Полуночная звезда

── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .* :☆ﾟ. ───

Первое, что почувствовал Саша после пробуждения — головная боль. Горло сковала сухость и жажда. Романов лениво повернул голову, обращая своё внимание на стакан воды, который был кем-то заботливо приготовлен. Сделав несколько крупных глотков живительной, в данный момент, жидкости, он осмотрел комнату. Знакомая обстановка и мебель сразу же дала ему понять, что он дома. Облегчённо выдохнув, Александр не спеша поднялся с кровати, вставая босыми ногами на холодный паркет. Не заморачиваясь поиском домашних тапок, он вышел из комнаты, направляясь на звуки тихого шума, который доносился с кухни. За окном стояла приятная глазу серость обычных Питерских будней. Сашу этот факт несказанно радовал, так как, если бы было солнце, то оно своим ярким светом залило бы всё пространство квартиры, раздражая больной мозг ещё больше. На кухне сидел Костя и пил утренний кофе, смотря новостные сводки по телевизору. Увидев друга в дверном проёме, он выключил звук. — Ты как? — поинтересовался Уралов. — Голова болит, — голос его хрипел. Константин незамедлительно поднялся, доставая из шкафа с аптечкой упаковку цитрамона. Подав Романову таблетку и кружку воды, он вернулся на место. Саша выпил содержимое залпом. — Спасибо. — Да не за что, — Костя коротко улыбнулся. — Ну, рассказывай, что помнишь со вчерашнего вечера, — он слегка растрепал свои волосы рукой, ожидая либо грандиозный рассказ с бурей эмоций, либо скованное молчание. — Что ж, — протяжно. — Мы пришли в бар, посидели, выпили пару коктейлей, — Александр немного запнулся. Он исподлобья смотрел на реакцию друга. Увидев выгнутую бровь, понял, что утрировать или как-нибудь привирать не было смысла. — Ладно. Не пару, а много коктейлей, — Уралов одобрительно кивнул. — Потом терраса, сигаретный дым, разговор по душам, — Саша гулко сглотнул, понимая, что было дальше. — Поцелуй. Прости, Кость. Я просто… — Не стоит извинений, — перебил его Уралов. — Это не было ошибкой или чем-то из ряда вон выходящим. Мы с тобой взрослые люди, да и что там лукавить. Будто для нас это впервой, — Саша расслабленно выдохнул, слегка неловко потирая рукой шею сзади. Его, естественно, радовало такое отношение Уралова к сложившейся ситуации. Романов признал в глубине себя, что вчера он просто поддался порыву желания. Алкоголь в крови тоже определённую роль сыграл. — Хорошо, а что было дальше? — Константин склонил слегка голову вбок, пытаясь поймать взгляд серых глаз. — Я ушёл с террасы? — сомнения в голосе. — Я ушёл с террасы, — добавляя липовую уверенность. – А дальше. Дальше… — голос Романова стих. Его в мгновения ока напряг факт того, что он не помнил остаток вечера. — Что было дальше? Я что-то натворил? — он вжал голову в плечи, будто Костя собирался его ругать, как шкодливого щенка. — Нет, — успокаивая, — Ничего ты не натворил. Ты вернулся, мы танцевали, чуть в драку не ввязались, тебя стошнило на чью-то дорогую иномарку, ты признался в любви незнакомому человеку, — с каждым словом Романов всё больше мрачнел. Кровь хлынула к щекам и ушам. Романову было жутко стыдно. Он готов был биться головой об стол, лишь бы избавиться от мерзкого чувства, что разъедало его изнутри. Только смех друга вывел его со дна самобичеваний. — Успокойся, Саш, — похлопывая его по спине. — Не было такого. Мы просто выпили и потанцевали среди толпы таких же пьяных людей, как и мы. А потом поехали домой. — Не шути так больше, пожалуйста, — он схватился рукой