Две двойные жизни (в процессе редактуры)

Начало декабря Бар Сэма излучал тепло и уют. Несмотря на современный декор, место дышало стариной. Когда Чонгук вошёл, его встретил мягкий свет, тихая музыка и комфортная атмосфера. Сэм быстро подошел к нему с распростёртыми объятиями, приветствуя, как старого друга. Они обнялись, Гук почувствовал тепло и даже искренность этого жеста. — Чонгук! Как приятно тебя видеть! — сказал Сэм, похлопывая его по спине. — Как дела? — Все отлично, — улыбнулся Гук. — Спасибо, что пригласил. Они сели за барную стойку, погрузившись в беседу о разных мелочах, словно были старыми знакомыми, которые просто потеряли друг друга на некоторое время. После небольшой беседы, Сэм представил Чонгука своим троим барменам. Два молодых парня и девушка уверенно стояли, готовые учиться у лучшего. — Чонгук, вот это — Хён, Мина и Чанбин, — сказал Сэм, указывая на каждого по очереди. — Очень рад познакомиться, — улыбнулся Гук, кивая каждому. Они все сели у барной стойки, и Чонгук начал свой экспресс-курс. Сначала были основы, далее разные трюки с бутылками, техники наливания и, конечно же, флейринг. Бармены с восхищением и интересом наблюдали за каждым движением Чонгука. — Начнем с самых основ, — сказал Гук, беря шейкер. — Я покажу вам пару простых трюков, которые могут быть сами по себе интересными, даже если это только начало. Хён, Мина и Чанбин внимательно следили за каждым движением Гука, пытаясь усвоить каждую деталь. — Первый трюк — это пол-оборота с шейкером, — сказал Чонгук, демонстрируя, как быстро и ловко перевернуть шейкер одной рукой. — Таким образом, вы можете легко добавить стиль в свое наливание. Он передал шейкеры Мине и Чанбину, а Хёну дал свой. Трое барменов пытались повторить движение, и после нескольких попыток у каждого из них получилось. — Отлично! Теперь давайте попробуем полтора оборота. Это было сложнее, и требовало больше координации. Но Чонгук был терпелив, корректировал движения своих учеников и подбадривал их. — Главное здесь — это чувство ритма и понимание того, как двигается шейкер в воздухе, — объяснял он. После некоторого времени и множества попыток, каждому из барменов удалось освоить и этот трюк. Их лица светились от удовлетворения, и Сэм не мог не улыбнуться, глядя на своих сотрудников. — Это было великолепно! — сказал Сэм. — Ты настоящий мастер! Мои ребята ещё никогда не учились так быстро чему-то. С этими словами Чонгук продолжил свой урок, переходя к следующим этапам и тонкостям флейринга. Далее он рассказывал и показывал разные способы эффектного наливания напитков. На протяжении всего урока атмосфера в баре была насыщенной, наполненной восторгом и жаждой знаний. В конце урока каждый из барменов пытался продемонстрировать то, чему только что научился. Чонгук с удовлетворением кивал, видя, что его уроки приносят плоды. По завершению урока, Чонгук и Сэм снова уселись за барную стойку. — Слушай, а ты сможешь ещё разок их поучить? Скажем дня через три? — Ну да… могу… — Отлично! Сколько я тебе должен за сегодня? — Да, нисколько. Это ерунда! Мне было самому интересно попробовать себя в роли «учителя». — Нееет, Гук! Любая работа должна быть оплачена! Сэм замялся, но продолжил улыбкой: — Ты не против, если я тебя буду называть Гук? — Не против, — Чонгук улыбнулся. — Ладно, давай тогда я тебя угощу обедом в знак оплаты и благодарности? А то ты почти три часа с моими ребятками маялся. Отказы не принимаются! И к тому же, у меня прекрасный повар работает тут! Буквально через тридцать минут перед ними уже стояли тарелки с ароматными стейками из говядины, которые подавались с золотистым ореховым соусом. Пар из горячих стейков поднимался вверх, этот запах казался каким-то особенным. — Ого, это выглядит великолепно! — воскликнул Чонгук, не скрывая своего восторга. Сэм улыбнулся, наслаждаясь его реакцией: — Да! Надеюсь, что вкус будет таким же великолепным, как и вид. Они начали есть, и Чонгук, закрыв глаза, наслаждался каждым куском. Сэм наблюдал за ним, изучал, будто запоминая каждый его жест. — Сэм, это, возможно, лучший стейк, который я когда-либо ел! — заявил Чонгук, доедая последний кусочек мяса. — Отлично! Я всегда говорил, что наш повар — чудо. Примерно на середине десерта Сэм спросил: — Откуда у тебя ожоги? Мои — от отца… Хотя, вернее будет сказать… Его… скажем так, партнёры по бизнесу, чтобы повлиять на него, похитили меня и … ну понятно, что было дальше. — Понимаю и… сочувствую… Мой отец меня вообще в рабство обещал. В прямом смысле… И если бы не Тэхён, мой муж, не знаю что вообще было бы со мной… А шрамы… Извини, я не хочу об этом говорить. Как вспоминаю, сразу боль по всему телу проносится. Для меня это еще не пройденный этап. На самом деле то, что говорил Гук — это было неправдой. Тэхён научил так отвечать на подобный вопрос. Потому что для разных людей должны были быть разные легенды. А такой тактичный ответ отметал ненужные дополнительные вопросы. — Рабство?.. Это вообще как? — Сэм действительно удивлён. — Ай, там вообще такой замут был… Давай потом как-нибудь расскажу. — Гук слегка поморщился. Сэм, как понимающий человек, произнёс: — Так значит через три дня ещё одно занятие проведешь моим ребяткам? — Не вопрос! Но оплату буду брать только таким стейком теперь! Потянешь? — Чонгук рассмеялся.

