Игра на грани

Утро было мучительным. Гермиона проснулась в своей кровати, чувствуя, как голова раскалывается от боли. Каждое движение заставляло её морщиться. Она с трудом открыла глаза, надеясь на магию, но вместо этого её встретило утреннее солнце, ярко светящее в окно. В её голове крутились обрывки вчерашнего вечера, смешанные с воспоминаниями о том, как она неуклюже пыталась не падать на Драко и как смеялась, говоря, что он «флиртует со всеми». — Чёрт, — прошептала она, ощущая резкую боль в висках. Она перевернулась на другой бок, пытаясь снова заснуть, но тут же услышала шум у двери. — Как я и думал, — услышала она знакомый голос. Это был Драко. Он вошёл, словно знал, что она будет здесь, в своём бедственном положении. — Малфой, что ты здесь делаешь? — спросила она, приподнимаясь на локтях, пытаясь хоть как-то выглядеть достойно. Он вошёл с довольно самодовольным видом, держа в руках пузырёк с зельем. — Это называется "Антипохмельное зелье", — сказал он с лёгкой усмешкой, протягивая ей флакон. — Ты не думала, что это будет таким тяжёлым утром, Грейнджер? Гермиона невольно улыбнулась, но сдержалась. Она была слишком усталой и обессиленной, чтобы вступать в спор, да и её голова просто не выдерживала. — Ты что, следил за мной? — спросила она, принимая зелье. — Конечно, — сказал Драко с нахмуренным видом. — Неужели ты думала, что я не замечу твою поразительную способность пить, как корабельный котел? Знаешь, ты только что убедила меня, что мне стоит всегда следить за твоими напитками. Гермиона рассмеялась, чувствуя, как боль немного отступает от её головы. Зелье, похоже, действительно работало. — Я просто... не думала, что ты будешь таким заботливым, — сказала она, откровенно удивлённая его вниманием. — Спасибо, я не могу даже представить, как я буду жить без твоей помощи. Он усмехнулся. — Да, я знаю, ты меня обожаешь, Грейнджер, — поддразнил он её. — Но будь осторожна в следующий раз, чтобы не потерять контроль перед такими прекрасными мужчинами, как я. Гермиона почувствовала, как её щеки слегка покраснели. Она снова попыталась скрыть свою реакцию, но он уже заметил это. — Не скрывай, Грейнджер. Это выглядит очень мило. Слушай, мне нужно поговорить с тобой о встрече в Министерстве. — Его голос стал серьёзным, и Гермиона почувствовала, как её внимание переключается с её похмелья на важное. — Как ты говоришь... встреча? — спросила она, откидывая одеяло и вставая с кровати. — Я не помню, что у нас есть какие-то планы. — Ну да, — сказал он с лёгким сарказмом, — это же твой проект, не так ли? Думаю, ты что-то слышала о его презентации. Гермиона вздохнула, пытаясь сосредоточиться, и тут её взгляд опять упал на Драко. В его глазах было что-то такое, что заставляло её забывать о головной боли и сосредоточиться на словах. — Мы будем обсуждать проект, который ты поддерживаешь, — продолжил Драко. — Ты знаешь, это не просто какой-то очередной проект, Грейнджер. Я хочу поговорить о чём-то большем. О том, что будет важно для всех нас, после войны. Гермиона внимательно посмотрела на него, её лицо постепенно оживало. — Хорошо, я в деле, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Только я немного... не готова к серьёзным переговорам прямо сейчас. Он ухмыльнулся, но в его взгляде было что-то, что заставляло её забывать о её сомнениях. — Ты готова ко всему, Грейнджер, — произнёс он с уверенностью. — Ты просто не осознаешь этого. Ты ведь всё равно всегда стремишься к совершенству. Он наклонился чуть ближе, и Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось. Он знал её, и знал это слишком хорошо. Он был её другом, но он был также и тем человеком, который, похоже, всегда заставлял её сомневаться в своих собственных силах. — Прекрати так на меня смотреть, Малфой, — сказала