за левую сторону груди. — Я больше не выдержу такого удара. Аж сердце закололо, — посмеялся. — Хочешь есть? — Да. Только что-нибудь лёгкое, — Романов хотел подняться со стула, но Костя остановил его, нажимая на плечо. — Сиди, отдыхай. Я приготовлю что-нибудь. — Спасибо, — улыбнулся. Приятное тепло от обычной заботы распространилось в груди, смягчая острые углы ночной ситуации. Иногда Саша жалел, что с Константином они никогда не смогут перешагнуть или, даже вернее сказать, преодолеть барьер многолетней дружбы. — А с кем ты вчера так долго переписывался? — Романов округлил глаза, не понимая о чём идёт речь. — Переписывался? Я? — он указал пальцем на себя. — Да, ты даже не хотел идти на танцпол, пока с кем-то не завершил беседу, — Саша молчал. Он резко встал со стула и быстро направился в комнату на поиски телефона. На некоторое время в квартире воцарилась тишина, которая разбавлялась лишь тихими звуками готовки с кухни, а после раздался душераздирающий крик, который эхом пронёсся по всем комнатам. — Что же я натворил! — сокрушался Романов. — Что случилось? — обеспокоенный Уралов отложил нож в сторону, уходя в сторону спальни, где были слышны страдания друга. Романов сидел на кровати, рядом с ним лежал включенный телефон. Одной рукой он сжимал волосы, другой же массировал закрытые веки. — Саша? — взволнованно. — Мне либо нельзя давать телефон в руки, пока я пьян, либо мне нельзя пить, — обречённо. — Ты скажешь, что произошло в итоге или нет? — Я договорился на встречу с одним из мемберов, — Александр жалобно посмотрел на друга, пытаясь найти в глазах напротив поддержку. — В чём проблема? — Саша широко раскрыл рот, явно выпадая в осадок или из жизни в целом. — Как… Как это в чём?! — Романов с запинками отвечал, открывал и закрывал рот, пытаясь заглушить минутное возмущение и подобрать правильные слова. — Понимаешь, Кость, я не отвечаю и не сплю со своими мемберами. Мне не нужны лишние проблемы. — Всё ещё не совсем понимаю, что в этом такого криминального, — потирая подбородок, сказал Уралов. — Подумаешь, ты встретишься с ним. Не зная твоего имени, фамилии, вообще любой информации о тебе, он не отыщет тебя в Петербурге. Да и у меня есть такое смутное чувство, что ваша встреча будет единичной. — И всё же я не должен с ним встречаться, — отрицательно качая головой. — А если другой стороны посмотреть? С положительной, — Костя подошёл к кровати. — Какая ещё положительная сторона? — голос Саши явно не отличался позитивом и энтузиазмом. Казалось, что он вот-вот заплачет. — Ты же трахаться хотел. Вот и удобный случай подвернулся, — похлопывая по плечу, пытаясь взбодрить друга. — Да, но… — замялся. Романов понимал, что друг прав, но колючее чувство неуверенности и страха прочно засело внутри. — Саша, — мягко. — Не стоит себя изводить. Ты можешь не прийти или просто отказаться от встречи, — на эти слова Александр ухмыльнулся. — Я пойду доготовлю завтрак, а ты сходи умойся прохладной водой, в чувства себя приведёшь, — он ушёл из комнаты, оставляя Романова со своими мыслями наедине. Мужчина взял телефон в руку, ещё раз просматривая переписку с мужчиной. Звёздочка, я сейчас в Петербурге, хочу встретиться с тобой.

Папочка хочкт встретиться, пптрахвться?

Да, моё недосягаемое искусство.

Причтно слышать. Я соглаесн на встпечу.

Ты не перестаёшь меня удивлять и радовать. Завтра в 20:00 в гостинице «Астория».

Буду ждвть встречи.

Как мне тебя узнать? Если я не знаю твоего лица.

Ксли Папочка внимаьельно смотпел эфиры, он нвйдёт мкня.

