Хочется

«Зачем мы вообще пошли к уральским? Как-будто делать нехер» — думал Данис, сидящий на кресле в углу комнаты. Вокруг царил шум: Нижний Новгород объяснял что-то Екатеринбургу и Тюмени, Челябинск, докуривая очередную сигарету и Курган слушали нотацию от Пензы и Перми, о том, как они по-детски себя ведут и надо-бы им быть по-ответственней, им уже не 100 лет. А Салехард говорила о последних новостях мира Ханты-Мансийску и Оренбургу. И только Уфа отсел от всех, забившись в телефоне, под предлогом: «Ками написала, надо ответить, а-то она мне потом бошку отвернёт». Никакая Ками ему не писала! Да и не отвернёт она ему бошку, не доросла! Всё из-за него! Из-за этого мальца, которому ушло всё, чем когда-то упивался Исупов. Нет, это не музыка, и слава богу. Музыка-это только для него (а может и нет). Но нефти оказалось больше у младшего… «Ох, Уфа, а у тебя появился соперник» — ухмыляется Москва, глядя на Ханты-Мансийск. «Он? Мне? Соперник? Нет!» — злится Данис. Глядя на Микува, блондину хочется вырвать эти прекрасные глаза, переливающиеся на солнце. Но при этом хочется забрать к себе это маленькое чудо и никому не отдавать. Хочется удушить его, собственными руками, сжимая хрупкую шею. Но при этом хочется сорвать этот грёбанный воротник и оставлять поцелуи, в перемушку с засосами на ней. Хочется расстворить это тело в ванной какой-нибудь кислотой. Но при этом хочется уберечь его от всех бед, никому не давая в обиду.

Хочется просто быть любимым им.