она, пытаясь отвлечься. — Я должна позвонить Джинни. Мы же с ней договорились встретиться. Он молча кивнул и направился к выходу. Прежде чем уйти, он обернулся и сказал: — Я всё равно сегодня расскажу тебе о проекте. Это не просто работа, это... шанс. Так что готовься. После того как Драко ушел, Гермиона почувствовала лёгкую тревогу, которая, казалось, не отпускала её с самого утра. Она села на диван, закутавшись в одеяло, и попыталась немного расслабиться. В голове всё ещё звучали слова Малфоя, его взгляд, который следил за ней с того момента, как она вошла в клуб. Всё это было так странно и пугающе, что она просто не могла не думать об этом. Её мысли были прерваны звонком в дверь. — Привет, пьяная подруга! — раздался голос Джинни, когда она вошла, не дождавшись приглашения. — Тебе нужно оправдать своё вчерашнее поведение. Так что я пришла с целью — привести тебя в чувства! Гермиона засмеялась, но её лицо всё равно было немного напряжённым. — О, привет! — ответила она, поднимаясь с дивана. — Думаю, мне стоило бы прекратить пить, но кто же меня остановит, когда у меня есть такая поддержка, как ты? Джинни бросила на неё взгляд и сразу же подошла, видя, как Гермиона выглядит. Всё ещё немного растрёпанная и смущённая, она не могла скрыть следы весёлого вечера. — Ммм... ты выглядишь, как будто весело провела время, — сказала Джинни, подмигнув. — Но давай, хватит валяться на диване. Ты что, не видишь, как сильно Малфой привлёк твоё внимание? — с улыбкой спросила она. Гермиона тут же вздохнула, даже не пытаясь скрыть свою реакцию. — Ты не понимаешь... — начала она, но Джинни перебила её: — Ты ревнуешь, да? Видела, как он флиртует с другими дамами? Понимаю, как ты на это реагируешь, Грейнджер. Ты, конечно, была не лучшей подругой вчера, но твои чувства... они видны, как никогда. Ты хочешь признаться, что Малфой привлекает тебя? Гермиона закатила глаза и засмеялась, но в её голосе уже звучала нервозность. — Я не ревную, Джинни. Это глупо. Он флиртует с каждой женщиной в радиусе десяти метров. Он всегда был таким. Я не собираюсь зацикливаться. Но её голос звучал не так уверенно, как она бы хотела. Джинни приподняла брови и усмехнулась. — Да, да, ты не ревнуешь. Просто, когда он так пялится на других девушек, ты не можешь этого не замечать. — Джинни хихикнула. — И я, между прочим, видела, как ты пыталась скрыть, как тебе это не нравится, когда он с этой девушкой так разговаривает. Гермиона покраснела и почувствовала, как её лицо пылает от смущения. — Окей, ладно, ты поймала меня! — сказала она с легким смехом. — Я всё-таки немного ревную. Но это ведь не значит, что я должна быть с ним, правда? Просто... иногда его взгляды заставляют меня чувствовать себя такой... неуверенной. Джинни подошла и обняла подругу. — Ну, наконец-то ты признала это! — с улыбкой сказала она. — Но ты права, тебе не стоит паниковать. Мы ведь всегда говорили, что ты сильная, и ты знаешь, что с ним ничего не случится. Но если тебе будет легче, давай поговорим об этом позже. А теперь давай, — она села на диван и уставилась на Гермиону, — давай займёмся твоим образом для вечера. Ты же не хочешь выглядеть как пьяная магистрица на презентации проекта? Гермиона отмахнулась, но всё равно чувствовала лёгкую нервозность. — Я не знаю, что делать. Я даже не понимаю, о чём будет этот проект. Всё так... неожиданно. — Не переживай, я тебе помогу, — сказала Джинни с озорной улыбкой. — У тебя не так много времени. Так что, выбери что-то, что заставит Малфоя посмотреть на тебя и подумать: "Вот это женщина!" Гермиона засмеялась, хотя и почувствовала, как её сердце сжалось от этих слов. Джинни, как всегда, умела поддержать. Через полчаса Гермиона стояла перед зеркалом, а Джинни, уже выбранной одеждой, ухаживала за её