***

Возвращение — слово, которое звучало в голове Чимина как молитва и проклятие одновременно. Было в его возвращении что-то, что заставляло его волноваться. Чимин чувствовал, что раны, которые причинила ему влюблённость в Тэхёна, исцелились со временем и в другой стране. Но была ли эта исцелённость истинной? Чимин уже продолжительное время жил и занимался делами Семьи в Италии, а сейчас пришло время вернуться домой. Когда двери кабинета открылись перед ним, сердце учащенно забилось. И вот он стоял перед Тэхёном, который встретил его яркой улыбкой. Чимин мог бы погрузиться в глаза Тэхёна, но его внимание привлек другой человек, который был рядом с Боссом. Этот мужчина был каким-то особенным, его хотелось рассмотреть, он вызвал в Чимине явный интерес. Он его не видел никогда, значит, кто-то из новеньких. — Чимин, — начал Тэхён, — познакомься с Квон Бином, нашим новым вторым капореджиме. Чимин, не в силах оторвать взгляд от Квона, кивнул в знак приветствия, пытаясь скрыть свою растерянность. — Очень приятно, — выдавил из себя Чимин, заставляя себя перестать так пялиться на Квона. Тэхён обратился снова: — Нам нужно еще несколько минут, присядь пока. О да! Квон Бин действительно выглядел, как человек, созданный для роли капо в мафиозной Семье. Его внешность воплощала мужественность и силу — грубые и крупноватые черты лица, высокий, широкоплечий и угрожающий. Он создавал впечатление скалы. Шкаф два на два, он сразу же внушал уважение и даже страх. Однако, несмотря на его каменное и безэмоциональное лицо, Чимину почему-то захотелось, чтобы Бин улыбнулся. Ему очень захотелось увидеть, как улыбка будет играть на его пухлых губах. «Наверное вкусно такие целовать… Что? Я в своём уме вообще?! — внутри Чимина разворачивался нешуточный монолог. — И вообще, очевидно, что он — точно натурал! Поэтому, Чим, спокойненько выдыхай и прекращай фантазировать». Чимин прислушался к разговору. Тэхён обратился к капо: — Так вот, признаюсь, что касается вашей территории, этим всем управляет Алекс. Со всеми вопросами к нему. Но я всегда доступен, если что-то срочное. Но сейчас мне нужно, чтобы ты всех реорганизовал. Сделай так, чтобы были автономные готовые группы, которые могут как атаковать, так и защищать. Что ещё… если есть вопросы — задавай. — Есть вопрос, Босс. В какие сроки я должен уложиться? — Чем быстрее — тем лучше. Но будь внимателен, качество меня интересует больше, чем сроки. Сформируй всё верно, ты же понимаешь все последствия. — Я понял вас. — Отлично! И у меня к тебе будет ещё одна просьба. Сейчас за моим супругом присматривает один человек. Не для слежки, а для охраны. Исключительно охрана. Поэтому мне не важно куда он поехал, и с кем встречался. Меня интересует только его безопасность. Я хочу, чтобы ты выбрал из всех самого лучшего, надёжного и поменял нынешнего на него. И второй человек, за ним нужна именно слежка. И если понадобится — охрана. Но в его случае слежка первична. Возьми его в разработку. Каждый шаг и каждый человек, который попадает в его круг общения. Отчёт каждый день по нему лично мне. Больше никто не должен это знать. Все детали узнай у Алекса, он сейчас у себя. — Да, Босс, — капо говорил чётко, как будто военный, и принял приказ. — Отлично, спасибо! Можешь приниматься за работу. Капо встал, уважительно пожал руку Тэхёну, повернулся к Чимину, кивнул ему и таким же чётким шагом, как и его речь, вышел из кабинета. Тэхён направился к Чимину, сел рядом: — Привет! Давненько не виделись! Расскажи, как ты, а уже потом о делах. Чимину по какой-то причине удивительно легко говорить сейчас с Тэхёном, он ему по-прежнему очень симпатичен, но это больше уважение, дружба и восторг им, как личностью, чем влюблённость и тёплые нежные чувства, как к мужчине. Сейчас Чиму гораздо комфортнее быть в его обществе. Под конец разговора он, всё-таки, не удержался и спросил: — А это наш новый капо? — Да. Алекс сказал, что он прекрасный лидер и к тому же бывший военный. А ещё один капо нам не помешает сейчас… Чимин немного напрягся, он понимал, что происходит. — Босс, что-то совсем плохое надвигается? Просто так солдат не трогают, я прав? — Я очень надеюсь, что это всё лишнее, но время такое… шаткое. Ты же знаешь последние новости и вообще, что происходит в последние полгода… Но, кажется сейчас всё тихо. Может пронесёт? — Тэхён мягко улыбнулся.

