Серпентарий

      Гвен сидела в туалете плаксы Миртл. Опустила стульчак и уселась на него. Низко опустила голову, чтобы волосы занавесили лицо и обнимала себя за плечи.       Плакса Миртл парочку раз заглядывала, фыркала в призрении и пыталась что-то сказать о слизеринцах. Гвен бросила на неё яростный взгляд и зашипела змеей «свали, убожество». Призрак запищала и рассерженно смылась в унитаз, разбрызгав во все стороны воду.       Гвен тяжело вздохнула. За все года обучения в Хогвартсе только парочку раз прогуливала уроки. Сегодня был такой день. Казалось, по всей школе разнеслось «Драко сидел с Уоллис», как лесной пожар.       И с такой же скоростью рождались новые сплетни. Во весь голос, не смущаясь того, что Гвен находится в полушаге от них, говорили новые и новые необоснованные сплетни. «Я слышала, что она ему… хихи… ага, то самое. И он в благодарность к ней сел». «А я слышала, что она шлюха. Ага-ага, с такой внешностью. Ну, знаешь, можно глаза закрыть и представить кого-то другого».       Пальцы болели, разодранные до ран, залитые кровью. Гвен лизнула средний палец, слизывая кровь. Она разлилась солью на языке. У Уоллис просто не было сил удерживать маску безразличия или же веселья на лице. Казалось, слова продолжали жужжать в её голове.       Внутри клубилась злость. Злость на Драко, себя, Люциуса, Амали. Словно на всех. Ей нужно было побыть в одиночестве и тишине. Не хватало терпения ждать ночи, чтобы уйти на поле для квидича. От того она спряталась, как какая-то слабачка и трусиха, в заброшенном туалете.       Единственное на что хватало гордости и выдержки — не плакать. Не могла позволить себе заливаться слезами. От того злилась, кривилась, раздирала пальцы и дрожала всем телом.       Даже когда пришло время ужина не вышла из туалета. Не хватало смелости. Ей казалось, что сейчас она не вынесет ещё хотя бы одну фразу. Радовало то, что если наступило время ужина — скоро наступит время отбоя. И тогда коридоры опустеют, не будет шепотков и она сможет уйти на поле для квидича.       Облегчённо выдохнула, зажмурившись до белых кругов перед глазами. Представила вспышки звезд, их яркие точки и небольшую виллу с пышным садов, в которой она провела своё девство. Вспомнила Билла, который, любяще улыбаясь, поведал ей о том, что все люди созданы из звездной пыли.       Время отбоя ещё не наступило, но ноги затекли сидеть. В этом туалеты было невыносимо холодно, от чего кожа покрылась мурашками. Гвен неуверенно поднялась и, спрятав руки в карманы, гордо выровняла спину. Натянула на лицо безразличие, какую-то невинность. Будто она не слышит всех этих слов.       Тешила себя глупой надеждой, что сплетники слегка успокоились и не заметят её присутствие. Но лишь стоило ей зайти в гостиную своего факультета, как несколько девушек захихикали, бросая на неё насмешливые взгляды.       Быстро поднялась в свою комнату и плотно закрыла за собой дверь. Амали тут же спрыгнула со своей кровати. Подлетела к подруге — в глазах любопытство, радость. Казалось, сгорает от желания услышать все из первых уст.       Вцепилась в руки Гвен, придвигаясь слишком близко. От Амали пахло приторно сладко запахом гноя. Её руки были отвратительно мокрыми. И даже если бы этого не было — Гвен было бы мерзко. Она ненавидела Амали и ненавидела её прикосновения. Едва заметно, натянуто улыбнулась подруге, пытаясь мягко высвободить руки. — Ну, ты даешь, подруга! — как-то восхищенно выдала Амали.       Гвен пошагала к своей кровати, повернувшись к девушке спиной. Слышала её торопливые шаги. Та пыталась заглянуть в лицо, но Уоллис упорно закрывала его волосами. Суетилась по комнате, переставляя вещи с одного места на другое. Не знала куда себя деть. — Почему мне не рассказала, что у тебя что-то с Малфоем? — обиженно протянула Амали. «Даже если бы было, тупая ты сука, — яростно подумала Гвен, крепко стиснув в руке чашку, которую решила переставить на тумбу с подоконника, — я бы такой, как ты, точно ничего бы не сказала». — Так что? Правда? Говорят, он к тебе сел. Я слышала, что вас как-то ночью вместе видели в коридоре. Признавайся, подруга, что там у вас? Во ты даешь. Губа не дура!       