внешностью. — Ну, как тебе? — с улыбкой спросила Джинни. Она выбрала для подруги строгую, но элегантную платье тёмного цвета с лёгким блеском, которое подчёркивало её силуэт. Гермиона посмотрела на себя в зеркало и прикусила губу. — Это слишком… — начала она, но Джинни перебила её: — Нет, это идеально! Ты выглядишь потрясающе. Малфой точно не сможет тебя проигнорировать. Да и кто ещё, если не ты? Гермиона почувствовала, как она снова краснеет, но вздохнула, посмотрев на себя в отражении. Это платье действительно заставляло её чувствовать себя немного увереннее. Когда наступил вечер, Гермиона оказалась в Министерстве на презентации проекта. Всё было по-настоящему: важные люди, обсуждения, взгляды. Она чувствовала напряжение, но когда встретилась глазами с Драко, он улыбнулся ей, и её сердце пропустило удар. Гермиона приготовилась к тому, чтобы представить проект. Но, несмотря на её уверенность, она не могла забыть, что за этим проектом стоит нечто большее. Это не просто презентация для галочки. Это был шанс. И шанс, который изменит её и многих других. Вечер только начинался, и она готова была узнать, что скрывает этот проект. Драко стоял у стола, ощущая, как его сердце бьётся быстрее. В комнате было полно людей, обсуждавших проект, но он видел только её. Она сидела в уголке, слегка приподняв подбородок, глаза с вниманием следили за каждым его словом. Это было странное ощущение, когда он говорил с уверенностью, но внутри него что-то сжималось, что-то заставляло его волноваться. Он не мог отвести взгляд от Гермионы. Сегодня она была особенной. В её строгом, но изысканном платье, с лёгким макияжем и спокойной грацией, она выглядела просто невероятно. Но это не только её внешний вид заставлял его терять собранность. Это было её присутствие, её энергия, её уверенность. Она была женщиной, которая всегда знала, что делать, и это создавало в нём странное чувство неуверенности, которое он не мог объяснить. Всё было как на грани. Как она выглядит... — думал Драко, наблюдая за ней. Он чувствовал её силу, её решимость, и одновременно её уязвимость, скрытую за этим железным фасадом. В её глазах было что-то большее, чем просто магический интеллект. Она была истинной магистрицей, но сегодня он видел в ней ещё нечто — что-то человеческое, что заставляло его чувствовать себя рядом с ней не просто коллегой, а чем-то большим. Его взгляд скользнул по её плечу, который был виден сквозь ткань платья, и он на мгновение задумался, как бы она выглядела, если бы сняла с себя весь этот контроль, ту напряжённую маску, которую она всегда носит. Как она бы выглядела без этой границы, которую она сама себе строит? Почему её невидимая стена — это то, что привлекает его? Но тут он вернулся к реальности. Вчерашний вечер был для него настоящим испытанием. Гермиона была рядом, и он видел, как её лицо менялось, когда она осознавала, что она, возможно, влюбляется в того, кого раньше бы никогда не заметила. Он знал, как трудно она переживала всё, что случилось. Сомнения, страхи, неуверенность в том, что будет дальше... Он знал, что она не решится сразу. Он взглянул на неё снова. Она сидела тихо, с лёгким, почти беспокойным выражением на лице. Не такой, как обычно. В её глазах были не только вопросы о проекте, но и вопросы о том, что они оба для друг друга значат. Что, если она не согласится? — Драко почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, и внутренне он сжал кулаки. Его мысли крутились вокруг одного вопроса: что если она откажется? Он знал, как она борется с собой, как сложно ей довериться и сделать шаг вперёд. И этот шаг был таким важным для него. Он говорил с уверенностью, но в его груди всё сжалось. Как только он упомянул поездку в Флориду, он почувствовал, как тревога нахлынула. Этот