Горькая Пилюля

**** Четыре дня назад. **** Егор медленно приходил в себя, не до конца осознавая, где он находится. Похоже это была больница, но почему он там находится? И тут он вспомнил, как вел стрим, потом что-то непонятное случилось, и закашлялся. Он не до конца понимал, привиделась ему та большая длинная рука или все же нет. Найдя глазами зеркало, он попытался всматриваться в себя. Несмотря на свою мертвенную бледность, Георгий выглядел все так же красиво, как и обычно, вот только блеска в глазах заметно поубавилось, но он по себе знал, что он займется работой и все вернется на круги своя. Ему было достаточно тяжело дышать, из-за комка в груди, но и это, как ему казалось, он переживет и обязательно поправится. Вдруг он заметил в собственных глазах какое-то неестественное сияние красно-оранжевого цвета и его собственные карие глаза стали внезапно оранжевыми, а рот исказила гримаса гнева. Егор поморгал глазами, наваждение спало, вот только дышать стало еще тяжелее чем раньше. Ему даже на мгновение показалось, что он как бы у себя дома, сидит на деревянной кровати и позади бетонная стена, разукрашенная им же яркими красками, но нет. Его окружали белые стены и белый потолок больницы, рядом стояла капельница, на всякий пожарный случай. Даже дверь и то была полностью белая. Егор внимательно осмотрел ее, и та вдруг внезапно скрипнула. Медленно, словно управляемая чьей-то силой, она широко открылась под все больше удивляющееся выражение лица юноши. Он услышал чьи-то торопливые шаги и увидел медсестру. Та в ответ одарила его ничего не означающим взглядом и плотно закрыла дверь его палаты, но юноша проницательно чувствовал, что ей не очень-то нравится бегать как нянька со своего рабочего места. Его вдруг озарило. "А что, если..." - шальная мысль как молния промелькнула в его голове. Егор снова посмотрел на дверь, и та, словно по приказанию, повторно открылась, противно скрипнув. Прибежавшая на звук эмоциональная медсестра уже гораздо злее и даже с грохотом закрыла дверь. Но Георгий не стал дожидаться, пока она что-то ему скажет и лег на правой бок, странно и загадочно улыбаясь. В больнице тебе явно не место, друг мой. Егор помотал головой опять, не понимая, откуда он слышит чуть хрипловатый голос, на удивление похожий на его собственный. Он резко вскочил с кровати, та тоже скрипнула, как и ранее дверь, которая вела себя как-то уж слишком странно, словно... Словно ты управлял ее движением, не так ли? Егор повторно посмотрел на зеркало, висевшее на стене. Он сошел с ума? Что же все же произошло? Откуда этот таинственный голос? Он же в комнате больницы совершено один, по крайней мере, больше никого он и не видит здесь. И в то же время Егор явственно слышит спокойный, неторопливый голос. Внезапно до него начала доходить суть происходящего. Что-то поселилось в его тело, пока он лежал в отключке, но что это было, Георгий не знал, и ему совершенно не нравилось, что кто-то тоже теперь сидит внутри его тела. Теперь это наше тело, разве не чудесно? От голоса внутри надо было как-то избавляться, но Егор не представлял, как это сделать. Пока не представлял. Но он найдет способ. Зачем избавляться, когда можно немножко поиграть. Егор осознал, что его тело словно находится уже в совсем другой власти, но кого же? Я — это ты, но другой, совсем другой, тебе обязательно понравится. Раздался смех, он был очень гнетущим, Георгию стало не по себе. Не по своей воле он начал двигаться к двери, шевеля то правой, то левой ногой, чего юноше категорически не нравилось. Ему хотелось, чтоб это шевеление ногами прекратилось сразу же, но у него ничего не выходило. Сейчас мы сделаем одного человека очень счастливым, тебе понравится твое обновление, новый ты станет эталоном и примером для остальных. Но Егор и не собирался быть ни для кого примером, он простой обыкновенный человек, который любит заниматься своим делом, снимать видео, большего он ничего от этой жизни не ждал. Ты даже перед собой фальшивишь, ай-ай-ай. Но это так легко исправить, достаточно мне довериться. Ноги юноши привели его в другую палату, абсолютно пустую. По-прежнему не контролируя себя, Егор вытянул руки вперед, словно в ожидании. В палате тоже было окно, но плотно закрытое. Руки Егора напряглись, и внезапно стекло начало трещать, превращаясь в осколки, но они, вместо того, чтоб упасть на пол, идеально вымытый, стали подлетать к Георгию один за другим, вырисовывая некую фигуру. Они выстроились за спиной юноши, образуя подобие крыльев, которые не засияли под дневным светом, а начали стремительно темнеть под действием неких сил. На шум разбитого стекла прибежала недовольная медсестра, и ее взору предстал Егор с уже полностью черными стеклянными крыльями за спиной, мертвенно бледный и ничего не выражающими ярко-красными глазами. Медсестра открыла рот, чтоб задать вполне законный вопрос о том, что происходит, но не успела. В глазах Егора, который почти что