Рассмеялась с долей зависти, а после тяжело вздохнула. Шумно села на кровать Гвен. А Уоллис хотела скинуть девушку. Хотела сжечь простынь и одеяло, к которым прикасалась Амали. — А не высоко замахнулась? — Ничего не было, — не имела больше сил придерживаться наивной доброжелательности, голос яростно шипел, рычал злостью, — мы сели вместе, чтобы получить высоким балл. На этом все.       Гвен казалось, что она буквально может ощутить усмешку Амали. Не поверила. Ту действительно не интересовала правда. Вариант Гвен был скучным, а вот, что что-то было между Уоллис и Малфоем — интересно. Так что правда то, что интересней. — Ну, как хочешь, — недовольно бросила Амали, обидевшись.       Поднялась с кровати Гвен, поправила шорты, отдергивая их и гордо пошагала к своей кровати. Легла лицом с стене и спиной к подруге. Всем своим видом показала, что она оскорбленная невинность. Будто её обижает недоверие подруги, а не то, что она не дала новой темы для разговоров. Гвен скривилась в презрении. Уставилась на спину Амали. Уоллис трясло от злости и презрения.       Легла на свою кровать и достала из-под подушки книгу профессора Бомэ. Ласково огладила плотную, темно-зеленую обложку. Будто ласкала любимого ребенка. Аккуратно открыла, любуясь красивыми завитками почерка профессора. «Если бы я была Малфой, никто бы не осмелился даже рта открыть в мою сторону, — криво усмехнувшись, подумала, — даже если незаконнорождённая Малфой. Все бы заткнулись. Если бы я не была на дне — не было бы ничего этого. Если бы я была да хоть в свите Малфоя, гребенной прислугой или собачонкой, никто бы мне ничего не сказал».       Резко вдохнула воздух, широко распахнув глаза от осознания. Пальцы замерли на страницах книги, казалось все тело замерло. Она задержала дыхание, будто боялась спугнуть мысль. Криво усмехнулась, иронично и цинично.       Достала палочку — Амали бросила на неё быстрый, короткий взгляд. Будто хотела посмотреть, чем Уоллис занимается. Не собирается ли извиняться и рассказывать грязные подробности? Заметив, что та даже не смотрит в её сторону, оскорблённо фыркнула и опять отвернулась.       Раздался звонок, оповещающий о начале комендантского часа. Гвен прикоснулась кончиком палочки к книге. Себе под нос шепнула парочку слов заклинания и буквально собираясь по частицам, перед её глазами появилась ещё одна книга профессора.       Гвен отложила палочку и открыла копию. Почерк стал слегка другим, искривился и размазался. Рисунки тоже смазались. Но главное в этой книге — информация. По крайней мере для неё.       Спрятала копию под подушку, а оригинал запихнула в сумку. Перед этим вытащила все школьные принадлежности и небрежно свалила их на кровать. Закинула сумку на плечо, обулась и выскользнула из комнаты. Ощущала на своей спине испытывающий, любопытный взгляд Амали.       В гостиной ещё было много людей, они оживлённо болтали и смеялись. Гвен же тихо, едва ли не на цыпочках, опустив голову, шмыгнула к выходу из гостиной. Ощутила на своей спине чей-то тяжёлый, внимательный взгляд, но не обернулась.       Быстро зашагала по пустеющему коридору. Запоздалые ученики едва ли не бежали в сторону своих факультетов, пытаясь не наткнуться на профессоров. Гвен же шла в другую сторону — в сторону выхода из замка. Крепко сжимала ремешок сумки, быстро шагая.       Ей повезло — ни на кого не наткнулась. Смогла выйти из Хогвартса никем не замеченная. И лишь в лицо ударил свежий воздух, как напряженность начала отпускать её тело. Казалось, Уоллис наконец-то может дышать.       Пошла не так торопливо, не спешила. Глубоко дышала, наслаждаясь тем, как ветер перебирает её волосы. Оглаживает лицо и пробирается под одежду. Она не успела переодеться, была в школьной, не длиной юбке и белой рубашке. Лишь мантия защищала от холода.       Поднялась на свое излюбленное место — почти самых верх трибун болельщиков. Бросила сумку на пол и, с облегченным вздохом, легла на деревянную скамью. Прикрыла глаза, наслаждаясь одиночеством и тишиной. Лишь шепот ветра, далекие голоса и крики птиц.       Звезд было ещё мало. Они лишь появлялись, вспыхивали, будто вырисовывались. Гвен не могла уйти, пока вдоволь не налюбуется ночными пейзажами и яркими огнями. Будет ощущать неудовлетворённость, какую-то недосказанность.       