голубой блеск вдалеке

Суббота хороша тем, что можно спокойно проснуться не раньше одиннадцати утра, потом полежать часик, понежиться в теплой постели, позалипать в телефоне, а позже не спеша позавтракать чем-то вкусным, а не какими-то остатками или засохшей печенькой из кофейни, и еще полдня, или даже целый день, ничего не делать. Лишь смотреть фильм, сериал, пить горячий кофе или чай, укрывшись пушистым пледом и листать бессмысленные видео в тик-токе. Можно погулять, сходить в кафе или в кино с друзьями, посидеть часик-два и поболтать ни о чем. Или обойти полгорода, потом от холода забежать в ближайший торговый центр, чтобы погреться, и вернутся в общагу с прекрасным настроением. И еще полночи вместе болтать или что-то смотреть. Или провести день с любимым человеком. Но у Антона такого нет. Выходные — это так прекрасно. Всего на пару дней можно почувствовать себя счастливым и свободным. Уйти из мира учебы и усталости и просто наслаждаться жизнью. Наконец-то проснуться без боли в голове и просто выспаться. Поесть нормально не один раз, а целых три, причем вкусно. Но иногда в выходные тоже приходится работать или учиться. И это самое неприятное и больное. Когда неделями пашешь, на учебниках спишь, кофе и энергетики литрами пьешь, чтобы выжить, а потом еще на работу идешь. И даже в законные дни отдыха все равно надо что-то делать, а не валяться или гулять. Антон проснулся примерно в десять тридцать утра, раньше Позова на полчаса. Полежал, подумал, попялил в потолок, даже чуть не заснул обратно. Вставать с мягкой подушки не хотелось от слова совсем, а вылезать из-под одеяла казалось преступлением. Под ним так уютно, мягко и тепло, а в комнате холодно до скрежета зубов и мурашек по телу. Хоть окно закрыто, каждое утро в помещении все равно невероятно холодно, как на северном полюсе. Шастун берет в руки телефон, проверяя наличие уведомлений. Все как обычно: лишь какая-то реклама от Wildberries и еще каких-то приложений и сайтов, непонятная информация в группе университета и все. Парень заходит в чат с Поповым, где еще со вечера висит прочитанное им же сообщение Арсения. Сам мужчина был в сети только вчера — значит, вероятнее всего, он еще спит. Антон улыбается. Почему-то, ему греет сердце мысль, что Попов не забыл и все равно, несмотря на усталость и не самое лучшее самочувствие, написал парню, что он дома и все в порядке. Как Шастун и попросил. Это мило. Парень пару раз набирает и стирает сообщение, устало выдыхая. Ну не знает он, что писать. Сказать спасибо, что не забыл? Или так и оставить сообщения без ответа? А может просто реакцию сердечка поставить? Или спросить, как он чувствует себя сейчас? Да, пожалуй, это самое логичное сообщение. «Доброе утро :)) Как чувствуешь себя?», — шатен еще полминуты смотрит на это сообщение, миллиард раз перечитывает, найти ошибки пытается. Ведь все должно быть идеально правильно. Руки слегка подрагивают, из-за спины слышится шорох, — видимо, Дима наконец просыпается. Еще немного подумав, Антон все же нажимает на кнопку со стрелочкой. Отправлено. Дима и правда проснулся, хрипя тихое «Доброе утро», лежа под одеялом по самый нос. Еще немного молча полежав, парни направились в общую ванную для парней на этом этаже. Умылись, потом еще какое-то время опять полежали в комнате в ожиданиях подруги, которая вместе со свой подругой и каким-то парнем с другого факультета готовили завтрак. Сообщение висело все также непрочитанным. Сейчас около двенадцати дня. Ребята, как и каждые выходные, вместе позавтракали в комнате у парней вкусными и нежными сырниками. Сейчас же просто сидели и болтали о всякой ерунде: кому что снилось, какие планы на выходные, и разговор дошел до обсуждения вчерашнего дня. Антона слегка волновало, почему Попов так долго ему не отвечает. Он не похож на человека, который будет спать в выходной до двенадцати. Такой, как он, вероятнее всего, проснется в девять утра, сделает какую-нибудь зарядку, сгоняет