Мой (не)любимый босс

      Последний день внепланового тимбилдинга подкрался незаметно, словно тень на закате, и в воздухе завитали смешанные чувства. Отчасти все были рады, что уже завтра смогут вернуться к привычной жизни: принять горячий душ у себя дома, сменить колючие свитера на мягкие и приятные телу вещи. Спокойное настроение компании нарушало лишь ощутимое напряжение между начальством, сквозившее в каждом их взгляде друг на друга.       Ксавьер, чувствительный к изменениям настроения Грейнджер, первым заметил неладное и, чтобы хоть как-то отвлечь девушку от мыслей, которые занимали её всё время, пока они разговаривали, предложил всем посмотреть фильм. В конце концов, родители Гермионы тоже маглы, а значит просмотр видеокассеты, скорее всего, поможет сменить её мрачные мысли на тёплые воспоминания о детстве.       — Объясните мне ещё раз, — начал Эмин, удивлённо поднимая брови. — Чуть больше тридцати лет назад люди засняли себя на камеру, и теперь мы можем смотреть, что они делали?       — Вроде того, — буркнул Ксавьер, распутывая клубок старых проводов видеоплеера, пока остальные члены команды усаживались на диваны в гостевом зале отеля.       — Ух ты! А говорят, в мире маглов нет магии!       — Ну, это не совсем магия, скорее, целая цифровая наука. Только прошу, не говори об этом так громко.       В то время как все с замиранием сердца ждали, когда устройство заработает, Гермиона, погружённая в свои мысли, механически перебирала кассеты в коробке. Нужно было отвлечься, но разговор с Драко никак не выходил из головы.       Не слишком ли грубо она с ним поговорила?       Правильно ли сделала, что отвергла его?       «Конечно, правильно, — эхом отозвался внутренний голос. — Вот только ты сама знаешь, что хотела совсем другого».       Гермиона тяжело вздохнула. Чувство тщетности и нервозности охватило её, и она, бросив своё занятие, протянула Фишеру первую попавшуюся кассету.       — Включи это, — сказала она, и он поднял на неё скептичный взгляд и неловко почесал голову.       — «Гордость и предубеждение»? Хороший выбор.       Шаг вправо, шаг влево, и снова ошибка.       — Пойду принесу плед. Здесь прохладно, — неуклюже проговорила Гермиона и, не дожидаясь вопроса, почему она выбрала именно этот фильм, спешно покинула комнату.       Пока она шла к своему номеру, мысли метались как птицы в клетке. Стоит ли пригласить Малфоя посмотреть фильм с остальными или теперь это лишнее? С другой стороны, пусть они поссорились, разве не он зарекался, что хочет наладить отношения в коллективе и притащил всех сюда? А она… Почему она вообще должна страдать по этому поводу?       Все вопросы разом отпали, когда ноги Грейнджер налились свинцом и отказались идти дальше прямо напротив номера Драко. От его двери будто веяло холодом и одиночеством. Но разве такое возможно?       «Не заблуждайся, ты не настолько неотразима, чтобы кто-то вроде него страдал по тебе. Всего лишь человек, которого он встретил на своем пути и немного зацепился. Глазом не успеешь моргнуть, как он уже найдёт тебе замену, так что не теряй связь с реальностью и знай себе цену, какими бы сладкими не казались грëзы».       И всё же хотелось проверить, расковырять эту рану, чтобы та заболела как можно сильнее, пока не вымотает всю душу и не отпустит. Поверить в собственную исключительность или же до конца убедиться, что она не стоит ни капли его искренности, о которой просила.       «Мерлин, неужели в мире нет никаких других ощущений, раз тебя так тянет к нему?»       Обреченно вздохнув, она повернулась и трижды постучала костяшками пальцев по двери, однако ответа не последовало.       Грейнджер уже начала испытывать облегчение, как в голове раздался стрекот сверчка беспокойства:       «Может, с ним что-то случилось? Может, он так напился, что упал и нет сил встать? А если он уснул в ванной?»       