Две двойные жизни (в процессе редактуры)

В уединенной комнате бара, отделённой от остальных посетителей плотной шторой, сидели двое мужчин. Один из них — Сэм. Он крутил в руках дорогую зажигалку, а потом поднёс её к сигарете. Глубоко затянулся и выпустил дым, глядя на Бомсу с ожиданием. — Чем порадуешь? Ты у Профессора уже шесть недель… немало времени прошло… — сказал с намёком. Бомсу глубоко вздохнул и начал: — Его Семья… Они как улей. Всё там идеально продумано, каждый член Семьи знает своё место и выполняет свои обязанности безупречно. Я бы даже сказал, что это идеальная машина. Сэм слушал внимательно, но его взгляд скептический: — И что же ты узнал, работая в этой «идеальной машине»? — Их ключевой бизнес, а точнее их два… Которые приносят им самую большую прибыль — аукционы искусства и дурь. Тэхён контролирует основные потоки в этих сферах, и у меня есть информация, которая может нам помочь. А в остальное он даже не заглядывает. Там всё контролирует Алекс. Сэм поднял бровь: — Это уже интереснее, продолжай. Он сделал глубокую затяжку, выпустил дым и смотрел как тот растворяется. Бомсу коснулся губ, думая, как правильно сформулировать свои слова и не показать при этом свой личный интерес. Спустя пару секунд произнёс: — Есть ещё одна вещь, которую я узнал. Чонгук, муж Тэхёна, улетает в Париж на следующей неделе со своим другом. На четыре или пять дней. Точные даты не знаю, но, думаю смогу узнать, если это необходимо. Сэм улыбнулся: — Интересная информация. Мы можем использовать это в свою пользу как-то? — Я думаю над этим. — Что в целом у тебя с планом? Какие идеи? — Я ещё думаю над этим. Вы же знаете, как я работаю — как будет готово, я сразу вам всё сообщу. — Знаю. Но, не заставляй меня долго ждать. Внутри Бомсу бушевала буря эмоций. С одной стороны, его чувства к Тэхёну крепли с каждым днём. Чем больше он узнавал о нем, тем больше уважал и ценил его как человека. С другой стороны, он был предан Сэму и памяти его отца. И, наконец, его желание помочь Тэхёну, сделать что-то полезное для него, чтобы хоть как-то оправдать свое присутствие рядом с ним. Каждая из этих мыслей тянула его в разные стороны, создавая внутри него конфликт, который казался неразрешимым. Он чувствовал, что раскалывается на части, каждая из которых противоречит двум другим. Бомсу часто просыпался ночью в тревоге, ему снились давящие сны, в которых он должен был выбирать между любовью, верностью и чувством долга. Это было невыносимо, он часто убегал от своих чувств, пытаясь утопить их в работе и алкоголе. Но в глубине души он знал, что не может так продолжать вечно. Он должен будет принять решение, которое изменит его жизнь навсегда. Но пока он старался балансировать на грани, мечтая о дне, когда он сможет найти свой путь в этом сложном мире чувств и обязанностей.