на пробежку, потом выпьет горький черный эспрессо и будет работать. Даже без завтрака. — И что потом было? — нетерпеливо уточняет Женя, ерзая на кровати Антона и смотря на него с интересом широкими глазами. Антон сидит, облокотившись на стену, лениво смотрит на восторженную этой историей подругу, после переводит взгляд на вполне спокойного, но тоже заинтересованного Позова, который медленно попивал чай. Шастун тяжело вздыхает и измученно смотрит обратно на Прокофьеву. — Что ты хочешь услышать? — он вскидывает брови вверх и хмыкает. — Что потом мы засосались и всю ночь жестко ебались в жопу в его богатой хате? — Ну например, — она весело пожала плечами, — а все же? — девушка придвинулась ближе, заглядывая парню в глаза. Не отвертится. — Жень, мне кажется, тут вполне логичный финал — они встали из-за стола и пошли в коридор собираться домой, — вставил свое Дима и подпер голову рукой, поставив локоть на колено. — Душнила, — закатила глаза Евгения, наигранно недовольно цокнув языком. — Я тебе на новый год подарю футболку с яркой красной надписью «Душнила», — говорила девушка и улыбалась хитро, смотря на друга и проводя руками по груди, показывая, где именно будет надпись. Шастун усмехнулся и потянулся к тумбочке, беря с нее кружку с остатками уже холодного кофе, допивая содержимое чуть ли не залпом. Ставит обратно, снова тяжело вздыхает. Почему-то, сегодня ему очень хочется остаться одному. Полежать в тишине и спокойствии, потупить в потолок и заснуть на несколько часов. Или купить какого-нибудь дешевого алкоголя, набухаться и вырубится. Любой из вариантов приводит ко сну. Идеально. — Он потом, когда мы уже в коридоре были, в обморок упал, я успел его поймать, — смотрит на вмиг поменявшуюся в лице подругу, — донесли его до дивана, Ляйсан с Волей в чувства приводили, я воду принес, — спокойно повествует Шастун. — А он долбоеб, — он хмурится, — ему лежать надо было еще хотя бы полчасика, а он сразу рванулся домой ехать. Еле машину вел, — он хмыкнул, крутя кольцо на среднем пальце. — А ты откуда знаешь, как он машину вел? — усмехнулся Позов. — Подвез меня, — безразлично кинул Шастун, — потом я попросил его написать, когда он дома будет, ну он и написал. — Милота, — протянула девушка и наклонила голову вбок, растянувшись в довольной улыбке. — Спросил у него, как самочувствие, — слегка скромно ответил Антон, закусив губу, — сегодня утром написал. — И что, и что? — Жене не терпелось услышать продолжение. — Не ответил еще, — Шастун посмотрел в телефон и кивнул, убедившись, что ответа так и нет. — Долго спит, — задумчиво произнес Дима, — может, случилось что? — Да что с ним случится может, — хмыкнул Антон, а сам уже потянулся к телефону, сосредоточенно ища записанный вчера номер Ляйсан. Писать немного стыдно, особенно из-за такой, казалось, мелочи, но тем не менее, уж лучше ей, а не Павлу. Она добрее, что ли. «Привет! Это Антон. Арсений мне долго не отвечает, ничего у него не случилось?», — под внимательные взгляды друзей, печатает девушке в телеграм Антон и отправляет, не задумываясь. Ответ не заставил себя ждать, и меньше, чем через минуту телефон Шастуна завибрировал. — Что там? — пытаясь заглянуть в телефон друга, спросила Женя. «Привет, Антош) Не знаю, что с ним, сейчас позвоню», — тихо прочитал вслух парень, поднимая взгляд на друзей. — Да хорошо все с ним, не парься, — Женя успокаивающе толкнула друга в плечо. Антон кивнул и тяжело вздохнул. — Может, погулять сходим? — предложил Позов, спустя минуту тишины, лишь бы как-то разбавить обстановку. — Да! — радостно воскликнула девушка, резко повернувшись на Диму. Она вскочила с кровати и потянула Шастуна за руку, заставляя его встать, — одевайтесь, встретимся через полчаса, — и убежала в свою комнату. Антон, как только за ней закрылась дверь, снова плюхнулся на кровать и измученно простонал. — Не хочу-у-у, — протянул парень. — Погнали, Тох. Развеемся, — Позов также встал с кровати, смотря на лежащего