Игра на грани

Клуб был полон. Лазерные огни вспыхивали в темноте, музыка пульсировала сквозь воздух, заставляя каждую клеточку тела вибрировать в такт. Гермиона чувствовала себя немного чужой среди этого бурного потока людей, но Джинни и Гарри, как обычно, были в своей стихии. Они весело болтали, смеялись и уже вовсю наслаждались моментом. Но несмотря на атмосферу, её не покидало чувство напряжения. Она всё ещё не могла привыкнуть к этому хаосу. Но ради друзей она решила попробовать. Она хотя бы выглядела, как будто всё ей нравится. — Ну что, Грейнджер, это твоя первая ночь в клубе, и ты даже не пытаешься танцевать? — поддразнивала её Джинни, подкладывая руку под плечо и чуть не сбивая с ног. — Ты сама посмотри, как здесь можно танцевать, — Гермиона засмеялась, указывая на толпу, где почти каждый был на грани того, чтобы превратиться в неуправляемую массу людей, двигающихся в сумасшедшем ритме. — Я думала, что мы всё-таки пришли отдыхать, а не в цирк на шоу с огоньками. Гарри, который вообще казался немного неудобным в такой обстановке, подмигнул Гермионе. — Да, в следующий раз, если хочешь, будем пить чай с печеньем в библиотеке. Не надо насильно заставлять себя влиться в клубную жизнь, — сказал он с улыбкой, но голос его был полный иронии. Гермиона хмыкнула и огляделась, пытаясь разобраться, как можно наслаждаться этим шумом и танцами. Она знала, что Джинни и Гарри были здесь, чтобы расслабиться, но для неё это было сложнее. И тут, как по волшебству, она увидела его. Драко. Он вошёл в клуб с Теодором Ноттом, который, не обращая внимания на окружающих, уже был на подъёме, как и все вокруг. Теодор сразу заметил Гарри и Джинни, и с размахом подошёл к ним, подмигнув Джинни. — Ну, ну, Джинни, ты здесь, и это, похоже, хороший знак, — сказал Теодор, явно чувствующий себя как рыба в воде. — Готовы к весёлому вечеру? Гарри ответил едва заметной улыбкой, при этом абсолютно не заинтересованный в предложении. Теодор, видимо, понял, что этот номер не пройдет, и сдался, направившись обратно к Драко. Но Драко, как всегда, не спешил. Он стоял немного в стороне, осматривая комнату, как будто всё происходящее было ему знакомо, как будто он сам был частью этой сцены. Он повернулся, заметив Гермиону. — Ну, что, Грейнджер, ещё не удосужилась оторваться от своих скучных мыслей? — его голос был низким, с насмешливым оттенком, который заставил Гермиону слегка вздрогнуть. — Неужели ты не можешь хоть раз позволить себе немного веселья? Гермиона подняла бровь. Она в ответ не собиралась уступать. — О, я думаю, что ты как раз тот человек, который не может понять, что такое веселье, — сказала она с улыбкой, но её взгляд был твёрд, чуть даже вызов. — Ты ошибаешься, Грейнджер, — Драко с интересом поддёрнул уголок губ. — Я знаю, как веселиться. Но вот ты, похоже, слишком много думаешь. Может, стоит прекратить фильтровать каждую мысль и просто поглотить этот момент? Гермиона не отводила взгляда. Всё, что она чувствовала сейчас, было странным и одновременно захватывающим. Драко был всегда таким — почти театральным, полным уверенности, скрытой опасности. Он знал, как играл с её нервами, как её мысли терялись, когда он был рядом. — Может быть, ты и прав. Но это не значит, что я должна следовать твоим правилам, — ответила она, чувствуя, как кровь закипает от этого напряжения. Всё это было слишком знакомо, как снова возвращаться в ту давнюю игру, от которой она пыталась отойти. Теодор вернулся, но не мог не заметить атмосферу между ними. Он ухмыльнулся и наклонился к Драко. — Ну что, Малфой, наконец-то решился поговорить с дамой? Вижу, что она не совсем в восторге от твоего общества, — подколол Теодор, но в его голосе было больше насмешки, чем злости. Драко проигнорировал его замечание, а его взгляд оставался прикован к Гермионе. Его глаза были холодными, но с каким-то странным огоньком в глубине. — Не переживай, Нотт. Я ещё покажу ей, как правильно веселиться, — сказал Драко с едва заметной улыбкой, и его слова прозвучали так, как будто он был уверен, что всё под контролем. Гермиона