Кривые зеркала

На следующий день Сайно оказывается в библиотеке в поисках ботанического атласа. Разумеется, некоторые базовые знания ботаники были и у него самого, но только вот их недостаточно. Поэтому уже через полчаса Генерал рассматривает карту Тейвата в поисках мест, где растут красноплодники. — Пустыня… Кто бы мог подумать, что Академия настолько ленива, — Махаматра переносит нужные места на собственную копию карты. Правда, если ориентироваться лишь на такие подсказки, то поиски займут слишком много времени, и черт его знает, доживёт ли Тигнари вообще до этого момента. В следующую ночь Тигнари показывает ему один из собственных рецептов. Требуется ещё пара дней, чтобы понять две простые вещи: первое, язык, на котором был написан текст — древний язык, на которым раньше говорили пустынники, и второе, это был вовсе не рецепт, а священное писание. В подобные моменты Генерал благодарил судьбу за то, что окончил Хараватат, иначе, разбираться в символике и переводе было бы чересчур сложно. Только вот храмов в пустыне было много, а значит нужны были ещё подсказки. Только единственное, что видела Сайно на протяжении недели — белый шар, висящий среди пустоты. И ничего нового не находится ни через день, ни через неделю.

***

— Добрый день, садитесь, — Махаматра не любил вести лекции у младших курсов. Их поведения зачастую оставляло желать лучшего, да и юные умы пока то ли не питали такой любви и тяги к науке, то ли в целом их сознание не было способно рождать глубокие вопросы, — Сегодня мы изучим мифологии древних нардов Сумеру, существовавших ещё до Войны Архонтов. Быть может, кто-нибудь уже ознакомлен с материалом по этой теме? — Разрешите ответить? — тонкая женская рука поднимается почти в самом конце аудитории. Признаться, Генерал был удивлен, что кто-то из студентов вообще интересуется таким. Неужели не всё ещё потеряно? — Конечно, отвечайте. — Когда-то одно из племён пустынников почитало Белую Богиню. Насколько мне известно, ареал обитания этой общины сейчас находится к юго-западу от гробницы Царя Дешрета. Их Божество представляло собой единение рождения, любви и смерти. Каждой форме Богини соответствовала определённая фаза луны, — девушка отвечала так, будто и сама была последовательницей этой религии, и, похоже, она могла бы рассказать ещё много об этом веровании, если бы не ограниченное время лекции. — Благодарю Вас, юная мисс. Быть может кто-нибудь ещё хочется поделиться своими знаниями? Как только последний из учеников скрылся за дверьми аудитории, Сайно бросился к карте устыни. В его голове наконец-то сложился паззл. Стоит потом поблагодарить эту девушку за помощь с загадкой. — Юго-запад… Дюна Магмы. Стоило догадаться, — самый дальный уголок Сумеру относительно Академии. То место, куда нормальный человек ни за что не сунется в здравом рассудке. Но был ли выбор у Генерала? Разумеется нет. С закатом солнца Сайно покидает город Сумеру.

***

— Сайно, даже если я буду на пороге смерти, даже если меня будут пытать — я никогда не выстрелю в тебя. Ни за что. Тигнари смеётся по-доброму. Именно так, как он смеялся только с Генералом. В то время фенек только учился нормально держать лук и стрелы: пальцы постоянно соскальзывали, а стрела так и норовила подстрелить несчастное дерево, вместо какого-нибудь зяблика. Но что поделать, если до этого они Нари и нужны никогда не были, а теперь появилась весомая причина научиться пользоваться ими. В конце концов, они делили одну тайну на двоих — Тигнари хочет уйти в Лесной Дозор, покинуть Академию навсегда. А для такого нужно уметь чуть больше, чем прочитывать за день около двадцати ботанических трактатов. — Я верю тебе.

***

Песчаные бури всегда мешают во время путешествий. Их стараются переждать в деревне Аару или, хотя бы, в какой-нибудь пещере. Только вот у Сайно не было времени выжидать, в противном случае, у него возникнет ещё больше проблем, чем у него есть сейчас. К тому же, солнце уже встает, а это значит, что совсем скоро станет невозможно идти. Ближе к полудню ему удаётся добраться до нужного места. Перед глазами возвышается довольно немаленькая пирамида, пестрящая различными символами, в том числе, и изображениями луны. Символы не получается рассмотреть внимательнее: нога оказывается опутана лианами, а сознание мутнится из-за резко ударившего в нос запаха. — Уходи! Людям из Академии здесь не рады! С выступа виднеется такая родная фигура человека с пушистыми ушками. Только вместо тёплой улыбки на устах красуется самый настоящий оскал, а руки не обнимают, но крепко сжимают разряженный лук. Вокруг юноши собирается ещё несколько людей. Кажется, учёных здесь и правда не жалуют. Что ж, немудрено. — Тигнари, пожалуйста! — кричит Сайно, призывая лучника спуститься вниз. Он знал на что шёл, знал, какова цена того, что происходит, он был готов к любым последствиям своих действий, но оказывается, что у Генерала тоже есть бреши в броне. — Моё имя — Савитри, и я не позволю Вам осквернить это священное место! Всё, что успевает заметить Махаматра — стрела летящая прямо в него.

***

— Сайно, сейчас я больше не смогу помочь вам. Знакомый девичий голос слышен в темноте, но очертаний, как и обычно, он не принимает. Что ж, Генерал привык справлять в одиночку, и всё же теперь перед ним стоит самая сложная задача: убедить фенека в том, что он не собирается разрушать храм. Что ещё хуже, ему придётся придумать объяснение тому, что Тигнари зовут именно так и он принадлежит джунглям, а не безмолвной пустыне. — Но мы же ещё встретимся, разве не так? — в голове возникает фраза, сказанная Нахидой совсем недавно. — Обязательно, но сейчас ещё не время. Пройдет несколько лун и мы обязательно встретимся вновь, Генерал Махаматра.