на кровати в позе звезды и смотрящего в полоток Антона. — Ла-а-адно, — протянул Шастун, садясь. Обычно Антон спал только в каких-нибудь смешных и милых пижамных штанах, с голым торсом и обязательно в длинных теплых носочках. Без этого никак. Сейчас он так и остался в ночных розовых штанах в клеточку, и еще утром, как только проснулся, надел широкую черную футболку с каким-то принтом, чтобы никого не смущать в коридоре. Честно признаться, иди куда-то не хотелось от слова совсем. Вставать с кровати и одеваться было лень. С самого утра у Антона какое-то паршивое настроение. А потом еще волнение за Арсения. А с какой стати он за него волнуется? Кто он Шастуну? Ну, подумаешь, дружили несколько лет, и что теперь, переживать за то, что не отвечает? Чушь. Но тем не менее, переживание за Попова с каждой минутой росло все больше, потому что время движется, мужчина не отвечает, Ляйсан не пишет. Что, мать твою, случилось? Ляйсан уже очень долго не отвечала. Это заставляло парня волноваться еще сильнее, а сердце биться интенсивнее. Прошло полчаса, Женя снова прилетела к ним в комнату, накрашенная и одетая. На ней был максимально ежедневный образ: темно-синие широкие джинсы-карго, оверсайз серый лонгслив, черные челси и бежевый утепленный бомбер. Шастун также как обычно был в широком розовом худи, черных джинсах трубах, кроссовки и черная куртка. Он меняет образы от силы пару раз в неделю, чаще всего ходя в одном и том же, особо не заморачиваясь насчет этого. У него одежды намного меньше, чем у подруги. Позов тоже не отличился: черная водолазка с какой-то цепью, такого же цвета брюки и такая же куртка с ботинками. — Жень, у тебя бесконечный гардероб? — удивленно спросил Позов, — ты то в пальто, то в бомбере, еще куртка была у тебя… Девушка весело хихикнула и компания вышла из комнаты, направляясь к выходу из общаги. Антон шел тихо, надев капюшон на голову. Выглядело это довольно мило, хмурый парень в черном, но с розовым капюшоном и милыми светлыми кудряшками. Выйдя на улицу, все трое встали на крыльце, глупо пялясь на улицу. Еще только хэллоуин через несколько дней, а уже пошел снег. Крупные белые хлопья спокойно падали на асфальт, образуя тонкий белый ковер. На еще золотых деревьях красиво блестели снежинки, а некоторые люди во дворе уже старательно очищали свои машины. Вероятнее всего, через пару дней это все растает, так как обещали потепление, но а пока они могут радоваться такой погоде, как дети малые. Может, даже хватит снега слепить снеговика. — Сне-ег! — радостно воскликнула самая энергичная и веселая из них — Женя. Девушка выбежала из-под подъездной крыши на улицу под снег, махая парням руками, чтобы те тоже пошли к ней. Волосы без шапки тут же намокли, но ее это ничуть не смутило. Дима и Антон переглянулись и, тяжело выдохнув, пошли к подруге под снегопад, наблюдая за ярко улыбающейся Прокофьевой. Ребята дошли до ближайшей очень уютной кофейни, заказали горячих напитков, вкусных тортиков и разместились за дальним столиком. В субботу здесь всегда много людей, и найти место — это большая удача. В будни тут чаще всего обитают школьники и студенты, а таковых немного. Антон заказал как обычно — карамельный латте. Женя решила попробовать латте с тыквой и зефирками, а Позов взял обычный капучино. Как только они сели за столик, сняли верхнюю одежду и попробовали свои напитки, у Шастуна зазвонил телефон. — Тош, привет! — слегка взволнованно, но как всегда бодро и весело произнесла Утяшева, — я позвонила Арсу, он не берет. Паше тоже не отвечает, — она вздохнула, — в общем, сейчас мы летим к нему. Он всегда на связи, особенно к такое время. А учитывая, что случилось вчера… Короче, странно это все. — Блять, — все, что смог ответить Антон, — вы там… позвоните мне потом, хорошо? — тихонько спрашивает Шастун. — Хорошо, не переживай, обнимаю, — девушка даже не интересовалась, почему Антона так волнует, что с Арсением, он просто попрощалась и отключилась.