***

Чёрная машина приближалась к аэропорту. Внутри неё настроение было спокойное и даже слегка взволнованное. — Ты знаешь, Гук, — начал Тэхён, — твои видео уже так популярны. Может пора снять маску и показать себя миру? Скрываться больше не нужно. — Голос был мягким и уверенным одновременно. Чонгук на мгновение задумался, глаза загорелись интересом. — Думаешь? — Просто подумай об этом. Раньше возможности не было такой, а сейчас она есть. Впереди, у входа в аэропорт, уже было видно высокую фигуру Майка, который терпеливо ожидал своего друга. Тэхён остановил машину, потом повернулся к Гуку и притянул его к себе. Их губы слились в долгом, нежном поцелуе. — Повеселись от души, малыш, — прошептал Тэхён, отпуская мужа. Гук ухмыльнулся: — Только не вляпайся куда-нибудь снова пока меня нет, понял? — Его тон был игривым, и угрожающим одновременно, а глаза сверкали озорством. Они обнялись ещё раз, Тэхён прошептал на ушко: — Давай, малыш, тебе пора. Позвони мне, как приземлитесь. Люблю тебя. — Позвоню, — кивнул Чонгук, — и я люблю тебя. До связи! … Перелет из Сеула до Парижа был длинным, около одиннадцати часов, но для Гука и Майка этот временной промежуток пролетел быстро и непринужденно. Благодаря бизнес-классу у них было достаточно пространства, чтобы расслабиться и даже немного поспать. Когда не спали, они обсуждали планы на предстоящие дни, смотрели фильмы и слушали музыку. После посадки в аэропорту Шарль-де-Голль они быстро прошли паспортный контроль, забрали багаж и направились к выходу, где их ждала машина, заказанная отелем. Отель, который они выбрали для своего пребывания в Париже, находился в самом сердце города, недалеко от Лувра и Сены. Шикарные номера с видом на улочки Парижа немедленно погрузили в атмосферу этого волшебного города. Мягкие кровати и изысканный декор делали их пребывание здесь по-настоящему особенным. После небольшого отдыха они почувствовали голод и решили отправиться на прогулку по окрестностям, чтобы позавтракать. Париж просыпался, и утренние лучи солнца делали город ещё более очаровательным. Зимний Париж мерцал, отражаясь в витринах магазинов.

***

Клуб, куда направлялись Гук и Майк, принадлежал Скотту Мэдисону, чемпиону мира по флейрингу. Это место было известно не только благодаря своему владельцу, но и потому что здесь проходили редкие мастер-классы для начинающих и профессионалов, желающих усовершенствовать свое искусство в этой сфере. В программе Чонгука и Майка на следующие два дня был запланирован мастер-класс, открытый для большого количества желающих. Но третий день, который обещал быть наиболее интересным и интенсивным, был рассчитан только для пятерых профессионалов. Однако, благодаря усилиям Тэхёна, это число было увеличено до семи. Первый день мастер-класса прошёл в атмосфере восхищения. Скотт с лёгкостью продемонстрировал сложные трюки, делая из каждого движения истинное искусство. Его ловкость и мастерство, приправленные харизмой и чувством юмора, сделали этот день незабываемым для всех присутствующих. Второй день был более практичным. Участники имели возможность работать над своими навыками под чутким руководством Скотта, который щедро делился своим опытом и давал ценные советы. Однако настоящим восторгом для Гука стал третий день. В отличие от первых двух дней, когда занятия проходили днём, в пустом и закрытом клубе, третий день, а вернее поздний вечер, перетекающий в ночь — протекал в полном людей. Клуб был забит до предела. Элитный клуб Скотта был скрытым сокровищем Парижа. Расположенный в подвале старого здания, он сочетал в себе шарм старого мира с современным стилем и элегантностью. Узкий коридор с арочными потолками вел к главному просторному залу, который окутывал посетителей тёплым светом антикварных люстр. Мягкий свет цветных лампочек, отражаясь от барной стойки из тёмного дерева, создавал уютное атмосферное освещение. Бармены, одетые в изысканные костюмы, активно работали, создавая произведения искусства из напитков, в то время как диджей играл мелодичную электронную музыку. Гук, стоя у барной стойки, наблюдал за этим всем, погружаясь в воспоминания о своём баре. Он вспоминал свои вечера, проведённые за стойкой, создание уникальных коктейлей и радость общения с гостями. Вдохновленный атмосферой клуба Скотта, он начал выстраивать в голове планы по изменению своего заведения. Он видел, как можно добавить нотки парижской