От того упорно продолжала лежать на скамейке, пусть и продрогла. Мантия не защищала, тело дрожало от холода. Но не двигалась, дожидалась момента, когда небосвод покроется абсолютно и полностью звездами.       С блаженством выдохнула, когда открыв в очередной раз глаза смогла увидеть яркость света луны и звезд. По-детски широко улыбнулась. До боли в щеках и глубоко вдохнула. Ей казалось, что звездная ночь имеет какой-то особенный, ни с чем не сравнимый запах. Понимала, что глупо, но ей нравилось думать, что это запах звёздной пыли.       С жадностью впитывала в себя картину ночного неба, позабыв о холоде. Лишь когда поняла, что кожа начала болеть из-за мерзлоты, пусть только сентябрь — ночи холодные, она, с прискорбным вздохом, поднялась.       Взяла сумку и медленно побрела обратно в Хогвартс. Надеялась, что эта ночь никогда не закончится. Надеялась, что сможет остаться на веки вечные в этом моменте. Когда вокруг тишина, темнота и звезды. И никого. Нет ни шепотков, ни откровенно презрительно-насмешливых фраз.       Но как и всему — этому пришел конец. Она зашла в замок, шагала по пустым, темным коридорам. Здесь не было этого волшебного запаха. Здесь был кисловатый запах, который Гвен ненавидела.       Едва слышно шепнула пароль и дверь в гостиную открылась. Тихо, едва ступая, прокралась. Проход закрылся за её спиной, а девушка пробежалась быстрым взглядом по диванам. Было любопытно — увидит ли её кто-то, возвращающейся далеко за полночь.       Диван скрипнул. Медленно поднялся Драко. Повернулся к ней лицом, но не шагнул ближе. Оставался на расстоянии в метра два-три. Внимательно на неё смотрел. — Ты подумала? — в его голосе была едва различимая неуверенность, он её мастерски прятал за бравадой. — Да, — устало сказала Гвен.       Медленно подошла ближе, между ними был диван. Девушка неловко полезла в свою сумку, вытащила книгу и протянула её Драко. Они были на таком расстоянии, что Гвен приходилось вытягивать руку. Малфоя пришлось делать это же, чтобы забрать книгу.       В его действиях была неуверенность. Он как-то медленно забрал её, пролистал пару страниц, а после радостно, как-то по-мальчишески, улыбнулся Гвен. Казалось, забывшись. — Подожди минуту, — быстро бросил и рванул в сторону комнат парней.       Гвен осталась стоять в неловкости. Едва удержалась от того, чтобы не начать неловко переминаться с ноги на ногу. Какая-то часть её была уверена, что Драко не вернется. Нарушит все обещания и даже не вернет деньги за книгу. Понимала, что глупость — Малфои не были ворами. Но слишком сильно в ней было недоверие к людям. Его не было больше нескольких минут, но Гвен они казались вечностью.       Уже начала поглядывать в сторону своей комнаты. Думала, что стоять здесь в ожидании чуда — глупо. Ещё один повод посмеяться над ней. Может быть выведет парней и выставит её на посмешище.       Но Драко вышел один. Без книги, но с кошельком. Обошел диван, чтобы стоять напротив Гвен. Торопливо вытащил из своего кошелька с черной кожи с серебряными узорами, несколько крупных купюр и протянул их Гвен. Она как-то неловко их приняла. Комкала в руке, не зная куда деть. — Я не нарушаю своих обещаний, — гордый собой, кивнул Мафлой. Хотя Гвен предполагала, что правильней будет «чаще всего я не нарушаю своих обещаний», — я предлагаю свою дружбу.       Протянул Гвен руку для рукопожатия. Упорно глядел ей в лицо, строго поджав губы и нахмурив брови. Девушка протянула руку, от чего-то боялась, что её руки окажутся грязными или же влажными от пота. Хотя обычно её руки напротив слишком сухие. От того, что часто на них попадают химические соединения, иногда, так сильно вредили коже рук, что она лопалась.       Сжала руку Драко. Кивнули друг другу, будто заключили деловую сделку. Это было так неловко и смешно, что Гвен едва смогла сдержать смех. Лишь криво улыбнулась.       Рассоединили руки и Драко сделал два коротких шага от девушки. Буркнул «спокойной ночи» и торопливо ушел в свою комнату, поднявшись по лестнице, переступая по две ступеньки. Гвен провела его взглядом. Цинично скривилась — она не верила, что Малфой сдержит свое обещание. Качнула головой, все ещё кривясь в усмешке, пошагала в свою комнату.