***

Воздух в Сеуле стал хрустально-чистым, когда зимний мороз нашёл своё место в городе. Уличные фонари сверкали, озаряя улицы. Лёгкий морозик щекотал лицо, оставляя на щеках румяные следы, словно оставлял след рождественского настроения. До Рождества оставалось двенадцать дней. Центральные улицы были украшены множеством сверкающих гирлянд, создавая ощущение, что звёздное небо спустилось на землю. Большие ели, стоящие на главных площадях, были украшены множеством разноцветных шаров, огоньков и блестящих игрушек. Под ними детишки в тёплых шапочках и пушистых шарфах наслаждались вкусом тёплого какао. Где-то в глубине города, на скамейке в парке, парочка, обнявшись, делилась тёплым глинтвейном, пытаясь согреть друг друга от холодного ветра. Слабое свечение уличных фонарей и мягкий свет рождественских огоньков создавали атмосферу уединения и уюта даже на шумной городской улице. Вечерний Сеул наполнялся весельем и радостью. На каждом углу можно было услышать смех детей, радостные голоса прохожих и звуки рождественских песен, которые исходили из многочисленных кафе и магазинов. А запах корицы, имбиря и свежеиспеченного печенья манил прохожих, обещая тепло и уют. Когда вечер наступил окончательно, небо над Сеулом стало магически чистым. Звёзды сверкали, словно бриллианты, а небо было ясным и глубоким. Невольно возникало чувство, что этой ночью всё возможно, что каждая звезда — это маленькое чудо, готовое осуществить самое заветное желание. В такие моменты, гуляя по городу, можно было почувствовать настоящее волшебство Рождества и верить, что чудеса действительно происходят. — Тэ, а давай мы Рождество в этом году устроим для всех. И пофиг, что не празднуется оно особо… А мы сделаем праздник! Позовём Алекса с женой, Чимина… Давай ещё Сэма? Я думаю, что он может понравится Чиму. Почти ровесник, он веселый, с ним легко общаться, умный, богатый. Чем не пара? — Чонгук игриво поднял бровь. — И мне кажется, что он не просто бизнесом занимается, как он говорит. У него два бара, который раньше был у этого… как его… имя забыл, Босс такой седой ещё… Я спросил у него откуда у него эти бары, а он сказал что-то невнятное… Что, типа, какой-то знакомый риэлтор предложил вложиться и просто выкупить здания, а он решил оставить бары. Ну бред же… Думаю у него какие-то мутки с мафией… Пусть и непрямые, но всё же… — Сводником хочешь быть? И ты уверен, что ему нравятся парни? — Тэхён улыбался. — Чёрт… Не уверен… Но, мне кажется, что девушки его не интересуют… Мы про девушек ни разу не говорили и он какой-то отстранённый… Если получится, было бы клёво! Мне кажется, что они подошли бы друг другу. Если хочешь, то Бомсу тоже можем позвать… — Вот это поворот!.. — Ну… Это будет странно, если Алекс будет, а Бомсу даже не позовёшь… — Тогда давай ещё пригласим Квон Бина. — Нового капо? Зачем? — Мне кажется, что Чимин будет рад его видеть, — Тэхён заговорчески улыбался. — Серьёзно?! — Глаза Гука блестели. — Не уверен, но мне так кажется. — Тэ! Это будет очень классный праздник! Надо купить всем подарки! Я так люблю это время! — Чонгук довольно улыбался и обнял мужа. Внутри так приятно щекотало счастьем. А потом как будто спохватился: — Подожди, так надо значит прямо сейчас всех позвать, осталось то меньше двух недель! Чтобы люди планы не строили… Давай, звони этому Бомсу и Квону, а я наберу Алекса и Сэма. Прошло всего несколько минут, и оба начали звонить. Звуки гудков почти сливались. Гук сначала позвонил Алексу и вскоре услышал ответ: — Звучит здорово! Конечно, мы будем! В голосе Алекса слышалась искренняя радость. Рядом Тэхён дожидался ответа Бомсу. После короткой паузы последовал ответ в телефоне: — Это неожиданно. Но, конечно, приду. Спасибо! Чонгук, уловив конец разговора Тэхёна, уже дозвонился до Сэма. — Сэм! Как насчет того, чтобы провести Рождество вместе со мной и моими друзьями? — Оу… Я даже не знаю, насколько удобно это будет… — Давай, приходи, компания небольшая, но тёплая. С мужем тебя познакомлю, и будет ещё несколько друзей нашей семьи. — Звучит заманчиво! С радостью присоединюсь! — отозвался Сэм с энтузиазмом. И, наконец, последний звонок Тэхёна. После нескольких гудков раздался строгий голос: — Да, Босс! — Бин, привет! Мы с Чонгуком приглашаем тебя на Рождественский ужин к нам. Будем рады, если ты придёшь. — Босс… Это так… внезапно! Спасибо! Буду! — Если у тебя есть пара, то приходите вместе… — Я буду один. — Хорошо. О времени я тебе ближе к празднику сообщу. — Да, буду рад! Спасибо. Когда оба завершили свои звонки, Чонгук и Тэхён обменялись удовлетворенными взглядами. Это Рождество обещало быть особенным.