элегантности и модернизировать интерьер, сохранив при этом уют и душевность родного бара. В этот вечер Скотт раскрыл свои секреты, поделился своей философией и показал трюки, которые он никогда раньше не показывал на публике. Это было нечто особенное. А потом он попросил каждого участника приготовить по три коктейля, чтобы оценить уровень мастерства и дать индивидуальные рекомендации и, если нужно указать на ошибки в технике выполнения. Чонгук не мог дождаться своей очереди — в нём забурлил адреналин и желание удивить не только Скотта, но и вообще всех. Первых два коктейля он уже знал какие приготовит, а вот с третьим были сложности… И он решил, что начнет просто импровизировать. Он был последний кто встал за барную стойку. У него была непростая задача, ведь он не хотел повторяться и показывать те трюки, которые были продемонстрированы предыдущими участниками. Но это его только подстегивало. Под громкие ритмы танцевальной музыки Чонгук подошёл к барной стойке. В воздухе чувствовалось напряжение, и все глаза участников, Скотта и гостей были устремлены на него. Он взял стеклянный шейкер в одну руку и бутылку джина в другую, улыбнулся сам себе. Шоу началось. Он подбросил шейкер вверх, позволяя ему сделать вращение на полтора оборота, и тут же ловко его поймал. Затем он налил в него сорок миллилитров джина, перед тем как подбросить его снова вверх. Пока бутылка вращалась в руке, Гук быстро добавил двадцать миллилитров ликера Blue Curacao, а перед тем, когда бутылка опустилась обратно на стойку, он поймал её за дно, не пролив ни капли. Затем добавил лимонный сок в шейкер, взял бутылку сиропа из черной смородины и, прежде чем налить десять миллилитров в смесь, снова продемонстрировал трюк с вращением, на этот раз используя обе руки. Бутылка казалась живой в его руках, танцуя под ритмы музыки в такт движений самого Гука. После добавления всех ингредиентов Чонгук перешёл к самой сложной части его выступления: он бросил шейкер в воздух, выполняя тройное вращение, и поймал его на ладони, сразу же начав встряхивать. Завершая первый коктейль, он аккуратно налил готовый напиток в стакан и дополнил его шампанским до полного объема стакана. Эффектное выступление поразило всех присутствующих, и аплодисменты раздались по всему залу. Сразу после завершения первого коктейля, Чонгук уверенно перешёл ко второму напитку, решив приготовить что-то ещё более особенное. Он знал, что этот коктейль потребует от него максимальной концентрации и мастерства — «Закат на Элисиуме». Гук взял две бутылки одновременно — одну с виски, другую с вермутом. Он стал жонглировать ими, иногда подбрасывая их невероятно высоко. В то время как бутылки были в воздухе, он успел добавить в шейкер лёд. После того как он ловко поймал бутылки, добавил тридцать миллилитров виски и двадцать миллилитров вермута. Затем, с быстрой рукой, он налил десять миллилитров сиропа агавы, создавая сладкую базу для коктейля. Но настоящая магия началась, когда он достал небольшую бутылочку с гренадином. Он начал вертеть её на кончиках пальцев и в то же время, пролив каплю в шейкер, создал словно иллюзию падающей капли солнца на закате. После тщательного встряхивания Гук аккуратно налил коктейль в высокий бокал, создавая градиент от тёмно-красного внизу до золотистого оттенка коктейля сверху. В качестве финального штриха он украсил напиток долькой чили, добавив нотку остроты и удивив Скотта этим неожиданным элементом. Зрители с восторгом наблюдали за Чонгуком, который готовился приготовить следующий коктейль. Он решил приготовить его собственный — «Танец Феникса». Для Гука коктейль обладал максимальной сложностью, но он дышал спокойно, сосредотачиваясь на каждом движении. Пока он занимался подготовкой ингредиентов к третьему коктейлю, он не забывал о зрелищности своего представления. Под волнующие ритмы музыки он с лёгкостью вращал бутылку абсента в руках, уверенно подбрасывая её в воздух и ловя на лету. При каждом движении он пританцовывал, будто его тело двигалось в такт музыке само собой. Каждый видел, как Гук сам наслаждается процессом, как каждое его движение пропитано страстью и уверенностью. Зрители с широко раскрытыми глазами смотрели на Гука, словно погружаясь в мир магии и страсти. Его движения были не только плавными, но и грациозными, словно танец соблазна, каждый жест был точным и сексуальным. Бутылка абсента в его руках словно обрела