— Мужчина-загадка, — комментировал Саша свои же собственные сообщения. Он потёр подбородок, осознавая, что случай действительно удобный. Мембер не знал его лица, следовательно, не мог признать его в толпе людей. Рука Романова машинально потянулась к уху, где должна была быть серёжка. Всё, что видели зрители, так это его тело, волосы цвета шоколада и серебряное украшение. Единственный знак отличия и визитная карточка Полуночной звезды Alexa. — Возможно, он меня и не узнает, — Саша откинул телефон в сторону, уходя в ванную. Холодная вода взбодрила его. Хлопая себя по щекам, он думал о своей двуличности. На трансляциях он раскрепощённый, сексуальный, а столкнувшись в жизни с человеком, который, фактически, предложил свидание или же просто секс, он дал заднюю. Романова это и не устраивало. Он посмотрел на себя в зеркало, отгоняя негатив прочь. На кухне приятно пахло. Костя, как всегда, был на высоте. Саша был безмерно благодарен ему за заботу. Они ели в комфортной тишине, каждый размышлял о чём-то личном, наболевшем. Когда тарелки были пусты, Уралов всё же решился расспросить Сашу о встрече. — Что в итоге? — крайне осторожно. — Ты пойдёшь на встречу? — Пойду, — тихо. Он не смотрел другу в глаза, опустив взгляд на чашку с ароматным чёрным чаем. — С кем в итоге ты встречаешься? — любопытство, не более. — С Папочкой. Помнишь, я тебе как-то его упоминал? — делая глоток тёплой жидкости. — Да. Это же тот, что донаты большие тебе закидывает? — Да. — Тогда почему ты киснешь? — А вдруг у него много денег, потому что он старый! Костя, — практически шёпотом. — Я не хочу трахаться со старым. — Ну, может у него не встанет. — Ты не помогаешь! — Саша уронил голову на стол. — Наверное, я просто себя накручиваю. Будь, что будет, — они завершили завтрак и разошлись по комнатам. Романов упал на кровать, раскидывая конечности в разные стороны. Он бездумно смотрел в потолок, пытаясь отпустить напряжение, что скопилось внутри, а после провалился в дремоту. Саше снились яркие красочные пейзажи. Они были обрамлены золотом полей пшеничных и голубизной неба лазурного. С глубоким вдохом он проснулся всё в той же позе, ощущая некую лёгкость. Саша неторопливо сполз с нагретого места, лениво закидывая себе на плечо полотенце и удаляясь в ванную комнату, готовить себя к приближающейся встрече. Он намывал кожу до покраснения, словно хотел, чтоб запах душистого геля с ванилью впитался, оставаясь на теле на долгие часы. Каштановые прядки прилипли ко лбу, слегка налезая на глаза. Белая пушистая пена стекала вниз по молочным худым бёдрам, растворяясь в потоках воды. Наклонившись чуть вперёд и оперевшись на стену, он завёл руку назад, проникая двумя пальцами в анус, раздвигая их на манер ножниц. Саша закусил губу от слегка неприятных ощущений. Он ощущал мягкость и жар влажных стенок нутра при каждом новом движении. Добавляя ещё один палец, Романов сжал пальцы, скребясь короткими ногтями по стене. Сделав ещё несколько крупных резких движений, он вытащил пальцы, промывая их под душем. Вытерев тело насухо и промокнув волосы, он надел чистое бельё. Никакого красивого белья. Он не знал полностью всех предпочтений человека, с которым сегодня встречался. Однако в голове была одна шальная идея. Накинув полотенце на плечи, он прошёл в комнату для эфиров. Открыв шкаф с одеждой, он взял упаковку с черными чулками и пошёл в спальню собираться. Высушив волосы и сделав укладку, он нанёс на тело приятно пахнущий мусс. Чёрный капрон привычно обтягивал гладкую кожу ног. Чёрная полоска чулок слегка сдавливала бёдра. Романов видел в этом нечто милое, очаровательное. Надев привычные классические прямые штаны, цвета коры дуба, с нежно-бежевой рубашкой, он скрыл, возможно, неожиданный подарок для мембера. Приготовления были практически закончены. Мужчина оставил круглые очки на столешнице, решая, что пойдёт без них. Романов хорошо видел и очки для повседневной жизни ему не требовались, однако, Саша уже давно не воспринимал