***

      Амали не могла долго обижаться. На следующее утро она уже крутилась вокруг Гвен и радостно щебетала, что прыщи почти сошли. Ещё парочка дней и она сможет вернуться к активной жизни. Правда под «активной жизнью» она подразумевала распускание новых сплетен.       Гвен хмыкнула, не слушая. Подтянула белые гольфы, чтобы они оба были одном уровне — немного ниже колена. Поправила волосы и подкрасила губы едва заметной, светлой помадой. Стерла у уголка рта и подхватила свою сумку.       Вышла из комнаты и облегченно выдохнула. Болтовня Амали раздражала. Но с ужасом осознала, что покинув комнату её накроет, как волной, новая порция болтовни. А именно насмешливые фразочки о ней.       Поправила ремешок сумки и вскинула голову. Упорно натянула на лицо маску безразличия. Или же глупости, будто она все это не слышит, а если и слышит — ей все равно.       Принялась медленно спускаться и едва не споткнулась об ступеньку, услышав голоса. Шумно вцепилась в поручень, чтобы не повалится. — Чего мы ждем, Драко? — щебетала Пэнси. — Может, уже пойдем на завтрак? Драко хмыкнул, но ответом не наградил. Гвен нервно облизала губы и спрятала одну руку в кармане мантии, сжимая кулак, оставляя полумесяцы от ногтей на ладони.       Девушка спустилась с последней ступеньки. В гостиной было не много учеников. Но выделялась компания Малфоя. Он сам, Крэбб, Гойл и Паркинсон. Услышав шаги, Малфой повернул голову в сторону Уоллис. А после повернулся полностью. Уверенно шагнул навстречу. — Привет, Гвен, — кивнул, будто «привет» недостаточно, — идешь на завтрак?       Уоллис показалось, что мир и время замерли. Приоткрыла рот в изумлении, глядя на Малфоя. Он стоял напротив в полуметре, терпеливо ожидая ответа. Пэнси, стоящая за спиной Малфоя, замерла. Распахнула рот от удивления, её глаза напоминали блюдца. Быстро и как-то неверяще переводила взгляд с Малфоя на Уоллис. — А, да, привет, Малфой, — растерянно, запоздало натянув на лицо дружелюбную улыбку, ответила Гвен, — иду. — Тогда пошли, — непонимающе глядя на девушку, бросил. Будто не мог понять её растерянности, будто он каждый день её дожидался, чтобы вместе пойти на завтрак.       Развернулся на пятках и широко-уверенно пошагал в сторону выхода. Уоллис парочку раз растерянно моргнула, но, очнувшись от удивления, поспешила за Малфоем. Тот под чужой шаг не подстраивался и приходилось быстро перебирать ногами.       Гвен рассудила, что лучше идти рядом, чем неловко, как оруженосец или свита, идти позади. Вместе с Пэнси и Крэббом, Гойлом. От одной мысли чтобы идти рука об руку с этим трио хотелось скривиться, а к горлу подступал комок тошноты.       Уоллис поравнялась с Драко, ощущала на себе удивленные, растерянные взгляды. Но все молчали. Если и что-то и говорили то едва слышно и когда она была далеко впереди — точно не услышит. — А, и да, Гвен, — покосившись на девушку, не сбавляя скорости, сказал Драко, — друзья обращаются друг к другу по имени. Девушка натянуто улыбнулась, крепче сжимая кулак в кармане. — Хорошо, Драко, — она искренне надеялась, что её улыбка милая и дружелюбная, а не такая натянутая, как она это чувствует. У неё болели щеки от того какое она делала усилие над собой.       Драко несколько долгих секунд пристально на неё глядел. Будто пытался найти какое-то противоречие. Будто понимал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Поэтому присматривался. Как если бы в доме, где вы провели всю жизнь, кто-то подвинул абсолютно всю мебель на сантиметр. Все, вроде бы так же, но что-то неуловимо отличается.       