почувствовала, как её сердце бьётся быстрее. Он точно знал, как на неё воздействовать. Тем временем Джинни и Гарри, видя эту молчаливую дуэль взглядов, решили вмешаться, чтобы не дать всему выйти из-под контроля. — Ну что, Гермиона, — Джинни протянула ей руку, — давай хотя бы выпьем что-то! Прекрати носить лицо, как у древнегреческой статуи. Это клуб, а не музей! Гарри поддержал её: — Мы все здесь для того, чтобы повеселиться. Я точно не собираюсь сидеть весь вечер и переживать за твою судьбу в руках Малфоя. Гермиона сдержала смех, несмотря на всю напряжённость момента. Она покачала головой. — Хорошо, ладно, выпью с вами, но только потому, что мне нужно хоть что-то, чтобы справиться с этим вечером. Драко, наблюдавший за этим разговором, не смог удержаться и немного покачал головой. Он взглянул на неё с неожиданной теплотой в глазах. — Не переживай, Грейнджер, — сказал он. — Мне не нравится, когда люди не получают удовольствия, даже если сами того не осознают. На его лицо вернулась его привычная насмешливость. Он протянул руку и немного наклонился к ней, словно затевая игру, но в его жесте чувствовалась лёгкая угрозка. — Надеюсь, ты не забудешь, что я тебя предупреждал. Это не просто клуб. Это место, где каждый теряет контроль. И, возможно, ты будешь одна из тех, кто не сможет выйти сухим из воды. Гермиона посмотрела на его руку, на его лицо, и вдруг почувствовала, что на самом деле этот вечер может стать тем моментом, который изменит всё. Она сжала его ладонь, и для всех присутствующих это был сигнал. Этой ночью они оба не собирались отступать. Клуб бурлил, музыка гремела так, что стены, казалось, вибрировали, а люди вокруг были полны энергии, с каждым стаканом ощущая, как нарастающая свобода делает их ещё более беспечными. Гермиона стояла рядом с барной стойкой, облокотившись на неё, и это был тот момент, когда она чувствовала себя немного потерянной — в смысле, потерянной во всей этой шумихе и веселье, но в то же время чуть более живой, чем раньше. Драко подошёл с напитком в руке, его шаги были уверены, и он как будто чувствовал, что здесь, среди всего этого шума, он — хозяин положения. — Так ты действительно собираешься тут стоять и не пить? Ты же знаешь, как это работает, Грейнджер, — его голос был таким, что она, ни за что, не могла бы проигнорировать его слова. Он излучал самоуверенность, которая, казалось, не знала границ. Гермиона скосила на него взгляд, прищурив глаза, но не скрывая улыбки. — Не ожидала, что ты станешь таким напористым, Малфой. Правда, ты уверен, что мне стоит пить с тобой? Я не уверена, что это — хорошая идея. С тобой не всегда всё так просто, как кажется. Драко прислонился к стойке, ухмыльнувшись, но его взгляд не отрывался от неё. Он знал, как она сдерживает свои эмоции, и это всегда его манило. Но он решил подойти к делу по-другому — с лёгкой игривостью. — Ах, так ты хочешь, чтобы я соблазнил тебя выпивкой, Грейнджер? Я думал, ты более изысканная. Впрочем, это может быть даже весело, — он сделал паузу и посмотрел на неё, словно ожидая её реакции. Гермиона не могла сдержать смех. Всё это было немного абсурдно, но она прекрасно понимала, что это была именно та игра, которая была между ними. И чем больше она пыталась отгородиться, тем больше он её тянул в свои сети. — Ну что ж, давай попробуем. В конце концов, кто ещё будет меня соблазнять, если не ты? — ответила она, поднимая бровь. Это было искренне, но с той самой игривой ноткой, которая всегда ставила их на одну линию — они оба прекрасно понимали, о чём шла речь. Драко взял бокал с напитком и протянул ей. Его глаза блеснули. — Не возражаешь, если я начну с тебя, а? Ты всегда слишком серьёзна, Грейнджер, но я думаю, это можно изменить. Она взяла бокал и с лёгким покачиванием головы подняла его. — Ну что ж, не буду отказывать. Ты же сказал, что я не могу отказаться от «настоящего соблазна», — подметила она, усмехаясь, и сделала первый глоток. Он прислонился к стойке, рассматривая её, как будто готовился к очередному интеллектуальному поединку, но их