проект был не просто шагом вперёд, это было что-то, что могло стать поворотным моментом для всех их. Но что, если она откажется? Что, если её сомнения окажутся сильнее, чем его надежда? — Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой во Флориду? — её голос прозвучал как тихий, но ясный вызов. Это был вопрос, который он знал, что она задаст. Но это не делало его легче. Он встретился с её глазами, и в этот момент Драко понял, что её реакция будет важнейшим моментом не только для проекта, но и для его чувств. Он видел, как она колеблется, как она анализирует его слова и предложение. Её решимость, её характер, её способность контролировать свои эмоции — всё это теперь зависело от неё. — Да, я хочу, чтобы ты поехала, — сказал он тихо, но твёрдо. Его голос был уверенным, но он чувствовал, как внутри его нарастает напряжение. — Мы не можем сделать это без тебя. Ты — единственный человек, который способен справиться с этим. Ты можешь помочь людям, ты знаешь, как это важно. И, ты знаешь, я… я не могу сделать это без тебя. Она замолчала, её глаза были полны размышлений. Но в них была ещё и растерянность, и он почувствовал, как его собственное сердце начинает сжиматься от этого напряжения. — Ты думаешь, что маглы могут научить нас всему этому? — её голос был серьёзным, но с лёгким намёком на сомнение. — Ты же сам маг. Ты ведь не можешь быть таким уверенным в этом. Он почувствовал, как его взгляд немного меняется. Он знал, что это будет её вопрос, и знал, что она никогда не примет решение без уверенности. Она всегда задавала вопросы, всегда проверяла, всегда сомневалась. — Да, я думаю, что они могут научить нас этому. Ты же сама знаешь, как много людей после войны нуждаются в помощи. Ты видела, как они страдают. Это шанс, чтобы всё это изменить. Мы можем научить их тому, как заново обрести себя, как вернуться в мир, в котором они могут быть счастливыми. Драко сделал паузу, ощущая, как важен этот момент. Он знал, что она должна согласиться, иначе весь проект может сорваться. Она была его шансом, шансом на успех. — Ты должна поехать, Грейнджер. Ты не можешь оставить всё это на мне. Ты можешь помочь, и я знаю, что ты будешь делать это лучше, чем кто-либо. Мы вместе можем сделать больше, чем думаем. Её взгляд был внимательным, но её лицо всё ещё оставалось непроницаемым. Но в её глазах было что-то, что он не мог игнорировать. Что-то, что говорило, что она была готова сделать шаг. — Хорошо, — наконец сказала она, её голос был тихим, но решительным. — Я поеду с тобой. В этот момент Драко почувствовал, как тяжёлое давление на его грудь ослабло. Он сделал шаг вперёд, чуть наклонив голову, и сказал: — Спасибо, Гермиона. Ты не подведёшь. Её ответ был простым, но в нём было больше, чем просто слова. Это было обещание, которое они оба дали друг другу. Всё начиналось. После того как Гермиона согласилась поехать с ним во Флориду, Драко почувствовал, как его напряжение немного спало. Но теперь пришло время поговорить о всех деталях. Они оставались наедине в её квартире, и атмосфера была напряжённой, хотя не враждебной. Скорее, всё было пропитано ожиданием, что их жизнь изменится, и что эта поездка будет чем-то большим, чем просто командировкой. Это был новый этап, начало чего-то нового. Гермиона сидела на диване, вглядываясь в свои руки, как будто пытаясь принять всё, что происходило. Она всё ещё была немного ошеломлена от того, что согласилась. Но его слова, их разговоры, и сама её роль в этом проекте уже начали немного проясняться в её голове. Драко не мог скрыть улыбку, когда он видел, как её взгляд иногда задерживается на нём, как она поглощена мыслями. Он сидел напротив неё, его руки лежали на коленях, а глаза неотрывно следили за её реакцией. — Мы уезжаем уже завтра, — сказал