***

— Вот такой план у меня… Что скажете? — Бомсу был уверен, что Сэм сейчас скажет что-то вроде — «Отлично! Мне нравится» Сэм довольно улыбался. — Идеально. Я бы даже сказал, что это превосходно! Сколько на это понадобится времени? Диалог прервал звонок, это был Тэхён. После короткого диалога телефон зазвонил у Сэма — звонил Чонгук. После того как Сэм положил трубку, он пристально посмотрел на Бомсу. — Тебя сейчас тоже пригласили на Рождественский ужин? — Да. Сэм откинулся в кресле и почти в голос рассмеялся, а потом на лице появилось нечто такое, что не предвещало ничего доброго. — Я знаю! Мы это сделаем на ужине! Нужно успеть всё подготовить до ужина. Это возможно?! К чёрту! Сделай так, чтобы всё случилось за ужином. Хочу видеть своими глазами, как он начнёт умирать.

***

Холодный снежный вечер за окном был в полном контрасте с теплом и уютом, которые царили в гостиной Чонгука и Тэхёна. В комнате величественно возвышалась огромная пушистая ёлка, которую с трудом установили. Со скрипом она была вставлена в подставку, её макушку даже пришлось немного срезать Тэхёну, чтобы она не упиралась в потолок. В комнате лениво раздавались ноты мягкого рождественского джаза, создавая волшебную атмосферу праздника. Около ёлки два пушистых котика с восторгом игрались с мишурой, периодически протягивая лапки к блестящим игрушкам. Гук, стоя на стуле, вешал на ёлке игрушки, а Тэ заботливо подавал ему игрушки, проверяя гармонию расположения. По всей гостиной мигали бело-жёлтые огоньки, искусно сплетенные с зелёными ветками ели, создавая ощущение, что комната покрыта тысячами маленьких сверкающих звездочек. Гостиная была украшена в их стиле — всё было просто, но с изяществом. Никаких ярких и кричащих оттенков, всё в меру: белый, золотой и красные цвета преобладали. Стены украшали венки из сосновых веток и красных ягод, а стол был накрыт белой скатертью с золотой бахромой и вышивкой. Каждая деталь интерьера казалась продуманной, создавая чувство тепла и уюта, погружая пространство в красоту Рождества. Тэхён, остановившись на мгновение, взглянул на мужа и улыбнулся. Вот оно — чувство полного умиротворения, счастья и гармонии. — Малыш, а что с подарками? — Я почти всё уже купил. Остался только Сэм и Чим. Есть идеи? Если нет, то ничего. Завтра еще подумаю, в интернете поищу чего… — Есть у меня одна идея, — улыбнулся Тэхён, подходя к своему любимому малышу, обнял, — иди сюда, расскажу. И что-то Гуку подсказывало, что Тэ сейчас будет рассказывать не о подарках. … Рождественский вечер Снег, легко опускаясь на окна, создавал волшебное ощущение праздника. Гостиная была освещена мягким светом гирлянд, а из колонок звучала приятная спокойная музыка. Первые приехали Алекс со своей супругой и Чимином. Приветствуя хозяев, гости оставили свои подарки под ёлкой. — Что выпьете? — спросил Чонгук, становясь за кухонный остров, который сейчас был импровизированной барной стойкой. Алекс, увидев знакомых ему котов, опустился на пол и начал играть с ними. Его смех звучал искренне и радостно. — Я готов принимать заказы! — повторил Чонгук. — Не упустите свой шанс! Скоро я не буду таким добреньким. — Он засмеялся — Гуки, сделай, пожалуйста, что-то сладенькое и рождественское, — с улыбкой произнесла супруга Алекса, которая сидела рядом с мужем. Она улыбалась смотря на то, как Алекс увлечённо играл с котами. — Заказ принят, — подмигнул Гук. Он начал приготовление коктейля, естественно, в своей манере и с шикарной подачей. — А мне, пожалуйста, вот этот шикарный член и зад, — сказал Тэ на ухо Гуку, подойдя вплотную, чмокая. Сказал так тихо, что слов почти не разобрать самому Гуку. И следом громко, с улыбкой во весь рот: — Вино, красное… ну ты знаешь, что я люблю. Гук усмехнулся, облизывая губы. Раздался звонок в двери. Когда Тэхён открыл, на пороге стоял Квон с коробкой в руке, видимо, с подарком. При виде Бина настроение Чимина изменилось. Если раньше он смеялся, был абсолютно раскрепощённым и разговаривал с остальными, то теперь он как-то отстраненно смотрел на