потерял над собой контроль, отразилась заметная печаль от того, что сейчас может произойти, это последнее усилие, что юноша успел еще сотворить над собой, но вот, наступил тот момент, юноша был в полной мере не властен, находясь под влиянием того таинственного создания. Понимая, что он, возможно, уже окончательно погубит свою душу, Георгий направил руку на медсестру. Осколки стекла стремительно полетели в ее сторону, та пыталась развернуться и выбежать вон из палаты, но не успела, так как было уже слишком поздно, настолько быстрыми были они. Из черного цвета осколки окрасились сначала в цвет артериальной красной крови, а потом уже венозной, алой. Женщина медленно скатывалась вниз на спину рядом с белой стеной, которая тоже обагрилась в тон постепенно умирающего и ничего не понимающего человека. Тело медсестры было полностью покрыто стеклом с ног на головы, а когда она перестала дышать, стекло благополучно вернулось за спину Егора, образуя уже красные крылья заместо черных. Вот и первая душа смогла обрести сегодня новую жизнь. Ехидный голос внутри сознания Георгия снова засмеялся, как будто сказал вполне удачную шутку. Его не заботило, как сейчас колотилось сердце у тела, готовое выскочить из груди, какой ужас оно испытывало, какой трепет оно ощущало, решив окончательно воплотить свой пока таинственный план. Егор тяжело дышал, он был потрясен и поражен, как же так вышло и приключилось, что именно с ним все и происходит, почему было выбрано именно его тело, почему, почему… Мысли могли бы стать совсем бессвязными, но существо держало их в узде и не давало им разойтись, подобно тем же осколкам стекла, что по-прежнему находились за спиной тела. Может, это кошмар, он сейчас спит и ничего не на самом деле? Скажи, разве во сне может быть подобное? Георгий почувствовал холод стекла у себя на щеке и как оно медленно и осторожно впивается в него кожу. Немой крик боли застрял у него в горле, такого мучения юноша прежде не испытывал и, Егор даже задрожал, но это движение внезапно было остановлено. И он ничего не может с этим поделать, буквально ничего. Надо будет взять у нее все, что в кармане, и пойдем дальше в наше удивительное путешествие по темным уголкам твоей души. Георгию хотелось заплакать, но существо, теперь обитающее внутри него, не позволило ему и такую роскошь. Руки тем временем шарили по карманам мертвой секретарши, находя какие-то деньги, которые чудом не испачкались кровью, ибо ее было слишком много повсюду. Егор хотел потерять сознание при виде трупа, так как это было еще одним спасением, но существо и вновь не позволило ему это сделать. Внезапно все осколки стекло упали на пол, где изначально и должны были лежать по законам гравитации. Они нам пригодятся, но в совсем другом месте и времени, не переживай. Тело Егора почувствовало, как глубокая рана на щеке стремительно начала затягиваться. В отражении стекла, которое уже стало к тому времени прозрачным, он заметил, что там, где должна быть рана, оставалась ровная кожа, а его красные глаза вновь стали карими, как раньше, сохраняя лишь бледность лица. Мы же не хотим портить наше тело, лишь нашу душу. С губ Георгия хотело сорваться какое-то слово, явно не самое хорошее, но и это было не позволено сделать. Существо в теле Егора улыбнулось во весь рот, отряхнул с себя все, как будто ничего не происходило, и направилось на выход из палаты уже более уверенным шагом. Ну разве не здорово, нам так повезло, что в палатах нет никаких камер. Егор хотел ответить отрицательно на эту мысль, но опять же не смог. Я знаю, что ты никого не хотел убивать, но поверь, эта женщина заслужила подобного к себе отношения. Георгий и это пытался опровергнуть, но все без толку. Он вернулся к себе в палату, забрал все вещи и переоделся, ему уже не терпелось выйти на улицу. Вот только ему - это Егору или все же тому существу? Он понимал, что начинает в этом путаться. Мертвая медсестра все не выходила у него из головы, отказывалась забываться, слишком сильно на него это подействовало психически. И тогда голос рассказал ему, что конкретно делала эта медсестра: воровала лекарства, потому что как ей казалось, ей было нужнее, чем тем тупым больным, которых она презирала, в итоге они стали грудой ненужного хлама, да и в медсестры она пошла не от хорошей жизни, ее элементарно никуда не брали из-за ее скверного характера и от дурного запаха изо рта, которым она даже гордилась. Георгий видел, как в детстве та медсестра дралась за последний кусок хлеба, устраивая частые погромы, видел, как плакали ее голодные родственники, и как она смеялась, радуюсь, что набьет себе брюхо до отвала. Но заслужила ли она смерти за свои грехи? С губ Георгия так и просилось слово нет, но он снова услышал в своей голове хриплый смех. Всю свою жизнь ты только и делал, что жил во лжи, радовался налету фальши, как последней истине. Но мы это поправим, не беспокойся. Я сломаю тебя, ты станешь другим.