Stalker

      Сигарета дотлела до фильтра, Эндрю Миньярд смотрел на потухающую в его пальцах сигарету, не смея выкинуть ее с крыши общежития. Едкий дым, заполнивший его лёгкие, напоминал о жизни и ее быстром завершении. Впереди последний год. Сам Эндрю не скажет точно последний год обучения в Пальметто или его короткой жизни. Заключая сделки, Миньярд искал смысл. Зачем он живёт? Зачем играет в этот скучный стикбол? Зачем терпит нытье Кевина Дэя, предательства от брата, лживый оптимизм Ники, раздражающий сокомандников? Все эти вопросы по сей день остаются без ответа.       Смысл. Смешное слово, означающее лишь борьбу человека за свою жизнь. Жизнь, слово не менее смешное. Задаваясь ежедневно кучей вопросов, человек устает и хочется лишь сброситься с крыши здания, из-за высоты которого в мозгу Эндрю вспыхивает единственная эмоция, на которую он только способен. Страх. Би отругает его за то, что он искусственно вытягивает их из себя. А что ещё ему делать?       Чувствовать, как в комок связываются все его внутренности, мерзко, но так успокаивающе. Чувствовать что-то кроме вечной апатии вдохновляет.       Но на пятый курс его «тайное» место уже не является такой большой тайной. В его тишину и единение со своим пропахшим никотином, миром врывается его раздражающе яркий кузен.        — Хэй, Эндрю, — Ники в черной футболке с надписью «NOT STRAIGHT», вышитой радужными нитками, выглядит глупо, — Кевин и Аарон уже готовы. Если не выедем сейчас, то не успеем напиться до конца смены Роланда.        Эндрю промолчал, поднося ещё одну сигарету к губам, но не зажигал ее, перекручивая зажигалку между пальцев. Ники осмотрел крышу, его глаза задержались на импровизированной пепельнице, заполненной бычками.        — Ты за сегодня скурил целую пачку? — Ники сразу поник, он не одобрял пристрастие своего кузена к никотину, тем более в таких количествах, поэтому потянулся за зажатой между чужих губ сигаретой, но был остановлен зажигалкой, резко выпустившей огонек. Хэммик не обжёгся, скорее, просто испугался резко возникшего тепла на своем запястье. — Понял, но лучше поехали. Сегодня ты сможешь выпустить пар, — поиграл он бровями, явно намекая на его странные взаимоотношения с барменом.        — Пошли, — фыркнул Эндрю, сломав сигарету и закинув ее к дотлевшим до фильтра бычкам, — если ты не хочешь, чтобы я выпустил пар с помощью ножа.       Ники резко закивал и выскочил на лестницу, как будто боялся, что если не поторопится, то почувствует холодную сталь на коже. Кузен был яркий, добрый, громкий, навязчивый. Эндрю понимал, почему он таким вырос. Он был даже ему благодарен. Ники взял их к себе, когда «умерла» Тильда. Миньярд не знал, что хуже: вновь оказаться в системе или отправиться на «воспитание» к религиозным фанатикам. Ники спас их от этих ужасных вариантов, пусть он не был им родителем, но опекуном был не плохим. Эндрю есть с чем сравнивать.       Аарон просто был невыносим. Слушать его нытье по пути в клуб уже было привычно. Но близнец не умел держать обещания от слова совсем. Эндрю не понимал, как они могли относиться на столько по-разному к собственным словам. Аарон мог пообещать провести вечер кино с Ники, а после сбежать в библиотеку «готовиться к завтрашнему тесту». Кузен конечно улыбался, желал удачи, а после закрывался в комнате, разговаривая с Эриком. Эндрю иногда заменял Аарона, просто молча сидя в кресле и кивая комментирующему фильм кузену.       Эндрю заключил со своим близнецом сделку ещё в пятнадцать лет. Аарон старался придерживаться ее в школе, но поступив в университет… Когда Миньярды продлили свое соглашение, Аарон решил усидеть на двух стульях. Остаться под защитой Эндрю, обучаясь в универе на стипендии и крутить со своей черлидершей. В конце концов, этому пришел конец на их втором курсе. Вот только было создано новое соглашение. Они не лезут в личные дела друг друга. Эндрю это полностью устраивало.       Эдем встретил их громкой музыкой, толпой липнущих друг к другу тел и улыбающимся за барной стойкой Роландом.        — А вот и мои любимые клиенты, — ухмылялся он, сразу же начав делать обычный заказ Монстров, — оставить в вашей порции бутылку водки в память о Королеве? Или с глаз долой из сердца вон?        — Убирай, — пожал плечами Эндрю, — Как там Ник?       Роланд был терпим. Пожалуй, его Миньярд мог назвать хорошим знакомым. Началось все с влечения, а закончилось приглашением на свадьбу. Они прекратили свои встречи в служебном помещении примерно на третьем курсе Эндрю, когда у Роланда появился постоянный партнёр, который после стал его официальным парнем.        — Весь в заботах, — смеялся бармен, мешая сладкие коктейли для Ники, — я не знал, что нужно столько приготовлений для одного вечера. А наш скудный бюджет только добавляет сложностей.       Эндрю кивнул и отвлекся от разговора, чтобы глазами найти брата и кузена, удобно расположившихся на диванчиках в углу клуба.        — Ты же помнишь, что можешь привести плюс один? — спросил Роланд, выставляя шоты вокруг разноцветных коктейлей.        — Возьму с собой Дэя, — незаметно хмыкнул Эндрю. — Ваша свадьба будет незабываемой.        — Не стоит отрывать звезду такой величины, ради обычной росписи в ЗАГСе.        — В точку, — взял поднос Миньярд, удаляясь от понимающего взгляда бармена. Эндрю и сам работал в этом баре, он прекрасно знает все эти психологические приемы, которым пользуется новоявленный женишок.       Напитки встретили с бурным восторгом. Ники даже похлопал в ладоши, а после опустошил первый бокал. Аарон слегка поднял уголки губ, что можно было принять за спасибо или подобие оваций долгожданной выпивке.       Первый стакан виски зашёл без проблем. Второй тоже. На третий захотелось покурить. Выйдя через служебный вход, Эндрю привалился к стене. Темная подворотня, в которой он и дрался, и целовался со случайно подцепленными в клубе незнакомцами. Скорее всего, через год он вернётся в этот самый клуб, и будет работать барменом до пенсии, если не скукожится раньше. Аарон женится на своей черлидерше, Ники улетит в Германию и Кевин прекратит ему названивать, потеряв всякую надежду затащить его в экси.       Поджигая вторую сигарету, Эндрю почувствовал вибрацию в кармане. Вспомнишь солнце… Скинув звонок Кевина, Миньярд обратил внимание на странный звук, исходивший с самого темного угла подворотни. Там привалившись к стене, сидел парень, закинув голову назад и зажмурив глаза. Он глубоко дышал, как будто справлялся с последствиями панической атаки. Вместе с вздохами по подворотне разносился шепот. Счёт на немецком, английском и ещё пара неизвестных языков.       Парень привлек внимание Эндрю потертой одеждой, и ярко рыжими волосами, что выделялись из тени. Успокоившись, рыжик поднял взгляд на Миньярда. Глаза поражали своим чистым синим цветом, по спине Эндрю проползли мурашки. Опасно! Взревели инстинкты. Парень поддерживал зрительный контакт пару секунд, приоткрыл рот, как будто собирался что-то произнести, а потом закрыл его, отведя взгляд. Дверь клуба снова открылась, и из нее вывалился пьяный Ники, держа повисшего на нем Аарона:        — Эндрю, нам лучше поехать домой, — произнес он, подталкивая кузена. — Пока наш ребенок ещё держится на ногах.       Миньярд кивнул, кинув презрительный взгляд на близнеца, прежде чем идти к машине он вновь перевел взгляд в угол подворотни, но парня и след простыл.       Просыпаться с утра было тяжёло. Как будто все тело залилось свинцом, а верхний слой кожи был снят. Ощущая фантомные прикосновения, Эндрю провел пальцами по открытым шрамам, что обычно спрятаны за повязками, напоминая себе, что он здесь, а все кто его когда-либо трогал мертвы. Вставать не хотелось. Музыка с нижнего этажа говорила о том, что Ники уже встал и готовит завтрак. Он обязательно будет стучаться в его спальню до тех пор, пока не заставит Эндрю поесть. Дотянувшись до пачки сигарет, лежавшей на тумбочке, Миньярд ее поджёг, забив на будущие жалобы кузена по поводу запаха в доме. Никотин немного расслабил, но одной было мало. Когда Эндрю стал таким зависимым? После резкого снятия с таблеток? Отодвинув на задний план мысли о прошлом, Миньярд попытался встать. Натянув повязки на руки, самую свободную толстовку и брюки он спустился вниз и молча забрал свою порцию панкейков. Ники одобрительно кивнул, поставив рядом кленовый сироп.       Эндрю хотелось подняться наверх, но решив, что он вытерпит утро возле суетливого кузена остался на кухне. Ему было плевать на громкую музыку, сейчас его больше напрягал возможный порыв тактильности Ники, но за прошедшие годы он уже усвоил, что не стоит резко хватать Эндрю.        — Помнишь, я участвовал в той лотерее из журнала, — начал разговор Ники, выключив музыку. Нервничая, он начал подкидывать недожаренные панкейки, от чего те ломались и сдувались.        — Это лохотрон, Ники, я говорил, что ты проиграешь, — нашел в себе силы это произнести Миньярд.        — Ну, вообще-то я выиграл, — специально обижено произнес Хэммик, показав на письмо, что видимо, пришло сегодня с утра. Эндрю недоверчиво потянулся к конверту. Внутри действительно лежал лист с огромной надписью «ПОЗДРАВЛЯЕМ!» и чек на сумму, позволяющую закрыть кредит на дом и жить месяц, ни в чем себе не отказывая.        — Я уже позвонил в банк, — волнуясь, Ники начал тараторить, — они подтвердили, что этот чек официальный и его можно обналичить. Мы заплатим кредит за дом и сможем отложить деньги на медицинскую академию для Аарона. Ты сможешь продлить жизнь GS.        — Тогда Аарону не хватит на обучение, — пришел к выводу Эндрю.        — Но мы сможем оплатить первый взнос.        — Ты собираешься остаться в Америке, пока Аарон не закончит медицинскую академию?        — Я думал об этом, — слегка поникнув, ответил Хэммик, — ты не хочешь, чтобы я оставался?        — Езжай к Эрику, — закончил свой завтрак и этот диалог, Эндрю, сложил посуду в мойку и направился к себе в комнату.       Бред. Миньярд бы удивился этому выигрышу ещё пять лет назад, но за последние года он начал легче относиться к «чуду». Какова вероятность выигрыша в лотерее? Тем более тогда, когда подходит время оплаты кредита за дом, а финансами они не располагают вовсе. Рене бы сказала, что Бог воздает им за все страдания, но Эндрю думает, что дело в другом. Достав свой ежедневник, он добавил туда запись. Выигрыш в лотерее.       Не может быть, чтобы за последние пять лет вселенная, Бог или кто-то ещё свыше обратил на них внимание. С каждым годом кто-то все больше вмешивается в их жизни и решает их проблемы. Почему он все это делает? И кто это? Эндрю узнает.