разговоры уже давно перестали быть такими простыми. Они оба чувствовали, что каждый их ответ был как тонкая линия, натянутая между желанием и ограничениями. — Это было слишком легко, Грейнджер. Ты что, сразу бросилась в мои объятия? Или ты только притворяешься, что сдерживаешься? — его голос стал ещё более тёмным, и в нём появилась лёгкая, почти невидимая угроза. Гермиона почувствовала, как её сердце начало биться быстрее, но она не могла позволить себе показаться сдавшейся. Она не была бы собой, если бы не ответила на его провокацию. — О, не спеши. Я как раз разогреваю мышцы для следующего раунда. Ты думаешь, я так легко сдамся? Ты переоцениваешь свои шансы, Малфой, — её голос был чуть хриплым, но с твёрдой уверенностью. Теодор Нотт, стоявший рядом с ними, не выдержал. — Я что-то не понял, а вы двое решили тут устроить какую-то дуэль? Не могу дождаться, когда вы начнёте обмениваться метафорами, — его саркастическая улыбка оставалась такой же невозмутимой, но было видно, что ему это забавно. Гарри с Джинни тоже наблюдали за всей картиной, и хотя они пытались казаться безразличными, их взгляды выдавали их интерес. Гарри заметил, как напряжение между Гермионой и Драко становилось всё более ощутимым. — Ладно, ребята, давайте немного расслабимся, — вмешался Гарри, улыбаясь, но с лёгким беспокойством в голосе. — Мы тут не для того, чтобы устроить войну слов. Давайте пить, веселиться, а не устраивать ещё один выпуск «Тёмных магов». Но Джинни не могла удержаться. — Приятно видеть, что ваши дуэли не ограничиваются только волшебными палочками, — подколола она, с намёком на лёгкую игривость, и посмотрела на Гермиону и Драко с кокетливой улыбкой. — Может, устроим соревнование на ловкость? Кто быстрее выпьет — тот и победил. Гермиона заметила, как Драко приподнял бровь. — Ты, Грейнджер, ещё не познала всех моих фокусов. Мы с тобой — отличная команда, только вот ты не знаешь, что я играю не по правилам, — сказал он с яркой усмешкой, которая обещала ей интересную ночь. Гермиона окинула его взглядом, будто решая, как на это ответить, и с той же яркой улыбкой, которая была слишком искренней для её привычной осторожности, произнесла: — Ну что ж, Малфой, давай посмотрим, кто на самом деле не знает границ. Я готова поспорить, что смогу удивить тебя, но ты не справишься с тем, что приготовила я. Драко посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула искорка, словно он понял, что эта ночь станет для них обоих чем-то намного большим, чем просто забавой. И, может быть, в какой-то момент они оба перестанут притворяться. В этот момент Гермиона поняла, что уже не просто пытается сохранить контроль. Она уже давно его потеряла. И в глубине души чувствовала, что Драко — не тот, с кем она должна бороться, а тот, с кем она должна просто быть. В клубе музыка стала громче, но напряжение между Гермионой и Драко как будто нарушало этот ритм. Они стояли так близко, что могли слышать, как учащается дыхание друг друга, и каждый взгляд, каждое слово было как молния в тёмном небе. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее, и это было не только из-за коктейля, который она всё же выпила слишком быстро. Нет, это было что-то другое. Драко наклонился ещё ближе, его голос, едва слышный в шуме, был тёплым и низким, но настолько притягательным, что она не могла отвести взгляд. — Ты знаешь, Грейнджер, — сказал он, его губы касались её уха, но он говорил с таким тоном, как будто уже знал, что она не сможет скрыться от этого — его слов, его запаха, его присутствия, — ты всегда любила контролировать всё. Но я не из тех, кто поддаётся. Ты этого не понимаешь, да? Гермиона сдержала тяжёлый вздох. Он знал, что каждое слово было словно тонкая игла, прокалывающая её самообладание. Но она не могла позволить себе сдаться. Не сейчас. Не перед ним. — Ты думаешь, что я так просто отдамся на твою милость, Малфой? — её голос был хриплым, немного напряжённым, но она продолжала играть. — Ты ведь знаешь, что я не из тех, кто склоняется перед давлением. Драко усмехнулся, будто наслаждаясь