больной восторг, сырой цемент.

Оружие — улыбка на лице. Эмоцией прегрязной сшиты шрамы, моментом сожжены! Отрезаны концы — затронет сердца сгнившего руками. Перчатками избавится! Не жалко. Из груди вырвет, изотрет он в прах. Все совершенное путем из беспорядка. Где что-то билось, затаился страх. Засим придет сознание кротким взглядом, как исподлобья щурятся глаза. В отлив рубина искрами — разрядом... дотоль запретно! Лживым жить нельзя. Фигура зла отчаянным, тошным криком отражена, да сбита наконец! Дилюк не верит. Раззадорит мигом голодный ужас — истину сердец.