себя без этого аксессуара. Ему казалось, что без них, он выглядел слишком молодо. Он даже полагал, что его никто ни во что не ставил без очков. Романов использовал лёгкий ненавязчивый парфюм и вставил в ухо главный атрибут — серёжку с месяцем и звездой. Он включил в свет в прихожей. Накидывая на плечи пальто, заметил, как из гостиной вышел Костя с Невой на руках. — Волнуешься? — спросил Уралов, внимательно наблюдая за движениями друга. — Нет. Ну, если только чуть-чуть, — честно признался Романов. Он завязал пояс пальто и стал надевать уже обувь. — Это будет только одна встреча. Я уйду как можно раньше. — Конечно, — интонацией, по которой не понять подтекст. — Ты в любой момент можешь набрать меня, и я приеду забрать тебя, — Нева спрыгнул с рук Уралова, быстро и крайне элегантно подбегая к хозяину, проходя между ног. — Спасибо, — благодарно кивая головой. — Что бы я без тебя делал, — он убрал в карманы ключи от квартиры и телефон. — Не скучайте. — Мы-то не будем. Надеюсь, что тебя хорошенечко, — Костя сымитировал кашель. — Что тебя не разочарует встреча, — Романов закатил глаза. Он вышел из квартиры и направился в сторону лифта. Внизу у парадной его уже ждало такси. Саша тихо дышал, слыша в ушах, как гулко билось сердце. Саша стоял перед красивым зданием — «Асторией». Его ладошки слегка вспотели, а в горле предательски пересохло. Романов приехал раньше, чем он планировал, но делать было нечего, поэтому Саша двинулся ко входу. Тяжелые деревянные двери с высокими стеклянными вставками открылись перед Романовым. Он зашёл в просторный холл гостиницы. Огромная хрустальная люстра свисала с потолка, оставляя мельчайшие радужные блики на бежевых стенах. Александр подошёл к администратору, подтверждая наличие забронированного номера и заказывая себе чашечку крепкого кофе. Устроившись на мягком кресле подле окна, он отпивал горячий бодрящий напиток и смотрел на проезжающие мимо машины и проходящих людей. Он заострял своё внимание на парах, что мило общались, смеялись и держались за руки. Что-то больно кольнуло в сердце. Романов несколько раз мотнул голову, отгоняя розовые и наивные мысли прочь. Саша кинул взгляд на часы, которые висели в холле, расширяя глаза от удивления. Время встречи практически подошло, а на горизонте никого даже близко не было. Романов поставил пустую чашку на квадратный столик, смотря на свободное кресло напротив – он уже подумывал об уходе. Но сомнения держали его на месте. Он закинул ногу на ногу, раздражённо покачивая ею. — Может, он не придёт? — только губами произнёс Саша. Он посмотрел вниз на руки. Закусывая нижнюю губу, он крутил одно единственное тонкое кольцо из розового золота на безымянном пальце левой руки. Остаток прошлой жизни, которую Романов частично отпустил. Выдохнув через сжатые зубы, он отпустил украшение, переходя на аккуратные ногти. Ничего не подозревающий Романов сидел на кресле, пока за ним пристально наблюдала пара голубых глаз. Московский приехал на встречу вовремя. Пройдясь по просторному холлу, он пытался найти одного единственного человека. Изначально у него было несколько кандидатов. Все молодые парни с каштановыми волосами. Михаил продумывал стратегию, как узнать Полуночную звезду напрямую. Мужчина мог бы подойти к каждому из них и спросить, однако этот вариант был откинут в дальний угол. Рассматривать лица мужчин тоже было бессмысленно, так как он просто не смог бы признать вебкам-модель, чьё лицо он никогда не видел. В голове крутилась фраза, которая не давала Московскому сосредоточиться на чём-то конкретном. Если Папочка внимательно смотрел эфиры, он найдёт меня. Михаил ломал голову, о чём говорила Полуночная звезда, не догадываясь, что ответ всегда был виден на камеру. Так, по совершенно чистой случайности, Миша нашёл его. Проходя мимо парня, который пил кофе и смотрел в основном в окно, он подметил важную деталь. Около плеча на тонких серебряных цепочках висел месяц со звездой, что иногда отражали свет от