он, прерывая молчание. Его голос был ровным, но внутри всё ещё горела искра беспокойства. Он не мог позволить себе потерять её, и знал, что она была для него важна, как никогда прежде. — Я знаю, что это всё происходит слишком быстро, но я не могу позволить себе медлить. Мы оба знаем, что это шанс, который нельзя упустить. Гермиона приподняла взгляд, её глаза были всё такими же внимательными, но в них уже не было той настороженности, которая была раньше. Теперь в них проскакивал интерес, если не что-то большее. — Завтра? — повторила она, словно оценивая всё происходящее. — Ты серьёзно? Я думала, мы ещё будем обсуждать это. Это слишком неожиданно. Драко кивнул, его взгляд был твёрдым, но при этом полным уважения к её сомнениям. — Я понимаю твоё беспокойство. Но поверь мне, это нужно сделать как можно скорее. Я знаю, что ты не будешь слишком сильно против, если всё будет подготовлено заранее, — сказал он, в его голосе звучала уверенность. — Ты знаешь, как важно это для всех нас. И для тебя тоже. Я могу быть уверен в том, что ты справишься. Я знаю, что тебе тоже это нужно. Мы оба нуждаемся в этом. Он встал, подошёл к ней, но не садился рядом. Он предпочёл держаться на небольшой дистанции, чтобы не нарушать её личное пространство. Но он чувствовал её напряжение и знал, что они оба должны были быть готовы. Он не мог позволить себе ошибиться. — Мы проведём несколько месяцев в специализированных центрах, изучая магловские методы. Терапия принятия ответственности, терапии сострадания — всё это даст нам возможность помочь тем, кто после войны не может вернуть свою нормальную жизнь. Это не просто наука, Гермиона. Это шанс не только для всех нас, но и для тысяч людей. И я хочу, чтобы ты была частью этого. Гермиона закрыла глаза на несколько секунд, как будто пытаясь осознать всё, что он сказал. Когда она вновь взглянула на него, её взгляд был серьёзным, но в нём уже не было сомнений. Она была готова, но ещё не до конца понимала, что именно на неё возлагается. — А ты? Ты не боишься, что я откажусь? — её голос был мягким, но с той искренностью, которую она всегда проявляла, когда что-то действительно важно. Драко сделал паузу, почувствовав, как его сердце ускоряется. Он знал, что вопрос был сложным, и он сам задавался этим вопросом много раз. Он знал, что ответственность за проект была не только на нём, но и на ней. — Не боюсь. Потому что я верю в тебя, Гермиона. Я верю, что ты понимаешь важность этого. Я верю, что ты можешь помочь мне изменить мир. Я знаю, что вместе мы справимся. Он немного наклонился, будто подталкивая её к решению, но его голос оставался спокойным. Он знал, что не может давить на неё слишком сильно. Это было её решение, и он должен был уважать её чувства. — Ты и так изменишь мир, если согласишься. Ты знаешь, что для меня это не просто проект, Гермиона. Это шанс начать заново. Не только для людей, но и для нас. Мы оба сломлены. Мы оба пережили войну. И теперь у нас есть шанс сделать что-то важное. Гермиона посмотрела на него, и её взгляд был смешанным — с одной стороны, сомнение, с другой — какой-то ответ, который она не могла объяснить. Она была готова к этому вызову, но её внутренние страхи, её переживания по поводу того, что всё может стать слишком личным, сдерживали её. — Я согласна, — сказала она, её голос был тихим, но уверенным. — Я поеду. Но мне нужно время привыкнуть к мысли, что я оставлю здесь всё, что знаю. Драко почувствовал, как облегчение затопило его грудь. Он знал, что не может позволить себе сомневаться в её решении, и теперь он был готов быть рядом с ней, несмотря ни на что. — Это всё, что я прошу, Грейнджер. Просто... доверься мне. Мы вместе справимся с этим. Её глаза встретились с его взглядом, и в этот момент он почувствовал, что они оба