Бина, пытаясь скрыть свои улыбки при взглядах на него. Тэхён поймал этот момент. Глаза его на мгновение встретились с глазами Чимина, и он довольно улыбнулся про себя, понимая, что сделал всё верно, пригласив своего капо. Ему было интересно, что же произошло между этими двумя, потому что взгляд Бина он тоже уловил, когда тот здоровался с Чимином. Звонок в дверь раздался снова спустя пять минут. Когда Тэхён открыл дверь, на пороге стояли Сэм и Бомсу. Тэ поднял бровь в удивлении, увидев их вместе. Он не ожидал такого поворота. Ведь каждый из них приглашался отдельно и они, насколько Тэхён знал, не были знакомы. — Привет! — произнёс Бомсу. — Мы встретились у лифта, и оказалось, что мы идем оба к вам. Сэм улыбнулся и протянул руку: — Добрый вечер! Я — Сэм, друг Чонгука. Тэхён широко улыбнулся в ответ, приветствуя их рукопожатием: — Проходите и добро пожаловать на наш праздничный ужин! Войдя в гостиную, Бомсу и Сэм делали вид, что не знакомы, у них это получалось очень хорошо. Они быстро нашли общий язык с остальными гостями. Вечер обещал быть действительно удачным: друзья, новые знакомства, теплая атмосфера и много радостных моментов. Все было готово к тому, чтобы отметить Рождество в кругу близких людей. Под ёлкой подарки лежали уже горкой, каждая упаковка была праздничной и красочной. Отражающиеся огоньки создавали волшебное сияние, казалось, каждый из подарков хранил в себе частичку чуда. Когда все подарки были на месте Тэхён торжественно пригласил гостей к столу. Уже от запахов, которые заполнили комнату, было понятно, что ужин будет просто великолепным. Повар, приглашенный ими специально для этого вечера, превзошел все ожидания. Камин приятно потрескивал, а музыка по-прежнему создавала уютный, домашний и нежный фон. После обильного и вкусного ужина гости медленно перебрались к диванам, наслаждаясь приятной атмосферой и компанией друг друга. В руках у многих были бокалы с напитками, а Чимин довольно держал тарелку с изысканными закусками, не переставая хвалить кулинарные изыски. Алекс, который вновь был занят игрой с котами, был пойман нежными руками своей жены. Её шепот был настолько нежен и искренен, что сердце Алекса замерло: — Зай, давай возьмем ребеночка из детского дома? Глаза Алекса были полны удивления и неожиданных слёз, но это были слёзы радости. Он поднял голову жены, чтобы взглянуть в её глаза, и увидел в них такое же сияние. Они поделились мгновением глубокого понимания и радости. Этот вечер стал для них настоящим чудом, дарующим надежду и веру. Алекс очень хотел ребенка, и он думал об усыновлении уже последний год, но боялся говорить об этом супруге. Он боялся причинить ей боль этим предложением. Ведь когда-то после большого количества выкидышей, они приняли для себя решение, что у них не будет детей. Алекс знал, что она до сих пор переживала по этому поводу. Для нее тема материнства и родительства была очень болезненная. И он думал, что если предложит взять ребёнка, то это будет для нее, как будто, упрек в том, что она не может выносить ребенка. Предложение о приемном ребенке было неожиданностью, но и огромным радостным событием в их жизни. Конечно, плачущий Алекс с женой не остались не увиденными. Чимин был первый, кто громко задал вопрос обнимающейся паре: — Эй! Вы чего ревете оба?! Все перевели взгляд на них. Алекс смущенно произнес: — Кажется, мы скоро станем родителями… Молчание в несколько секунд. — Нет, я не беременна, — улыбнулась красивая женщина, — мы возьмём ребёночка из детского дома. Все стали поздравлять с таким сложным, важным и прекрасным решением. Спустя минут пятнадцать, когда Тэхён и Чонгук вернулись к подготовке стола, Чимин выпив залпом бокал вина для храбрости, подошел к Бину, который стоял чуть поодаль ото всех, рассматривая большой коллаж из фото Тэхёна и Чонгука. — Привет… — почти трезво и почти уверенно произнёс он. — Привет, — чётко, даже без тени улыбки. — Слушай, а ты можешь улыбнуться? Ты меня пугаешь немного, когда такой серьёзный. Ты умеешь улыбаться вообще? Бин улыбнулся от души, потому