люстры. Михаил не стал сразу же подходить к нему. Он сначала забрал ключ-карту от номера, потом, отойдя в сторону, наблюдал за Полуночной звездой. Парень явно нервничал. Кусал губы, теребил пальцы. Московского это удивляло и частично умиляло. Увидев, как парень снова кинул взгляд на часы, Михаил решил, что пора действовать. Он обошёл колонны, надвигаясь на Полуночную звезду со спины. Каштановая макушка была склонена, видимо, парень совсем потерялся в раздумьях. Миша подкрался незаметно, тихо, словно он – жестокий хищник, жертва которого попала в смертельную ловушку. И у неё не было шансов спастись. Московский слегка склонился, вдыхая приятный аромат. — Вот мы и встретились, Полуночная звёздочка, — Романов резко разогнулся, выпрямляя спину в струнку. Московский ухмыльнулся такой реакции. Обойдя одно кресло, он сел на другое, наконец-то детально рассматривая чужое лицо. А Саша выпал из жизни, потому что мужчина перед ним был слишком хорош, слишком горяч. Таких же просто не бывает. Здесь определённо должен был быть подвох. Саша бегал взглядом вверх-вниз, подмечая детали. Явно поджарое тело было скрыто под чёрной одеждой, золотистые волосы были зализаны назад, только две передние прядки ниспадали на лицо. Закинув ногу на ногу, он потирал пальцем нижнюю губу, внимательно следя за Романовым. Саша заглянул в глаза напротив и увидел чистоту голубых просторов всех морей и океанов. Его словно заворожили. Саша и не заметил, как огонь необузданного желания захватил лазурь. Чем дольше мембер смотрел на него, тем больше у Саши горело желание переспать с этим мужчиной. — Я так понимаю, я тебя впечатлил? — первым подал голос Московский. У Романова табун мурашек от такого приятного тембра по спине пробежался. — Не то слово "впечатлили", — Саше казалось, что он перестал моргать, и дыхание окончательно сбилось. — Не хотите уединиться в номере? Там мы с вами и познакомимся поближе, — быстро облизывая губы в предвкушении. — Да, — он кивнул головой, поднимаясь с кресла и направляясь с мужчиной в сторону лифта. Поднявшись на пятый этаж, они прошли к комнатам люкс класса. Одно движение ключом-картой и дверь открылась. — Прошу, — по-джентельменски пропуская Романова вперёд. Он провёл взглядом стройную фигуру, а после зашёл внутрь комнаты сам, закрывая за собой дверь. Внутри стоял приятный полумрак. Свет был приглушён, что создавало уютную, а с другой стороны, интимную атмосферу. Посреди одной части номера стояла огромная кровать, заправленная накрахмаленным белоснежным постельным бельём. В другой части – диван с креслами, письменный стол, комоды, шкафы. — Я не знаю твоих предпочтений, поэтому здесь стоят все разновидности вин. Выпьешь? — Да, красное полусладкое, — Романов не сдержался порыву желаний. Он подошёл к большому окну, через которое открывался живописный вид на Исаакиевскую площадь. Где-то сзади послышался звук открывающейся бутылки. Александр повернулся. Хватая воздух губами, он слушал свой участившийся пульс в голове. Мужчина перед ним стоял с закатанными рукавами чёрной рубашки, разливая алую жидкость по стройным бокалам. И этот мужчина будет его трахать. Романов в предвкушении. Он закусил губу, видя, как к нему приближался объект его сегодняшнего наслаждения. Саша в этом отчего-то не сомневался. — Для вас, — протягивая бокал. — Благодарю, — Саша слегка улыбнулся, а Московский готов был поставить все, что имел, а имел он много чего и кого, что это самая обворожительная улыбка за всю его жизнь. — За встречу? — поднимая руку. — За встречу, — чокаясь бокалами, они сделали маленькие глотки вина. — Михаил Юрьевич или Миша, — он взял тонкое запястье, целуя едва влажными губами фарфоровую кожу. Первое касание и такое трепетное. — Для тебя также можно просто Папочка, — коварная улыбка в ответ. Саша на это лишь ухмыльнулся, принимая правила этой азартной игры. — Как пожелаешь, Папочка, — он выделил голосом последнее слово. — Чертовка, — тихо посмеиваясь. Романов обошёл его, устраиваясь в