***

Арсений проснулся намного позднее, чем обычно — в половину двенадцатого. Для него свойственно открывать глаза в районе девяти, максимум десяти утра, но никак не позже. Его обычное утро выходного дня всегда проходит довольно скучно и однотипно. Раз в две недели приходила его любимая Тетя Галя, которая и убиралась, и что-то готовила вкусное, и Попов мог не беспокоится о завтраках на ближайшую неделю. Сегодня она не приходит, завтракать нечем, но ему и не надо. Попов открывает глаза с безумной болью в голове, крутящимся животом и со звездочками в глазах. От яркого света из окна голова начинала раскалываться еще сильнее, так что телефон он решил даже не брать, догадываясь, что ему станет только хуже. По ощущениям, сейчас десять утра, поэтому мужчина даже не переживает насчет того, что проспал слишком долго. Хотя стоило бы. Он полежал еще минут десять с закрытыми глазами, пока не заснул обратно. Во рту безумно сухо, но вставать и идти на кухню не было сил. Из-за сильной головной боли он не проспал и получаса, снова открывая глаза и снова щурясь от больного света. Стало как будто еще хуже. Хотелось буквально умереть, чем терпеть этот ад. Окно открыто на половину, скомканное одеяло уже давно лежит на второй половине кровати, но все также безумно жарко. Он чувствует, как буквально горит, по лбу стекает пот, как и по всему телу. Он пролежал еще какое-то время, тяжело дыша и елозя по кровати, то и дело меняя позу. В какой-то момент он все же потянулся к телефону, видя время, какие-то уведомления и откидывая гаджет куда подальше. Время уже за час дня. — Блять, — прохрипел Арсений и порывался встать, или хотя бы сесть, но тело его не держит, а вот в голове как будто кирпичи. Он падает обратно, обреченно стонет, за голову обеими руками держится. Еще несколько минут и живот пронзило жуткой болью, а тошнота стремительно быстро подступила в горлу. Парень скрутился, держась за живот и измученно хрипя. Когда сил терпеть больше не было, а рвота так и стремилась выйти наружу, Арсений подорвался на ноги, пытаясь как можно быстрее добраться до туалета. Собрал собой и руками все углы в квартире, отрывая дверь в ванную и падая на колени перед унитазом, хватаясь за него руками. Рвать-то по сути даже нечем. Ужин давно переварился, и из Попова выходит лишь желчь и немного воды. Арсений кашляет, пытается отдышаться. Пару секунд сидит с закрытыми глазами, приводя дыхание в порядок. Не вставая, дотягивается до кнопки смыва. Все-таки находит в себе еще немного сил, чтобы встать, умыться и прополоскать рот. В результате, забивает на то, что вода из-под крана, даже не из фильтра, и жадно пьет. Смотрит в отражение, где на него смотрит какой-то зомби. Огромные синяки под глазами и такие же гигантские мешки. Красные и мокрые глаза, у которых зрачки расширились, как у наркомана. Тяжелое дыхание, часто вздымающаяся грудь, неприятный привкус во рту, напряженные руки, встрепанные волосы. Ужасное состояние. Зато голова как будто наконец-то стала болеть чуть меньше, и живот больше не крутит. Арсений на негнущихся ногах выходит из ванной, хочет дойти до кухни или хотя бы до спальни, чтобы снова вырубиться часа на три. Но его