Застынешь и ты

— в кого ты превратился, Миша? — Вашингтон, был удивлен и разочарован. Где тот Михаил Московский? Которого все боялись и страшились? Куда он делся? — а нету его больше, теперь здесь, Марик Райский. — блондин оскалился, наркотики наконец начали действовать, сильно действующие, которые подогнал Шурик, хороший выбор, только поэтому блондин и выбрал Шурика, Думский умеет развлекать. — и вообще какого черта вы здесь забыли "уважаемый?!" — взгляд Марика поплыл, так он еще до этого выпил алкоголь, купленным очередным поклоником или ухажером? /- А их не мало./ — Марик, прав, что вы блять здесь забыли? — этот поклоник был настойчив, и что уж таить красив, давно он таких не видел, будто этот Думский раньше был благороден, он был столь учтив, и так настойчиво разбрасывался деньгами, хоть и выглядит как наркоман, мешки под глазами, следы шприцов на тонких запястьях, так новые, так и старые. И он не стеснялся целовать, и зажимать Райского, как это раньше делал Джеймс, не на публике. Столица Штатов не готов был раскрыть их отношения, потому что Райский русский. Причина конечно серьезна, но это все равно раздражало Марика раньше. Ну а Шурик был готов показать, что да трахается, и ебется с мужиком. И ему нихуя не стыдно!