кресле. Его серые глаза блестели в полумраке, маня к себе ещё больше. — Как тебе будет угодно. — Имя не скажешь? — садясь напротив. — Не скажу. — Хорошо, — Михаил сделал еще один глоток. — Почему прячешь такое очаровательное лицо? — Моя жизнь вне камеры не терпит занятия такого откровенного рода, — напряжение Романова сошло на нет. Он стал чувствовать себя крайне комфортно, не видя никаких угроз от Михаила. — Кем же ты работаешь вне эфиров или тоже секрет? — запоминая каждую его черту. Московский надеялся, что это не последняя их встреча, но не мог ни на что надеяться понапрасну. — Нет, не секрет, — Саша поднёс тонкое стекло к губам. — Я преподаватель, — отпивая багровый алкоголь. — Действительно, не терпит. Тогда почему вебкам? Не было денег? — Мне вполне хватает и средств на жизнь. Дело не в деньгах, а в моём личном желании, — Романов допил вино. Заметив это, Московский поднялся за открытой бутылкой, что покоилась на столе, думая налить ещё по одному бокалу как минимум. — Хотелось чего-то нового, необычного. Что на счёт тебя? — алкоголь звонко наполнил бокалы. — Меня? — Да, ты молод, что уж врать, красив и, судя по донатам, которые приходят от тебя, ты достаточно обеспечен, — Московский улыбался на его слова. Он не мог не обратиться внимание на завуалированный комплимент о его внешности. — Я на этой площадке ровно по тем же причинам, что и большинство пользователей, — в словах ни единого намёка на ложь. — Просто из всех вариантов меня заинтересовала всего одна вебкам-модель. И я приложил не мало усилий, чтобы встретиться с ним, — кидая лукавый взгляд. — Дотянуться до Полуночной звезды не так уж и просто. — Как оказалось, для тебя даже звёзды досягаемы, — Романов и не заметил, как язык его развязался, поза окончательно стала расслабленной. Алкоголь разогрел тёмно-алую кровь, ударившую в голову, дурманя рассудок. Они сидели и разговаривали ещё некоторое время. Со стороны могло показаться, что они – старые друзья, которые встретились после долгой разлуки. Друзья с огромными привилегиями. — Надо же, — действительно заинтересовано говорил Михаил. — Тогда что же ты сегодня для меня приготовил? — На самом то деле ничего, но, — Саша поставил пустой бокал на столик, подходя к мужчине. Одним ловким движением Романов оказался на чужих крепких бёдрах. Седлая их и укладывая руки за шеей, он смотрел в глаза, цвет которых видел в своём сне. Московский практически не моргал — боялся упустить любой момент этой долгожданной встречи. — Я смогу доставить тебе удовольствие, — практически одними губами проговорил Романов. Руки Миши аккуратно легли на ягодицы. Слегка сжимая пальцы, он чувствовал мягкость тела, что пока было скрыто одеждой. Склоняя голову вбок, не церемонясь, он приник к губам напротив, мгновенно получая ответ на свои действия и такой же горячий язык во рту. Из груди будто вышибло весь воздух. Романов чувствовал в груди то, что не чувствовал при поцелуях с Ураловым. Он зарылся пальцами в золотистую копну волос, несильно сжимая их у корней. Московский разорвал поцелуй, давая сделать необходимый глоток воздуха, а после снова захватил тонкие губы, смакуя на кончике языка сладкий вкус вина. У Миши голову снесло. И это не алкоголь виноват. Это его Полуночная звезда свела его с ума. Немного грубая ладонь поднялась выше по пояснице, переходя на спину. Романов слегка прогнулся, не отвлекаясь от поцелуя, а Миша готов был поспорить, что эта ночь будет для него незабываемой. Московский настойчиво протолкнул свой язык, приходясь по кромке зубов. Его губу в ответ прикусили, явно не желая отдавать весь контроль. Романов готов был поклясться, что на секунду услышал низкий гортанный звук от мужчины. Михаил не выдержал. Он подхватил Полуночную звезду под ягодицы, вставая с ним на руках с насиженного места, двигаясь в сторону двуспальной кровати. — Что? — слегка запаниковал Саша, скрещивая ноги за чужой спиной и цепляясь руками сильнее. — Не переживай, Звёздочка, — довольно. — Я не дам