Travesty Reverse

      Эта ночь была самой необычной их ночью. И самой правильной.       При встрече они лишь ласково соприкоснулись губами, и Феликс очень крепко обнял Хёнджина. Потом поужинали, приняли вместе ванну и тут же легли спать, потому что Феликсу нужно было отдохнуть – те два часа сна были единственным его отдыхом за прошедшие сутки.       Пока засыпали, крепко обнимались. Феликс всё ластился, складывал на Хёнджина руки и ноги, утыкался носом в шею, сопел в кожу, гладил его всего и сладко и устало вздыхал. «Джинни, Джинни, Джинни… теперь мне спокойно». Хёнджину тоже было спокойно. Его вдруг захватило совершенно новое чувство. Их отношения так сильно изменились всего за какой-то месяц. В какой момент – было так сложно понять. Вот же, вроде, бросались друг на друга и кусались как звери. Но сегодня Хёнджин впервые уловил это – их отношения больше не сводились к сексу и заветному проникновению. Они избавились от этих оков. Хёнджин снова вспомнил то утро после клуба, прогулку по парку, затапливающее счастье. Просто быть рядом. Просто обниматься.       В этот тихий вечер они так естественно взаимодействовали, говорили обо всём, слушали друг друга, постоянно касались. Это всегда было частью их отношений, но Хёнджин вдруг остро осознал, как им обоим повезло. И ещё устыдился своих мрачных мыслей, которые атаковали его днём.       Эмоциональная связь. Такой силы, что каждая минута рядом – это счастье, а каждая близость – самое яркое секс-переживание, которое затмевало предыдущее.       Хёнджин всё же знал себя – не покопаться в этом он не мог. Потому ли всё было так сильно и поглощающе, что они – судьба друг для друга, соулмейты и тд и тп. Или только потому, что они вместе открыли свою бисексуальность? Или что бы это ни было. Но, может, это всё же та самая любовь, о которой все говорят, о которой мечтают, о которой пишут в песнях и книгах? И которую испытать дано далеко не всем. Закончится ли это чувство? Что будет дальше?       И было бы так же сладко и жарко, так приятно и окрыляюще, не будь они оба такими красивыми? Мысль странная. Но кое-что Хёнджина беспокоило. Эти мысли и раньше приходили к нему, и тогда он начинал напевать песню Ланы Дель Рей. «Will you still love me when I’m no longer young and beautiful?..» Хёнджину нравилось, как Феликс дурел с него. Но он слишком часто говорил Хёнджину, какой тот красивый. Сначала было приятно. Потом стало не по себе. Но когда эти мысли прилипали, Хёнджин всегда говорил себе: «Не будь ханжой!». Ведь он сам считал Феликса самым красивым созданием в этой вселенной.       Сегодня до Хёнджина наконец дошло. Они были самыми красивыми и лучшими друг для друга. Так банально и так чертовски приятно. В домашней одежде, растрёпанные, без макияжа, голые, в сперме друг друга, уставшие, пьяные, всякие… Только на сексе далеко не уедешь.       Они были вместе так недолго. Но Хёнджину было так хорошо, что иногда он боялся. И боялся этим страхом всё испортить. Хёнджин уже успел в своей жизни встретить людей, которые настолько не верили в своё счастье, что всё портили. Такой сюжет известен всем, и героем такого сюжета быть не хотелось. Хотелось наслаждаться моментом, хотелось прочувствовать и не загоняться. Хёнджин старался. Он крепче обнял Феликса.       Этот почти месяц вместе наконец усмирил их. Не в том смысле, что страсти стало меньше. Они всё ещё хотели друг друга как в первый раз. Но они больше не спешили. Теперь они точно знали друг друга. И продолжали хотеть быть вместе и открывать для себя новое в сексе и в жизни. Они ведь уже не раз планировали совместный отдых и поездки, какие-то проекты, хотели так много сделать вместе и уже не представляли своё будущее друг без друга. Хёнджин смеялся над собой за минутную слабость и свои сомнения. Он был готов ждать и быть рядом. Это уже давно была не влюблённость. Он хотел отношений, хотел быть рядом с Феликсом ещё много-много таких же счастливых недель.       Отношения нужны для того, чтобы было лучше, чем без них.       А лучше было. Бесконечное вдохновение, силы вставать по утрам. Работа спорилась, солнце светило даже в самый пасмурный день.       Хёнджин почти задремал, уже дышал размеренно и глубоко, всё ворочая в голове приятные тёплые мысли.       — Я люблю тебя, — прозвучало тихим басом.       Феликс по каким-то причинам смог сказать это только тогда, когда подумал, что Хёнджин спит. Хёнджин решил не смущать его. Только улыбнулся темноте. После выставки они обязательно поговорят.       «I know you will»