собственную жизнь, кружась в воздухе с игривой легкостью, она словно флиртовала с ним. Гук с легкостью подбрасывал её в воздух, а затем ловко ловил. Он заставил зрителей затаить дыхание от ожидания каждого его следующего движения. Поймав бутылку абсента, он отмерил сорок миллилитров и налил его в металлический шейкер. Каждый новый этап приготовления коктейля был исполнен с такой точностью и изяществом, что создавалось впечатление абсолютного мастерства. Следом было добавлено двадцать миллилитров тёмного рома, пятнадцать сиропа и десять грейпфрутового сока. Внимательно следя за каждым движением, он встряхнул содержимое, создавая идеальное сочетание ингредиентов. Затем Гук аккуратно выложил ледяные шарики в бокал, созданные в жидком азоте. Из шейкера он аккуратно налил напиток поверх льда. Смешивание ингредиентов, наливание напитка, добавление льда — все это происходило с такой игривой легкостью, что создавалось ощущение неподдельного соблазна и желания. А потом наступил самый впечатляющий момент выступления: Гук взял веточку розмарина, обильно смочил ее в сильном алкоголе и поджег. С соблазнительной улыбкой и осторожностью он провел ей горящей над напитком, при этом насыпая смесь из корицы и сахара, которая под воздействием огня создавала красивые яркие искры, напоминающие танец феникса в воздухе. Несильное пламя будто ожило, освещая лицо Гука сексуальными бликами огня. Зрители задержали дыхание, наблюдая, как искры танцуют в воздухе. И через несколько секунд зал снова взорвался аплодисментами и криками, восхищаясь умением и мастерством Чонгука. Скотт, не скрывая своего восхищения, подошёл к Чонгуку после завершения его выступления. Он посмотрел на него с широко распахнутыми глазами и спросил: — Чонгук, зачем ты вообще приехал ко мне на мастер-класс? Ты сам можешь проводить такие мастер-классы с легкостью! Твоё мастерство невероятно! Чонгук лишь улыбался, глаза сияли, а лицо было полно радости. — Я всегда готов учиться и получать новый опыт, — ответил он. — Но я рад, что ты оценил мои усилия и навыки. Когда мастер-класс закончился, люди начали выражать благодарность друг другу за интересный и насыщенный день. Большинство участников покинули клуб, но Чонгук и Майк решили остаться. Ударные ритмы музыки, звучащие в клубе, приглашали их на танцпол. — Пойдем потанцуем? — предложил Майк. — Давай! — ответил Гук с энтузиазмом. И вот два друга, после долгого дня напряженной работы и обучения, потерялись в ритмах музыки, позволяя себе расслабиться и отдохнуть. Эта ночь стала идеальным завершением дня, полного новых впечатлений и открытий. Выходя из клуба, разгоряченный Гук от вечера, танцев, идей, вдохновения даже не застегнул куртку, решил, что и так тепло и может добежать до такси в таком виде. Уже практически у машины Чонгука окликнул молодой мужчина. — Вот это да! Вот так встреча! Чонгук обернулся, он почему-то был уверен, что это обращение было адресовано ему. — Привет… — растерянно произнёс в ответ. — Я даже не подумал бы, что ты умеешь такие штуки вытворять. Слушай, а ты можешь в моём баре организовать такое шоу? — Извини, но я таким не занимаюсь. — Да брось! Я не прошу тебя выступать. Можешь просто показать моим барменам пару тройку трюков и всё? Так, по старой дружбе? М? — Чёрт, — улыбнулся Гук. — Я даже не знаю… Я даже не знаю, как тебя зовут! — Он сейчас даже как будто был нетрезв от того состояния, которое его сейчас переполняло от вечера и ночи. Ему сейчас внутри слишком хорошо. — Так это не проблема, давай познакомимся! Я — Сэм. Мужчина протянул руку с улыбкой. — Чонгук. Приятно. — Так что, Чонгук, когда будем дома, можешь мне оказать такую услугу? Научишь моих ребят таким штукам? Не бесплатно, разумеется. Деньги не проблема. Чонгуку вспомнились слова Скотта и он согласился. — Ну давай попробуем… — Отлично! Они обменялись номерами. — Я тебе наберу через недельку или две. Как с делами разберусь и в Сеул вернусь. — Хорошо. Ну… Давай… Я поеду уже, холодно. — Да, конечно! Был рад такой неожиданной встрече. До связи! Майк, наблюдавший за разговором около такси, спросил Чонгука уже в машине: — А кто это был? — Сэм. Мы с ним в аэропорте какое-то время назад познакомились. Ну как… мы не особо знакомы, просто перекинулись парой фраз о шрамах. У него на теле такие же, как у меня. Майк поднял бровь в удивлении: — Ты согласился помочь ему? — Почему бы и нет? Должно быть весело.