тебе упасть, — для Московского вебкам-модель практически не ощущалась. Тренировки не прошли даром. Он аккуратно опустил его на ноги возле кровати, начиная выцеловывать линию челюсти и шею. Дрожащими руками Саша потянулся к пуговицам чёрной рубашки, расстёгивая её. Несмотря на дрожь, он ловко справился с поставленной задачей. Невесомо прошёлся руками по горячей коже, чувствуя под подушечками пальцев рельеф мышц. Московский не уступал. Он удачно расправился с застёжкой на чужих штанах. Одежда упала на пол. Михаил не обращал на это никакого внимания, ещё не замечая лёгкую чёрную ткань, что была на ногах Романова. Саша провёл ладонью по груди, по выступающему прессу. Дойдя до кромки штанов, он избавился от кожаного ремня. Верхние пуговицы рубашки уже были расстёгнуты, на его ключицы и плечи падали сладкие поцелуи. Руки Миши блуждали под бежевой рубашкой, ненавязчиво, но специально задевая твёрдые соски. Романов шумно дышал, иногда тихо постанывая, тем самым вызывая реакцию у Московского. Возбуждение крыло с головой, уводя на самое дно. — Нет, — хрипло выдал Миша, когда тонкие пальцы коснулись его члена через тонкую ткань трусов. Как бы это ни было приятно, он хотел как можно сильнее растянуть этот момент невероятного удовольствия. Романов не показал, что ему обидно от слов мужчины, у него ещё осталось множество рычагов давления. — Как жаль, — поддевая пальцами подбородок. — Папочка, я так сильно хочу тебя, хочу твой член. Ты столько всего со мной вытворял на трансляциях, — в серых глазах ни капли стыда. — Ты же не разочаруешь меня? — Не разочарую, — сквозь сжатые зубы. — Ты не забудешь эту ночь, Звёздочка, — Саша молчал, только улыбался, радуясь такому простому и понятному ответу. Быстро коснувшись губами подбородка, он опустился на белое одеяло, отползая на середину кровати. Согнув ноги, он свёл колени вместе, и закусив губу, томно смотрел на Московского. На шее Романова краснели мелкие следы после чужих губ. — Блять, да ты сплошное совершенство, — видя чёрный капрон на молочной коже. Московский готов был кончить только от одного этого вида. Он опустился на кровать, сразу же проходясь рукой по гладкому капрону. Саша смотрел на мужчину, что был у его ног, и не мог не признать всю интимность и страсть момента. Короткий поцелуй упал на острую коленку, а дальше Миша прошелся дорожкой вниз, дойдя до резинки, он посмотрел в серый бездонный омут, где только черти плясали. Подцепляя зубами резинку, он оттянул тонкую ткань на уровень голени, теперь уже целуя нежную кожу. Саша закинул голову назад, растворяясь в ощущениях. Миша стянул с него трусы, освобождая уже ноющий орган. Он неосознанно облизнул губы. Мягкость бёдер манила. Московский не сдержался — оставил несколько засосов на внутренней стороне. А Саша в желании сгорал, сжимая простыни в руках. Он глубоко дышал, чувствуя тяжесть и тепло внизу живота. Мужчина только скалился с такой реакции — парень, что соблазнительно изгибался на камеру, теперь в его руках. Он снял остатки одежды с себя и Романова, откидывая их куда-то в сторону. Расфокусированно Саша смотрел на Мишу, который нависал сверху, и не верил себе. Этот человек слишком идеален. Внутри себя Романов решил, что это его прямая обязанность — переспать с этим мужчиной. — Папочка, прошу тебя, не томи меня, — буквально простонал он. — Ты же подготовил себя, Звёздочка? — Миша и сам еле держался. Стояк голову сносил, хотелось как можно скорее трахнуть этого несносного парня. — Да, Папочка, я готов, — Саша захотел ускорить процесс путём надавливания. — Хочу, чтобы ты жёстко трахнул меня своим толстым членом, Миша, — Романов кокетливо закусил губу, а Московский выпал из жизни на секунду. Он много раз слышал, как говорили или стонали его имя. Он помнил с эфиров, как Полуночная звезда звал его, но в живую это всё играло другими красками. Из этих блядских губ "Миша" звучало не просто возбуждающе, а умопомрачительно. Мужчина больше не мог медлить. — В колено-локтевую, — приказ. Пока