В обеденном зале все было обычно. Гвен инстинктивно бросила взгляд на свое место — то пустовало, будто дожидалось её. Но вскинула подбородок, изображая невозмутимость, и пошагала рядом с Драко к центру стола. Беззаботно села рядом, будто так и должно быть.       Едва не захохотала от того, как Пэнси недовольно, по-кошачьи, зашипела за её спиной. Уселась по другую сторону от Драко. Приблизилась, едва не прижалась к его плечу своим. Бросила недовольный взгляд на Гвен, а после фыркнула и гордо отвернулась, задрав нос. Гвен была так растерянна, что ей казалось, что в её голове пустота. Ни оной мысли. Слышала все, но одновременно с этим не слышала ничего. — Драко, сегодня яблочный сок. Ты же его любишь. Налить тебе? — щебетала Пэнси, влюбленно заглядывая в лицо парня. Глядела, как преданный щенок.       Он скривился, а после скучающе перевел взгляд на Гвен. Она едва не выронила вилку от того, что у неё мгновенно принялись дрожать руки. Казалось, это было расплата. На лице не прочесть ничего — зато руки дрожат. И невозможно контролировать нервную привычку раздирать их до крови. — Гвен, нальешь мне сок? — поинтересовался, на удивление спокойно.       Девушка резко повернула к нему голову. Так, что волосы взметнулись. Её удивлял этот парень. То ли своей наглостью, то ли непредсказуемостью. Он говорил что-то или же делал, от чего она не успевала контролировать эмоции. Даже сейчас, к её стыду, под его внимательным взглядом на секунду на её лице было очерчено непонимание и раздражение. «Ты сам налить не можешь?», — раздраженно подумала.       Нахмурила брови и поджала губы в недовольной гримасе. Прожгла ледяным, испепеляющим взглядом и на долю секунды крепко сжала вилку в руке. Но, привычно, будто по щелчку пальцев, улыбнулась. Изобразила на лице глуповатое дружелюбие. — Конечно, — легко ответила и потянулась к кувшину. «Хоть бы поблагодарил, сученыш. А если бы не согласилась? Выглядел бы смешно». Опустила голову, чтобы никто не видел её насупленного выражения лица.       Завтрак казался невыносимо долгим, как и весь день после. Гвен послушно, собачонкой, ходила подле Драко. И в этом были плюсы. Это было легко. Никто не смел перешептываться о ней. А расплата — мелочь. Просто быть вежливой с Драко, поддерживать ничего не значащие разговоры. Он не просил искренности. И это радовало.       Остался один урок — прорицание. Вместе с пуффендуем. Гвен уже предчувствовала смертельную скуку. Усмехнулась, вспомнив, что именно с этого урока все началось. Именно на этом уроке она задумалась и засмотрелась на Малфоя. И это стало началом конца.       Подошли к кабинету, в дверном проеме топтался к ним спиной какой-то пуффендуец. Взволнованно заглядывал в кабинет и что-то мял в руках. Драко раздраженно цыкнул языком и пихнул того плечом.       Парнишка коротко вскрикнул и распахнул глазища, провожая Малфоя взглядом. Тот не бросил больше на парня ни взгляда, лишь презрительно скривился, уверенно идя в самое начало класса, к своему месту.       Гвен прошла мимо мальчишки, притворно виновато ему улыбнувшись. Будто пыталась утешить. Затопала за Драко и села на стул рядом. Возле них замерла Пэнси. Гвен не шевелилась, закинула ногу на ногу, немного покачивая верхней, ощущала на себе обжигающий холод взгляда Паркинсон. Кончено, Уоллис заняла последнее место за этим столом. Место Пэнси. — Это мое место, — зашипела девушка.       