car tu sais qui dit station-service dit pompes à essences

Сокджин ездит на старом раздолбанном пикапе и заправляется только на заправке, где работает Намджун. Обычно это всегда ночные смены - Сокджин заезжает около десяти вечера в выходной или в три утра после смены. Намджун уже вывел закономерность. Сокджин знает, что когда Намджун видит его в дверях на заправке, то убирает книгу, которую читает, пока нет людей - это всегда что-то новое. Триллер, философия или классика. Намджун типа разносторонний и сложный. А Сокджин в противовес ему простой и поверхностный. Неудавшаяся карьера модели, зато из официантов удалось выбиться в администраторы ресторана. По сравнению с Намджуном он даже больше зарабатывает. По сути, Намджун такой же неудачник, как и он, как бы не хотелось ему лепить на себя ярлык андеграунд-музыканта. Работа сжирала кучу времени и сил, тут уже не до творчества и самореализации в тех масштабах, которые необходимы для того, чтобы сделать себе имя. Возможно, поэтому они так удачно нашли друг друга. Люди сходятся по интересам или по комплексам, как говорится. И раз уж интересы у них не совпадают… Иногда они курят на безопасном расстоянии от заправки, и Сокджин облакачивается на дверь своей тачки, пока Намджун неизменно смотрит на выемку между чужих ключиц, открытых v-образным вырезом футболки под расстегнутой кожанкой или пальто. Волосы у Сокджина всегда растрепаны, и Намджун знает, что если задержать пальцы в прядях, то можно почувствовать на них лак. Он делал так несколько раз, пока Сокджин стонал, прижатый к стенке в подсобке на заправке. Ему нравилось, когда Намджун был грубым с ним. Сегодня Сокджин приезжает в начале пятого утра. Какая-то компания отмечала у них в ресторане корпоратив. Сокджин ненавидит неделю до Рождества именно по этой причине. Намджун убирает книгу с прилавка. Сокджин не просит заправить тачку. Там и так почти полный бак. На обложке сегодняшней книги Намджуна - имя Камю. Сокджин без понятия, о чем тот писал, но ему кажется, что ярлык человека абсурда очень сейчас ему подходит. Ему не хочется ничего. Усталость лежит тяжёлой плитой в его сердце. Голова болит из-за непрекращающегося дождя со снегом, и даже две таблетки спазмолитика не помогли. - Выглядишь паршиво. Намджун упирается руками в столешницу у кассы, наклоняет голову. На нем чёрная футболка и кепка - везде логотип заправки. Сокджин оглядывает помещение коротким равнодушным взглядом. Мигание фонариков на окнах. Мелкие новогодние украшения. Банер, призывающий купить со скидкой латте «имбирное печенье». На заправке никого нет. С Намджуном точно есть второй человек в смене, потому что они никогда не работают по одному. Но сейчас за кассой только Намджун. - Дурацкий день, - говорит Сокджин, словно это может оправдать его бледность и круги под глазами. Он распахивает пальто, доставая из кармана штанов банковскую карточку. - Пробей мне пачку соленого арахиса. Намджун молча выходит в зал, находит пачку арахиса на полке (хотя Сокджину было до неё два шага) и пробивает штрих-код. Он называет сумму. Сокджин протягивает карточку - кредитную, потому что до зарплаты ещё неделя, а всю наличку он спустил на блок сигарет, который купил по пути. - Посидишь со мной в машине? - просит Сокджин, когда сгребает пачку снека рукой. Намджун смотрит на настенные часы. - Тэхён вернётся через пять минут. Иди, я пока сделаю кофе. Сокджин кивает. Он уходит в свою машину, включая радио и открывая пачку арахиса. Соль приятно ощущается на губах. Сокджин хотел именно это ощущение. До ужаса соленый арахис. Намджун приходит через шесть минут. Сокджин засекает - следит, как на электронном табло одна цифра сменяется другой. Намджун забирается на пассажирское сидение рядом, ставит стаканчик кофе на специальную поставку, и снимает свою форменную кепку. - Расскажешь про свой дурацкий день? - предлагает Намджун. Сокджин делает глоток кофе. А потом снова закидывает в рот соленые орешки. - Нет. Я бы предпочёл, чтобы ты меня трахнул на заднем сидении, вместо того, чтобы пиздеть о том, как прошёл мой день. Намджун вскидывает бровь, зачем-то оборачиваясь на заднее сидение. Сокджин спрашивает: - Что? Он раздражён. И он очень устал. - Моя смена закончится в семь. Если хочешь, поедем ко мне. - Это через два часа, - хмурится Сокджин. - Тебя смущает только это? - Намджун тоже делает глоток кофе. Потом отдаёт стаканчик Сокджину. Тот говорит: - Ну, спустя полгода нерегулярного секса с тобой я уже и не надеялся получить приглашение к тебе домой. Намджун усмехается. Сокджин смотрит на него с секундным трепетом. Намджун вызывает чувство, будто находишься дома. Где бы Сокджин не находился, Намджун рядом дарит именно это ощущение. При этом никто из них ни разу не заикался об отношениях. Сокджин отправляет в рот новую порцию арахиса. Намджун запускает руку в пачку, выуживая один орешек. Пробует. - Боже, как ты это ешь. Слишком соленый. Сокджин жмёт плечом. Ему хочется крайностей. Когда в жизни все паршиво и серо, хочется хотя бы в мелочах чувствовать контраст. Он говорит: - Это как лимон с сахаром. Знаешь?.. Когда уже сводит губы, но не можешь остановиться есть. Намджун не то чтобы знает. Он бросает короткий взгляд на губы Сокджина. Блестящие и (вероятно) соленые. Хочется проверить. Он тянет руку, захватывая воротник сокджиновского пальто. Насыщенный кирпичный цвет, охра и медь, что-то такое. Сокджину идёт. Даже будучи одетым в классические брюки с чёрным мешковатым худи он выглядит изящно. Намджун говорит ему: - Я правда хочу, чтобы ты ко мне приехал. Сегодня или… В смысле, не только сегодня. Не один раз. Ты понимаешь, да?.. Для человека, который читает по семь книг в месяц, Намджун совершенно не умеет выражать свои мысли. Особенно те, что как-то касаются чувств. Сокджин тогда убирает пачку с арахисом и медленно тянется вперёд. Чтобы поцеловать. Намджун впечатывается в его губы своими. Сокджин и правда соленый. По радио крутят last xmas, и Сокджин вдруг улыбается от мысли, что впервые в жизни целуется под эту песню. Ему нравится. Он говорит: - Я попробую поспать в машине. А ты разбудишь меня в семь. Я надеюсь, у тебя дома есть ортопедический матрас. Намджун целует его в висок. Он знает, что Сокджин будет не в восторге, когда увидит его раскладной диван в однушке и дорогущий синт, ради покупки которого пришлось смириться с тем, что холодильник постоянно будет пустовать. Но что поделать. Намджун уверен, что для них это мелочи. Сокджин выбирает из пачки ещё несколько орешков. Намджун пьёт его кофе. Заправка за окном мигает яркими гирляндами и вывеской «круглосуточно». И эта декабрьская ночь, разбавленная усталостью десяти рабочих часов и солью на губах, кажется Намджуну самой идеальной за весь прошедший год.