я не мог расстаться с этой частью прошлого долгое время, я держал себя под гнётом вины и сожалений, но сейчас это не имеет значение. Моя жизнь кардинально поменялась. И этому, — указывая на кольцо. — Больше нет места в моей жизни. — Я горжусь тобой, — мягкий поцелуй в лоб. — Я сделаю так, как ты пожелаешь, — убирая кольцо в карман шорт. Он обязательно избавиться от этой ныне бесполезной вещицы. — Ну, что? Начинаем собираться на самолёт? — Ага, — коротко ответил Романов. Миша поднялся с кровати. Подав руку Саше, он подтянул его, поднимая с кровати. Начались сборы чемодана и дорожных сумок. Приехавшие люди забрали коробки с вещами, увозя их в столицу. Квартира совсем опустела. Саша усадил Неву в сумку-перевозку, а после прошёлся по всем комнатам, проверяя на наличие оставленных и забытых вещей. Последней комнатой его проверки была вторая спальня. Та самая, которая служила ему импровизированной студией. Саша последний раз взглянул на пустое помещение. Он больше не будет Полуночной звездой Alexa для публики, но останется ею для одного мужчины, который так беспринципно забрал его сердце. Хотя, Саша сам его отдал. Закрыв дверь комнаты, он пришёл в прихожую, где Московский уже был готов. — Всё проверил? Такси будет через пару минут, — мужчина убрал телефон в карман пальто, освобождая руки для того, чтобы потом взять их вещи. — Да, всё забрали, — обуваясь. Саша подхватил переноску с Невой и дорожную сумку, Михаил взял чемодан и свою сумку, после чего они вышли в коридор. Оглянувшись, Романов хмыкнул носом и выключил свет, плотно закрывая дверь на все замки. Впереди их ждала дорога в аэропорт, досмотры, проверки документов. Все самые стандартные пункты любого перелёта. Сидя в самолёте, чувствуя набор скорости и отрывание от земли, Саша неустанно смотрел на очертания любимого города на Неве. Видел сквозь окно иллюминатора сотни ярко-подсвеченных улиц, смотрел на мосты над замёрзшей рекой. Он тихо шептал себе под нос, что обязательно вернётся в место, где его душа обретала спокойствие и свободу. И он надеялся, что эти чувства и эмоции он будет разделять не один. Дальше он не помнит дороги. В отличии от Московского, Александр любил подремать в пути, поэтому завалившись на чужое плечо, он благополучно проспал весь перелёт, открыв глаза только тогда, когда нужно было покидать самолёт. Столица их встретила не менее радушно. Полупустые улицы, яркие подсветки широких проспектов и фасадов зданий, что росли вдоль них. Пушистые хлопья снега медленно падали на землю. Отличное начало для новой совместной жизни. Дверь в дорогие апартаменты Москва-сити тихо открылись. Нева, как и положено традиции, первый вошёл в дом, осматривая свои огромные владения. Мужчины вошли внутрь, спокойно выдыхая после поездки. Они наконец-то дома. Подзарядившись энергией в коротком сне, Романов шустро разобрал их вещи, освобождая чемодан и сумки. Остальные вещи он разберёт, когда их привезут из Петербурга, создавая долгожданный уют в этой квартире. Тем временем сон совсем ушёл от него, поэтому он решил приготовить глинтвейн, который благополучно справиться с такой задачей, как разморить и усыпить их. Разливая тёплое вино по фужерам, он стоял у панорамного окна, любуясь огнями столицы. Мягкий плед, взятый с дивана упал на его плечи, а на талию легла чужая сильная рука. — Как же это всё-таки красиво, — смотря на мерцание внизу. — Согласен, — смотря на Сашу. — Предлагаю выпить за твой первый официальный вечер здесь. Добро пожаловать домой, — тонкий звон на простор зала. — Позволь мне на секунду, — Московский забрал из его рук фужер. Он поставил их на столик, который был неподалёку, а сам вернулся к Романову доставая что-то из кармана брюк. — Я хочу сделать тебе небольшой подарок. Сашенька, Звёздочка, моё недосягаемое искусство, если бы ты знал, как сильно ты изменил мою жизнь. Ты принёс в неё то, что я уже не надеялся найти. Любовь. Для меня ты — благословление. Я не могу передать словами всё то, что чувствую. Спасибо, что принял меня и мои чувства. Это, — указывая на коробочку. — Лишь малая доля того, чего ты заслуживаешь, — мужчина поднял крышку, являя свету тонкое чёрное кольцо, которое переливалось блеском чёрных бриллиантов. Романов, что до этого стоял с красными щеками и медленным дыханием, совсем потерялся. Сердце его билось слишком часто, слишком громко. Невозможно громко. — Это кольцо ни к чему не обязывает, не несёт брачный характер, оно лишь является проявлением моей любви к тебе, — Александр продолжал молчать, собирался с мыслями. Мужчина руку поднял, просил надеть кольцо на нужный палец. Московский мягко улыбнулся, снял с подушечки украшение, надевая его на безымянный палец законного владельца его сердца. — Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю, — тихо с дрожащими всхлипами. — Ты теперь от меня не отделаешься, Миша, — беря его за руку и видя такое же кольцо, только немного шире. — Моё солнце. — Моя полуночная звёздочка, — в точности повторяя слова с гравировки на внутренней стороне колец. Теплые слёзы покатились дорожками к подбородку. Саша мужчину к себе притянул, укладывая ладони на его лицо и мягко целуя. Московский чувствовал солёность на губах, но это не мешало ему наслаждаться самым главным моментом его жизни. Их жизней. Они обрели своё счастье друг в друге.

Саше вновь не страшно любить. Мише вновь не страшно быть любимым.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

В проблесках меж облаков ярким светом горела полуночная звезда, освещая собой тьму. Больше Саша не сгорал с ней дотла каждую ночь. Он встретил того, кто полюбил его всем сердцем. Саша выключил камеру навсегда, потушив свет Полуночной звезды для всех, и оставаясь тихим счастьем для одного единственного. Для того, кого он ласково звал — Солнце.

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───