что ему было очень забавно это слышать от Чимина. От того, кто вызывал сильную симпатию. — Слава богу, ты живой человек, а не киборг, — улыбнулся уже расслабленно нетрезвый Чим, — а то ты реально выглядишь, как киборг. — Чимин ткнул пальцем в мускулистое тело Бина. — Чимин, Алекс сказал, что ты свободен. Пойдёшь со мной на свидание? Он не против. — Эээ… что?.. Да, пойду! — Чимин расплылся в улыбке. — Погоди, что? Ты говорил обо мне с Алексом? И спрашивал у него разрешение?! Мне вообще-то уже давно больше восемнадцати… И даже больше двадцати одного! Бин опять улыбнулся: — Давай завтра? Не люблю ничего откладывать. Чимин улыбнулся в ответ: — А я тоже не люблю ничего откладывать. Он слегка привстал на цыпочки, обхватил рукой Бина за шею и нежно поцеловал. Бин в ответ притянул Чимина ближе и углубил поцелуй. У Чимина коленки подкашивались, всё плыло и больше, как будто нет для него реальности. Сейчас для него были только сильные руки Бина и его нежные губы. Их никто не видел из гостей, планировка квартиры не позволяла. Но, видели Тэ и Гук, которые в обеденной зоне готовили кофе. Оба довольно улыбнулись, а Тэ тихо сказал: — Терпеть не могу это выражение, но — а я же говорил! Спустя минут десять, когда Тэхён подошёл к ёлке с фразой «Время подарков!», в кухонной зоне, где Гук делал последние приготовления к подаче сладкого, к нему подошёл Чимин и светясь как самые яркие новогодние огоньки, произнёс почти шёпотом: — Чонгук, тут такое дело… Мы с Бином поедем уже… Он хотел ещё что-то сказать, но не находил слов. Чонгук всё понял и весело, понимающе ответил: — Всё в порядке, конечно! Подарки потом Тэ привезет в офис и заберете. Я передам всем «пока» от вас. А на прощание Чимину он с улыбкой добавил: — Отличный выбор! Чимин хихикнул: — Спасибо вам с Тэхёном за мою новогоднюю сказку! — Неожиданно для Чонгука тот его обнял. — Всё, побежал! Гук закрывал дверь с улыбкой от уха до уха. Он уже вернулся в комнату, где полным ходом шёл процесс раздачи подарков. — Малыш! — подозвал Тэ Чонгука. — Тебя тоже ждут подарки! Первый от меня! Чонгук прошёл в обеденную зону, направляясь к Тэ, говоря всем: — Чиму и Бину пришлось уехать, они всем передавали «пока» и хорошего вечера. Алекс улыбнулся. Он-то знал, в чём их «дело». Чонгук почти дошёл до Тэ с подарком в руках, как у него зазвонил телефон. Он усмехнулся: — Хах! Хотят вернуться всё-таки за подарками! Он смотрел на Тэхёна, а тот, как будто поцеловал его взглядом, и так тепло внутри от этого. Чонгук смотрел на телефон — неизвестный номер. — Алло. — Чон Чонгук? — Да… — Это служба доставки. Вам прислали подарок. Спуститесь, пожалуйста, заберите и распишитесь. Я около консьержа Вас жду, внизу. Чонгук был удивлён, но согласился: — Да, сейчас, минуту. Он отключил звонок, положил телефон в карман. — Тэ, мне курьер сейчас позвонил, нам подарок привезли какой-то. Я спущусь и вернусь. Тэхён напрягся. Похожая ситуация уже была и закончилась она похищением Гука. — Я знаю о чём ты подумал, — обнял Гук подошедшего к нему мужа, — телефон у меня в кармане, и на улицу я не буду выходить, он ждёт меня внизу, у консьержа. Чонгук поцеловал Тэ и спустился. Его действительно ждал молоденький парень-курьер. — Добрый вечер! Вы господин Чон? — Да. — Распишитесь, пожалуйста. — Парень протянул планшет. Чонгук пытался, но экран не работал: — Кажется, он сломался. Парень растерялся, занервничал: — Извините, я только второй день на этой работе, не уследил. У меня второй есть, запасной, сейчас. Курьер протянул Чонгуку три больших желтых конверта: — Это ваша посылка, вот. Подождите, пожалуйста, я загружу планшет, это займёт минут пять. — Да, не торопись… — Чонгук мило улыбнулся, смотря на то, как парень волнуется из-за своей оплошности. Он достал телефон и позвонил Тэхёну, тот сразу поднял трубку. — Тэ, я чуть задержусь, у меня всё в порядке, просто нужно подождать немного, не волнуйся! Вот, убедись! — Чонгук протянул телефон консьержу. — Скажите Тэхёну «привет», чтобы он убедился, что нас не убивают. Мужчина улыбнулся, взял