***

На пятый день вдалеке от своего любимого малыша, Тэхён умирал от тоски по нему. Даже работа не могла его отвлечь. Они перекинулись несколькими голосовыми сообщениями днём, и Чонгук ушёл всех покорять своей харизмой и умением. Когда Гук прислал своё селфи из клуба, Тэхён с нежной улыбкой рассматривал его уже минут десять, не меньше. Он дождаться не мог уже того момента, когда Гук вернётся домой. — Тэхён, — обратился негромко Алекс, заходя в кабинет. Ким так был поглощен фото, что даже не услышал стук в двери. Алекс снова повторил: — Тэхё-ён… — А? — он не ожидал увидеть ещё кого-то в кабинете. — Алекс? Ты что-то хотел? — Я говорю, что поздно уже. Домой собираюсь, и тебе пора тоже. Молчание. — Давай выпьем? — Так сильно соскучился по нему? — с грустной улыбкой спросил друг. — Невыносимо просто. — Тэхён, в чём ваш секрет? Вы единственная пара, кто так безумно любят друг друга. Понятно, что когда там первый год так, ну два, ну три… А вы уже пять, шестой пошёл… — Да нет никакого секрета… — честно произнёс Тэ. — Просто каждый из нас старается сделать жизнь другого более простой и счастливой… Тэхён улыбнулся: — Я хочу защищать его от всего. Вообще от всего мира… Хочу, чтобы ему всегда было хорошо, уютно и комфортно… И сладко! Алекс смеялся, он же тоже знал, что Гук — сладкоежка. — Я стараюсь любить его на его языке любви. Может, это? Сойдёт за секрет? — Вы — классные. Я вам восхищаюсь, правда. — У меня есть коньяк, давай выпьем? — Давай. Тэхён поднялся, чтобы достать алкоголь из барного шкафчика. Наполнив два стакана, он протянул один другу. Оба устроились в удобные кресла и продолжили разговор. Они выпивали и говорили по душам. Говорили о любви, о космосе, о том, что, наверное, опрометчиво утверждать, что во всей Вселенной мы — одни разумные существа, учитывая, что Вселенная бесконечна. Они говорили о важном и вечном. Они говорили обо всём, кроме дел и работы. Это так согревало душу… Тэхёну стало немного легче. Тоска немного отпустила. Еще он показал фото Гука, которое тот прислал недавно, рассказал, как у него дела и что тот очень рад, что смог побывать на этом мастер-классе и провести время с другом. — Я благодарен за этот вечер, Алекс, спасибо, — произнёс Тэхён, уже немного захмелевший от алкоголя. — Это помогло мне отвлечься. Алекс кивнул, посмотрел на друга понимающим взглядом: — Иногда всё, что нам нужно, это просто хороший разговор. — Правда. — Тэхён снова посмотрел на фото Гука на экране своего телефона и улыбнулся. — Но всё равно, мне невыносимо его не хватает. — Скоро уже вернется, — утешил Алекс. — Буквально часов двадцать и всё, даже меньше — семнадцать! Разговор прервал звонок. Это Бомсу звонил Тэхёну. Алекс нахмурился почему-то. — Да, Бомсу, что у тебя? — Привет, Тэ! У меня кое-какие мысли возникли по поводу Призрака. Хотел обсудить, если время подходящее, конечно… — Да, давай приезжай, обсудим. Я в офисе. — Тэхён говорил очень расслабленным голосом, слышал ответ Бомсу, что тот скоро приедет, и положил трубку. — Кто приедет? — с интересом спросил Алекс. — Бомсу. Сказал, что что-то придумал по поводу Призрака. — Босс, я, конечно, могу ошибаться… Но он правда хороший человек? Ты уверен в нём? Тэхён немного щурился: — Это ты про что? — Время неспокойное, а он — чужак. И ты с ходу его так близко подпустил. — Он не чужак… он был моим очень хорошим другом во время учёбы. — Извини, что скажу это, но я должен сказать. Да, я ничего не понимаю в… ваших отношениях… но… мне кажется, или он на тебя смотрит… как Чимин тогда… Ну, ты