Сердце Гермионы забилось быстрее. Она знала, что уйти будет непросто, потому собрала всё своё мужество и, глубоко вздохнув, толкнула дверь в комнату Драко. Пыталась убедить себя, что это всего лишь обычное беспокойство — войти, проверить, всё ли с ним в порядке, а затем немедленно выйти. В конце концов, он не мог оставаться в таком состоянии без присмотра, не так ли?       Комната Малфоя выглядела почти так же, как и её собственная: простенькие тонкие шторы, один платяной шкаф, светильник у кресла и большая двуспальная кровать в центре с тумбочкой, на которой лежала книга с золотыми корешками, сверкающими в мягком свете. В воздухе витал тонкий аромат его парфюма, делающий его более густым и тяжелым.       Пройдя вглубь комнаты, Гермиона ещё раз осмотрелась. Чувствуя, как быстрее забилось её сердце, подошла к тумбочке и взяла в руки книгу, чтобы посмотреть, что же он сейчас читает.       Внезапно из ванной раздался звук открывающейся двери, и в комнату вышел Драко, обернутый в белое полотенце. С его волос стекала вода, а на губах в момент заиграла лукавая усмешка, которая тут же заставила Гермиону забыть о своих благородных намерениях.       Быстро положив книгу на место, она невольно скользнула взглядом по его телу и задержалась на нём дольше положенного, отметив, что оно было идеально сложено, словно вылеплено из мрамора.       — Что ты здесь делаешь, Грейнджер? — спросил он с такой интонацией, будто его ничто не могло удивить.       Гермиона растерялась, слова застряли в горле, а взгляд резко упал вниз и начал усиленно рыскать по полу в поисках того, на что можно перевести внимание. Когда же Драко двинулся к шкафу, она наконец собралась с мыслями и произнесла:       — Мы с остальными решили посмотреть фильм.       — Замечательно, а мне что с того?       — Я пришла пригласить тебя, — её голос сквозил неуверенностью, и она сама почувствовала, как нелепо это звучит.       Драко сдавленно усмехнулся, открыл шкаф и зашёл за дверцу, чтобы скрыться с её глаз и взять полотенце для волос.       — Соскучилась по моему вниманию?       — Конечно, мне не хватает твоих подколок и приставаний, — ответила она с сарказмом, закатывая глаза. — Это же мечта любой девушки — быть зажатой тобой в углу.       — Хм, как по мне, звучит правдоподобно.       — Так ты придешь?       — Предложение заманчивое, — пробормотал он, осторожно вытирая волосы после мытья, — но я отказываюсь. Я лучше проведу вечер за книгой, чем буду смотреть, как ты тайком жмешься к Фишеру, когда моя спина куда больше и крепче. И не только спина…       Гермиона почувствовала, как внутри закипает опасная смесь желания и раздражения. Она сделала шаг назад, не желая больше оставаться с ним наедине ни секунды, ведь неизвестно, что он может вытворить, оставшись с ней вдвоём в одном полотенце, и, что более пугающее, она и сама подумывала о том, чтобы подойти и развеять края его так называемой одежды.       — Как хочешь, — сказала она с притворным равнодушием и поспешила к выходу.       Стоило ей отвернуться, как Малфой тут же сжал челюсти. Лицемерие Грейнджер не только выходило за все разумные рамки, но и начало серьёзно выводить из себя. Чего она вообще добивалась? Сперва грубо отшила его вчера, а сегодня без стука зашла к нему в номер с совершенно нелепым предложением, другими словами, делала всё, что ей вздумается. И он теперь должен спустить это с рук?       Как бы не так.       Он подхватил края полотенца и быстрым шагом направился следом, оставляя за собой короткие дорожки воды на полу. По пути сбился со счёта, сколько раз позволял себе обмануться ею, как часто представлял, что они могут быть вместе. В конце концов, стать парой не в фантазиях, а в самой настоящей действительности.       Мерлин, да она же просто хотела, чтобы он боролся за неё, потому пришла. Но если всё так, то как быть с обещанием не прикасаться к ней, когда её приход настолько взбудоражил, что Драко просто не смог позволить ей уйти?       «Дракл, она морочит мне голову, потому что не верит, что я могу быть хорошим, оттого не доверяет и держит на вытянутой руке! Но скажи честно, Грейнджер, признайся уже! Ты совсем не хочешь уходить».       