Саша переворачивался, вставая в нужную позу, Миша дотянулся до тумбы, где стояла смазка. Благо, он подготовил всё необходимое задолго до их прихода. Выдавив смазку на молочные ягодицы, он растёр её по промежности, невзначай задевая возбуждённый орган Романова. Холодная смазка сильно контрастировала с кожей, так что по спине Саши мурашки пробежали. Он почувствовал, как головка члена коснулась его ануса, а после немного проникла внутрь, раздвигая узкие стенки. Миша сжимал ягодицы под пальцами, когда он медленно входил в горячее нутро. Он дошёл до самого основания, запрокидывая голову назад от удовольствия. Сделав несколько пробных толчков и поняв, что партнёру не больно, он ускорил движение бедрами. Хлюпанье смазки, тихие стоны, шлепки кожи о кожу начали заполнять комнату. Миша вдалбливался в худое тело, словно специально каждый раз попадая по простате. — Ещё, ещё, — буквально скулил Романов. Ощущения разрывали его изнутри. Он сильнее прогибался в пояснице, демонстрируя пик своей гибкости. Грубая ладонь шлепком упала на ягодицы. Кожа мгновенно налилась краской, приобретая розовый цвет. Миша повторил движения несколько раз, не переставая трахать столь желанное тело. Саша задыхался. На глазах выступила влага. То, что так сильно жаждал мужчина, а именно — потрясный секс, он наконец-то получил. Он сам подмахивал бёдрами назад, словно хотел ощутить всю гамму наслаждения. Московский на секунду остановился. Рука прошлась поперёк груди Александра поднимая его. Саша схватился одной рукой за шею Михаила, другой – за его спину, принимая более-менее устойчивое положение. Московский возобновил движения с новой силой и под новым углом. Абсолютно не жалея Романова, он вдалбливался в податливое тело, слушая лучшую музыку в своей жизни — Сашины сладкие стоны. Горячая ладонь легла на изнывающий член. Миша сделал одно движение вверх, а по телу Романова прошла волна жара. С новым движением Сашу трясти начало. — Кончишь ради меня, Звёздочка? — горячий язык прошёлся по мочке уха. Романов зажмурил глаза, чувствуя, как спал узел напряжения. Белое семя запачкало его живот и руку Московского. Однако Михаила это не особо волновало. — Послушный мальчик, — довольно. Он продолжал движения бёдрами, чувствуя приближение собственной разрядки. Последний удар по комочку нервов и Миша вышел из горячего нутра, бурно кончая на чужую поясницу. Они стояли в такой позе ещё минуту, глубоко дыша, восстанавливая разбушевавшийся пульс под кожей. Мужчина аккуратно уложил окончательно размякшего Романова на кровать, а после сам упал рядом. Ничего не говоря, он дотянулся до тумбочки, на которой стояла коробка с салфетками. Вытащив пару штук, он стёр с поясницы Романова сперму. Полуночная звезда лежала с едва открытыми глазами всё ещё тяжело дыша. — Ты как? — спустя время первым подал голос Миша. — Блаженно, — Московский тихо посмеялся с него. — Отдыхай. Спасибо за встречу, — Романов ничего не ответил, только слабо кивнул и улыбнулся в ответ. Он лежал на мягких подушках. Волосы разметались в разные стороны. Усталость с наслаждением в совокупности разлились по телу, склоняя его ко сну. Тепло, которое исходило от тела Миши, лежавшего в нескольких сантиметрах, согревало, ещё сильнее расслабляя Романова. Саша держался из последних сил. Поясница немного ныла, однако это не то, о чём он сейчас хотел думать. Через минут двадцать послышалось тихое дыхание Московского. Он, разморенный сексом, крепко уснул, не подозревая, что в кровати он лежал уже один. Саша не спеша поднялся, надел на себя помятую одежду и покинул номер. Он заказал себе такси до дома. Машина приехала быстро. Ни о чём не сожалея, Александр покинул отель. Вот только в душе его было неспокойно. Что-то неизвестное начало терзать его изнутри. Однако, об этом он будет размышлять позже. А пока он смотрел на чёрное небо, где одиноко сияла луна, и вспоминал, как горячие руки и губы касались его тела.

Правило второе. Он не соглашался на личные встречи.