понимаешь… Только Бомсу как-то по-хищному что ли… Тэхён громко засмеялся и ответил: — Тебя Гук что ли натравил на Бомсу? Или это сам Гук в тебя вселился? — А вот нет, кстати! Не странно?.. — Нет, Алекс, тебе кажется. Он не смотрит на меня так. А если даже смотрит, то это его проблемы. И поверь, такого ценного кадра как он, я не хочу терять. Увидишь, он очень ещё поможет нам. Дай просто время человеку. Спустя минут двадцать приехал Бомсу. Он замер на пороге, его глаза перешли с Тэхёна на Алекса, затем обратно. Его заметное разочарование спровоцировало тяжелое молчание в комнате. — А чё это ты не рад меня видеть? — спросил Алекс, поднимая бровь и изучая Бомсу с усмешкой. Его тон был полушутливым, но в глазах сквозило любопытство и даже немного пренебрежение. Бомсу покачал головой и пытался восстановить своё дружелюбное выражение лица. — Ошибаешься, просто не ожидал, — он начал, избегая взгляда Тэхёна. — Подумал, найду тут Тэ одного. — Босс! — Алекс недоуменно смотрел на Тэхёна, а потом злобно на Бомсу. Алкоголь дал ему разрешение реагировать и проявлять себя так, как он реагирует и проявляет. — Он не Тэ тебе, ясно?! Он твой Босс! Что за фамильярность и неуважение! — Ну точно, как будто не Алекс, а Чонгук. — Достань стакан из шкафчика, — Тэхён жестом руки пригласил сесть в кресло рядом с ними. В этот момент Алексу позвонила жена. Уже в пятый раз. — Босс, мне ехать пора… уже пора… нужно… было ехать пять звонков назад, — не очень трезвым голосом произнёс Алекс и улыбнулся. — Купи цветы хотя бы, — улыбнулся Тэ. — Да знаю я… А ты Гуку купишь цветы? — Алекс улыбался довольной улыбкой почему-то, а потом оглядел Бомсу и нахмурился. — Пока! Как только дверь за Алексом закрылась, Бомсу словно расслабился. Они с Тэхёном выпили по паре стаканов. — Слушай, я сегодня уже всё, давай завтра обсудим то, что ты там хотел рассказать о Призраке. Голова уже вообще не соображает… — Как ты? — как-то с нежностью спросил Бомсу. Тэ понимал, что нужно уже точно заканчивать и ехать домой. Но так не хотелось в пустую квартиру. Единственное радовало, что дома малявки, которые прибегут встречать, если не будут спать. — Нормально, всё в порядке. Слушай, извини, что пришлось тебе приезжать бессмысленно сейчас. Но, я правда переоценил свои возможности, — Тэ хмыкнул. — Я домой поеду… Только такси вызову… Тэхён встал, у него немного кружилась голова. Не удивительно, он не обедал и почти полбутылки коньяка выпил. Его подхватил Бомсу за бок и прижал к себе. — Поймал, — сказал, улыбаясь, а глаза заблестели по-дьявольски. Тэхён в шоке. Это так странно и даже неприятно чувствовать на себе руки не его любимого малыша. А в следующую секунду Бомсу впился в губы Кима. Он даже успел мазнуть ими пару раз перед тем, как Тэхён его оттолкнул от себя со всей силы и грубостью. — Что за?! — Да брось, Тэ! Я же вижу, как ты тоже смотришь на меня! Это глупо отрицать! — Закрой рот… — Тэ в шоке смотрел на друга юности. — Не смеши, Тэ! Все же прекрасно понимают, что тебе на самом деле не хватает партнёра по жизни. Чонгук ещё молод совсем, он не способен тебя понять и оценить как жизненного партнёра. Он же вообще не про что, если только тело. И всё! Бомсу противно хмыкнул, и в ту же секунду в его челюсть прилетел сильный удар кулака Тэхёна. — Чтобы я больше не слышал, как ты произносишь его имя! — Тэхён схватил Бомсу за грудки и встряхнул. — Понял меня?! — Тэхён рычал как будто зверь. И в этот момент у Бомсу изменился взгляд на противоположный от того, какой был ещё тридцать секунд