на пороге чего-то нового. Будущее было перед ними, и это будущее начиналось с этой поездки. И хотя всё ещё оставалось много неясностей, одно было точно: их путешествие начиналось. И это было только начало. После сложного дня, полного решений и переживаний, Гермиона чувствовала, что ей нужно немного расслабиться. Слишком много вопросов крутились в её голове, и все они касались не только работы и предстоящей поездки, но и того, что её ожидало в будущем. Поэтому, решив немного забыться, она позвонила Джинни. — Джинни, встречаемся, — быстро сказала она, едва усевшись на диван и скинув обувь. — Мне нужно поговорить. Сильно. — Уже знаю, — ответила Джинни, звучавшей игриво. — Ты что, с ума сошла? Прямо так сразу — «мне нужно поговорить»? Ты точно поедешь с ним в Флориду, а не в какую-то сказку? Гермиона не смогла не улыбнуться. — Да-да, всё как ты сказала. Собираюсь. Но мне нужно обсудить с вами всё, что происходит. Я не могу одна это понять. Через час они встретились в кафе. Гарри тоже присоединился, как всегда поддерживающий, с лёгкой улыбкой на лице. Их встреча была чем-то родным, привычным, как всегда. Джинни была в своём элементе, подшучивая над каждым моментом и делая день чуть легче. — Ну, давай, рассказывай, — подала голос Джинни, прищурив глаза и наблюдая, как Гермиона заходит в кафе, будто она на распутье, но по-прежнему выглядела потрясающе. — Ты точно не вздумала передумать? Вижу, что Малфой снова заставил тебя это сделать. Гермиона не могла скрыть лёгкой улыбки, но в её глазах всё ещё был след усталости. — Не думаю, что это так просто, Джинни, — ответила она, усаживаясь за стол. — Я... я чувствую, что это важно, что я должна поехать. Но не могу понять, что именно меня держит. Вроде и от себя не могу скрыться, но он же... он меня всё время сбивает с толку. Джинни приподняла брови, её глаза загорелись. — Ах, Малфой, Малфой... что ж, не будь такой серьёзной, — сказала она с улыбкой. — Ты ведь всегда говорила, что у него есть что-то особенное, даже если ты не хочешь этого признавать. Гарри, который до сих пор молчал, наконец вздохнул и присоединился к разговору: — Я тебе честно скажу, Гермиона, ты сама себе не веришь, — подмигнул он. — Ты всегда говорила, что сможешь сдерживать свои чувства, но ты не можешь остановить того, что должно случиться. Да, может быть, Малфой был немного самоуверенным, но он изменился. Ты сама это видишь. Ты же с ним так долго работала. Гермиона посмотрела на Гарри, её голос стал мягким, когда она говорила. — Может быть. Но, Гарри... Он всё равно всё такой же Малфой. И я не понимаю, почему всё так сложно. Как бы я не пыталась успокоить себя, я всё время переживаю, что не смогу совладать с этим проектом, с этим новым этапом. А поездка в Флориду? Это вообще... это как старт чего-то нового, не знаю, что и думать. Джинни засмеялась и подкинула волосы за ухо. — Ты что, Гермиона, это просто возможность немного развеяться! Ты же сама говорила, что тебе не хватает приключений. Поехала с Малфоем — а вдруг откроются новые горизонты, а там и жизнь наладится. Гермиона посмотрела на Джинни и снова рассмеялась. — Ну, ты же знаешь, что с Малфоем всё не так просто, — сказала она, подмигнув подруге. — Ты что, не видела, как он вчера с той блондиночкой в клубе общался? Я чуть не подскочила с места, но... я не могу так, Джинни, не могу быть такой, как все. Гарри, подхватывая разговор, приподнял бровь. — Так ты, значит, ревновала? Удивительно, я думал, что ты так холодно настроена к его флирту, — сказал он, усмехаясь. Гермиона прижала руку к лбу и закатила глаза. — Окей, ладно! Я ревновала! — сказала она с лёгким раздражением, но тут же рассмеялась. — Что вы все такие наблюдательные! Джинни ухмыльнулась. — Ну, естественно. Ты же не можешь скрыть свои чувства. А