телефон и произнёс с улыбкой: — Добрый вечер, господин Ким, с праздником Вас! Сердце Тэхёна немного успокоилось. — Малыш, может, мне спуститься? — Тэ, всё в порядке, я скоро буду! — Ладно, хорошо. Жду! Парень уже достал планшет, включил, ждал, когда загрузится приложение, в котором нужно поставить подпись. Долго… Ну что поделать… Техника. Наконец-то всё прогрузилось, Чонгук поставил подпись. — Извините, господин Чон, за такие накладки! — Да ничего! Бывает! А ты почему вообще работаешь? Сегодня же праздник… — Да, и поэтому сегодня моя ставка в три раза больше обычного рабочего дня. Все хотят отправить и получить подарок именно сегодня. Ещё раз извините и всего хорошего! Парень откланялся и ушёл. Чонгук дошёл до лифта, его съедал интерес, что же в конвертах. Из подъехавшего лифта вышли Бомсу, Сэм и Алекс с супругой. — А… А вы чего все уходите? — Чонгук даже растерялся. — Гук, спасибо за вечер! Было всё прекрасно! — произнёс очень довольно Сэм. Каждый благодарил Чонгука за вечер и вкусный ужин, за подарки. Все пожали друг другу руки и попрощались. Чонгук не очень понимал, что происходит, но его внимание привлекли на себя снова жёлтые конверты. Все три — пронумерованы. Пока он ехал в лифте открыл первый. Это было короткое письмо: «Привет, друг! Прости, что сейчас будет больно. Но тебе нужно знать правду». Чонгук хмурился, открыл второй конверт. Фото. Много фото. Их тут штук двадцать, если не больше. И на каждом фото Тэхён. И Бомсу. Вот Тэхён его приобнимает. А на этом фото уже обнимает. На следующем фото они смеются. А на этом… целуются. На этом фото Тэхён заботливо приоткрывает дверь в кафе, пропуская Бомсу внутрь. Первые секунды мысль, что это всё неправда, фотошоп или ещё какая другая херня. Но… есть фото близко сделанное — каждый шрам Тэхёна на месте. Чонгук знает каждый наизусть. Он их до миллиметра знает. Шок. Сердце Гука замерло, когда горькая правда вонзилась в него, словно коварный кинжал. Каждое слово, каждый жест, каждый подозрительный взгляд, который он раньше игнорировал со стороны Бомсу, теперь сложились в огромную, страшную картину. Тэхён, его муж, его опора, тот, кому он доверял безоговорочно… предал его. Сначала это было как потеря сознания — мир вокруг стал неясным, шумным, а потом — слишком тихим. Воздух, который раньше казался ему лёгким и свежим, вдруг стал густым и тяжелым, приходилось бороться за каждый вдох. Его дыхание стало поверхностным и рваным, грудь сжималась от боли. Чонгуку было трудно глотать, словно горло его сдавливало железным кольцом. Всё, во что он верил, рушилось перед глазами, оставляя за собой лишь разбитое сердце и душевные раны. Чонгук чувствовал себя уязвимым, словно маленький ребёнок, потерявшийся в большом и страшном мире. Он чувствовал себя обманутым, избитым и выброшенным. Его доверие было разрушено. Мысли о Тэхёне, об их общем прошлом, об их моментах счастья мелькали перед глазами, словно фрагменты разбитого зеркала. Сердце Чонгука разрывалось на части, когда он пытался понять, как все могло пойти не так… Как могла разрушиться их Любовь, которая казалась ему вечной. Чонгук вышел из лифта. Сел на пол в коридоре и открыл третий конверт. Там был небольшой планшет с наклеенным стикером — включи и посмотри. Гук включил и посмотрел. Там были видео. Видео Тэхёна и Бомсу. Как они прогуливаются, мило разговаривают, целуются. И было понятно, что эти видео, как и фото сделаны в разные дни, потому что одежда на них разная. И да, Чонгук знал всю эту одежду. Часть он сам покупал и дарил. Гук испытывает такую боль и обиду, которую невозможно измерить, потому что она бесконечна. Внутри него всё погасло. Ощущение, будто он падает в бездонную пропасть, где нет ни света, ни звука, лишь всеобъемлющая, душащая тьма и боль. Он погрузился в эту абсолютную пустоту, в мир, где больше не существует ни любви, ни радости, только бесконечное одиночество, предательство и мрак. Это было не просто горе или страдание — это было что-то большее. Будто в самой глубине его души появилась чёрная дыра, поглощающая все