назад. Теперь он жалостливый, извиняющийся. — Тэхён… Прос-сти меня… я не знаю, что это было… Это всё чёртов алкоголь… Я сегодня весь день не успевал поесть… и эти пару стаканов… они вообще мне всё сознание залили. Прости! Я не понимаю, что это вообще было… Смотрел так жалобно, почти со слезами, шепчал: — Прости… Тэхён растерялся. Сам нетрезвый. И ещё этот удар… — Правду всегда сложно говорить. Правда колючая и некрасивая, невыгодная. Но, какая есть… — Тэхён строго смотрел, недовольно. — Если у тебя ко мне что-то есть, то придуши это сейчас. У тебя нет шансов. Ни у кого нет шансов и никогда не будет. Это ясно?! Я понятно объясняюсь, чтобы не было потом «я тебя не так понял»? Бомсу тихо прошептал: — Да. — Отлично. Этот момент обсудили. И следующее… извини, что ударил. Не смог сдержаться, тоже, наверное, алкоголь. Поэтому… могу предложить следующее… Если ты примешь решение, что хочешь покинуть Семью после произошедшего, я не стану с тебя требовать отступные и всё остальное. Если ты примешь решение остаться в Семье, то мы оба сделаем вид, что сегодняшнего вечера не было. Если ты останешься, но снова хоть как-то будешь проявлять хоть что-то или намекать, я тебя выгоню со всеми последствиями. Выбор за тобой. Бомсу лишь тихо произнёс: — Прости… И ушёл, почти выбежал из кабинета. Ещё минут десять Тэхён сидел в кресле и старался как-то всё случившееся проанализировать. Но мозг слишком пьян сейчас. Когда он шёл к такси, набрал Алекса. — Алекс, организуй наблюдение за Бомсу. Так, чтобы не было заметно. Очень издалека. И по возвращению пусть за Гуком тоже приглядывают. Тоже незаметно. — Тэхён, что случилось? — Алекс начал волноваться. — Ничего, всё в порядке. И вот чтобы всё дальше было в порядке, мне нужно, чтобы эти двое были под присмотром. — Хорошо, я тебя понял.

***

По дороге домой Бомсу поедала радость из-за поцелуя. Он наконец-то попробовал губы Тэхёна на вкус. И это было фантастически. А с другой стороны его разъедала ревность и зависть. На самом деле не совсем это было в его планах. Бомсу просто хотел провести время с Тэхёном. А вышло… как вышло. Но, на фоне всего произошедшего, у него родился план. Он набрал голосовое сообщение Сэму: — Сэм, добрый вечер. Мой план готов. По возвращению домой, я вас с ним ознакомлю. Думаю, что вы будете довольны.

***

Вечерний городской шум оставался за окном, когда Гук, выглядящий немного уставшим после долгого полета, приехал прямиком в офис к Тэхёну. Его дыхание слегка дрожало от холода, и кажется, он простудился. Однако, несмотря на усталость и слабость, Гук хотел прежде всего увидеть Тэхёна. Перед тем как появиться в офисе, Чонгук поговорил с Алексом, чтобы уточнить, свободен ли Тэ. Зная, насколько ценит каждую минуту его муж, Гук настоял на том, чтобы Тэхён не оставлял свою работу и не выезжал в аэропорт за ним. Как только Тэхён увидел Чонгука, входящего в кабинет, он тут же расплылся в самой довольной и милой улыбке. Сразу шагнул к нему навстречу, обнял крепко-крепко. — Привет, родной, — тихо произнёс Гук. Несмотря на то, что в кабинете были Алекс и Бомсу, Тэхён поцеловал Гука так, как хотел. И спустя минуту сказал: — Я отвезу тебя домой. По дороге домой в мягком свете салона машины Гук рассказывал о своей поездке с Майком, каждое слово было пропитано восторгом. Он становился ещё более взволнованным, рассказывая о знакомстве с молодым человеком по имени Сэм, владельцем клуба прямо здесь, в их городе. — И представь, Тэ, — в голосе Гука звучала смешинка, — он предложил мне стать организатором