Малфой, думаю, давно это понял. Так что давай-давай, скорее всё расскажи, как ты на самом деле готова на всё ради этого проекта. И не говори, что ты всё ещё сомневаешься. Гермиона задумалась. Всё, что она говорила, действительно не имело смысла, если не считать того, что её чувства, кажется, начали выходить на первый план. — Я не знаю, что будет дальше, Джинни, но если я могу помочь людям, может быть, мне и стоит поехать. Это шанс, который нельзя упустить. Джинни подала ей чашку кофе и уселась на столик рядом. — Значит, ты решилась. Но ты всё равно не могла бы отказаться от Малфоя, да? Он же знает, как тебя зацепить. Гермиона засмеялась, но её лицо стало немного серьёзным. — Да, он... я думаю, что он знает, что делает, — сказала она с улыбкой, но с лёгкой тенью на лице. — Я всё равно поеду, Джинни. Это шанс для всех нас. Джинни улыбнулась, подмигнув подруге. — Значит, ты сделала выбор. В любом случае, это будет интересно! Позже, когда вечер подходил к концу, Гермиона почувствовала, как ей становится легче. Она снова немного сменила настроение, вернув себе уверенность. Приятный вечер с друзьями помог ей избавиться от напряжения, и теперь, когда все основные вопросы были решены, она была готова к тому, что предстояло. В её голове звучала одна мысль — она приняла правильное решение. Это не было просто прощанием. Это было начало нового этапа. Драко стоял у окна, его взгляд потерян, а мысли путались, как дождь, что барабанил по стеклам. Он знал, что Нотт ждал, но не мог сказать ничего. Всё, что происходило в его голове, было невыносимо запутанным. Гермиона согласилась поехать с ним в Флориду, и теперь его душу терзали вопросы, которые он не мог себе задать раньше. Почему он чувствует себя таким незащищённым? Почему он так боится её отказа? Нотт молчал, его взгляд спокойно изучал друга, словно знал, что Драко не способен осознать всё, что происходит внутри него. Теодор всегда был тем, кто мог читать людей, но и сам умел держать свои чувства в тайне. Он знал, что Драко не был тем человеком, который легко открывается, и сейчас его друг был на грани. — Ты ведь не просто пригласил её поехать, Малфой, — сказал Нотт, голос его был мягким, но его слова резали, как нож. — Ты пригласил её потому, что тебе не просто нужно, чтобы она была рядом. Ты хочешь её рядом с собой. И если ты не признаешь это, ты сам себе враг. Драко закрывает глаза. Нотт говорил так, будто его сознание и так было полностью заполнено этими мыслями. Он уже не мог скрывать их. С каждым днём он чувствовал, как его привязанность к Гермионе становится всё сильнее, и теперь ему пришлось столкнуться с этим. Впервые за долгое время он чувствовал, как тяжело быть самим собой. — Я не знаю, что будет, если она не согласится, — сказал Драко, его голос стал хриплым, и он сделал шаг вперёд, словно пытаясь сбросить с себя этот груз. — Я боюсь, что она не выберет меня. А если она скажет «нет», если... если она откажется? Нотт, как и всегда, был прямолинеен. — Ты боишься, что она не выберет тебя, потому что она может решить, что ты не заслуживаешь её, — сказал Нотт, его взгляд проник в самую душу Драко. — Но ты знаешь, что это не про проект. Это не просто поездка в Флориду. Это она. Ты хочешь её быть рядом, ты хочешь, чтобы она увидела тебя настоящего. Драко стиснул челюсти, пытаясь подавить ту бурю эмоций, что поднималась в груди. Он больше не мог скрывать того, что чувствовал. Не мог больше уходить от этого. Он наконец почувствовал, что его душа открывается, но он не знал, как это контролировать. — Я не могу это потерять, Нотт, — сказал Драко, его голос стал почти умоляющим. — Я не могу потерять её. Она важна для меня. Но если она решит, что всё, что между нами — это только работа, если она не захочет быть рядом... мне