хватает только выйти в коридор, обессилено падая на пол, прижимаясь спиной к холодной стене. На тумбочке у входа в квартиру видит бутылку с остатками воды, и чуть привстав, дотягивается до нее. Снова падает на пол, в пару глотков допивает содержимое, откидывает голову на стену и закрывает глаза, тяжело дыша. Звенит звонок в дверь. Парень обреченно стонет, открывает глаза. Пытается встать, держась за стену. Звонок повторяется еще и еще, более настырно. Даже начинают стучать по двери, видимо, решив, что звонок не максимально эффективен. — Да иду я, блять, — хрипло и тихо отозвался Арсений, кашляя. Доходит до двери, пытается разобраться с замками. В глазах снова муть, все плывет. Открывает дверь, видит перед собой два возмущенных лица друзей. — При… — хрипит парень, но ноги подкашиваются, рукой он пытается ухватиться за стену. Попов снова летит на пол, и на этот раз его успевает подхватить Воля. — Сука, Арс! — последнее, что он слышит перед потерей сознания.

***

Арсений открывает глаза. Все так же, как и вчера — на диване. Только на этот раз на своем. А еще нет Шастуна. Зато есть двое его друзей, которые стоят рядом и наблюдают, как он приходит в себя. Он часто моргает, тяжело дышит. Во рту снова засуха, голова раскалывается. — В-воды… — прохрипел парень, протягивая руку к Ляйсан, которая держит стакан с волшебной жидкостью. Павел вновь помогает ему сесть, облокачивая друга на спинку дивана, а уже после этого Утяшева дает ему стакан, придерживая за дно, помогая. У Арсения сильная слабость, и она боится, что посуда просто-напросто может полететь на пол. Прямо как Попов какое-то время назад. Как только Арсений жадно осушает стакан, взглядом просит еще. Ляйсан убегает на кухню, быстро принося еще воды. — Арс, мы заебались с тобой как с ребенком возиться, — начинает говорить Воля, но Попов его перебивает, нагло хмыкая. — Ну так не возитесь. — Арс. — строго отрезала девушка, смотря на него недовольно, заставляя того закатить глаза и заткнуться. — Как в тебе после обморока еще есть столько наглости, — высокомерно хмыкает Павел, сложив руки на груди и смотря на бледного друга сверху вниз, хмурясь. — Говоришь как препод, — хрипло. — Я и есть препод. Арсений смотрит на друга вверх исподлобья, пытаясь выразить все свое недовольство. Голова не прошла, живот тоже. В глазах все еще была непонятная муть, но силы побесить друзей найдутся всегда. — Я вызываю скорую, — мужчина сразу достает телефон из заднего кармана джинс, — раз ты сам не можешь за собой следить, а нас не слушаешь, то пускай это будут делать специалисты, — он набирает номер скорой помощи, включая на громкую и поднося телефон динамиком ближе ко рту. На всю комнату идут звонкие гудки, от которых Арсений уже готов провалиться под землю, чтобы их не слышать. Или хотя бы укрыться одеялом и прижать уши подушкой. Этот звук раздавался болью в голове Попова, заставляя того морщиться от пронзающей насквозь боли. — Здравствуйте, это скорая помощь, что случилось? — довольно громко приветствует какая-то работница медицинской помощи. — Здравствуйте. Мужчина, двадцать четыре года, часто падает в обмороки, последний раз был только что, — говорит в динамик