шоу барменов. И знаешь, что самое смешное? Это тот парень из туалета аэропорта! Невероятно, правда? — Малыш, я рад за тебя! Что думаешь? — Не знаю… Мне вообще-то хватает своего бара… Но, это было бы интересно попробовать. Хотя бы раз, чтобы узнать, что это такое. Тэхёна переполняло счастье и радость — его малыш был рядом. Почти здоров. Но Тэ это быстро исправит. Решил, что несколько дней будет дома, рядом. Окутает его своим вниманием и заботой как коконом. Гуку всегда было легче, когда Тэхён рядом был. Как только они поднялись в квартиру, прибежали коты. Они мурлыча тёрлись о ноги, приветствуя своих пап. Тэхёну хватило одного взгляда на Гука, когда тот начал снимать с себя одежду, чтобы переодеться в чистое с дороги. Тэхён сорвался. — К чёрту твою простуду, малыш. К чёрту твою слабость. Он просто набросился на Гука с поцелуями и всей своей тоской по нему. В его руках сейчас любимое тело, его пальцы оглаживали крепкую грудь и руки, а губы и язык ласкали губы, заставляющие дуреть, словно подростка. Десять секунд и Чонгук уже стоял с приспущенными джинсами, а Тэхён с наслаждением опустился на колени перед ним, облизывая и посасывая член мужа. — Тэ… у меня сил нет стоять, я сейчас упаду. — Гук сжал волосы мужа в кулаке. — Идём на кровать? Крышесносный минет продолжился в спальне, как и хотел Чонгук. Он извивался, стонал, подмахивал бёдрами, разжигая голод Тэ по нему сильнее. Тому хотелось вгрызться, сожрать, поселиться внутри своего бесконечно любимого человека. Хотелось проникнуть в горячую плоть. И он это сделал. Сначала пальцами, потом членом, входя по самые яйца, ощущая простреливающие импульсы наслаждения, бегущие от копчика по всему позвоночнику. Тэхён трахал с размахом, тёрся пахом, наслаждался каждым стоном Чонгука, плыл от звонких шлепков о задницу и понимал, что этого слишком мало. Понимал, что один раз не насытит его совершенно. Тэхён невероятно истосковался по своему нежному малышу. Вначале он вообще отбросил идею о сексе, когда увидел простуженного и уставшего мужа. Но… Но Тэхён слишком соскучился. Ему было мало сейчас Чонгука просто обнимать и целовать. Он был ему нужен в большом количестве и надолго. Минимум на всю ночь и на весь следующий день. — Хочу тебя… каждый день, — выдохнул Тэхён, быстро двигаясь в Чонгуке. Толчки сильные и быстрые, до звёзд в глазах, как любил Гук. — Желательно утром… днём… вечером и ночью, — хрипел Тэхён. — Ты просто ходячий секс, малыш. Я тебя дома посажу… — говорил, покусывая и целуя спину и плечи между словами, — и никуда не буду выпускать… Гук стонал в оргазме вперемежку со смехом от слов мужа. — Умираю в тебе, малыш, — выдыхая, признался Тэ следом, кончая, скатываясь и сгребая Гука на себя. — Без тебя сгораю заживо и не представляю, что когда-то выберусь из этого. Болею тобой, тоскую, когда не рядом. Тэхён обнимает, целует в висок, в щёку. — У меня так же, Тэ… Ты моя потребность… такая охуительная, крутая, сносящая мозги напрочь. Я на второй день уже так домой хотел… К тебе, и к малявкам. Они одновременно произнесли: — Я Люблю Тебя. Начинали улыбаться с этого. А спустя минуту Тэхён произнёс обеспокоенно: — Малыш, у тебя температура, мне кажется. — Может, но не хочу двигаться. — Я тебе сейчас градусник принесу. — Нееет, не уходи! Не хочу двигаться, хочу дальше так лежать. — Чонгук крепче обнял Тэхёна. — Малыш, — с нежной улыбкой, — я сейчас вернусь с градусником и лягу обратно. Тэ вернулся с градусником, обнял, и Гуку больше ничего не нужно. Его персональное лекарство уже его лечит.