Он остановился за её спиной и захлопнул дверь в тот миг, когда рука Гермионы сжалась на дверной ручке и потянула вниз. Грейнджер не ожидала приближения, поэтому резко вздрогнула, увидев его ладонь перед собой и ощутив тепло его горячего мокрого тела со спины.       — Я ведь говорила тебе, не обращаться со мной как… — она хотела повернуться и договорить, как он тут же перебил её, усилив напор и обдав шею прерывистым дыханием.       — Обращаться с тобой как?       — Будто владеешь мной.       Он склонил голову ниже, отчего остывшие капли воды скатились с волос и упали ей на кожу, после чего прижался к её телу вплотную, изменив тембр голоса на более тихий и провокационный, из-за которого сердце Грейнджер сперва замерло, а затем рухнуло в пятки.       — А разве прямо сейчас я не владею твоей способностью передвигаться?       Она тяжело сглотнула вместо ответа. Тепло его тела, аромат цитрусового геля с пряными нотками, приятно защекотавший нос, лишал Гермиону сил, что не пошевелиться, в то время как ожидание его следующего шага медленно сводило с ума.       — Играешь в молчанку? Разве я такой пугающий?       Малфой настойчиво привлёк её за талию, но, увы, не за тем, чтобы обнять, а, напротив, отодвинуть чуть в бок, открыть дверь и пожелать приятного просмотра. Другими словами, отзеркалил её собственное поведение, решив показать, что ему всё равно, но на деле просто побоялся испортить всё ещё больше.       В конце концов, если хочешь поиграть с огнём, лучше делать это за закрытыми дверьми. Там, где будем только мы одни. К примеру, в командировке.       Гермиона была настолько ошеломлена, что не сразу поняла, как снова оказалась в пустом коридоре. Чувствуя, как сильно бьется сердце после встречи с Драко, она поспешила в свою комнату, взяла плед и обернула его вокруг себя как щит, стараясь успокоить нервы. Когда же она вернулась к остальным, все уже расселись на диванах, готовясь к просмотру фильма.       Ксавьер заметил её и, улыбнувшись, пригласил сесть рядом отдельно ото всех. Гермиона, поплотнее укрывшись пледом, села к нему, стараясь не думать о Драко и том, как сильно ей хотелось сорвать с него это дурацкое полотенце. Она осторожно взяла Ксавье за руку, успокаивая себя тем, что это её искренне желание, а не извинения за мысли о Малфое.       Тем временем Драко стоял в своей комнате, глядя в окно на темнеющее небо, затянутое тучами. Мысли о Грейнджер не давали ему покоя. Он не собирался бежать за ней, стоило ей поманить его пальцем, но желание было слишком велико.       «Она же вертит тобой, как хочет!» — шептал внутренний голос, заставляя его хмуриться.       «Ничего подобного! Это моя игра, и я устанавливаю в ней правила. Ей некуда деться от меня, а мне следует проявить чуточку терпения», — отвечал он сам себе, пытаясь успокоиться.       «Да ты уже провалил свою игру. Проиграл её другому. Снова».       Разговор с самим собой начал надоедать, и Малфой не выдержал собственного давления. Ревность заставляла его терзаться сомнениями, анализировать и сопоставлять детали в поведении Грейнджер, перепроверять всё и не доверять самому себе. Казалось, пытаясь действовать правильно, он терял собственную уверенность, и это ему не нравилось. Точнее, ему претила сама мысль, что для того, чтобы удержать кого-то возле себя, нужно отпустить его. Дать человеку время побыть в одиночестве и подумать.       Только вот Грейнджер не была одна. Вокруг неё крутился недотёпа Ксавьер, и Драко не мог удержаться от негативных мыслей на его счёт. Вдруг она, стараясь доказать ему что-то, пойдёт на глупость с этим недоразумением? А может, это судьба, влюбиться в девушку, которой наплевать на его деньги и статус.       «Черта с два! Я не позволю Уизли…»       «Фишеру, если что…» — вовремя поправил внутренний голос.       «Без разницы».       Внезапно его мысли прервались смехом из гостиной. Это был их смех, весёлый и беззаботный, и он почувствовал, как сердце сжалось от злости.       «Хотела посмотреть фильм? Что ж, давай посмотрим», — произнёс он, слегка усмехнувшись, и решительно направился к двери, взяв по пути оставленную на столе книгу.       Когда Малфой вошёл в гостиную, его взгляд сразу же упал на Грейнджер. Она посмотрела на него украдкой и тут же перестала улыбаться, на что он не смог сдержать усмешки.       — Добрый вечер, дамы и господа, — игриво произнёс он, гордо проходя к дивану. — Здесь свободно?       Не дожидаясь ответа, он сел с краю от Гермионы и Ксавьера, вызвав недовольство у последних и полное негодование у всех остальных.       — Хороший фильм, — заметил Драко, не отрывая взгляда от экрана, затем незаметно просунул руку под плед Грейнджер и по-хозяйски опустил ладонь выше её колена. Гораздо выше и опаснее.       Девушка громко вздохнула, чувствуя, как внутри всё замирает. Оказавшись в неловком положении, побоялась нормально пошевелиться, поэтому не смогла скинуть чужую конечность с себя.       — Что ты делаешь? — шепнула ему она, уличив момент, когда Ксавьер был погружён в фильм и не видел их.       — Добиваюсь тебя, — чуть слышно ответил он.       От подобного заявления её бровь нервно дёрнулась, а в груди затрепыхало. С одной стороны, хотелось поверить его словам, а с другой — этот риск грозил разбить ей сердце и окончательно испортить карьеру. Если бы она только не слушала советов Джинни, тогда не пришлось бы сидеть половину фильма на нервах, не зная, как себя вести, когда с одной стороны твою ногу сжимает тяжёлая ладонь Малфоя, а с другой — успокаивающе поглаживают влажные пальцы Ксавьера.       Впрочем, как оказалось, нервничала среди них троих не только она. Когда Сьерра и Дик ушли спать, а Эмин настолько проникся сюжетом, что не замечал ничего вокруг, Ксавьер не выдержал и обратился к Драко. Тот уже не смотрел фильм, а, подперев щеку рукой и касаясь указательным пальцем виска, сосредоточенно читал свою книгу.       — Мистер Малфой, не хотите ли пересесть в кресло? Здесь слишком тесно для троих…       — Я уже нагрел себе местечко, так что нет. Пересядь ты, — сухо ответил Драко, не отрываясь от чтения.       — Я тоже пригрелся.       Малфой никак не отреагировал, но Гермиона почувствовала, как сжались его пальцы на её ноге.       — Я пересяду, — внезапно воскликнула она, а, когда решилась встать, почувствовала, как две руки потянули её назад за плечи и усадили обратно.       Это был полный провал. Ей не сбежать. Впрочем, они хотя бы не заметили, как удерживали её всё это время, иначе, упаси Мерлин, что могло произойти.       Драко не заметил странного облегчения на лице Грейнджер, более того, он не собирался бездействовать слишком долго. Дождался, когда она устроится между ними поудобнее, вновь сосредоточится на фильме, а затем…       «Долго ты собираешься меня избегать?»       В голове Гермионы внезапно раздался его голос. Он заставил девушку растерять всю свою бдительность, за доли секунды раскрыл всё её смятение и негодование прежде, чем она попыталась скрыть их и посмотрела на него полным возмущения взглядом.       «А ну прочь из моей головы!»       «А ты попробуй выгони меня, пока я не наткнулся на все твои грязные мыслишки».       «У меня их нет», — мысленно ответила она, как вдруг вспомнила о том, как подумывала стащить с него полотенце и, стушевавшись ещё сильнее, спешно отвернула лицо к экрану.       «И почему ты себя постоянно сдерживаешь?»       «Убирайся из моей головы, — она приложила все силы, чтобы выгнать незваного гостя из своих мыслей, но попытка оказалась тщетной. Она до сих пор ощущала его присутствие каждой частичкой, и это пугало. — Давай просто посмотрим фильм, пожалуйста, Малфой».       — Фильм? — Драко фыркнул вслух, после чего сам уткнулся в книгу.       — Да, я тоже считаю странным, что она влюбилась в него, — прокомментировал Ксавьер, подумав, что изданный начальником звук связан с сюжетом фильма.       «Фильм — это всего лишь предлог, чтобы избежать разговора», — проигнорировал соперника и продолжил разговаривать с девушкой Малфой.       «Сказал тот, кто сам сидит и читает книгу!»       «Я не читаю, а изучаю».       Она мельком глянула на обложку книги, которую встретила ещё в его номере, но из-за его прихода так и не смогла рассмотреть.       «Карликовые пушишки и как за ними ухаживать, если они тебя боятся»,— прочитав название, Грейнджер на пару секунд впала в ступор. — Что это такое? Не помню, чтобы у тебя дома были животные».       «Не было, но когда-нибудь будут, — она вопросительно посмотрела на него, в то время как он поднял на неё короткий взгляд и, хитро дёрнув бровью, снова отпустил его назад, прочитав следующее: — В уходе за безобидным зверьком очень важно не давить на него и позволить ему привыкнуть к себе. В начале вы можете просто посидеть с ним рядом, а затем как бы невзначай осторожно коснуться его пушистого меха, проверяя его реакцию. Пушишки неприхотливые и не будут возражать, если их гладят, когда они полностью спокойны и довольны, — после этих слов Гермиона почувствовала, как его прикосновения к её ноге стали более ласковыми и мягкими, от чего в голову тут же закрались сомнения. — А если вам попался более упрямый зверёк, знайте, такие не терпят несдержанности, поэтому не будьте с ними грубыми. Как можно чаще называйте его ласково по имени и, возможно, уже скоро ваши старания закончатся успехами, и…»       «Это же не то, что я думаю, Малфой?»       «… зверёк начнёт проявлять к вам любовь и привязанность».       «Да ты верно издеваешься?»       «Что-то не так, мышонок?» — он вскинул на неё взгляд, и уголки его губ стремительно поползли вверх.       «Что-то не так? Ты же сравнил меня с животным!»       «Ну прости, руководства по обращению с мышами в Косом переулке не было, а командировка совсем скоро».       «Ты не выносим».       «Вот увидишь, когда-нибудь ты начнёшь проявлять ко мне любовь».       «Давай просто смотреть фильм, Малфой».       Он показательно захлопнул книгу, а затем с иронией произнёс в её голове:       «А что, если я предложу тебе другое развлечение, Гермиона?»       Грейнджер не ответила, начав мысленно повторять алфавит наперебой его голосу.       «Ты знаешь, что я могу сделать для тебя всё».       Гермиона, почувствовав, как её щеки заливаются краской, резко развернулась к нему. Её резкое движение привлекло внимание Ксавьера.       «Не думай, что у тебя есть какие-то шансы! — мысленно ответила она, не замечая подозрительного взгляда Фишера. — Я не верю тебе и не собираюсь играть в твои игры».       «Ты уже играешь, — парировал Драко. — И, похоже, тебе это нравится».       Она замерла, зная, что он прав. Её сердце колотилось, и, несмотря на все попытки сопротивляться, что-то внутри неё тянуло её к нему. Хотелось также проникнуть в его разум и узнать правду, но пальцы Ксавьера легли на плечо и мягко развернули её на себя.       — Всё в порядке?       — Да, — произнесла она, стараясь сохранить спокойствие, а затем искоса глянула на Драко и мысленно добавила: — «Прошу, остановись, пока не стало слишком поздно».       «Скажи мне, — его спокойный голос обласкал её разум, — что ты на самом деле чувствуешь, когда смотришь на меня?»       Гермиона почувствовала, как её дыхание перехватило. Она знала, что ответить на этот вопрос будет легко, но не смогла сдаться его настойчивому взгляду. Только не в этой ситуации.       «A, B, C, D…» — начала она, но не знала, как продолжить. Ещё и голос Ксавьера звучал на фоне раздражающим белым шумом.       «Вот и я о том же, — тихо произнёс Драко. — Мы оба знаем, что это не просто игра», — после этих слов он покинул её голову.       В этот момент время словно остановилось. Их взгляды окончательно разошлись, и в воздухе повисло напряжение, которое не могло развеять ничто, даже обеспокоенный вид Ксавьера.       — Простите, я хочу спать, — выпалила Гермиона на одном дыхании и, не выдержав давления с обеих сторон, встала с дивана. — Спокойной ночи.