Воля, при этом смотря на Арсения, не сводя пристального взгляда. — Назовите, пожалуйста, симптомы, — проговорила девушка из телефона, по звукам будто что-то печатая на компьютере. — Головная боль, потемнения в глазах и, как я уже сказал, частые обмороки. — И рвота, — тихо, надеясь, что его не услышат, пробубнил Попов, сверля взглядом пол. — И рвота… — повторил Павел, смотря вместе с Ляйсан на друга еще более недовольно, тяжело вздыхая. Они еще это обсудят. Девушка просит назвать ФИО звонящего, больного и точный адрес. Быстро проговаривает, что будут приблизительно через двадцать минут. Загруженность небольшая, пробок сейчас быть не должно. — Арс, какая рвота? — удивленно переспросила Ляйсан, садясь рядом с другом на диван, смотрит на него широкими глазами. — Перед тем как вы приехали, меня вывернуло, я в спальню шел, а тут вы не вовремя, — хмыкнул он. — Очень даже вовремя! — возмущалась девушка, — мы приехали, потому что Антон написал, что ты не отвечаешь и спросил, не случилось ли что-то… — Антон? — тихо и удивленно спросил Арсений, — бля, Паш, принесли телефон, пожалуйста. Павел ответил короткое «Ща» и ушел в спальню Попова, сразу замечая на тумбочке выключенный айфон. Принес обратно другу, вручая ему в руки. Арсений кивает в знак благодарности, наконец включая телефон. Действительно, сообщение от Шастуна и много пропущенных от друзей. Заходит в чат с Антоном, глупо смотря на его сообщение, а улыбка сама появляется, но он пытается ее сдержать, чтобы не выглядеть идиотом в глазах друзей. Да и сам не может позволить себе так реагировать на какого-то мелкого парня. «Доброе утро:)) Как чувствуешь себя?» — висело в чате и безумно грело сердце. Этот парень серьезно о нем переживал? «Доброе) Прости, что не отвечал и заставил волноваться», — напечатал в ответ мужчина. — Что ты лыбишься? — сидящий рядом Павел заглядывает в телефон друга, протягивая удивленное «У-у-у». — Последний раз тебя таким улыбающимся от сообщений видел из-за того Воронежского, — хмыкнул Воля и перевел взгляд в свой гаджет. Арсений лишь закатил глаза и ничего не ответил. «Что случилось???» — пришло ему на телефон довольно быстро. Ждал, что ли. Да не, бред. «Хочешь, приезжай, расскажу))», — Попов правда не понимает, зачем он это написал. Пальцы будто сами, не слушаясь своего хозяина, вытворяют какую-то фигню. И это правда пугает. Арсений уже зажал сообщение, чтобы удалить, но очень быстро поступил ответ. «Могу приехать, если хочешь. Когда и куда?» — Антон отвлекся от разговора с друзьями, объясняя им, что ответил Арсений и извиняясь перед ними. Те понятливо кивнули и дожидались, пока тот закончит, о чем-то тихонько переговариваясь. Антон внимательно смотрел в экран, нервно кусая губы. «Через часик», — пишет Попов, закусывая губу, сдерживая улыбку. В следующем сообщении прислал точный свой адрес, добавив в конце «Жду;))». «Купить что-то?» — снова спрашивает парень. «На твое усмотрение)», — звенит домофон. Видимо, скорая приехала даже раньше, чем надо. «А знаешь, можешь даже через полчаса, если ты можешь», — быстро пишет Попов и откидывает телефон, не успев прочитать последнее сообщение. Врачи звонят в дверь. «Я уже лечу!».

