Полёт чувств

Это просто прикосновение губ. Ничем не отличается от любых других. Почему нужно придавать этому слишком большое значение? Если твои губы прикоснутся к губам другого человека, ты должен что-то чувствовать к нему? Кто придумал это правило и где оно прописано? Если я хочу коснуться своего друга рукой, погладить по волосам, прилечь на колени или похлопать по спине — это считается нормальным. Но когда я прижмусь губами, к примеру, к его шее или груди. К его лицу или к тем же губам, то это станет очень важным событием. Но почему? Почему именно это считается чем-то неправильным? Это такие же части тела, так чем же они отличаются? Делать это равняется греху… Но почему? Но, что делать если хочется? Так хочется, что кончики пальцев покалывают, а на губах порой можно почувствовать небольшой зуд. И чтобы его унять есть только один способ. Это ощутить мягкость такой желанной  части чужого тела на своей. Именно поэтому Чимин делает это. Потому что хочется и потому что смысла сдерживаться он не видит. Ведь это желание чувствует не только он. И прижимается сначала легко, совсем невесомо, чтобы ощутить всё, каждый миллиметр, и замирает так на мгновение. Мысли в голове путаются еще сильнее. Столько эмоций захлестывают его, и выделить что-то одно кажется нереальным. Робко прикрыв глаза, он начинает двигать губами, начинает пробовать чужие. Они на вкус не сладкие и не горькие, что-то среднее между его любимым десертом и острой пищей. Такой контраст сбивает с толку. И он понимает что это всё зарождается в его голове, ведь сколько бы он не целовался с другими, никогда не ощущал и сотой части всего того, что ощущает сейчас, рядом с ним. Человек напротив замирает, но отталкивать не спешит, пытаясь сделать вид, что ему все равно. Но кого он пытается обмануть? Чимина? Или же самого себя? Мысли скачут в разные стороны ни минуты не задерживаясь на одной позиции. Кто-то сказал, что целовать можно только девушек, нельзя целовать парня, да еще и лучшего друга. Даже если очень хочется. Свое сердце можно дарить тоже только девушкам. Но что если оно давно принадлежит только вредному, капризному хёну? И биться оно желает только рядом с ним. Только с хёном его сердце стучит, как бешеное. Ни с кем другим. Движения медленные, непрерывные. Один выпускает лёгкий вздох, а другой ловит его своим ртом. В неторопливых движениях искренности больше, чем в самых нетерпеливых и жадных поцелуях. Ему нравится, он не хочет заканчивать, ни на секунду прерваться не желает. Даже когда легкие сжимаются от недостатка кислорода, оторваться очень трудно, особенно когда тебе отвечают с не меньшим желанием. Но прерваться все равно приходится. Юнги медленно отстраняется и смотрит прямо в глаза. Чимин видит в них свое отражение, так же как Юнги видит своё. За дверью слышатся голоса, но они ещё не готовы показать другим свой хрупкий мир.