будет невыносимо. Я не могу быть с ней, если не буду рядом. Нотт молчал, но его взгляд стал мягче, чем обычно. Он наблюдал за Драко, как будто пытался понять его внутреннюю борьбу. — Ты хочешь её, Малфой, — сказал он тихо. — Ты боишься, что она откажется. Ты не можешь признать, что ты готов быть с ней, не скрывая себя. Но ты знаешь, что это именно тот момент, когда ты должен быть честным. Не только с ней, но и с собой. Драко тяжело вздохнул. Он чувствовал, как тяжело ему дышать, когда мысли начали проясняться. Он не мог больше игнорировать, что чувствует. Всё, что он переживал, теперь не оставалось в тени. — Я не могу её потерять, — повторил он, его голос дрожал от переживаний. — Я не хочу быть тем человеком, кто снова остаётся один. Но что, если она скажет «нет»? Я ведь не могу просто… я не могу быть с ней, если она решит, что я не тот, кого она хочет. Нотт подошёл к нему ближе, его взгляд стал мягким, но и резким одновременно. — Ты уже говоришь, как будто ты не достоин её, Малфой, — сказал Нотт, почти с раздражением. — Ты же знаешь, что она сама примет решение, и ты не можешь повлиять на это. Но если ты останешься с тем, кто ты есть сейчас, ты никогда не узнаешь, что будет, если ты раскроешь себя. Ты готов с этим жить? Драко молчал. Его взгляд был прикован к полу, и он почувствовал, как в груди буря эмоций начинает утихать. Он знал, что не может заставить её выбрать его, но он также знал, что теперь, даже если он останется с ней только как коллега, он будет бороться за её доверие, за их будущее. — Я не могу быть слабым, — сказал он тихо. — Я не могу позволить себе так быть уязвимым. Нотт положил руку ему на плечо и тихо сказал: — Слабость — это не то, что ты думаешь, Малфой. Это не значит, что ты не можешь быть сильным и честным одновременно. Ты можешь быть тем, кто открывается, и всё будет в порядке. Ты готов дать ей шанс узнать тебя по-настоящему? Драко посмотрел в глаза Нотту, его взгляд стал твёрдым, но в нём всё ещё оставалась тень сомнения. — Я готов, — сказал он, и в этот момент его слова были не просто признанием. Это было обещание себе. Обещание быть честным. И с ней, и с собой. Нотт усмехнулся и подал ему стакан с виски. — Ну вот, Малфой. А то я уже думал, что ты никогда не поймёшь, что в жизни важно не только победить, но и быть с тем, кто тебя понимает. Драко взял стакан, но его взгляд не отрывался от Нотта. Он знал, что то, что ему предстояло, будет самым важным решением в его жизни. И теперь он был готов это сделать. Нотт покинул квартиру, оставив Драко одного. Тот продолжал стоять, задумчиво смотря на его спину, пока дверь не закрылась за ним. Он снова остался в одиночестве, и с этим одиночеством пришли воспоминания. Он стоял в центре своей комнаты, окружённой бумагами и чертежами, когда взгляд упал на старый шкаф в углу. Без сознательного решения он подошёл к нему и открыл дверцы. Внутри, среди нескольких ненужных вещей, лежала карта Хогвартса — та самая карта, с которой они работали тогда, когда всё начиналось. Скользнув пальцами по бумаге, Драко почувствовал, как память снова накрывает его. Мгновенно он оказался в том разрушенном Хогвартсе, среди пепла и разрушений. Её лицо — Гермионы — всплыло в его памяти, и, словно по волшебству, он снова оказался там, где они оба пытались восстановить не только школу, но и себя. Эмоции, которые он тогда испытывал, резко нахлынули, и он почувствовал, как его сердце сжалось. В этом месте, в этих разрушенных стенах, он открыл для себя совсем другое восприятие жизни. И именно здесь, в этих стенах, он впервые по-настоящему понял, что его чувства к Гермионе изменились. Он продолжал смотреть на карту, потерянно стоя в своей квартире. Забытые чувства и события прошлого вернулись, как неизбежный след в их отношениях.