её реакцией. Он делал шаг вперёд, и их тела почти соприкоснулись. Гермиона почувствовала, как её грудь сжалась, но она не отступила. — Нет, я не думаю, что ты «склоняешься»... — он говорил медленно, словно наслаждаясь каждым словом. — Ты просто... хочешь попробовать. Понимаешь? Ты не можешь оторваться от этого, Грейнджер. Ты всегда была слишком умной, слишком сильной. Но я знаю, что под этим холодным фасадом ты тоже хочешь что-то... большее. Гермиона покачала головой, но её руки невольно сжались в кулаки, а внутри неё начало разгораться нечто сильное — то, что она не могла так просто игнорировать. — Ты слишком много думаешь, Малфой, — ответила она, хотя сама чувствовала, как её голос дрогнул. — Не всё в жизни устроено так, как ты себе представляешь. Ты просто играешь в свою игру, и я не собираюсь быть твоей пешкой. Драко тихо рассмеялся, но смех его был не весёлым, а скорее... осознающим. — Ты не пешка, Грейнджер. Ты слишком умна для этого. Но ты мне нравишься... в этой своей... непредсказуемости. — Он поднял её подбородок пальцем, так что она не могла отвести взгляд. — Я просто хочу понять, насколько ты мне доверяешь. Это не так уж сложно, правда? Гермиона отстранилась, но её пальцы, державшие бокал, слегка задрожали. Он был слишком близко, его запах, его голос... Всё это создавалось ощущение, что она была на грани. На грани чего, она не могла точно понять. — Ты опять пытаешься меня запутать, Малфой, — тихо сказала она, пытаясь вернуть себе контроль. — Но я не позволю тебе этого. Её слова звучали уверенно, но она знала, что он был прав. Он знал, как играть на её слабостях. И теперь, даже если она пыталась выглядеть холодной и спокойной, внутри неё бушевал целый шторм. Он наклонился ближе и прошептал ей в ухо: — Ты и так уже запуталась, Грейнджер. Ты даже не знаешь, как сильно ты хочешь этого. Как сильно я могу тебя... сбить с пути. Ты просто не готова признаться в этом. А знаешь, что я думаю? — его голос стал ещё более низким и соблазнительным. — Ты боишься этого. Ты боишься, что это будет... слишком... весело. Гермиона почувствовала, как её тело откликается на его слова, даже если она не хотела этого признавать. Она сделала шаг назад, пытаясь ослабить его влияние на себя, но он не позволил ей уйти. — Ты говоришь, как если бы я не знала, чего хочу, — её голос был почти шёпотом, но он был полон вызова. — Но ты ошибаешься, Малфой. Ты не знаешь, что я на самом деле могу. Он наклонился, и их губы оказались почти на расстоянии, но вдруг его взгляд стал более серьёзным, почти... исследующим. Он не торопился, не спешил. Драко ждал. Он хотел увидеть, как далеко она готова зайти. Но вдруг её взгляд метнулся в сторону, и она увидела Гарри с Джинни, стоящих чуть дальше. Гарри смотрел на них с любопытством, а Джинни явно сдерживала смех, но в её глазах было что-то большее — знание, которое они оба пытались скрыть. — Гермиона! — позвала Джинни, поднимая руку в воздух. — Ты что, совсем забыла про нас? Или ты собираешься тут задержаться на всю ночь? Гермиона резко отстранилась от Драко, бросив на него последний взгляд, полный скрытого вызова, и подошла к друзьям. — Прости, я немного отвлеклась, — сказала она с лёгкой улыбкой, хотя в её голосе слышалась лёгкая напряжённость. Драко стоял на месте, смотря на неё, но его глаза были полны скрытой ярости и желания. Он знал, что этот вечер ещё не закончен. В их игре был только один выигравший, и он не был готов сдаваться. Гарри и Джинни, обменявшись взглядами, всё это время стояли в сторонке, наблюдая. Всё происходящее не могло не оставаться незамеченным, и теперь они знали, что это только начало. Джинни, сдерживая улыбку, подмигнула Гермионе. — Ну, ну, Грейнджер... Похоже, ты с этим Малфоем действительно не собираешься расставаться. Как интересно, — её голос звучал с лёгким намёком, но Гарри не мог сдержать смешка. — О, да, — ответил он, — похоже, мы только начали новую игру. Но никто не знал, что эта игра ещё только начиналась, и её последствия могут быть куда более запутанными, чем они могли себе представить.