Гвен медленно, как-то лениво перевела на неё взгляд. Долго и испытывающее смотрела. — Мест ещё много, — бросила и отвернулась, будто девушка была чем-то незначительным. — Вот именно, мест много, так что вали. Гвен хмыкнула, не глядя на Пэнси. — Мисс Паркинсон, начало урока, — как-то тягуче сказала Трелони, — займите место.       Девушка растерянно замерла, а после рассерженно затопала в конец класса. От её тяжелых шагов едва не подпрыгивали стулья и столы. Она уселась за старую парту Уоллис и не отводила взгляда от «соперницы». Гвен опустила голову и прикусила нижнюю губу, стараясь побороть злорадную усмешку. — Что? Довольна? — фыркнул Драко, бросив на неё короткий взгляд. «Черт, — пронеслось в голове, — заметил. Наблюдательный придурок». — Эм, да. Почему бы и нет? — понизила голос, опустив голову, чтобы определённо слышал только Малфой. — Тем более Паркинсон меня бесит. Пусть посидит там и подумает о своем поведении.       К её удивлению Драко весело фыркнул, обычно такой звук издают, когда желают рассмеяться, но что-то останавливает. Качнул головой и расслабленно откинулся на спинку своего стула.       Сегодня они опять гадали на кофейной гуще. Крэбб и Гойл сидели немного дальше, чем Гвен и Драко. Едва не прижимались друг к другу, заглядывали в чашки своего партнера. Крутили, хмурились и растерянно оглядывались. Гвен скучающе заглянула в чашку Малфоя. Подперла подбородок раскрытой ладонью, поставив локоть на столешницу. — Ну, что там у меня? — спросил Драко, хотя в голосе не было и доли любопытства. — Будто ты в это веришь, — фыркнула Гвен, — если бы её предсказания сбывались, мы бы все уже передохли, как крысы.       К её удивлению Драко растерянно моргнул, а после резко отвернулся. Ткнулся носом себе в плечо, засмеявшись. Его плечи дрожали, а когда он отсмеялся и повернулся обратно его лицо казалась совсем мальчишеским. — Вот у тебя... — протянул на распев, в пародии на предсказателя водя рукой над чашкой и закатывая глаза к потолку, гнусавым голосом. Гвен закусила нижнюю губу, чтобы не хохотать. Но все равно фыркала, как котенок, от смеха, — вижу-вижу. Хм, вижу кучку заварки. К чему бы это? — Может к тому, что мы тратим свое время зря на ненужных предметах? — весело подсказала Гвен. — Точно, — щелкнул пальцами Драко, широко улыбнувшись. — Молодые люди, — недовольно сказала неожиданно подошедшая Трелони. Они оба бросили на неё растерянные взгляды снизу вверх. Женщина была мрачна, торжественно выставила указательный палец, — предсказания — это вам не шутки. А ну-ка дай мне чашечку, милочка. Это ваша, мистер Малфой? Вот-вот вижу. Гвен любопытно склонила голову к плечу, разглядывая задумчиво преподавательницу. Они с Малфоем обменялись взглядами и пожали плечами. — Скоро ваша жизнь изменится. Очень кардинально, молодой человек. Вижу, что скоро в вашей жизни неразделимо переплетутся счастье и горе. Любовь и ненависть. Драко скептически приподнял бровь и усмехнулся одной стороной рта. Трелони потянулась к чашке, что стояла возле него — чашке Гвен. — А вас, юная леди, ждет крах мира. Скоро все во что вы верили разобьется на куски.       Трелони торжественно поставила чашку обратно и пошагала-поплыла к другому столу. Гвен фыркнула и склонилась к Драко. Тот послушно тоже наклонился, позволяя ей шептать себе на ухо. — Может будем считать, кому она больше предскажет неприятностей? Кому больше — тот победил.       Драко бросил веселый взгляд на Гвен, едва заметно улыбнувшись. Когда он улыбался его глаза, казалось, светились. Уоллис было интересно — её глаза так же светлеют, когда она улыбается?