***

Антон очень долго извинялся перед друзьями. Те смотрели на него обиженно, хмурились. Особенно Женя. Позов сидел спокойно, пытаясь успокоиться обиженную подругу и чувствующего вину Антона. — Вот мы впервые за долго время выбрались гулять втроем, а ты съебываешь к своему ебырю? — обиженно громко причитала Прокофьева. — Ну Жень, ну прости, пожалуйста, —тихо извинялся Антон, пытаясь смотреть в глаза подруги, но взгляд сам опускался, — может, это шанс поговорить с ним… — У тебя этих шансов уже дохуя было, ни одним не воспользовался! — возмущалась брюнетка. Антон лишь поджимает губы, растерянно плечами пожимает, вздыхает грустно, щенячьи глазки на подругу поднимает, снова бубнит извинения. — Иди уже, — хмыкает Женя, демонстративно отворачиваясь. — Спасибо, — парень улыбается, подскакивает на ноги и целует подругу в щеку. Прощается с друзьями и выбегает из кафе, хватая свою куртку и накидывая ее на себя. Арсений живет на Фрунзенской, это через две станции метро от него. Идеально. Антон бежит к метро, до которого около пяти минут. Очень переживает, нервничает, губы все время закусывает и кольца на пальцах крутит. Пока в метро сидит, нога дергается. На весь вагон звучит: «Станция Фрунзенская», и парень быстро выбегает из поезда. Врачи Арсения особо не осматривали. Поговорили с ним, что тревожит и как часто случается обморок или рвота. Выписали ему направление на анализы. Надолго они не задерживались и через каких-то десять минут покинули квартиру Попова. Павел вырвал бумажку с выпиской из рук друга под его недовольное «Э». Сказал, что лично вместе с Ляйсан проконтролирует, чтобы Арсений сдал эти анализы. И правда как с ребенком, ей богу. Заставили Попова открыть ноутбук и зайти на сайт частной поликлиники, чтобы сразу записаться на нужные анализы. Арсений что-то недовольно бубнил и все на часы поглядывал. Скоро придет Антон. Воля записал друга на выходные дни, чтобы вместе с ним ездить на приемы. Надо бы Попова в детскую поликлинику записать, жаль, что больших детей не принимают. Ляйсан настояла на том, чтобы Арсений прямо сейчас заказал себе что-то поесть, иначе они не отстанут и не уедут. Мужчина уже который раз за день закатил глаза и зашел в Яндекс Еду. — Я надеюсь, вы со мной есть не будете? — хмуро спросил Попов, листая список ресторанов. — А тебе так неприятна наша компания? — усмехнулся Воля. — Ко мне придут скоро, — ответил Арсений, заходя в ВК. «Я заказывать буду поесть, что ты хочешь?» — пишет Попов. Антон в это время только ехал в метро и размышлял о том, что купить, не приходя к нормальному решению. «Пиццу?» — спросил Антон, начиная дергать ногой еще сильнее. Арсений спрашивает какую, листая список пицц любимого итальянского ресторана, подмечая для себя парочку неплохих вариантов. «Я со страчателлой люблю)», — отвечает Шастун. Арсений видит его уведомление, смахивает и усмехается. Он как раз такие и выбрал. Покупает сразу две, немного отличающиеся. Кладет в корзину еще какой-то цитрусовый лимонад и пишет Антону, что заказал. Прошло пять минут. Воля и Ляйсан проконтролировали, что друг сделал доставку и удовлетворенно кивнул, пошли в коридор, одеваясь. Они как будто специально делали все медленно, видя волнение Арсения и его частые поглядывания на часы. Зазвонил домофон, заставляя Попова вскочить с пуфика и подбежать к двери, у которой застыли друзья. — Кого ждешь? — хитро усмехнулась девушка. — Догадайтесь с трех раз, — бросил мужчина, открывая парню подъездную дверь. Ляйсан и Павел прощаются с другом, выходя на лестничную площадку и сталкиваются нос к носу с румяным студентом. — Ну, мы пошли, — улыбнулась девушка и вместе с мужем побежали к лифту. — Привет… — тихо и скромно сказал Арсений, смотря на милого парня и его застенчивую улыбку. — Привет, Арс, — заходит в квартиру и улыбается еще шире.