Сенджу Джина

Ясуко погибла, говорят, что попала в засаду Учиха. Итама словно выцвел, настолько потерянным кажется брат. Мне, если признаться, страшно. В такие моменты, когда нужно определиться с чувствами, очень тяжело вести себя по местному. Сенджу убеждены, что убийца принадлежал к красноглазым демонам, а вот я сомневаюсь в этом. Акеми-сан ворчит, что подлые Учиха заманили девушку в ловушку и прикончили. В этих мыслях нет рационального звена, но окружающие верят в этот бред. Каварама ушел на миссию, Хаширама с Тобирамой в Узошио, и некому помочь Итаме. Я не знаю, что сказать ученику, потерявшему учителя. За спиной Итамы болтается катана, принадлежащая Ясуко. Мальчик перестал есть и спать, но никто в селении не обращает внимание на это. Вдали привычно разносятся крики, повышенные споры и обещания отомстить. Последние принадлежат Кен-сану, потерявшему последнего ребенка в затяжном конфликте. Разве это нормально? Господи, почему я не могу перестать думать о той встрече на рынке? – Ясу-чан! – перед нами появляется черноволосый и темноглазый парень, на которого Итама мгновенно смотрит своими жуткими глазами и недвусмысленно вооружается кунаем, – Это твои детишки? – Учиха! – радостно оскалилась девушка, – Еще не сдох? – Как же я могу?! – не менее устрашающе отзеркаливает улыбку парень, – Только после тебя, милая! Тот Учиха. Он же хорошо относился к Ясуко, даже рискнул подойти в окружении посторонних. Я тяжело вздохнул и перевел взгляд на молчащего брата. В шесть лет сидеть с таким похоронным выражением на лице и сдерживать слезы в себе – это, черт возьми, реально ненормально. – Это не Учиха, – тихо и четко объявил Итама, продолжая гипнотизировать поселение. – А? – непонимающе посмотрел на него. – Ясуко убил Мичи-сан, – Итама переложил катану себе на колени. – Зачем? – я вспомнил правую руку отца, неужели Буцума решил избавиться от мастера кендзюцу? – Она предала клан, – Итама медленно поднял клинок вертикально вверх, ловя солнечные лучи, – Влюбилась в Учиха и носила его ребенка. – Ясуко была беременная? – удивился я, – Причем здесь предательство? И убить невинного ребенка?! –Ты странная, имото, – Итама перевел взгляд на меня, – Вроде умная, но такая наивная и добрая. Ясуко могла сохранить себе жизнь, вытравив дитя и убив Учиху. Она же решила скрыть свой позор. Спокойствие и смирение, с которым были произнесены эти слова, разъедали душу кислотой. – Откуда ты это знаешь? – Прошептал я, завороженный бездной детских глаз. – Ясуко догадывалась, чем все закончиться, – уклонился от ответа Итама, – И в селении тоже знают эту историю, Кен-сан догадывается, но ненавидят именно Учиха. Так проще. – Джинна ненавидит простоту, – отвел свой взгляд в сторону. Может, Итаме больше шести лет? Хаширама с Тобирамой вернулись спустя месяц после историей с Ясуко. Мне до сих пор не по себе, и я продолжаю молчать о своих мыслях по поводу ситуации с межклановой враждой. Они немного вытянулись и загорели до черноты, что дико смотрится на обычно бледном Тобираме. – Имото! Отото! – Хаширама сжал нас с Итамой в объятиях под мой задушенный писк, – Как хорошо, что вы живы! А где Каварама? – На миссии, – прохрипел в ответ, – Уже месяц дома не появляется. – Миссия? – выразил обеспокоенность с недовольством Тобирама. – Война с Хагоромо, – кратко ответил Итама. Мальчики помолчали, а я потрясенно посмотрел на этого партизана. Он ничего не говорил про войну до возвращения Хаширамы, в селении, конечно, стало появляться больше раненых, но придавать особо внимание этому я не стал. Итама проигнорировал многозначительный взгляд, оставаясь холодной ледышкой. – А вы поладили, ребята, – вновь засиял солнышком старший брат, – Кстати, Джина, к тебе гость! Хаширама махнул рукой в направлении красноволосой группы шиноби, незаметно возникшей в поселении Сенджу. Один из воинов повернулся, являя подростковый лик. Затем решительно зашагал к нам. – Узумаки Оками! Наследник Узумаки! – представил подростка Хаширама, – А это моя сестра, химе клана Сенджу, Сенджу Джина! Парнишка словно просканировал мое тело, и его губы приподнялись в приветливой улыбке: – Рад знакомству, химе. – Взаимно, – сердце сжалось в ожидании грядущих проблем. – Имото, как тебе сказать то…. – замялся Хаширама, – Он твой будущий муж!