его воспоминания, чувства и мысли. В этой тьме Чонгук чувствовал себя потерянным, будто его душа была вырвана из его тела, и он стал невесомым, бесплотным. Боль, которую он испытывал, была настолько сильна, что она не имела начала и конца. Бесконечная, непреодолимая, она словно рвала его изнутри, не давая ни минуты передышки. Она всё усиливалась и усиливалась. Каждое мгновение в этой тьме казалось вечностью. Чонгук почувствовал, как он погрузился в другую реальность, где нет места живым, где время остановилось, и нет выхода из этого бесконечного круговорота боли. Его дыхание становилось все более поверхностным, глаза покрылись пеленой. Сердце болело так, словно оно было разорвано в мелкие кусочки. Гук в темноте, из которой нет выхода. Кое-как встав на ноги, он побрёл домой. — Малыыыш! Наконец-то! Где ты так долго? А представляешь, ты как вышел, Сэм и Бомсу стали собираться уходить. Бомсу сказал, что у него голова болит, а Сэм сказал, что неприлично засиживаться долго. Но, мне кажется, что у него просто какие-то дела или ещё что… Тэхён убирал со стола посуду под свой рассказ. — А Алекс с женой только и ждали, чтобы сбежать домой, — Тэхён улыбался, — оно и понятно… такие перемены ждут их… хочется теперь говорить, не переставая друг с другом об этом. Тэхён слышал тишину. Чонгук ничего не комментировал. Его как будто нет дома. — Малыш! Гук! Тэхён нашёл его в гардеробной. Чонгук переодевался. — Малыш?.. — Почему ты меня всегда называешь малышом? У меня что имени нет? — очень спокойной интонацией, даже как будто с улыбкой произнёс Чонгук. — Малыш, что случилось? — Глаза Тэхёна бегали по лицу Гука, старались считать хоть какую-то информацию, которая смогла бы объяснить его состояние сейчас. Тэхён чувствовал, знал, был уверен до бесконечности процентов в том, что внутри Гука сейчас Хиросима и Нагасаки. Но только непонятна причина. — Я хотел бы тебе объяснить, но у меня сейчас не хватает слов. Речи не хватает. — Гук с большим трудом сглотнул ком, который не давал дышать. Тэхён хотел взять за руку, но Чонгук сделал вид, что не увидел этого жеста. Он быстро направился ко входной двери, взял ключи от мотоцикла, достал шлем с полки. Тэхён не понимал, что происходит, потому что на Чонгуке нет лица. Казалось, что у него лихорадка, потому что всё его тело как будто потряхивало. Это даже было видно. — Малыш, остановись! Что ты делаешь?! Что происходит?! Чонгук через боль и страх поднял взгляд на Тэхёна: — Объясняю… помнишь, когда я ревновал тебя к Чимину, ты сказал мне в баре — «Со мной так нельзя. Никому. Даже тебе»? Тэхён смотрел на него, не моргая и не отрывая взгляда. Дышал через раз, потому что есть чувство, что сейчас происходит что-то страшное. Не просто страшное… Необратимое. — Я запомнил. И согласен с тобой, что есть моменты, которые нельзя переступать. Никак и никогда. Ты прав, есть вещи, после которых больше ничего нет и быть не может. И, пожалуй, есть только одна вещь, которую не может принять даже Любовь. Это предательство, Тэ. Предательство всегда сильней Любви. — К чему ты всё это говоришь? — Тэхён хмурил брови, он ничего не понимал. — Я не понимаю, малыш, объясни! Я хочу тебя понять, помоги мне это сделать! О каком предательстве ты говоришь?! Тэхён сделал шаг к Гуку, а тот сделал такой же шаг назад. Тэ остановился. У Чонгука глаза стеклянные, сам бледный. Словно он под каким-то гипнозом. Словно он не в себе. — Я же объясняю… Со мной тоже так нельзя. Никому. Даже тебе. Чонгук приподнял руку и посмотрел на обручальное кольцо. Снял, положил его на полку, которая рядом. — Малыш… что… происходит?.. Ты… уходишь от меня?.. Почему?.. У Гука скатилась лишь одна-единственная слеза, которую он быстро смахнул. Следом он поднял конверты с пола и положил их на полочку рядом со своим кольцом. — Не иди за мной. Дай мне несколько дней прийти в себя. Я приеду сам. Обсудим развод и решим про котов. Тэхён взял первый конверт и начал читать, а Чонгук быстро вышел и спустился на лифте на подземную стоянку. Сел на байк и уехал. Куда ехал — не знал.